Вне цепей

      Зал Расписного Стола застыл в тяжелом, звенящем молчании. Рейнира стояла у края резной карты, и ее голос, обычно теплый, сейчас звучал как приговор, не терпящий возражений.       — Это союз, который укрепит наши притязания, — произнесла она, глядя на сыновей. — Джейкерис обручится с Бейлой. Люцерис — с Рейной.       Люк почувствовал, как в груди разливается холод. Он перевел взгляд на Деймона — отчим стоял в тении в его глазах читалось холодное удовлетворение от удачно расставленных фигур на доске.       — Нет, — негромко сказал Люцерис.       Разговоры в зале мгновенно стихли. Джейс предостерегающе сжал плечо брата, но Люк сбросил его руку.       — Повтори, — прищурился Деймон, делая шаг из тени. Его голос был обманчиво тихим, предвещающим бурю.       — Я не стану на ней жениться, — уже громче ответил Люк, чувствуя, как дрожат пальцы, но стараясь держать спину ровно. — Вы обещали, что у нас будет выбор. Вы говорили, что мы — драконы, а не разменная монета в ваших играх!       — Люцерис, это долг, — мягко, но твердо перебила Рейнира. — Ты — наследник Дрифтмарка. Рейна станет тебе прекрасной парой и поддержкой...       — Это ваш долг, мама! Не мой! — выкрикнул Люк. — Вы даже не спросили меня. Вы просто решили, что я проведу остаток жизни там, где не хочу, с той, к кому чувствую лишь братскую любовь. Вы не учитываете мои желания!       — Довольно! — голос Деймона хлестнул, как бич. — Ты сделаешь то, что велят твои родители...       Люк обвел их всех взглядом: непреклонную мать, властного отчима и покорного Джейса. Гнев, смешанный с отчаянием, захлестнул его.       — Если вы так жаждете этой свадьбы... — Люк сделал шаг назад, к тяжелым дверям. — ...то вам придется вести меня к алтарю в цепях!       Он развернулся и выбежал из зала. Гулкий удар закрывшейся двери отозвался эхом под сводами замка.       Деймон застыл, так и не договорив. На мгновение его маска ледяного спокойствия треснула. Эти слова — горькие, полные яда и бессильной ярости — прошили его насквозь, пробудив воспоминания, которые он годами пытался похоронить. Долина. Запах овечьей шерсти. И он сам, молодой и такой же отчаянный, когда его силой связывали узами с Реей Ройс. Он помнил это ощущение клетки.       — Деймон? — тихо позвала Рейнира, заметив его замешательство.       Но принц-бродяга промолчал, он глядел на закрытую дверь, за которой только что исчез его пасынок.       Этой же ночью, когда луна скрылась за тучами, Арракс бесшумно сорвался с утесов Драконьего Камня. На столе в пустых покоях принца остался лишь листок пергамента:

«Раз вы не учитываете мои желания, то и я больше не обязан учитывать ваши планы. Я ухожу туда, где мое имя принадлежит мне, а не вашим амбициям

Не ищите меня.».