Огонь и вода

В кабинете Леди Блэк Хэт царил полумрак, разбавляемый лишь алыми всполохами камина да зловещим багровым мерцанием монокля на левом глазу хозяйки. Высокая, величественная, она возвышалась над письменным столом красного дерева, водя длинным голубым языком по острию клыка. Перед ней на полу, на коленях, застыла доктор Кэсси Флюг. — Доктор Флюг, — голос Леди Блэк Хэт звучал обманчиво мягко, с той особенной, леденящей душу интонацией, которая не предвещала ничего хорошего. — Ваш последний отчет о регенерации тканей… из рук вон плох. Кэсси вздрогнула, её заострённые уши прижались к голове. Она знала этот тон. Это был тон Госпожи, которая искала повод. — Г-госпожа, я следовала протоколу, но образцы тканей героя проявили неожиданную сопротивляемость к некротическим ферментам, — её голос дрожал, но она старалась говорить чётко, цепляясь за остатки самообладания. — Мне нужно больше времени и, возможно, более агрессивный штамм… — Время? — перебила её Леди Блэк Хэт, медленно обходя стол. Подол её длинной чёрной юбки с тихим шелестом скользил по паркету. — Ты смеешь просить у меня времени? Время — это ресурс, который принадлежит мне, Кэсси. И ты его тратишь впустую. Она остановилась прямо перед учёной, нависая над ней. Рост в два метра три сантиметра делал её похожей на тёмный монумент, готовый раздавить всё живое. Кэсси чувствовала жар, исходящий от её тела, и запах старого пергамента и чего-то сладковато-гнилостного. — Ты выглядишь такой… напряжённой, доктор, — промурлыкала Леди Блэк, протянув руку в тёмно-серой перчатке и дотронувшись до подбородка Кэсси, заставляя её поднять голову. Её чёрные, бездонные глаза смотрели прямо в душу. — Вся дрожишь. Это страх? Или… предвкушение? Кэсси сглотнула, чувствуя, как острый коготь царапает кожу. — Я просто… переживаю из-за своей ошибки, Госпожа. — О, это правильно, — улыбнулась Леди Блэк, обнажив ряд голубых зубов. — Твои ошибки должны тебя волновать. Но волноваться — недостаточно. Ты должна понять, чего стоит неудача в моей организации. Понять это каждой клеточкой своего никчёмного тела. Она отпустила её подбородок и сделала шаг назад, наслаждаясь моментом. Её фигура «песочные часы» величественно колыхнулась под слоями чёрного платья и строгого пиджака. В тишине было слышно лишь потрескивание дров и нервное дыхание Кэсси. — Раз ты не справляешься с регенерацией тканей героев, — начала Леди Блэк, её голос упал до опасного шёпота, — может быть, ты лучше справишься с регенерацией моего настроения? Она щёлкнула пальцами. Из тени под её юбкой метнулась чёрная лента, сформировавшись в изящную трость. Леди Блэк Хэт обхватила её пальцами, но не для опоры, а скорее как игрушку, которой можно развлечься. — Подползи ближе, доктор, — приказала она, указывая тростью на место у своих ног. — Сегодня ты будешь отрабатывать свою никчёмность по-другому. Кэсси похолодела. Она поняла. Её хвост бессильно стукнул по полу. Чувство собственного достоинства боролось с животным страхом перед этой демоницей. Но Госпожа Блэк умела ломать волю одним лишь взглядом. Дрожащими руками, Кэсси оперлась о прохладный паркет и, чувствуя себя ничтожнее насекомого, подползла к подолу длинной юбки Леди Блэк. В нос ударил ещё более сильный запах её госпожи — дым, сера и что-то глубоко женское, мускусное. — Хорошо, — выдохнула Леди Блэк, чувствуя, как предвкушение сладкой дрожью пробегает по спине. Она приподняла край юбки одной рукой, другой сильнее сжала трость. — Ты знаешь, что делать. Ты будешь стараться, доктор Флюг. Очень стараться. Ты будешь молиться, чтобы у тебя получилось доставить мне удовольствие, потому что если нет… Она не закончила фразу. Тишина в кабинете стала вязкой, как патока. Кэсси зажмурилась на мгновение, а затем открыла глаза. Она видела перед собой безупречно выглаженные чёрные брюки, белые гетры и туфли. Её руки в зелёных перчатках дрожали, когда она потянулась к застежке на брюках Госпожи. Это было унизительно. Это было страшно. Но неповиновение Леди Блэк Хэт было смерти подобно, только гораздо более мучительно. Расстегнув пуговицы, она отодвинула край белья. Леди Блэк Хэт даже не помогла ей, наслаждаясь видом мечущейся внизу учёной. Монокль на её глазу полыхнул алым, фиксируя каждую деталь этого представления. Кэсси чувствовала жар, исходящий от тела Госпожи. Её собственное лицо пылало от стыда и ужаса. Она лизнула внутреннюю сторону бедра Леди Блэк, чувствуя солоноватый привкус её кожи. Сверху раздался тихий, одобрительный вздох. — Умница, — прошептала Леди Блэк, поглаживая себя тростью по ноге. — Продолжай. Собрав остатки воли, Кэсси прильнула губами к самому сокровенному месту своей Госпожи. Её раздвоенный язык, хоть и не такой длинный и ярко-голубой, как у Леди Блэк, был достаточно чувствительным. Она начала осторожные, робкие движения, стараясь угодить. Леди Блэк Хэт откинула голову назад, её глаза прикрылись. Ощущения были приятными, но она жаждала большего. Жаждала полного подчинения. — Ты едва касаешься меня, доктор, — её голос стал ниже, вибрируя от сдерживаемого гнева и удовольствия. — Я хочу чувствовать. Хочу, чтобы ты вылизала меня дочиста. Или ты надеешься, что твоя неловкость сойдёт тебе с рук? В подтверждение своих слов она опустила трость и ткнула её острым набалдашником в плечо Кэсси, заставляя ту зашипеть от боли и сильнее вжаться лицом в её лоно. — Вот так, — выдохнула Леди Блэк, чувствуя, как язык Кэсси наконец-то находит нужный ритм и глубину. Она упёрлась тростью в пол, другой рукой сжав волосы учёной, направляя её движения. Кэсси было трудно дышать, её глаза защипало от слёз унижения, но она продолжала. Она чувствовала, как тело Госпожи начинает напрягаться, как её дыхание становится чаще. Запах стал гуще, острее. — Да… вот так, никчёмная ты учёная, — прошипела Леди Блэк, её раздвоенный язык скользнул по собственной голубой губе. — В этом ты явно преуспеваешь больше, чем в регенерации. Она начала слегка двигать бёдрами навстречу лицу Кэсси, используя её рот как игрушку для собственного удовольствия. Тишину кабинета нарушали лишь влажные звуки и тяжёлое, торжествующее дыхание Госпожи. Когда волна наслаждения накрыла её, Леди Блэк Хэт замерла на мгновение, выгнув спину, а затем резко оттолкнула от себя Кэсси. Та отлетела назад, тяжело дыша, с мокрым от слёз и слюны лицом. Леди Блэк поправила бельё и брюки, одёрнула подол платья и пиджака, снова став воплощением ледяного величия. Её монокль всё ещё слабо пульсировал красным. — Встань, — приказала она. Кэсси, шатаясь, поднялась на ноги, вытирая лицо перчаткой. Она боялась поднять глаза. — Это было… сносно, — процедила Леди Блэк, беря со стола какую-то бумагу. — Ты всё ещё плохо работаешь языком в самом начале. Слишком нежно. Я не хрустальная ваза, доктор Флюг. В следующий раз имей это в виду. А теперь иди. И чтобы завтра новый штамм для некротических ферментов был готов. Или наша следующая встреча будет гораздо… продолжительнее. Кэсси, не смея вымолвить ни слова, низко поклонилась и выскользнула за дверь, чувствуя, как горят щёки и как сильно колотится сердце. Леди Блэк Хэт проводила её взглядом и улыбнулась своей жуткой улыбкой. Унижать, мучить и пользоваться — вот истинное наслаждение. А неудачливые подчинённые для этого просто созданы.