caritas mus

Четвертое марта 2021 года. (Наши дни).

***

Мигалки, шугалки, хуялки. Очень-очень-очень громко. Уши буквально резало неприятным звуком. Так всегда в больницах, особенно когда какому-то полицейскому вдруг отрубают пальцы, а потом кромсают все его тело, пока тот не становится похож на однородную массу, напрминащую заправку для русского супа «борщ». Сравнение не могло не вызвать ухмылки, которую тут же пришлось спрятать и надеть маску обеспокоенного-друга-волнующегося-полицейского. Чигука уже, конечно, везли в операционную. Врачи охали, пытались договориться о том, кто будет оперировать пострадавшего. Забавно, вроде врачи, а на кровь смотреть боятся. У кого-то даже текли слезы. Наконец пришел назначенный врач. Уже в полном снаряжении: халат, перчатки, маска, скрывающая половину лица. Темные, пустые глаза ярко выделялись на бледном лице. Полицейский засмотрелся на них. Мозг усиленно пытался вспомнить, где видел их. Но, хоть у него и была отменная память, ничего не получилось. — Извините, доктор! Помогите ему пожалуйста! — он наконец попытался привлечь его внимание, может хоть так узнает. Врач, уже собиравшийся идти оперировать, резким движением обернулся. Весь его вид кричал о собранности и строгости. Чон Барыму нравилось такое, он и сам был перфекционистом. Порядок на столе — порядок в голове. Хотя насчет второго… — Отойдите, мешаете работать. — холодно ответили ему. Ну, конечно. Он же врач. Хирург. У этих сук всегда самомнение больше члена. Врач таким же резким движением развернулся и зашел в операционную. Дальше все пронеслось как в тумане. Вернуться на место преступления, забрать палец, отнести его в больницу… Детектив Ко придумывал самые извращенные и муторные задания, словно издеваясь над только что потерявшем друга парнем. Чон Барым, успевший вымотаться и пожалевший о выборе профессии, сидел на скамейке ожидания. Наконец из операционной вышел Он. Халат в крови, лицо напряженное, будто только что побывал на олимпиаде по математике. — Извините, как он? Хирург вытер руки, даже не взглянув на парня в ярком зеленом пиджаке. — Жив. — короткая пауза. — Пальцы пришили, но полная подвижность не гарантирована. — наконец он поднял взгляд и с подозрением окинул им окровавленную рубашку перед собой. — Вы… родственник? — О нет, нет. Я его друг. — выдохнул тот, натягивая облегченную улыбку. — Ладно, я зайду как-нибудь потом. До свидания. — кивок на прощание. Выжил сука. А ведь он старался. Врач посмотрел вслед удаляющейся фигуре, в глазах мелькнуло смутное воспоминание, больно сдавившее мозг, но он тут же отмахнулся от него и вернулся к работе. — Следующий пациент.

***

Расследование пошло быстрее, что не могло не радовать полицейских. Комучи уговорил Барыма отпроситься с работы и навестить друга в коме. Тот, впрочем, так и сделал. Идя по стерильному коридору уже знакомой больницы, полицейский глаз вдруг зацепился за чужую ссору. Хирург. Врач. Спаситель человеческих жизней. Стоит и с нервно дергающимся глазом обьясняет какой-то женщине, «как правильно резать вену, чтобы в следующий раз точно умереть». Смешно. Если бы Барым стал врачом, он бы стал им. С напускным недовольством полицейский подошел ближе. Узнал в женщине мать второй жертвы маньяка, видимо попыталась покончить с собой, дура. — Извините доктор, не могли бы вы перестать? Хирург лишь на секунду вздрогнул и повернулся к тому с ледяным спокойствием. — Констатирую факты. — он посмотрел на синюю униформу. — Или у полиции есть возражения против медицинской точности? Черные глаза могли прожечь дыру. Глаза психопата? Или это что-то другое? Барым хмыкнул, проигнорировав вопрос врача, подошел к бедной женщине и взял ее за раненую руку. — Тише, я уверен доктор просто переживает за вас. — изобразив сочувствие сказал он. — Держитесь. — попытка поддержать женщину больше походила на насмешку, если знать ситуацию целиком. Полицейский зашел в палату к другу. Сон Е Хан сжал руки в кулаки. Он видел эту насмешку в глазах офицера. Но как на монстра теперь смотрели на него. Женщина встала и ушла в туалет. Он тоже развернулся и направился в противоположном направлении, сжимая историю болезни до хруста бумаги. Его раздражала человеческая слабость. Серьезно, умереть даже не попытавшись отомстить? Е Хан и сам пытался покончить с собой. Может он увидел в этой женщине себя, потому и злился.

***

Всякий раз, когда Барым навещал больницу, это доставляло ему садистское удовольствие, он видел хирурга между коридорами, в кабинетах и палатах. Их взгляды сцеплялись, сходились в невидимой схватке. Е Хан вел себя с пациентами холодно, порой даже агрессивно, как с той женщиной. Что-то внутри офицера заходилось от этого, колыхало каждый раз, словно он смотрел хороший фильм. Он редко смотрел по-настоящему хорошие фильмы, чаще всего это были документалки или детективы. Барыму нравилось с каким хладнокровием врач работал. Это напоминало ему те самые сцены убийств из ужастиков.

***

И как в какой-то дешевой дораме про маньяков расследование зашло в тупик. Единственная зацепка — доктор Сон Е Хан, слишком уж подозрительным он казался детективу. Комучи попросил своего ассистента допросить его, узнать алиби на время убийства. Прикинувшись, что снова пришел к другу в больницу, Барым нашел доктора. Тот стоял посреди коридора, сосредоточенно объясняя что-то медсестре, его лицо не выражало никаких эмоций, обычного прохожего это, наверное, могло бы напугать. Офицер стал думать, как подойти, не вызвав лишних подозрений. Он знал, что доктор невиновен, но блять что-то в нем ужасно настораживало, словно тот видел Барыма насквозь. Единственный. Как будто полицейский сам сейчас сидел на допросе и любая ошибка могла выдать его преступления. Это и восхищало, и раздражало. Но сейчас доктор даже не замечал его появления. Усмехнувшись Барым налил стаканчик с водой из кулера и неспеша направился к говорящим. Медсестра ахнула и всплеснула руками, но было уже поздно. Полицейский, якобы случайно, пролил всю воду прямо на спину врача. Она забавно стекала вниз по халату, прямо как кровь у убегающих жертв. Барым сделал вид, что удивился, благо хорошо научился пародировать эмоции за годы тренировок, казалось он контролирует даже свой пульс. — Ох, черт! Извините док, какой же я неуклюжий! — усмехнулся он про себя, тут же начав выжимать халат от воды. — Доктор… Сон Е Хан, да? Давайте я вам все сейчас же отмою. Тот резко отступил, смотря на мокрое пятно с отвращением и только потом с заметным раздражением узнал виноватого. Значит тоже запомнил Барыма. Это льстило. — Не трогайте меня. — ледяным тоном сказал он, возвращая лицу выражение холодного спокойствия. — Уборщица справится. Больше тупости Барым ненавидел только высокомерие. Он закатил глаза, и пока врач не ожидал, резко, буквально втащил того в ближайшую больничную кладовку, по пути закрыв дверь. Медсестра к тому времени уже ретировалась, почувствовав напряжение между двумя. Для вида Барым продолжил отжимать воду с бедного халата. — Итак, доктор Сон Е Хан. не подскажите, где вы были вечером пятницы? — спросил офицер, наконец перестав улыбаться. Е Хан же не растерялся, словно догадываясь, что полицейский мог выдасть что-то подобное. Откуда черт возьми он все знает? Врач резко отпихнул Барыма от себя, с грохотом прижал того к полкам со стеклянными колбами. — Вы кто такой, чтобы меня допрашивать? — он достал скальпель, чудом оказавшийся в кармане. — Советую перестать. Барым усмехнулся, замечая оружие, но промолчал. — Допрос? Ничего такого, просто светская беседа. Для допроса нужно составлять сотни бумаг, а вас вызывать в полицейский офис… Я думаю, вы этого не хотите. — он хмыкнул, окончательно выводя доктора из себя. — Советую просто поговорить. Сон Е Хан провел лезвием по чужому горлу, не касаясь кожи. — Мой ответ — не ваше дело. — врач убрал скальпель обратно в карман и протянул руку, чтобы открыть дверь. — А теперь извините, у меня операции. Полицейский разочарованно нахмурился, резко притянул врача за рукав обратно и, для удобства, схватил его за грудки. В таком положении врач выглядел чертовски привлекательно, даже его запах действовал на парня словно наркотик и мешал рационально думать. — Сон Е Хан. — медленно произнес он, делая глубокий вдох. — Тебя подозревают в серийных убийствах. Хочешь в тюрьму? Доктор резко вырвался, аккуратным движением снова приставляя скальпель к чужому горлу. — Докажите. — глаза пустые. — А пока не докажете… советую следить за языком. Барым не выдержал и усмехнулся. Серьезно? Этот жалкий врач кидает ему вызов? Как мило. — Думаешь не докажу, милый? — он оттолкнул Е Хана от себя и открыл дверь. — Жди, когда к тебе придут с ордером, Сон Е Хан. Доктор буквально до боли стиснул губы, не веря своим ушам. — С нетерпением жду. Он, специально задев чужое плечо, вышел из каморки, хлопая дверью прямо перед носом парня.