Bloodlust

Боевики Тевы прохлаждаться не любили от слова совсем. Или всему виной методы воспитания Райана? Почти всё свободное от заданий и патрулей время парни тратили в зале, принадлежащем группировке: тренировались, проводили спарринги и в целом гоняли себя до седьмого пота и кровавых соплей. Акира не имел ничего против, поддерживать форму нужно было и ему, но он всё же не ожидал, что от него — голоса из наушника — будут требовать тех же результатов, что и от оперативников. — Не, я не буду насиловать себя на тренажёрах до полного изнеможения, — хмыкнул Акира в лицо своему старшему напарнику. — У меня были лучшие результаты по сдаче нормативов в армии, Ким. — Ну так докажи, — напарник сложил руки на груди и вздёрнул бровь с вызовом. — С какой стати я обязан тебе что-то доказывать? — усмехнулся Акира, забавляясь с чужих попыток выглядеть угрожающе. Он открыл было рот, чтобы выплюнуть что-нибудь ещё, что-нибудь ехидное и самодовольное, но слова застряли в глотке из-за внезапно пробежавшего вдоль позвоночника холода. Эта реакция — недавно выработавшийся условный рефлекс, срабатывающий от физически ощутимого взгляда лишь одного конкретного человека. Судя по напряжению, застывшему на лице Кима, ошибки быть не может — это Райан бесшумно материализовался прямо за спиной Акиры. — Мне не нужны капризные мальчишки, неспособные драться и держать в руках автомат, — раздался спокойный рокот твёрдого низкого голоса. — Капитан, — медленно, почти нараспев выговорил Акира, обозначая, что понял, кто с ним заговорил. Он неторопливо повернулся, демонстрируя растянувшуюся на губах довольную ухмылку. — Я служил в армии. Я умею драться и держать в руках автомат. — Неужели, — произнёс Райан без вопроса в голосе. — Значит, щеночек обучен подчиняться и следовать приказам старших, — на секунду его взгляд намекающе скользнул по Киму и вновь вернулся на лицо Акиры, удивлённо моргнувшего в ответ на уничижительное обращение. — Или у тебя проблемы с субординацией? — Всего раз было-то, — легкомысленно отфыркнулся Акира, нервно дёрнув уголком губ и стараясь не думать о том, что этот идеальный сукин сын снова одет в эту чёрную униформу, словно приготовился к вылазке — только снарягу и броник осталось нацепить. Хотя, кое-что Райан вроде как всегда носил на себе, но Акира не решился посмотреть вниз и проверить наличие ремней снаряжения у него на бёдрах — за столь откровенный и похабный взгляд ему наверняка без лишних слов свернули бы шею. — Я больше не в армии. — И не на детском утреннике, — припечатал Райан, сканируя своим ледяным взглядом становящееся всё более кислым выражение лица Акиры. — В армии за неподчинение приказам не убивают. Я понятно намекаю? — Да, сэр, — сквозь зубы сдержано выплюнул Акира. Ему бы радоваться, что он таки сумел привлечь внимание капитана и заставить его снизойти до траты слов, да вот только приятного в этом оказалось мало и весь энтузиазм к продолжению диалога смылся в унитаз. — Иди с ним и засекай таймер, — Райан снова посмотрел на Кима и, чуть подумав, ровным тоном добавил совершенно издевательское: — Пусть покажет свои лучшие результаты. Акира тут же приободрился — то ли от этой скрытой насмешки в надменном взгляде, царапнувшей его гордость; то ли от того, что его больной мозг воспринял эти слова как выданный Акире в руки шанс проявить себя перед самим капитаном. Акира знал, что справится. Воодушевлённый хоть каким-то прогрессом в общении с Райаном, он даже побил свой предыдущий рекорд на полторы секунды. Ким только и делал, что отвешивал сухие одобрительные комментарии и сурово хмурился, явно оставшись под впечатлением — Акира не соврал, он был в отличной форме. Он в пару секунд вылакал полбутылки воды, выравнивая дыхание и ища взглядом Райана. Футболка намокла от пота и неприятно липла к остывающей коже, кончики пальцев покалывало от количества нерастраченной энергии, рвущейся наружу. Райан обнаружился сидящим за столом фитнес-бара, рядом с кем-то из парней. Подойдя ближе, Акира заметил, что на столешнице перед ними были разложены какие-то бумаги, а между собеседниками велось негромкое обсуждение. Наверное, предметом диалога была одна из будущих миссий. По-хорошему, Акире не стоило испытывать судьбу и внаглую влезать посреди разговора. Но Акира часто предпочитал по-плохому. — Капитан, — громко оповестил он о своём присутствии, остановившись в метре от мужчин. Райан демонстративно медленно поднял голову, как бы обозначая, что реагирует на Акиру далеко не из интереса, а скорее в качестве одолжения, и повернулся вполоборота. — Что? — Я показал свои лучшие результаты, как вы и просили, — сообщил Акира, чуть нахмурившись. — Теперь тебя нужно похвалить? — А вы бы похвалили? — Нет. Ни капли не удивившийся Акира криво улыбнулся. — Конечно, нет. Вы же даже не смотрели. — А ты планируешь стараться только тогда, когда на тебя смотрит начальство? — тон голоса Райана оставался убийственно спокойным несмотря на завуалированное под вопрос замечание, и от этого контраста все внутренности скручивало. Акира сник окончательно, но не ответить не смог. — Ну, это мотивирует. — Я не хвалю вещи за то, что они исправно выполняют свои функции, — хмыкнул Райан. Ауч, блядь. Акира так и не разобрался с тем, что именно в этих словах возмутило его больше всего: то, что для Райана он всего лишь очередная боевая единица, вещь, а не человек; или то, что его показатели — лучшие среди всех, между прочим — это нечто само собой разумеющееся для капитана. На этот раз Акира всё же решил промолчать. Райан, удовлетворённый тем, что последнее слово осталось за ним, вновь отвернулся, намекая, что разговор окончен. — Чува-а-ак… — обеспокоенно протянул Занс, когда Акира, вопреки своим словам о том, что не станет убиваться в зале как все остальные, вернулся к тренажёрам. Разумеется, Занс всё отлично видел и слышал. — Нахер ты провоцируешь его? — Я думал, это называется «пытаться понравиться». — Понравиться? Гроссу? Тебе что, жить надоело? — Начинаю думать, что да, — вздохнул Акира. Акира не рассчитывал на такое пренебрежительное отношение к себе со стороны капитана. Да, глупо было бы надеяться на каких-то иных бабочек в животе кроме тех, что используют для эффектного флиппинга перед тем, как воткнуть лезвие в плоть, и всё же… Всё же. С помощью этой ситуации Акире удалось чуть-чуть влезть под маску безразличного ко всему живому каменного изваяния с именем Райан Гросс и обнаружить под ней необыкновенно циничного уёбка. Минусы-то будут? Главным здесь всё-таки являлось то, что добиться реакции от капитана оказалось вполне возможно. А значит, шанс суметь притереться к нему становился ненулевым, нужно было лишь найти правильный подход. И вновь воспряв духом, Акира легко отмахнулся от вспыхнувшей внутри него глухой досады, а уже на следующий день с удвоенным рвением вернулся к попыткам втянуть Райана хоть в какое-то подобие разговора. Капитан тоже не пропускал свои тренировки и появлялся в зале одетым несколько иначе, чем обычно: в спортивных джоггерах и водолазке, облепляющей крепкие мышцы; вместо берцев — кроссовки; на ладонях — кожаные гловелетты. Наглухо застёгнутый в чёрную одежду — ни миллиметра открытых участков кожи кроме лица, шеи и фаланг пальцев — он всё равно умудрялся притянуть к себе внимание Акиры, раздевающего его взглядом. Акира беззастенчиво смотрел на то, как под тканью взбухают напряжённые мышцы, и постоянно отирался поблизости, даже не пытаясь скрыть тот факт, что ему нравилось то, что он видел. Райан ебашил в зале на износ, с поразительной, разрушительной эффективностью, словно пытался самоликвидироваться с помощью изнуряющих тренировок. Акира даже слегка забеспокоился: разрушенные на тренажёрах мышцы капитана едва ли успевали восстанавливаться к моменту его следующего посещения зала. А может, эта машина элементарно не чувствовала боли и не понимала, когда следует остановиться? Когда Райан перешёл к жиму лёжа и схватился за гриф, Акира не упустил возможность заговорить: — Может, вас подстраховать? — Я бы попросил, если бы было нужно, Шитай, — с отстранённым раздражением отбрил Райан. «Отъебись» в переводе с его языка. Акира не оскорбился, а очень даже напротив — обрадовался, как ребёнок, и едва смог подавить рвущийся наружу позорный писк школьницы, осознав, что Райан обратился к нему по фамилии. Любой другой человек на его месте пересрался бы, но только не Акира. Чёрт возьми, для него это почти что признание в любви. Райан признал существование Акиры! Запомнил, блядь, фамилию! Успешный успех! — Вы в хорошей форме, капитан, — промурлыкал Акира, продолжая стоять сбоку от Райана и беззастенчиво пялиться на его тело. Гросс же не удостоил парня даже мимолётным взглядом. — Тоже служили? — Ага. — Какие войска? — Войска не твоих собачьих дел. Да ёб твою мать. Подобные ответы быстро перестали вызывать печаль и вскоре действовали уже совсем не так, как, видимо, было задумано Гроссом: они подначивали Акиру, с каждым разом зарывающегося всё сильнее. Парень прощупывал границы дозволенного и не нарывался слишком сильно. Безошибочно чуя смрадное дыхание смерти прямо в затылок, он всегда вовремя отваливал от Райана, предоставляя ему небольшую передышку от своего безусловно приятного общества. С тех пор, как Акира периодически стал удостаиваться хотя бы таких грубых ответов от капитана, он начал замечать и другое: взгляд Райана едва уловимо менялся в зависимости от того, какую внутреннюю реакцию вызывали в нём те или иные события или слова. Если не замечать микроскопические изменения в мимике, то прочитать настроение капитана становилось крайне затруднительно — для невнимательного собеседника он всегда выглядел одинаково: мрачно нахмуренный, со скучающе-усталым взглядом мертвеца, смотрящего на всех вокруг с высоты своего похуизма. Акира всматривался в его статично хмурое лицо при любом доступном случае и потому научился видеть разницу между его «Отъебись» и «Отъебись или сдохнешь» выражением в глазах. Акира был убеждён: Райан не такой уж равнодушный, каким выглядел. Он не бесчувственный киборг, а крайне, просто чудовищно терпеливый. Акира также был уверен: рано или поздно он таки нащупает и сломает хвостик у этой капли Руперта, а из-под её сжатой оболочки вырвется всё накопленное напряжение. Вот бы сексуальное. Увы, для чересчур внимательного Акиры теперь Райан фонил только холодным раздражением, создавая вокруг себя ещё более заметную зону отчуждения.

***

Каждый отряд третьей группы занимался уличным патрулём. Настала очередь первого отряда, и теперь Акире и его напарникам предстояло большую часть времени торчать на одной из улиц, когда где-то поблизости проводились то ли переговоры, то ли какая-то крупная сделка, и следить за обстановкой вокруг. Короче говоря, в случае неприятностей они первыми вступят в перестрелку. В первом отряде было всего пять человек (куда делся шестой и как давно — история умалчивает), а потому капитан присоединился к патрулю. Акира узнал об этом, когда из наушника полилось рокочущее: — 1-1, смени позицию. — Вы тоже здесь, капитан? — удивлённо ахнул Акира, рефлекторно заозиравшись вокруг, но так и не обнаружив желаемого. — У вас не хватает человека, — сухо объяснил Райан. — И это весьма удачное стечение обстоятельств! — Хватит паясничать. Убирайся в другое место, ты как на ладони. — Переживаете за меня, капитан? — довольно отозвался Акира, двинувшись в сторону кафе. Кто-то из парней, висящий на линии и ставший невольным свидетелем этого диалога, тяжело вздохнул. — Когда начнутся проблемы, а тебя заметят и пустят пулю в лоб, может, тогда в твоей голове что-нибудь появится, — спокойно отозвался Райан, совсем не обеспокоенный озвученной им же самим вероятностью. — Видите меня, да? Я зайду внутрь, у окна есть свободное место, а у меня будет хороший обзор, — проигнорировал шпильку Акира. — Пойдёт? — Пойдёт. — Взять вам кофе? — Чува-а-ак… — это уже Занс. Кто-то другой глухо хохотнул, но больше никто не прокомментировал стрёмные попытки Акиры вести непринуждённую беседу с отмороженным капитаном. На некоторое время на линии повисла тишина. Акира позволил себе расплыться в удовлетворённой ухмылке, ощущая свою безнаказанность, как вдруг из наушника раздалось строгое: — 1-1, на два часа. Акира тут же сел ровнее и перевёл взгляд, приготовившись сорваться с места, как только заметит нечто подозрительное, но так ничего странного и не увидел: ни паники в толпе, ни таких же, как его отряд, типов, выискивающих потенциальных боевиков конкурентов. Просто оживлённая улица с кучей магазинов, кафе и ресторанов, разбросанных тут и там; просто прохожие, снующие туда-сюда по своим делам. Напряжение свернулось прямо в желудке. Он ещё раз всмотрелся туда, куда указал голос из наушника, но ничего необычного не увидел. — Это же просто цветочный ларёк… кажется. — Именно. Там продают похоронные венки. Уже выбрал, какой тебе нравится? Акира завис на минуту, обрабатывая услышанное, и, когда напряжение покинуло его тело, прыснул, подавив порыв полноценно рассмеяться. — Вы предлагаете мне выбрать, какой венок вам придётся купить, чтобы возложить его мне на могилу? — на всякий случай уточнил Акира и не услышал ни капли иронии в чужом голосе, по-армейски отрапортовавшим: — Так точно. — Парни, это не учебная тревога! У нашего капитана есть чувство юмора! — Акира изобразил вселенский ужас, но из-за наползшей на лицо улыбки вышло не очень убедительно. — Закрыл бы ты пасть, пока не поздно… — неодобрительно пробормотал Ким, и вот в его-то голосе проскочившие нотки ужаса были куда более натуральными, будто он действительно чего-то испугался. Пф! — Завидуешь, что капитану стало любопытно узнать, что мне нравится? — усмехнулся Акира. — Я и сам не ожидал. — Шитай, блядь, — рявкнул Ким. Акире становилось всё веселее. — А что сразу я?! О, подожди, я понял, я должен был испугаться, что капитан сам же меня и прикопает, да? Не подумал об этом… Так, ладно, щас переиграем… — Шитай, — спокойно прервал Райан, но в его голосе скользнули предупреждающие нотки. — Ты отвлекаешь команду. — Я разряжаю обстановку, — не согласился Акира. — Продолжай в том же духе и я разряжу в тебя всю обойму из девятимиллиметрового, — сообщил Райан будничным тоном. — Оу. Вы, похоже, где-то рядом? Иначе попасть в меня будет трудно. — Я не промахиваюсь. — Так вы снайпер? Вместо ответа наушник отозвался коротким скрежещущим шипением. Акира проверил — это Райан отключился от связи. Похоже, он осознал, что по какому-то удивительному стечению обстоятельств попал под ненормальное влияние Акиры и продолжал говорить с ним вопреки совершенно противоположному желанию. Своими словами он рассчитывал припугнуть попутавшего берега подчинённого, но столкнулся с разочарованием — Акира воспринимал подобные выпады в свою сторону как своеобразный и весьма располагающий к взаимности флирт. Именно такого уровня заигрываний парень и ожидал от морального инвалида Гросса, уверовав в то, что он не умел выражать свою симпатию как-то иначе. Ладно, на самом деле Акира только косил под идиота, понимал, что ходил по охуенно тонкому льду, но не мог заставить себя прекратить. Акиру едва заметно передёрнуло, вдоль спины вдруг пробежал табун мурашек. Он попытался высмотреть знакомую фигуру среди прохожих и даже обвёл взглядом зал кафе позади себя, но так и не обнаружил, откуда именно на него пялился раздраконенный капитан. Акира прикинул так: патруль — единственный доступный вариант для передачи сведений людям из его картеля и отряду «Омен». Хранить информацию на физических носителях слишком рискованно, придётся докладывать всё лично — хотя и это тоже опасно, риск быть раскрытым неприлично высок, однако никак иначе Акира не смог бы, не вызывая подозрений, передать полученные данные. Но чтобы встретиться и назначить следующее «свидание», следовало как-то связаться с необходимыми людьми. Минут десять Акира методично крутил телефон между пальцев. Идея глупая, рискованная, но, чёрт, а разве у него были в наличии иные способы? Подозревая, что настоящий личный мобильник в любой момент может попасть в руки старшим и стать причиной раскрытия личности Акиры, парень вовремя обзавёлся другим, чистеньким от сомнительных номеров и данных телефоном. Акира по памяти набрал номер, известный чуть менее, чем десяти людям, и отправил первое сообщение. 15:42 «Привет. Познакомимся?» (Кеаджу, есть информация) Акира искренне надеялся, что скрытый посыл дошёл до Чеки. Тот должен сразу понять, что неизвестный отправитель — это Акира, который не мог говорить с ним прямо даже по переписке. Ответ пришёл только через семь минут.

15:49

«По переписке не знакомлюсь»

(Значит надо встретиться)

15:50 «Очень жаль» (Не вариант) 15:55 «Знакомства в реальности — полный отстой. С последним парнем, который мне понравился, мы будто из разных миров, и вот уже месяц он разбивает мне сердце…» (Я в полном дерьме. Варюсь в другой группировке уже месяц, вынужден влезть им под кожу)

16:01

«Тоже мне, трагедия. Прояви настойчивость, придурок, и не пиши незнакомым людям!»

(Что ж, такое бывает. Делай то, что необходимо, и не выдавай себя)

пользователь ограничил круг лиц, которые могут ему писать Блокировка от Кеаджу — это хорошо, это правильно. Акира не будет удалять переписку: если телефон попадёт к кому-нибудь, то этот человек обнаружит в нём лишь неловкий чат, оборвавшийся баном со стороны неизвестного почти сразу на старте. В остальном, похоже, что в следующий раз инициатором диалога или встречи будет не Акира. По крайней мере, теперь «Омен» в курсе, во что он влип, и им известен его новый номер телефона. На всякий случай… Никаких стычек во время патруля не произошло, и если где-то поблизости действительно находились такие же боевики конкурентов, то их, вероятно, никто не обнаружил, потому как информации о подозрительных лицах ни от кого из членов первого отряда не поступило. Скукотища. Только к одиннадцати вечера патруль был окончен. Во внедорожнике ехали впятером — капитан предпочёл добираться в гордом одиночестве. Занс предположил, что Райан не рискнул лишний раз искушать самого себя видом довольной рожи Акиры — иначе точно вмял бы его нос в черепушку.

***

Почти все здешние бойцы, будучи людьми глубоко одинокими, жили на базе — здание без труда позволяло разместить около пятидесяти человек, имея комнаты, рассчитанные на четверых с учётом наличия двухспальных коек. Акира тоже нередко ночевал здесь, но порой всё же возвращался в свою крохотную уютную бетонную конуру, когда желание по-человечески уединиться становилось невыносимым. Практически всё тут до странного напоминало базу ЧВК или армию, взять в пример хотя бы расположение в самой жопе мира, на такой окраине города, куда даже полиция и скорая не ездили — что будет весьма удобно в случае нападения. Толстенный забор, больше похожий на стену высотой в три метра — чек; колючая проволока — чек; четыре штуки обученных бельгийских овчарок в качестве приятного бонуса к охране периметра — чек. Когда-то давно это здание было то ли военной частью, то ли тюрьмой, то ли школой. Акире удалось выяснить: хоть они и называли это базой, по факту же само место являлось одним из многочисленных временных убежищ, минимально оборудованных под необходимые нужды. Было во всём этом что-то необъяснимо подозрительное, вызывающее спорные вопросы, ответы на которые, увы, ещё только предстояло узнать. Некоторые свои догадки Акира пока что вписал карандашиком и продолжил наблюдать и анализировать. Утром в столовой на базе кипела жизнь. Райан, сраный социопат, никогда не ел в столовой. К сожалению для Акиры, капитан появлялся в поле зрения исключительно тогда, когда ему становилось что-нибудь нужно, а в остальное время будто переставал существовать вовсе. — А расскажите про Райана, — пробормотал Акира, лениво ковыряясь вилкой в каше. Ким недовольно вздохнул, двое других напарников осуждающе покачали головами. Занс театрально закатил глаза и ткнул в него пальцем: — Ты всё никак не угомонишься? — Просто любопытно, что он за человек, — пожал плечами Акира. — Может, сейчас ты расскажешь что-нибудь такое, из-за чего я тут же потеряю к нему всякий интерес. — Ну, всё самое важное ты уже знаешь, — хмыкнул Занс и, оглянувшись по сторонам, тихо проговорил: — Он тридцатидвухлетний асоциальный терминатор, практикующийся убивать взглядом. — А если серьёзно? — А если серьёзно… Как капитан он всех нас полностью устраивает, тут к нему никаких вопросов. Но, к сожалению, мы интересуем его лишь как боевые единицы. — Вот так новость, — фыркнул Акира и осёкся. — «К сожалению?» Погоди-погоди, ладно я, у меня хотя бы есть оправдание, а остальные? — он развёл руками и огляделся по сторонам. — Тоже надеялись подружиться с начальством? — Да не то что бы прям подружиться… Уж не знаю, что там с ним случилось в прошлом, из-за чего он стал превентивно презирать всех людей без разбору, но этот мужик планомерно превращается в бездушную машину. Если уже не превратился, — чуть подумав, добавил Занс. — Нам после перестрелок хочется иметь возможность… ну, переключаться, что ли. Выдохнуть, стать ненадолго обычными людьми. Пива с друзьями попить, понимаешь? Это же нормальное желание! А Райан, как ёбаный андроид, всегда в режиме боевой готовности. Чокнутый. Да и хер бы с этим… Ну не хочет он с нами в карты перекидываться и делиться байками, для него чужие попытки в общение вне рабочей атмосферы — это белый шум. Я могу это понять. Может, Райан помешан на работе или, не знаю, очень глубоко травмирован, поэтому и не умеет отдыхать и общаться как нормальный человек… Какая бы там ни была причина такой самоизоляции, я могу это понять. — Но? — Но есть и то, чего я понять никогда не смогу. Например: если он станет свидетелем того, как кто-нибудь из двух других наших групп встрянет в заварушку, то он и пальцем не пошевелит, чтобы помочь, без приказа сверху. Будет стоять и смотреть на шоу. Это похоже на Гросса. Такую картину очень легко представить. — А если этим кем-то будет человек из его группы, то?.. — Акира замолчал и вопросительно изогнул бровь. — Своих он вытащит, — уверенно кивнул Занс. — Если бы ты попал в плен или под арест, точно зная, что тебя не придут спасать, ты бы всё равно никого не сдал? — Для меня это скорее вопрос гордости, а не верности, — Акира попытался улыбнуться, по вышло как-то криво. — Я бы не сдал просто из принципа. — Не все люди такие. Большинство решили бы поднасрать напоследок, а в таком случае для нас это гарантированная стычка с полицией или другой бандой. Так что, да, своих Райан не бросит. Но и это тоже не из верности своим людям. — Холодный строгий расчёт, — цокнул языком Акира и несильно хлопнул ладонью по столу. — Чёрт, он нравится мне всё больше! — Ты больной, — посмеялся Занс и неодобрительно покачал головой безнадёжному напарнику. Продолжить разговор им не позволил зазвонивший телефон Занса. Взглянув на экран, мужчина тут же просиял, торопливо встал из-за стола и, с широкой улыбкой ответив на звонок, принялся бесцельно расхаживать туда-сюда в дальнем углу столовой, абстрагировавшись от чужой болтовни. Ким, всё это время тактично помалкивавший, кинул хмурый взгляд на Занса, а затем вперился им в лицо Акиры и предупреждающе пробасил: — Не лез бы ты к Райану. Акира лишь отмахнулся. — Да не переживай за меня, я нарываюсь вполне осознанно. — Заметно, — хмыкнул Ким и снова отвернулся. Акира не придал этому диалогу никакого значения и прикончил завтрак. Ещё через пять минут Занс вернулся и, плюхнувшись на скамейку, всем своим видом демонстрировал вселенское счастье. — Наконец-то дождался! Прикиньте! Дочка до шести лет не разговаривала, моя так волновалась, что у ребёнка с психикой что-то не то, даже думала, что малыха немая… А сегодня она заговорила! — О-о-о… — протянул Акира, на самом деле смутно представляя, как должна ощущаться радость отцовства. — Поздравляю! — напарник по имени Даги, сидящий рядом, хлопнул Занса по плечу. — И что она сказала-то? — Да короче, — Занс, весь переполненный энергией, не справлялся с тем, чтобы сидеть спокойно, и поёрзал задницей. — Жена приготовила лазанью, малая поела, скривилась. Моя сказала: «Чего ты выглядишь такой недовольной? Это же вкусно!», а мелкая ответила: «Фигня»! — Не «папа», не «мама». «Фигня». Что-то мне подсказывает, что мелкая затроллила вас обоих ещё до того, как научилась ходить, — прокомментировал Акира. — Кажется, она считает, что мы не её родители, а так, прислуга, — заржал Занс. — Вот, смотри, какая милаха! Вся в папашу, а? — заулыбался Занс, выуживая из бумажника слегка потрёпанную фотографию с изображением маленькой девочки: у неё такие же, как и у её отца, каштановые волосы и трогательные ямочки на щеках. Акира, поразглядывав фото всего несколько секунд, добродушно фыркнул. — Обожаю её. Жена уговаривает завести второго ребёнка… — Хоть у кого-то на личном фронте всё отлично, — завистливо сморщил нос Акира. — Рад за тебя, но не от всего сердца… — А ты не кати свои яйца к человеку, который может тебе их оторвать, — ухмыльнулся Занс, потешаясь над нелепым гиперфиксом Акиры на капитане. — Хорошо, тогда подкачу к твоей мамаше, чтобы тебя, безотцовщину, усыновить, — тут же бодро отозвался парень. — Вот матушка охренеет, когда её могилу раскопают… Акира прыснул, но ответить что-нибудь ещё не успел — спину промурашило, а кислород в помещении резко закончился. Вокруг будто бы внезапно потемнело, а звуки чужих обсуждений в одно мгновение стихли. Акира чуть повернул голову вправо и едва не подскочил на месте. Он ожидал увидеть Райана, входящего в столовую, но наткнулся на его ледяной взгляд, крипово смотрящий сверху вниз, ровно в полуметре от себя. Как давно он?.. Почему никто не заметил его раньше? И как много он слышал?.. Стоп, важнее другое. Он что, внезапно вспомнил, как Акира вёл себя во время патруля, и решил, что всё-таки настало время для экзекуции? — Капитан, — пискнул Акира вместо приветствия, разрывая гробовую тишину, повисшую в помещении. Акира морально приготовился стать тем, в чью спину вскоре половина присутствующих будет смотреть с сочувствием, тогда как другая половина — со злой насмешкой. Так, как обычно и смотрят на тех, за кем вот так приходит Райан. Гросс хладнокровно оглядел всех пятерых членов первого отряда, заставляя их неуютно поёжиться, и, снова остановившись на отражающих всё внутреннее волнение карих глазах Акиры, произнёс: — Жду вас на стрельбище через десять минут. И ушёл как ни в чём не бывало. Буря миновала. Парни асинхронно выдохнули, Занс схватился за футболку в области сердца, а Акира так и смотрел в спину удаляющемуся из столовой капитану и усердно думал. Райан пришёл не за тем, чтобы устроить разнос. Неужели он и правда собирается игнорировать ту ситуацию? Всё выглядит так, будто срать он хотел на выходки Акиры. И почему от мысли об этом становилось как-то обидно? Акира в некотором смысле даже рассчитывал на взбучку, а получил кристально чистое нихуя и расстроился. Что ж, стрельбище — это даже хорошо. Там-то Акира и выпустит пар. Парни быстро прикончили завтрак и отправились на первый этаж. — Э-э… Это что-то новенькое, — вскинул брови Даги, наблюдая пять одинаковых разобранных пистолетов, разложенных по одному у каждой стойки. Он с сомнением покосился на Райана. — Это то, о чём я думаю? — Да, — капитан чуть склонил голову вбок, скучающе уставившись на Даги. — Все вы сдавали такие нормативы в прошлом. Устроим соревнование. Акира навострил уши и ухмыльнулся. — А что будет за победу? — Отпущение грехов, — ровно ответил капитан, вперившись в парня немигающим взглядом. И это… Это неплохо. То есть, это уже кое-что. Да, он всё ещё смотрит на Шитая, как на кучу дерьма — на самом деле Гросс смотрит так вообще на всех, — но всё-таки он смотрит. Не может не смотреть. Если Райан — неприступный айсберг, об который разбиваются пассажирские лайнеры, то Акира — бескомпромиссный ледокол. Ким и Даги недовольно вздохнули, Занс и Кевин молча смирились, и лишь Акира выглядел до жопы довольным и расслабленным. Он сложил ладони перед собой в молитвенном жесте, искоса посмотрел на Гросса и лениво улыбнулся. Райан ожидаемо не отреагировал. В руке у него появился телефон. — Собрать. Произвести три выстрела по цели. Разобрать. Готовы? — Да, — ответили синхронно. — Начали. Три секунды на сборку; полторы секунды на выстрелы — чётко по центру мишени; три с половиной секунды на разборку. Итого — восемь секунд. Акира выдохнул, пока сбоку от него остальные продолжали возиться ещё несколько мгновений. — Чёрт, давно я этого не делал, — досадливо вздохнул Занс, справившись последним, и неловко почесал переносицу. — Кэп, а зачем мы вообще это… Ну… Он не договорил, явно теряясь в догадках и не решаясь посмотреть на Райана в отличие от Акиры. Тот, слегка вздёрнув подбородок, пялился на капитана, как прилежный студент на своего любимого преподавателя, хоть и знал, что он его никогда не похвалит. — Так ведь интереснее, — хмыкнул Гросс, и Акира готов поклясться, что услышал что-то, отдалённо похожее на веселье в его всегда металлическом тоне голоса. — Значит, мы вас тут развлекаем, да? — беззлобно хохотнул Акира. Райан лишь неопределённо пожал плечами, активно печатая что-то на экране. — В этот раз вы смотрели. Понравилось представление? Я могу и лучше, если постараюсь. Не может, сто раз проверял уже. И судя по нескрываемому скепсису во взгляде Райана, он не впечатлился напыщенностью Акиры. Кого он здесь наебать пытается? — Лучше бы твоим словам оказаться правдой. — Главное — правильная мотивация, — хитро сощурил взгляд Акира. Гросс окатил его выразительным молчанием в ответ. Ким тихо зарычал на выдохе и повернулся к Акире лицом. — Сколько можно вилять хвостом перед ним, а? Некуда пристроить свою дырку? Акира удивлённо вскинул брови, не ожидав претензий от напарника в свой адрес, кинул беглый взгляд на капитана и снова посмотрел Киму в глаза, в которых отчётливо читалось глухое раздражение и брезгливая неприязнь. Вот только с чего вдруг? Впрочем, выяснять отношения с этим недружелюбным амбалом Акира не был намерен, а потому расплылся в поддельно-миролюбивой улыбке и произнёс: — Ты всё неправильно понял. Я всего лишь исправно выполняю свои функции. И, снова взглянув на Райана через плечо Кима, заметил, как его большой палец на мгновение замер над экраном, а грудная клетка застыла на вдохе. Гросс стоял достаточно далеко от парней, и хотя они говорили тихо, почти перешёптываясь, это капитан точно услышал. Но и на этот раз никак не отреагировал. Да почему, блядь?! Что ж. Окей, ладно. Акира ещё успеет добиться реакции от Гросса, а вот подлить масло в огонь в отношениях с Кимом хотелось прямо сейчас. Бесит ли Кима то, что Акира не боится навязывать своё общество Райану, или может быть то, что Райан почему-то спускает ему это с рук и порой даже отвечает — так до конца и не ясно, но раз Кима что-то из этого задевает, то пусть. Пусть бесится дальше. — Капитан, — заискивающе обратился Акира. — А какой у вас рекорд? Райан даже не удостоил его взглядом и молчал так долго, что Акира решил, что тот нащупал у себя в голове какой-то рубильник, отвечающий за отключение всех окружающих звуков, но внезапно для присутствующих Гросс без капли бахвальства ответил: — Шесть с половиной секунд. — Ого! На полторы секунды быстрее, чем я! — искренне восхитился Акира, боковым зрением замечая, как окаменели плечи Кима. Тот стиснул зубы, напрягая желваки, и молчал. — Это очень круто. А может, покажете нам мастер-класс? Обещаю не сводить глаз с ваших рук! — Шитай, — кажется, со стороны Райана впервые послышался вздох обречённой усталости, — ты только что выиграл прощение всех своих дебильных выпадов в мою сторону. Такой шанс достаётся не каждому, и ты так быстро хочешь его просрать? — он всё же поднял вопросительный взгляд на парня и, похоже, искренне недоумевал. Только сейчас Акира заметил, что в неестественно светло-серых глазах Гросса не было бликов, по какой-то причине свет словно бы вообще не отражался в них. На секунду у парня сложилось впечатление, что он смотрел в глаза трупу. Акира не удивился бы, если бы и наощупь Райан оказался ледышкой. — Вы сейчас признали, что замечаете все мои дебильные выпады, и почти что назвали меня особенным. Это и есть моя цель, — обезоруживающе улыбнулся Акира, борясь со вспыхнувшим внутри беспокойством, когда Гросс медленно зашагал в его сторону. Глупое сердечко предательски ёкнуло и подпрыгнуло к горлу, заколотившись под кадыком. — Я, если что, всегда много болтаю, когда нервничаю, — спешно признался Акира, ощущая лёгкую дрожь в теле от ядрёной смеси восторга и испуга. Райан остановился прямо напротив него, хмурясь и буравя нечитаемым взглядом, а уже через пару секунд его понизившийся голос завибрировал угрожающим рычанием: — И что же заставляет тебя так сильно нервничать? Акира шумно сглотнул и, не отводя глаза, заявил: — Вы. Тишину, повисшую в помещении, можно было потрогать рукой. Вдруг где-то в другом углу стрельбища от Занса послышалось тихое: «Помянем…». Взгляд Райана продолжал всверливаться Акире прямо в мозг ещё несколько мучительно долгих секунд. Как итог, капитан должен был сделать всем одолжение и пристрелить, наконец, главный источник шума. Но он этого не сделал. Он превратил чужое признание в ничего не значащий пустяк и вернулся к привычному нейтральному тону: — Приберитесь за собой. И покинул стрельбище, оставив парней переживать очередной коллективный микро-инфаркт.

***

Акира наблюдал за спаррингами между бойцами и мысленно подмечал, что все здесь оказались весьма хорошо обучены драться. Даже как будто бы… слишком хорошо. Впрочем, большая часть мужиков — бывшие военные, так что не удивительно. Акира шумно втянул нагретый драками воздух и задержал его в лёгких. Пахло адреналином и потом. Лицезрение чужих схваток будоражило кровь, разжигая похожее желание помять кому-нибудь бока. Он протяжно выдохнул, раздумывая, стоит ли попытаться. — Вовремя. Акира вздрогнул, услышав голос Райана справа от себя. Тот стоял совсем рядом, смотрел на ринг какое-то время, а потом перевёл взгляд на парня, задержался на нём ненадолго и снова отвернулся. — Закончили с нормативами? Готов показать что-нибудь поинтереснее? О, он всё ещё издевается по поводу тех слов… — А вы обещаете смотреть? — не остался в долгу Акира, расплывшись в ухмылке. — К моему глубочайшему сожалению, — отозвался Райан с капелькой недовольства и добавил чуть тише и серьёзнее: — Скоро придётся повозиться в грязи. Отсиживаться в стороне не получится. Акира настороженно нахмурился, примерно представляя, что мог иметь ввиду капитан, и, поразмыслив несколько секунд, выговорил: — Я и не планировал. Как раз вот думал, стоит ли попробовать, — кивнул он на ринг. — Стоит. — Оппонента могу выбрать сам? — Нет, — бескомпромиссно припечатал Райан. — Ким, Акира. На ринг. Вот дерьмо. Акира вовсе не был настолько самонадеянным, каким мог бы и хотел казаться со стороны. Да, он крепко сбит и хорошо обучен, но Ким всё же слегка за пределами его весовой категории, он выше по росту и шире в плечах. Зато наверняка медленнее, чем Акира. Но проблема в другом. Ким почему-то крепко рассержен на Акиру. Были некоторые подозрения, что… Акира вышел на ринг и скосил взгляд на Райана, прислонившегося спиной к колонне и действительно собирающегося наблюдать за боем. Боковым зрением он заметил то, как Ким проследил за его взглядом и разом стал ещё мрачнее. Не может же быть, что причина в… Да нет же, нет. Это так тупо… К чёрту. Это потом. Сейчас — Ким. — В лицо и пах не бьём, парни, — выкрикнул кто-то из толпы зрителей на всякий случай. И… Да, Ким оказался медленнее. Он не такой проворный, как чуть более мелкий на его фоне Акира. Вот только бил он, сука, не щадя сил, словно убить намеревался, свернуть шею и выдать всё за несчастный случай. Заигрался, знаете, так бывает, адреналин, все дела… Но Акира уже начал понимать, что дело не в адреналине. Тут что-то личное. Он старался держать дыхание ровным и экономить силы, уворачивался вместо того, чтобы ставить блок — блок отнимает слишком много энергии. Из толпы слышались какие-то дебильные подначивания и свист. Зрителям явно нравилось наблюдать за мечущимся по рингу Кимом, готовым порвать своему сопернику глотку при первой же возможности, и Акирой, гарцующим вокруг смерти. Шитай пропустил удар под-дых и едва успел избежать захвата, отскочил назад. Несколько секунд они оба не двигались, прожигая друг друга взглядами. За время этого недолгого спарринга Акира успел заметить за Кимом характерную для боксёра перестановку ног со смещением веса перед ударом или попыткой выполнить захват. Есть небольшой шанс, что у него получится повалить Кима, если Акира сумеет подгадать тайминг так, чтобы Ким выставил ногу вперёд, но ещё не перенёс на неё вес тела. Отвлечь бы его как-то. Подумав об этом, Акира кинул мимолётный взгляд на Райана: правой ладонью, обтянутой кожаной перчаткой с обрезанными пальцами, тот методично жонглировал метательным ножом, подбрасывая его на несколько сантиметров вверх так, чтобы тот делал один полный оборот в воздухе, и ловя за рукоять. Зрелище выглядело так, словно Гросс готовился этот нож в кого-нибудь зашвырнуть. Ким, не поворачивая головы, тоже посмотрел на капитана. А Райан обещал Акире смотреть на него. И снова да. Этот непонятный, непозволительный зрительный контакт между ними выбесил Кима окончательно, и он шагнул к Акире раньше, чем успел перевести взгляд обратно на оппонента. Боковая подсечка. Глухой стук упавшего на маты тела. Акира тут же занёс кулак для удара в лицо, но остановился в нескольких сантиметрах от носа Кима, застыл ненадолго и плавно убрал руку. Парень выпрямился, выдыхая и прислушиваясь к свисту и улюлюканьям толпы, прорывающимся сквозь гул крови в ушах. Ким разъярённо клацнул зубами и попытался вскинуться, но стоило ему приподняться, как Райан рыком окликнул: — Довольно. Уже не скрывая своего негодования и злости, Ким соскочил с ринга, стараясь не смотреть на Райана. Акира же, убедившись, что его оппонент отошёл достаточно далеко, встал напротив капитана, скрестил предплечья, в расслабленном жесте свесив их с ограждения, и сказал вполголоса: — Можно было бы дать ему шанс на реванш. — Зачем? — Это был нечестный бой. — Почему же? — Мне помогали. Райан не поленился напрячь мышцы лица, чтобы изобразить недоумение, и немного вскинул брови. Гляньте-ка на него, такой актёрский талант пропадает… — Ну да ладно, не важно. Его ошибки мне только на руку, — усмехнулся Акира и вернул своему голосу нормальную громкость. — Теперь-то я могу выбрать противника сам? Капитан едва заметно сощурил взгляд. — Выбирай с умом. — Я уже выбрал, — сообщил Акира и кивнул Райану на него же самого. Тот почти беззвучно вздохнул и вложил метательный нож в чехол на поясе. — Ошибка. Пояс с ножами остался лежать на полу, Гросс взобрался на ринг. Толпа взволнованно замолкла — кажется, никто не ожидал, что капитан снизойдёт до спарринга с кем-то. Либо… Либо все и так уже знали, чем подобное обычно заканчивается, и тихонечко делали ставки, удастся ли Акире выползти с ринга без переломов. Акира подозревал, что если ему и ответят, то отказом, но Райан продолжал его удивлять. А может, он просто хотел набить ему рожу за всю предыдущую херню? Но тогда он мог бы сделать это и вне ринга. Так что нет, нет, даже если желание начистить Акире рыло действительно присутствует, оно всё равно не является истинной причиной, по которой Гросс принял предложение о спарринге. Некоторое время Райан и Акира лишь обходили ринг по кругу, оценивая друг друга теперь уже не как наблюдатели, а как оппоненты. Акира с сожалением отметил про себя, что ни в шагах, ни в позе, ни в чём-либо ещё со стороны Гросса не заметил ничего, кроме снисходительной ленцы. Он выглядел спокойным, уверенным и готовым к чужому броску. Так и оказалось: первый выпад Акиры закончился тем, что Райан играючи отшвырнул его в ограждение, словно котёнка, а затем просто продолжил медленно вышагивать из стороны в сторону на расстоянии, давая парню возможность попытаться ещё раз. Словно зверь, слишком сытый, чтобы нападать всерьёз. Это злило и раззадоривало, разжигало опасное любопытство. Акира вовсе не был против того, чтобы Гросс уложил его на лопатки, но в несколько другом контексте. Здесь и сейчас он всё-таки предпочёл бы оказаться сверху. Вот только сделать хоть что-нибудь Райан ему так и не позволил: Акира кидался на него, как бешеный мангуст, пытался ухватиться, подловить, найти слабую точку; а Гросс, двигаясь с несвойственной для его комплекции грацией и скоростью, раз за разом пропахивал чужим лицом маты и отпускал — снова и снова, то ли растягивая своё удовольствие, то ли продлевая эту пытку для Акиры. Да, любой мимолётный физический контакт с капитаном воспринимался Акирой не иначе как мука. Райан вовсе не был ледышкой: кожу, где мимолётно касались его тёплые пальцы, жгло и покалывало. Адреналиновое возбуждение вот-вот грозилось перерасти в сексуальное. Блядские ремни на бёдрах… Это всё они виноваты. — Акира, — позвал Райан ровным голосом. — Да? Что?.. — Отвлекаешься. Акира даже не успел понять, что произошло в следующую секунду. Мир смазался и перевернулся; Шитая швырнуло на пол, картинка перед глазами вздрогнула от удара. Он осознал себя прижатым мордой к мату, с вывернутой за спину рукой. На этот раз Райан не отпустил. Его твёрдое колено упиралось между лопаток, Акира ощутил, как рёбра протестующе заныли, из его груди вырвался невнятный не то хрип, не то стон. Было больно, чертовски больно. Не двинуться. Он проиграл ещё в самом начале, но Гросс зачем-то позволял ему порезвиться, и, бля, как же это приятно — вместо тотального игнора получить в ответ хотя бы вот это… Райан, чёртов робот, даже не запыхался. Продолжая удерживать Акиру, наклонился к его уху и выговорил тихим, почти интимным тоном: — Ты выбрал себе не того соперника. — Я бы так не сказал, — хрипло усмехнулся Акира, повернул голову набок и, бесстыже глядя прямо глаза, облизнул пересохшие губы. Гросс проследил за этим движением, опасно сощурив взгляд. — Мне в этом сопернике всё очень даже нравится. — Не могу сказать того же, — холодно хмыкнул капитан. Он наклонился ещё ближе, почти касаясь губами уха Акиры. Кожу ошпарило его горячим дыханием; Райан выговорил низким, чуть рычащим голосом пренебрежительное: — Ты меня не удовлетворил. Этот звук прокатился приятной вибрацией по телу Акиры, стягивая тугой, пульсирующий узел в низу живота. Парень зажмурился и поджал губы, заглушив рвущийся наружу страдальческий вздох. Затем быстро закивал — понял я, понял, не дурак! — и даже похлопал по мату второй ладонью, сдаваясь официально, чтобы как можно скорее прервать этот физический контакт, пока не пришлось подниматься на ноги со стояком. Гросс отстранился, отпустил Шитая, и с видом, словно здесь только что ничего не произошло, сошёл с ринга. Только после этого Акира протяжно вздохнул: немного занемевшее от захвата плечо вспыхнуло тянущей, чуть покалывающей болью. Он перекатился на спину, разминая заледеневшие пальцы и вообще не замечая, что всё это время улыбался, как полный придурок. О чём шепталась ошеломлённая толпа он так и не расслышал.