В тихом омуте.

      В такси ехали молча. Она впилась взглядом в вид за окном, не обращая внимания на Олега, затеявшего диалог с водителем, пребывая глубоко в своих мыслях. Приближаясь к больнице, заметила несколько машин скорой помощи. Смена обещала быть весёлой. — Ирина Алексеевна, прошу, — открыв перед ней дверь, привычно протянул ей руку.       Пока Олег расплачивался с таксистом, она успела прикурить сигарету, плотнее кутаясь в пальто и оценивая масштабы происходящего. Катастрофы не наблюдалось, а значит, есть вероятность, что её много дёргать не будут и она сможет просто побыть наедине с собой. — И давно ты снова куришь? — спросил Брагин, возникая перед ней. — Достаточно. — коротко ответила Павлова, снова затягиваясь. Она не смотрела на него, её взгляд сосредоточился на тлеющем угольке на конце сигареты. — Олег Михайлович, нам необходимо отдохнуть друг от друга, — вновь нарушила молчание, образовавшееся между ними. — Как скажешь, — доставая из кармана помятую пачку, прикурил сам. — Не простыньте, Ирина Алексеевна, — он потянулся к ней, но она отшатнулась, не позволяя к себе прикоснуться. — Хватит, Брагин, — кинув на него холодный взгляд, в последний раз затянулась и, выбросив окурок в урну, ушла в отделение, оставляя его наедине с собой.       Поздоровавшись с Ниной, расписалась в журнале и взяла ключ от кабинета. Перед уходом, предупредила медсестру о том, что она свободна и, при острой необходимости, может помочь. — Ирина Алексеевна, — перед тем, как она успела скрыться за дверью отделения, окликнула её Нина. — А Брагин? — На крыльце, скоро подойдёт, — больше на автомате ответила Павлова и скрылась в отделении.       Открывая дверь своего кабинета, почувствовала на себе пристальный взгляд. Повернув голову, встретилась взглядом с Олегом. Он мельком улыбнулся и скрылся в ординаторской. — Ирина Алексеевна, — она только успела дёрнуть ручку двери, когда её снова окликнули. На этот раз, кажется, это был её зам. — Что случилось? — не оборачиваясь, спросила Ирина. — Вы мне нужны в третьей операционной. — Хорошо, Константин Германович, — вздохнула Павлова, всё же обращая внимание на подчиненного. — Буду через пять минут. — Спасибо! — раздалось в ответ, когда она уже почти закрыла за собой дверь.       Оценивая кучу бумаг на столе, накопившуюся менее чем за сутки, уже примерно прикидывала, сколько времени ей понадобится на то, чтобы её разгрести. Но все-же, начнёт она это дело гораздо позже, чем предполагала.       Операция с Лазаревым прошла штатно. Но сразу после, она оказалась необходима Куликову с Хромовым. Пациент, чудом находившийся в сознании, был категорически против любого лечения. Кое как уговорив строптивого мужчину на необходимую ему операцию, врачи до вечера занимались с, казалось, нескончаемыми повреждениями костей и внутренних органов. На первый взгляд, все прошло удачно. А позже пусть оценивают другие участники операции. Самой же Ире было необходимо отдохнуть и побыть в тишине хотя-бы десять минут.       Вернувшись в свой кабинет, закрыла за собой дверь на ключ. Если она и понадобится, Нину она предупредила, чтобы звонили. Хотя, Ира бы с радостью отключила и телефон, дабы её не дёргали. Но этого она позволить себе не может.       Сев за стол, она честно пыталась, на протяжении часа, сосредоточиться на подготовке отчётов, заполнении бланков и ещё чёрт знает чём. Но это оказалось тщетно. Мозг отказывался воспринимать любую информацию.       Закончив насилие над собой, голову посетила мысль о кофе. Но, она улетучилась так же быстро, заменяясь другой. Чашка наполнилась янтарной жидкостью, отдающей терпким запахом ореха. — Женский алкоголизм неизлечим, — голос, раздавшийся откуда-то со стороны, заставил сделать большой глоток обжигающего напитка. — Ты опять здесь, — хмыкнула она, даже не оборачиваясь. — Зачем ты меня мучаешь, Гена? — Не мучаю, — ответил он, а по её телу прошла морозная дрожь. — Я тебя люблю. — Тогда отпусти меня, — снова наполняя чашку коньяком, выдохнула Павлова. — Дай мне спокойно жить. — Ты бы могла так просто отпустить? — Я уже отпустила тебя, Ген. — её взгляд, затуманенный то-ли усталостью, то-ли алкоголем, пытался ухватиться хоть за что-то, чтобы не потерять последнюю связь с реальностью. — Я не про себя, — его неживой голос, отдающий несвойственным холодом и звучащий словно сквозь вату, эхом отдавался в напряжённом разуме.       Пальцы нервно постукивали по деревянной поверхности стола, а взгляд всё же сумел сфокусироваться на плавной стрелке метронома, стоявшего на полке. Туман рассеивался, а вместе с ним пропал и, доводящий до безумия, голос в голове.       Расположившись на небольшом диване, только сейчас обратила внимание на подергивающуюся ручку двери. Но надолго заостряться на этом не стала, ведь, раз телефон всё ещё молчит, значит, острой необходимости в ней нет.       Но, спустя минуту, она будет проклинать свою привычку выбирать, на всякий случай, из замка ключ. — Откуда у тебя ключ от моего кабинета? — спросила Ирина, как только открылась дверь кабинета и в ней образовался Олег. — Сделал дубликат, вдруг понадобится. — обыденно произнёс он, прикрывая за собой дверь и присаживаясь на стул напротив неё. — Что ты пьёшь? — еле уловимый запах алкоголя ударил в нос ещё при входе. Павлова, молча, подняла с пола сосуд, опустевший примерно на половину. Он коротко кивает, чувствуя почти осязамое напряжение от неё. — А таблетки? — его тон был осторожным, не желая выводить её из себя. Но, похоже, это несильно срабатывает. — Не пила. — её голос был холодным и отстранённым, но дрожащая в её руках чашка выдавала её нервозность. — Хорошо… — вздохнул Олег. — Тогда, я пойду, — машинально схлопнув ладони, встал со стула, направляясь к выходу. — Останься, — словно выплывая из своего забытия, произнесла она.       Брагин прошёл обратно и, на этот раз, расположился рядом с ней на диване. Наблюдая за тем, как она продолжает пить, поймал себя на мысли, что, в какой-то момент, ей может стать плохо. И лучше он окажется рядом. — Хочешь поговорить? — спросил Олег, подпирая рукой голову. Она тяжело вздыхает и, отставляя вновь опустошенную чашку на столик рядом, поднимает на него взгляд. — Ответ, на твой утренний вопрос, — нет, — заговорила она, после до боли закусывая губу. В глазах немного рябило от, казалось бы, мягкого света изходящего от напольного торшера за спиной подчинённого. — Но я… — Я знаю, Ир. Я хотел, чтобы ты сама себе в этом призналась, — перебил её Брагин, не мучая её лишними объяснениями. — Интересные у тебя способы моего исцеления, — усмехнулась она, озвучивая первую возникшую мысль. — Только вот, это не работает. — Я знаю, — кивнул в ответ он, сохраняя безэмоциональность в голосе. — Я хотел, чтобы ты перестала оправдывать свою депрессию мнимой любовью к трупу. — Звучит дерьмово, — сжимая сильнее ладони, продолжала нервно кусать губу. Принять свою нелюбовь к Кривицкому было легче, чем мысль о его смерти. — Выглядит ещё хуже, — кажется, Олег уже не задумывался о том, как его слова действуют на начальницу. Сказывалась нехватка сна и многочасовая операция. — Ну, спасибо, — выдохнула она, переставая терзать зубами свои губы.       Сильно захотелось курить. Собрав мысли в кучу, встала с дивана и, справившись с лёгким головокружением, прошла к шкафу. Выуживая из него пальто, проверила наличие в нём заветной пачки и, накинув его на плечи, вышла из кабинета.       Брагин решает не бежать за начальницей, сдерживая договорённости, которые сам же и нарушил полчаса назад, зайдя в её кабинет. Им обоим необходимо было пространство, иначе сходить с ума начнёт не только Ира, но и он сам. К тому же, вряд-ли за несколько минут на улице с ней что-то случится.       Застряв в размышлениях о том, что делать с Ирой, потерял счёт времени. Мотнув головой из стороны в сторону, провел ладонью по лицу, приходя в себя, машинально взглянул на наручные часы. Он не засекал, но по ощущениям прошло уже больше получаса. Павлова всё ещё не вернулась.       Тяжело вздохнув, он все-же направился на улицу. Минуя длинный коридор и пост регистратуры, выходит через станцию скорой помощи. Холодный ночной воздух немного остужает раскалённый усталостью разум. Осматриваясь, замечает её на лавочке. Подходя к ней, присаживается на корточки напротив. Привлекает к себе внимание, укладывая ладонь на её колено. — Что случилось? — спросил Олег, замечая, несмотря на лёгкую улыбку на лице, в глазах начальницы застывшие слёзы. — Устала, — с трудом переосиливая ком в горле, почти шёпотом ответила Ира. — Я тоже, — улыбнулся одной стороной лица.       Всё-же сев рядом с ней, заключает в свои объятия. Она рвано вздыхает, укладывая голову ему на плечо. — Я не могу без тебя, — вдруг призналась Павлова, сжимая пальцами кромку пальто. Эта мысль не давала ей покоя весь день, одновременно и настораживая, и вызывая лёгкий трепет. — Тебе и не нужно, — усмехнулся в ответ Олег, целуя её в висок, после спускаясь поцелуем по щеке, к губам. Останавливаясь в нескольких сантиметрах, опалял своим горячим дыханием. Она замерла, в ожидании прикрыв глаза. Холодными пальцами касаясь его щеки, провела ниже, к подбородку, спускаясь касанием к шее.       Ирина не выдержала первой. Удерживаясь за ворот его хирургической рубашки, впилась в его губы поцелуем. Он ответил мгновенно, перехватывая инициативу. Робкое, почти невесомое, касание губ с каждой секундой становилось более глубоким, чувственным. Тёплые губы Олега обжигали её холодные. Его ладонь опустилась на поясницу начальницы, пока пальцы другой мягко зарывались в её светлые волосы.       Она отстранилась, сталкиваясь с карими глазами напротив и тут же утопая в мягком, источающем нежность, взгляде. — Пошли, — чувствуя мелкую дрожь, исходящую от женского тела, полушепотом произнёс Брагин. — Совсем замёрзнешь.       Ирина улыбнулась, прикрывая глаза и коротко кивая, оставаясь в объятиях подчинённого.