Гримм из Нью-Йорка

Машина остановилась у дома Смита. На заднем дворе раскинулась огромная пасека: десятки ульев застыли в угасающем свете. В воздухе роились пчелы, их низкий гул заполнял тишину, однако они не трогали пришельцев, словно не чувствуя в них угрозы. Беккет выбила дверь и ворвалась внутрь с пистолетом наизготовку. Она обыскала дом с привычной точностью, но замерла как вкопанная, когда увидела его. Майкл Смит был привязан к стулу в центре комнаты — избитый, окровавленный и сломленный. Касл бросился к нему. — Мэддокс нашел его первым, — пробормотал Касл сквозь зубы. Внимание Беккет привлек камин. В решетке всё еще тлели клочки бумаги, превращаясь в пепел. Она подбежала, но огонь уже сделал свое дело; лишь фрагмент официального логотипа полиции Нью-Йорка промелькнул на мгновение, прежде чем рассыпаться в прах. — Файл! Касл, файл! Смит оставался неподвижен, пока Касл нащупывал пульс. — Он жив, — сказал Касл, и на его лице промелькнуло облегчение. Он вызвал скорую, и пока далекий вой сирен был лишь гулом в воздухе Вестпорта, Ричард решил задать вопрос, который мучил его месяцами. — Так, значит, Райнбек? — начал он негромко. — Вот где ты была прошлым летом. Почему ты лгала мне о выстреле? И что еще важнее — почему ты вычеркнула меня из жизни на три месяца? Ты хоть представляешь, каково мне было? Последнее, что я видел — как Джош целует тебя в лоб, а ты в ярости из-за смерти Монтгомери практически обвиняешь меня в своем ранении. А до этого твой «доктор-мотоциклист» сделал то же самое. — Он не мой «доктор-мото...» Погоди, что он сделал? — спросила Беккет, ошеломленная. — О, да. Он вышел из операционной, прижал меня к стене и обвинил в том, что в тебя стреляли. И долгое время я действительно ему верил. Я жил с этим чувством вины каждый божий день. — Мне так жаль, Касл. Он перешел черту, — прошептала она. — Кейт, это не то, за что тебе нужно извиняться. Но представь, что творилось у меня в голове: я рисовал тебя где-то в глуши и думал, что Джош заботится о тебе. Было горько, но я хотя бы чувствовал, что ты в безопасности рядом с врачом. Он был там с тобой? Беккет покачала головой, отводя взгляд. — Он не поехал. Он собирался взять отпуск, но когда я оказалась там и наконец смогла ясно мыслить... я позвонила ему. Я хотела попросить его приехать на выходные, чтобы мы могли расстаться лично. Но во время разговора он и так всё понял. Он спросил, стоит ли ему вообще приезжать. Я ответила «нет». — Кейт, мне два месяца подряд снились кошмары. Я начал пить почти в ту же секунду, как ты отправила меня домой. Я днями пялился на телефон, ожидая звонка, который так и не раздался. Моим единственным другом была бутылка виски по ночам — только так я мог поспать хоть пару часов. Алексис всё это видела. В то время я даже не мог быть ей нормальным отцом. Неужели ты не могла просто прислать сообщение, что ты в порядке? Это было жестоко, Беккет. Эгоистично. Я чувствовал ревность, унижение и парализующий страх за твою жизнь. У меня была своя версия ПТСР — я не выносил вида солнечных бликов в зеркале. Знаешь, почему я сбил тебя с ног в тот день? Потому что увидел отражение вдалеке и понял, что это снайпер. А потом, на допросе по делу о взрыве на Бойлан-Плаза, ты говоришь какому-то мелкому воришке, что помнишь каждую секунду своего ранения. Беккет уже рыдала в голос. Стена, которую она выстроила вокруг себя, окончательно рухнула. — Касл, мне так жаль... Я, наверное, никогда не смогу за это нормально извиниться. Я даже не могу дать тебе рационального объяснения половине своих поступков. В больнице мой мозг был как в тумане, я сшивала воспоминания по кускам, но если честно? Я помнила твое признание. Помнила, что ты сказал, что любишь меня. Я просто не была готова к этому. Закрыться от всех было единственным способом, который я знала, чтобы справиться. Она перевела дух, её голос дрожал. — Почему я не писала три месяца? Я ни с кем не разговаривала, Касл. Только с отцом и совсем недолго с Джошем, но он казался мне скорее врачом, чем парнем. И я была в ужасе за тебя. Я была убеждена, что они меня найдут, что снайпер явится в тот домик и прикончит меня вместе со всеми, кто окажется рядом. И ты был бы там, Касл. Если бы я дала тебе хоть малейшую зацепку, ты оказался бы прямо под огнем. — Почему я лгала тебе после возвращения? У меня до сих пор нет внятного ответа. Наверное, не просто так я оказалась у психотерапевта, — произнесла Кейт дрожащим голосом. — В тот день с делом о взрыве... я думаю, я уже внутренне готовилась сказать тебе правду. Наверное, поэтому я и сорвалась на Бобби Лопеса. Ты ведь был за стеклом, верно? Это объясняет холодность, Джасинду, Слотера... Боже, Касл, мне так жаль. Я искренне не понимала, что происходит. Я даже подумывала переспать с Хантом, пока ты гулял с Джасиндой. — Я не спал с Джасиндой, Кейт, — мягко сказал Касл, глядя ей прямо в глаза. — Теперь это неважно, Касл. Я понимаю, что ты чувствовал. И я просто рада, что не перешла черту с Колином. Это бы всё могло разрушить между нами. Касл печально и устало улыбнулся. — Нет, Кейт. Было бы чертовски больно, но я и сам вел себя тогда как полный придурок. Я бы простил тебя... если бы только мы поговорили так давным-давно. Фельдшеры уже положили Смита на каталку и собирались вывозить его. — Мистер Смит, вы меня слышите? — Касл наклонился к нему, отчаянно пытаясь поймать ответный взгляд. — Сэр, я прошу вас отойти, — твердо сказала парамедик. Касл хотел было отмахнуться от неё, но в глазах Смита промелькнуло узнавание. Он охрип, его голос превратился в надсадный шепот. — Файл... — прохрипел Смит. — Она в опасности. Восемьдесят шесть... — Фиксируйте его! — Восемьдесят шесть? Что это значит? Я не понимаю! — Касл шел за каталкой к выходу. — Восемьдесят шесть... — Смит, говорите со мной! — Восемьдесят шесть Ма... Двери с шипением закрылись, и машина скорой помощи умчалась. Касл остался стоять на месте, так и не получив ответа. Беккет наблюдала за ним, её рука всё еще лежала на телефоне. — Если Смит выкарабкается, Райан приставит к нему охрану, — сказала она. — Нужно убедиться, что Мэддокс не вернется, чтобы закончить работу. — Смит только что передал мне сообщение. Он сказал «восемьдесят шесть». Это наверняка зацепка, где искать файл. — Мы знаем, где файл, Касл. Вон там, в камине. Сгорел дотла. — Нет, Смит слишком умен, чтобы хранить единственный экземпляр, тем более в собственной квартире. Он слишком осторожен для этого. Это код. Ответ где-то здесь. Внутри квартиры они начали перерывать картотечные шкафы, тишину заполнял лишь напряженный шелест бумаги. Касл искал хоть что-то, объясняющее это «восемьдесят шесть», но в ящиках были лишь тупики. Когда он потянулся к следующему, Беккет остановила его. — Нам нужно уходить, — отрезала она. — Но ответ должен быть здесь! — Касл всё равно рванул ящик на себя. — Он точно здесь! — Касл, тут больше нечего искать. «Восемьдесят шесть» может значить что угодно. Ты просто хватаешься за соломинку! — Да, я хватаюсь за соломинку! — закричал он, и в его голосе наконец прорвался неприкрытый страх. — Потому что если этот файл исчез, значит, они придут за тобой, и я абсолютно ничего не смогу сделать. Так что да, если есть хоть какая-то соломинка, я за неё вцеплюсь! Беккет пристально посмотрела на него, ощущая всю тяжесть его слов. — Касл, мы вообще не должны здесь находиться. Когда приедет патруль, нас арестуют за незаконное проникновение. У нас мало времени. Касл проигнорировал её слова, его глаза сканировали акт на право собственности, который он только что вытащил из стопки. Он замер. — Погоди... Смит владеет недвижимостью в Нижнем Манхэттене. Вот оно: Маркуэлл-стрит, восемьдесят шесть. Вот что он сказал. Он сказал «восемьдесят шесть», а потом «Ма...», как начало слова «Маркуэлл». Это здание? Файл там. Он с грохотом захлопнул ящик, и эхо разнеслось по комнате. — Касл, по дороге нам нужно заехать ко мне, — сказала Беккет, переключаясь на миссию. — Нам нужна Беда для подстраховки. Она молода, но у неё уличная закалка и она невероятно наблюдательна. Она присмотрит за периметром, пока мы будем внутри. — Я не против, Беккет. Нам еще стоит купить ей телефон, — заметил Рик. — У меня предчувствие, что она задержится у нас надолго. — Это точно, — Кейт едва заметно, лукаво улыбнулась. — И раз уж я временно безработная, все расходы на тебе. — Беккет, — он картинно, с напускным драматизмом нахмурился, — ты хочешь сказать, что ты со мной только из-за денег? — Ага, — она быстро поцеловала его. — Как думаешь — я бы сошла за элитную эскортницу при богатом Ричарде Касле? — Ты была бы лучшей из лучших, Кэтрин Беккет. Забрав Беду, которая, как и ожидалось, снова проголодалась, они направились прямиком в Нижний Манхэттене. Припарковавшись, Касл сунул Беде немного налички и велел купить хот-дог, а заодно внимательно следить за входом. Никто не заходит и, что важнее, никто не выходит. Внутри дом восемьдесят шесть по Маркуэлл-стрит представлял собой скелет из обнаженных стоек и гипсокартонной пыли. Место выглядело как проект по реконструкции, заброшенный на полпути. — Ладно, итак... в здании десять этажей. Насколько сложно найти один файл, верно? — сказал Касл, пытаясь скрыть нервозность. — Стой, — возразила Беккет, оглядывая строительный мусор. — Он спрятал бы его в надежном месте, подальше от бригад по сносу. — Да, а это наводит на мысль, что мистер Смит не просто владеет этим зданием — он знает его вдоль и поперек. Они осторожно пробирались через то, что раньше было коридором. Беккет остановилась и посмотрела на Касла, её взгляд смягчился. — Эй, — позвала она. Касл замер. — Спасибо. — За что? — он тихо рассмеялся. — Мы ведь еще ничего не нашли. — Просто... я знаю, что никогда не зашла бы так далеко, если бы не ты. Он остановился, и на мгновение хаос окружающего мира отступил. — Эй, мы доведем это до конца, — пообещал Касл уверенным голосом. — Мы с тобой. И для начала исключим все внутренние помещения. Смит не стал бы рисковать и прятать его там, где сносят перегородки. Потолки тоже не подходят. Внимание Беккет привлек ряд старых, потускневших латунных почтовых ящиков рядом с лифтовым холлом. — Касл, — она направилась к ним, стирая пыль с именных табличек. — Майкл Смит, пятьсот двадцать три. Он не просто владел зданием. — У него был офис на пятом этаже, — закончил Касл. Тяжелый металлический щелчок взводимого курка разорвал тишину. Они резко обернулись и увидели Мэддокса. Его оружие было нацелено прямо на них. В его фигуре чувствовалась хищная неподвижность, которая казалась совершенно неестественной. — Полезная информация, — произнес Мэддокс голосом, лишенным эмоций. — Разворачивайтесь. Руки за спину. Они замерли на мгновение, пока Мэддокс не приказал им встать, красноречиво качнув стволом. Они подчинились, и он подошел ближе, грубо выхватив запасной пистолет Беккет из-за пояса её брюк. — Вы просто не умеете вовремя остановиться, верно? — усмехнулся Мэддокс. — Значит, вы заставили Смита сказать, где файл, — процедил Касл. — Он сказал, что файл в напольном сейфе, но не уточнил, где именно. Хорошо, что вы, ребята, прояснили этот момент. Мэддокс затянул прочную пластиковую стяжку на запястьях Касла, соорудив подобие наручников, а затем проделал то же самое с Беккет. — Вы не убили его на случай, если не сможете найти файл сами, — холодно констатировала Кейт. — И как только я его получу, я наконец закрою наш счет. Пластик врезался в кожу Беккет, когда наемник затянул петлю. Он грубо толкнул Касла и Беккет в полуразрушенную ванную комнату. — Скоро увидимся. — Стой! — крикнула Кейт, и её голос эхом отразился от кафельных стен. — Скажи мне… кто ты такой? Мэддокс помедлил в дверном проеме, и тень чего-то дикого, звериного промелькнула в его чертах. — Это не имеет значения, детектив. Больше не имеет. Он вышел и запер за собой дверь. — Ладно, у нас минута, от силы две, чтобы убраться отсюда к чертям, — выдохнул Касл, проверяя натяжение стяжек. Беккет зажмурилась, заставляя себя сосредоточиться. — Касл, насколько туго затянуты стяжки? Можешь хоть немного шевелить руками? Касл кряхтел, налегая на пластик. — Нет, почти никак. — У тебя в карманах есть что-нибудь острое? — Э-э… — Нож? — Нет. — Кусачки для ногтей? — Нет. Кто вообще носит с собой кусачки? — Ключи есть? — Нет, это брелок. Дистанционный пульт, — он оглядывал пыльный пол. — Погоди… там саморез для гипсокартона! Он неловко извернулся, пытаясь подцепить его. — Это не поможет, — отрезала Беккет. — О, я бы поспорил. Мне нужно только… — он повернулся к ней спиной, пытаясь дотянуться до её связанных рук. — …зажать его и перепилить стяжку. Он начал отчаянно пилить толстый пластик зазубренным краем самореза. Прошло время, но Касл всё еще безуспешно мучился со стяжками Беккет. Он разочарованно провел пальцем по пластику — там не было и царапины. — Я его даже не поцарапал, — прохрипел он, хотя и не прекращал попыток. — Касл, я слышу шаги, — прошептала Беккет, её сердце бешено колотилось. — Быстрее! — Слушай, если нас сейчас прикончат, я буду чувствовать себя так, будто меня по-крупному обставили, — пробормотал Касл, и его движения стали лихорадочными. — Да. Я тоже. Он на мгновение замер, взглянув на неё. — По крайней мере… по крайней мере, у нас была прошлая ночь. Нам стоило сделать это еще четыре года назад. Дверь распахнулась с грохотом. Они оба обернулись, готовясь к худшему, но в проеме стоял Эспозито. Хавьер посмотрел на них, недоуменно нахмурившись. — Сделать что четыре года назад? — спросил он, скрестив руки на груди. Касл и Беккет застыли, тишина в комнате стала оглушительной. В этот момент в дверях, словно тень, появилась Беда. Она кивнула на Эспозито и, глядя на Беккет, сначала повторила его вопрос. — Да, что надо было сделать четыре года назад? Касл и Беккет переглянулись но промолчали. — Значит, этот парень просто зашел в здание. Я так понимаю, он тоже коп? — Настоящее имя Мэддокса — Седрик Маркс, — прошептал Эспозито, перерезая пластиковые стяжки. — После службы он устроился в контору под названием «Арантас Солюшнс». Какой-то военный подрядчик по секретным операциям. — Я слышала это название на улицах, — вставила Беда, внимательно наблюдая за Хавьером. — Запомнила, потому что оно звучало слишком пафосно для отбросов, которые о нем толковали. Как если бы бездомный вдруг начал рассуждать об акциях на Уолл-стрит. — Беда, это Хавьер Эспозито, — вмешалась Беккет, растирая затекшие запястья. — Как ты уже поняла, он детектив. Эспо, это Тереза Рубел. Просто зови её Беда. Эспозито бросил на девушку любопытный, оценивающий взгляд. — Беда? — повторил он. — Да, Беда, — огрызнулась она в ответ, и в её тоне послышались защитные нотки. Они осторожно последовали за Эспозито обратно к почтовым ящикам. — Как всё это привело тебя сюда? — тихо спросил Касл. — Как только я узнал имя, я разослал ориентировку на его машину. Патрульные заметили её у этого здания. Когда я приехал проверить, то увидел твою тачку неподалеку. Эспозито достал основное оружие, его чувства были на пределе. Беккет остановила его, положив руку на плечо. — Стой, Эспо. Пятьсот двадцать три прямо за углом. У тебя есть запасной? — Да. Эспозито присел, чтобы достать запасной пистолет из кобуры на щиколотке. Он держал основной ствол нацеленным в коридор, передавая запасной Беккет. — Круто, — прошептал Касл, подаваясь вперед. — А для меня «запасно-запасного» не найдется? Эспозито обернулся к нему с сухой ухмылкой. — Размечтался. Беккет проигнорировала их перепалку. Прицелившись, она двинулась вперед с тактической точностью. Эспозито шел след в след за ней. Касл следовал позади с широко раскрытыми глазами. — Вау, — прошептал он сам себе. Мэддокс склонился над напольным сейфом, его пальцы с хищным упорством крутили диск. Беккет наблюдала из тени, Эспозито прикрывал её с фланга. Сейф наконец щелкнул и открылся. Когда Мэддокс потянулся внутрь за папкой, Кейт вышла на свет. — Ни с места. Даже не дыши, — рявкнула она, не опуская пистолета. — Потянешься к нему — и я вышибу тебе мозги. Мэддокс замер. Его основное оружие лежало у ног, но он явно не собирался сдаваться. — Окей, детектив. Ваша взяла, — сказал он пугающе спокойным голосом. Он медленно двинулся, поворачивая корпус так, чтобы скрыть правую руку под курткой — он тянулся к запасному стволу. В это мимолетное мгновение его лицо начало пульсировать — кожа натянулась, челюсть удлинилась, а в глазах вспыхнул дикий, первобытный блеск. — Теперь медленно достань руку и передай мне файл, — приказала Беккет. Она и Эспозито подошли ближе, их тактические инстинкты были на пределе. Касл и Беда замерли у двери. Мэддокс дернулся, направляя скрытое оружие в их сторону и одновременно хватая папку. Но как только он потянул её на себя, сработал скрытый нажимной механизм. Комнату заполнило частое, лихорадочное тиканье. Эспозито не колебался ни секунды: он схватил Беккет и вытолкнул её из дверного проема, ныряя следом. Раздался мощный взрыв, рев оранжевого пламени вырвался в коридор. Когда дым немного рассеялся, они снова ворвались внутрь, держа оружие наготове. От офиса остались лишь почерневшие руины. — С ним покончено, — сказал Эспозито, во все глаза глядя на то, что осталось от Седрика Маркса. Но Беккет и Беда видели кое-что другое. Они смотрели, как звериное искажение на лице Мэддокса медленно исчезает, и черты возвращаются к человеческому облику в его последние мгновения. Они обменялись молчаливым, понимающим взглядом. — Касл… — прошептала Беккет, оборачиваясь к нему. — Ты видел его лицо? — Видел что? — Касл выглядел совершенно сбитым с толку. — Нет. О чем ты? Спасибо за предупреждение, Смит. Он знал, что Мэддокс доберется сюда первым, и превратил куш в могилу. Касл протянул руку и поймал одинокий обугленный клочок бумаги, парящий в воздухе. — Файл, — пробормотал он. Беккет смотрела на обрывок, и её сердце уходило в пятки. Всё, за что они боролись, разлеталось по ветру.

Беду отправили обратно к Беккет, чтобы та не попадалась на глаза полиции; меньше всего Кейт сейчас нужны были проверки. Пока криминалисты работали на пепелище, капитан Гейтс сосредоточила всё внимание на Эспозито, Касле и Беккет. — Итак, давайте я уточню, правильно ли я поняла, — начала Гейтс голосом, способным резать стекло. — Чисто по счастливой случайности вы трое оказались в этом районе, просто прогуливались. — Ну, многие считают ходьбу лучшим видом упражнений, — вставил Касл. — Она дает низкую нагрузку, способствует… Гейтс заставила его замолчать одним лишь взглядом. — Затем вы услышали взрыв и, как сознательные граждане, бросились внутрь, чтобы всё проверить. — Да. Всё верно, — ответила Беккет с лицом-маской профессионального спокойствия. Гейтс перевела свой хищный взгляд на Эспозито. — И именно так вы это помните? — Так точно, сэр, — ответил он, не моргая. — Капитан Гейтс, я могу лично подтвердить... — начал Касл. — Мне это не интересно, мистер Касл, так как ваша специализация — вымысел, — отрезала она. — Допустим, вы просто оказались поблизости. Как вы объясните тот факт, что Мэддокс — убийца, за которым мы охотились, и человек, стрелявший в Беккет в прошлом году, — лежит там мертвый? — Плохая карма, — предложил вариант Касл. Эспозито сжал руку Касла, чтобы тот замолчал. Гейтс ни на секунду не отвела взгляда. — Детектив Райан! Райан шагнул вперед, встав за её спиной. Эспозито метнул в него взгляд, способный вызвать пожар. — Вы что-нибудь знаете об этом? — спросила Гейтс. — Только то, что сейф, судя по всему, был заминирован и сработал, когда Мэддокс его открыл. — И что было в этом сейфе? — Трудно сказать. Какие-то бумаги. Райан понимал, что Эспозито его осуждает, но Беккет поймала его взгляд и едва заметно, понимающе улыбнулась. Она ни на секунду не сомневалась, на чьей он стороне. — И я полагаю, вы не знаете, что было в тех бумагах или зачем Мэддокс здесь был? — Гейтс снова посмотрела на Кейт. — Как я и сказала, — холодно ответила Беккет, — мы просто проходили мимо.

Беккет шепнула Каслу, что видела истинное, звериное лицо Мэддокса перед самым концом. Эспозито этого не слышал — он был слишком занят, разглядывая Беду. На данный момент они решили не обрушивать сверхъестественную правду на Хави и Райана. Некоторые секреты лучше оставить погребенными. — Мы были так близки, — пробормотала Кейт, стоя перед своей импровизированной доской для расследований. — Этот файл рассказал бы нам всё: кто в центре заговора и кто на самом деле убил мою маму. Эспозито подошел и протянул ей пиво. — Ну, по крайней мере, Мэддокс больше за тобой не придет. — Они просто пришлют кого-то другого, — возразила Беккет. — Если только тот, кто за этим стоит, не знает, что файл уничтожен, — предположил Касл. — Может, он думает, что козырь всё еще в игре. — Я бы не стала на это ставить, а ты? — спросила Беккет усталым голосом. — Эй, мы сегодня вообще есть будем? — прервала их Беда, чей голод явно перевешивал драматизм момента. Касл пожал плечами, но тут Эспозито напрягся, заставив всех замолчать резким жестом. В коридоре послышались шаги. Беккет и Эспозито выхватили пистолеты, тактически грамотно выдвигаясь к входной двери. Касл последовал за ними, схватив тяжелую железную кочергу у камина в качестве оружия. Они заняли позиции, и Беккет кивнула Эспозито, чтобы тот открывал. Он рванул дверь и обнаружил на пороге Райана, который в шоке отпрянул, увидев направленные на него стволы. Беккет и Касл тут же опустили оружие, но Эспозито продолжал целиться в Райана, и лицо его оставалось жестким и неумолимым. — Может, уберешь эту штуку? — спросил Райан, глядя прямо в дуло пистолета Эспозито. — О, глядите-ка, явился наш Иуда, — выплюнул Эспозито, не опуская руки. — О, я вижу, тут у вас суровые мужские терки, — вставила Беда, поглядывая на руки Райана. — Райан, ты что принес? Еду? Райан проигнорировал выпад Эспозито и посмотрел на напарника. — Да ладно тебе, парень. Может, завяжешь уже? — Ребята, ну хватит, — скомандовала Беккет, и её голос прорезал напряжение. Эспозито помедлил секунду, а затем наконец опустил оружие. — Что ты здесь делаешь? — спросил он всё тем же суровым тоном. Райан прошел мимо него в квартиру, сосредоточив всё внимание на Кейт. — Я пришел принести тебе это, — сказал он, поднимая прозрачный пакет для улик. — Бумаги из сейфа? — спросила Беккет, и в ней снова вспыхнула надежда при виде обгоревших обрывков. Райан кивнул. Пакет с обугленной бумагой высыпали на обеденный стол — миллионы крошечных фрагментов образовали серую мозаику прошлого. — Что именно мы ищем? — спросил Эспозито, щурясь на этот беспорядок. — Имена. Места. Даты, — ответила Беккет, уже разбирая обломки. — Всё, что подскажет, что было в этих файлах и почему кто-то так отчаянно хочет их скрыть. Они работали всю ночь, собирая худший в мире пазл. — Пять часов, — вздохнул Эспозито, потирая уставшие глаза. — И всё, что у меня есть — это клочок размером с игральную карту, и он пустой. — Да, а у меня тут «конечный баланс», — добавил Райан. — Думаю, это какая-то банковская выписка. Касл поднял один из фрагментов, поймав взгляд Беккет. — Не просто выписка, — заметила она. — О-о... это часть денежного перевода на предъявителя, — сказал Касл, переворачивая его. — Это может быть взятка. — И тот, кому она предназначалась, скорее всего, и есть наш парень, — сказала Беккет. — Что ж, логично, — согласился Касл. — Всё это началось, когда Монтгомери со своими дружками-копами начали похищать бандитов ради выкупа. — И мы знаем, что кто-то узнал об этом и потребовал долю, — добавила Беккет. — И кто бы это ни был, в этом файле есть что-то, огласки чего он смертельно боится. Эспозито, всё еще сосредоточенный на небольшой кучке обрывков, внезапно замер. — Йоу. Здесь... здесь цифры. Напечатано на машинке, восьмизначный ряд. Не номер телефона. Погодите-ка... — О, это же... — начал Касл. — Это обратная сторона того денежного перевода! — воскликнул Эспозито. — И эти цифры — 08672241 — это номер счета, на который он был зачислен. — Если мы выясним, чей это счет, у нас будет имя, — голос Беккет был холодным. — Кажется, я знаю способ, — сказал Райан. — Помните, когда мы проверяли банковские записи по делу о «грязной бомбе»? Мы использовали федеральную банковскую базу данных. — Я всё еще помню пароль, — вставил Эспозито. Они столпились вокруг компьютера Беккет. Напряжение в комнате было почти осязаемым. — Я даже не уверен, что они отслеживают счета такой давности, — пробормотал Эспозито, заходя в систему. — Тот, кому принадлежит этот счет — человек, убивший мою маму, — плоско заявила Беккет. — Запускай. Эспозито посмотрел на неё, оценивая её решимость, и ввел номер счета. Компьютер на мгновение зажужжал, прежде чем на экране вспыхнуло имя. — Счет был закрыт девятнадцать лет назад, — прочитал Эспозито. — Принадлежал парню по имени Уильям Г. Брэкен. Беккет застыла. Имя показалось знакомым, призрак из политических заголовков. Наконец, в голове всё сложилось. — Ты имеешь в виду... сенатора Уильяма Брэкена? Беккет подняла политическую листовку его предвыборной кампании. Это было масштабнее, чем они представляли, но, наконец, у врага появилось имя и лицо. Она подошла к своей импровизированной доске и приколола фото Брэкена прямо в центр. — Беда, ты когда-нибудь слышала о нем на улицах? — спросила Кейт, не оборачиваясь. — Нет, — ответила девушка из угла. — На улицах о таких, как он, не болтают. Даже не видела его никогда. Слишком чистенький для тех мест, где я обретаюсь. — Согласно биографии на его сайте, сенатор Брэкен был помощником окружного прокурора Нью-Йорка с 88-го по 92-й год, — прочитал Райан со своего планшета. Касл заметил, что Беккет не отрываясь смотрит на доску. — Кейт, — мягко позвал он. — Я в порядке, Касл, — ответила она, одарив его короткой решительной улыбкой. Тон, которым она это произнесла, делал это утверждение настолько правдивым, насколько это вообще было возможно. Касл ответил поддерживающей улыбкой. — Сроки Брэкена совпадают, — продолжила Беккет. — Это было как раз тогда, когда Монтгомери похищал гангстеров. — Брэкен, должно быть, прознал о том, что они делают, через свои каналы, — добавил Эспозито. — И понял, что не может предъявить обвинение мафиози, потому что те не станут давать показания, а копы просто выйдут сухими из воды. — И вместо этого он решил влиться в долю, — подхватил Райан. — Если они собирали выкупы с бандитов, он захотел кусок пирога в виде денежных переводов. — Верно, — согласился Касл. — Но когда его политическая звезда взошла от конгрессмена до сенатора, он понял, что должен убедиться, что этот скандал никогда не всплывет. Зазвонил телефон, нарушив концентрацию. — И тогда люди начали умирать, — прошептала Беккет. Райан ответил на звонок, отошел в сторону и вернулся через минуту. — Только что сообщили: Майкл Смит перенес операцию и пришел в себя. Коллективный вздох облегчения наполнил комнату. — Смит — это ключ, — сказал Касл, уже потянувшись за курткой. — Он может связать всё это с Брэкеном. — Окей, — Беккет мгновенно перешла к действиям. — Мы с Каслом едем к нему. Вы, ребята, попробуйте найти прямую связь между Мэддоксом и Брэкеном. Касл и Беккет направились к выходу.