Поменяться местами

На улице всё ещё стояла не жизнеутверждающая жара, поэтому Нил старался лишний раз из квартиры не выходить. Ваймак последние пару дней где-то пропадал, возвращаясь только ради сна. Нила с той тренировки, с которой прошла уже пара дней, никто больше не трогал. Он в своё удовольствие читал, играл в тупые игры на телефоне и рано утром, пока ещё воздух был свежим, выходил на пробежку и занимался на местной спортплощадке. Впервые жизнь стала похожа на рутину как у нормальных людей. Его каждый раз передёргивало от осознания, насколько спокойно может быть существование в этом мире. Нэнс написала, что согласна, где-то глубокой ночью. Нил увидел её сообщение сразу после пробуждения, но так и не ответил. Он всё-таки не отказался от мысли недолго подержать её в подвешенном состоянии. Пусть повисит, поболтает ножками и подумает о своём поведении. Первая половина дня прошла в гордом одиночестве. Ваймак ушёл ещё до пробуждения Нила, хотя тот вставал аж в семь утра. Таблетки вызывали сверхпотребление энергии, по этой причине организм начинал требовать больше ресурсов во избежание истощения в канаве под забором. Для среднестатистического человека сон в шесть-восемь часов — абсолютная норма, но вот пациенту с таким препаратом требуется где-то на три часа больше. Нил давно выстроил свой режим: подъём в семь утра требовал лечь в кровать в районе девяти вечера. Ему нужна была чёткость, потому что его сон больше походил на отключку — практически невозможно было добудиться. Его тело оставалось абсолютно неподвижно на протяжении всей ночи, что могло напугать неподготовленного проходимца. Однако тренер за все эти дни никаких опасений не высказал, что приятно удивляло. Сегодня ключ в замочной скважине зашевелился неожиданно рано. Ваймак с новой кучей бумаг завалился внутрь, бормоча себе под нос: — Сколько раз я просил не запираться. У меня рук не хватает, чтобы открывать эту чёртову дверь. — Впервые в своей жизни встречаю человека, который мечтает быть ограбленным. Или это что-то вроде извращённого излишнего гостеприимства. — Тут снизу сидит охрана, болван. Ваймак прошёл мимо Нила, направляясь в свой кабинет. Видимо, сегодня Мистер Деловой продолжит занимательную деятельность именно оттуда. На самом деле так и было только примерно полчаса, пока мужчина не появился в дверном проёме. — Мы сегодня едем на ужин к Эбби. — Мы это кто? Не помню, чтобы я соглашался на подобную авантюру. — А тебя никто и не спрашивает. Поедем, поедим, познакомишься с нашими медиками нормально перед началом сезона. — Вы такой смешной, тренер. Я бы смеялся до слёз, будь ситуация менее плачевной. — Нил театрально смахнул с глаза невидимую слезу. — Вы слишком беспечны в своей уверенности. — Получишь бутылку виски за поезду, — предложил Ваймак буднично. Знал бы тот, что спаивает ребёнка... Нил задорно расхохотался. — По рукам, тренер. Эбигейл Уинфилд жила в одноэтажном домике в десяти минутах езды от квартиры Ваймака. Поскольку подъездную дорожку уже занимали два автомобиля, Ваймак припарковался на обочине. Одна машина принадлежала Миньярдам и компании, а другая, скорее всего, Эбби, потому что Нэнс бы воспользовалась общественным транспортом. Нил снизошол в итоге и написал ей, спросив про ужин и идёт ли она, на что получил утвердительный ответ. На данный момент в его бумажнике покоился чек на пять тысяч долларов. В переписке это не обсуждалось, но он планировал отдать его сегодня в знак предоплаты за предстоящую работу. Парадная дверь была не заперта. Видимо, это у них семейное, надо дать наводку своим товарищам в знак оплаты за что-нибудь в будущем. Ваймак открыл дверь, приглашая войти внутрь. В ноздри ударил густой запах чеснока и горячего томатного соуса. Нил и не подозревал, насколько был голодным. В животе тут же засосало, а слюноотделение заметно увеличилось. Эбби хлопотала на кухне вместе с дикарями. Ники первым из них заметил подошедших гостей и радостно воскликнул: — О, Нил, привет! Он радостно махал рукой, пока подошедший тренер не влепил ему подзатыльник. — Бездельник, а со старшими здороваться тебя научили? Ники утрированно схватился за голову и издал жалобный возглас, будто его ударили не рукой, а полицейской дубинкой. Или ломом. Хотя такого тупоголового даже лом бы не пробил. — Постарайся хоть раз в своей никчёмной жизни принести пользу. Стол сам себя не накроет. — Ну-у, тренер, — протянул Ники. — Я уже сделал свою часть. Столом занимается Аарон. — Помоги ему, значит. Только дурью маешься. Это был настоящий ураган из всего. Слишком много звуков одновременно, слишком оживлённо. Как будто настоящая семья собиралась отметить какой-нибудь праздник. Они все вели себя настолько естественно в этой среде, будто и были в ней рождены, хоть Нил и знал, что это не так. Пальцы сами нащупали сквозь ткань лонгслива выпирающие полосы на предплечьях и принялись их расчёсывать. — Давайте вести себя поспокойнее, — вклинилась Эбби. — Нил тут первый раз, надо произвести хорошее впечатление. — Он машинально поднял голову на своё имя. Так странно, настолько к нему привык, что теперь даже неосознанно отзывается, прямо как собачка. — Значит, ты у нас Нил. А я — Эбби, командный медик и временная квартирная хозяйка этой братии. Ещё сегодня поближе познакомишься с Нэнси, она будет мне помогать в этом году. Дэвид говорил, вы ещё у него дома нашли общий язык. — Ага. Нэнс — чудесная девушка. Мы даже телефонами с ней обменялись. Она как раз писала, что будет через десять минут. — Эй, — обиженно воскликнул Ники. — А нам ты свой номер не давал. — Если потребуется, я могу просто включить новостную рассылку от сообщества экси. Мне для этого ваши номера не нужны. — Очень оригинально. Дрю весь такой типичный в своей каменной невозмутимости вышел с кухни, протирая руки белым полотенцем. Кев показался следом, будто был привязан на поводок, и принялся тявкать нотации про важность связи с командой и всякая прочая бурда, которую Нил успешно проигнорировал, пройдя внутрь. — А Бетси будет? — Неожиданно спросил тренер. Он уже успел достать еду и в основном гонял Рона и Ники, чтобы те всё расставили на стол. Нил слышал это имя впервые. Он не помнил в Лисах никого с таким именем. Друг семьи, любовница, родственница? Слишком много вариантов, чтобы догадаться самому, какая жалость. — Пригласила, но она отказалась. Сказала, не хочет создавать неудобства. — Би — это наш командный психотерапевт, — пояснил Ники. — Раньше она работала с малолетними преступниками, а потом перешла к нам. Приглядывает за нами и всякое такое. Она тебе понравится. Ха. — Я что-то не помню, чтоб подписывался на курс помощи бедных и обездоленных. Это можно как-то отменить? Нил качался на пятках, пытаясь унять поднявшуюся внутри энергию. Он точно помнил, что контракт не подразумевал вмешательства мозгоправа. Хотя, может, стоило прочесть не пару раз, а пять? Блядь. Его точно раскусят. Рот не мог просто перестать постоянно улыбаться, а мысли скакать друг на друга. Это попросту не в его полномочиях. — Спортсмены обязаны беседовать с психологом раз в семестр, — подтвердила Эбби. — Первая встреча — просто знакомство; узнаешь, где её кабинет, расскажешь о себе. Второй раз будет весной. Конечно, если понадобится, ты можешь обратиться к ней в любое время или договориться о регулярных посещениях. Консультации психолога входят в стоимость обучения. Так что пользуйся возможностью. Возможностью быть пойманным и посаженным в тёмную комнату с решёткой? Спасибо, как-то это не для него. У него уже был ДиДи. Да, пусть чисто формально и настоящую помощь ему никто никогда не оказывал, но тем не менее. Ему и не нужна была настоящая помощь, пока Нил не бегает голышом с ножом по корту за сокомандниками. Личные проблемы на то и личные, чтоб посторонние в них нос не совали. Его голова — это муравейник, а эта сама Би — муровьед, которая будет довольно совать нос в кучу, выискивая мысли на обед. Нил рассмеялся. — По-моему, у него точно проблемы с головой, — прокомментировал Рон, ставя на стол последний стакан. Нил резко дёрнулся, повернувшись на голос. Не важно, что он сказал, в принципе всем здесь плевать, а важно, на каком именно языке. Немецкий. О, Германия, колбаски и пиво. Реплика предназначалась только Ники, потому что была произнесена в полголоса, однако Нил всё равно её услышал. Это ж настоящий шпионаж! В эту же секунду дверь открылась и в проёме показалась Нэнс. Слава богу! Как бы Нил к ней не относился, но из всех присутствующих девушка казалось самой уравновешенной. В отличие от прошлого раза она даже принарядилась. Её ноги обтягивали светлые, почти белые джинсы, а поверх спортивного топа была накинута чёрная сетчатая футболка. Длинные тёмные волосы, без хвоста, доставали чуть ли не до поясницы. От внезапно подкатившего ощущения равновесия Нил подлетел к ней, чуть ли не накидываясь сверху. Нэнс даже рта не успела раскрыть, как была вытолкнута обратно наружу, а дверь за ними закрылась под удивлённые взгляды остальных. — Ты что творишь? — возмутилась Нэнс. — Совсем соображать под этим перестал? — Тише, тише, — Нил прижал указательный палец к ухмыляющимся губам. — Мне нужно время. Там ужасно душно, как в сауне. И едой жутко воняет везде. Ты как? Готова получить вознаграждение? — Уже? — она тут же напряглась, а лицо смешно посерьёзнело. — Я думала, что сначала надо всё выполнить. — Думай поменьше, — Нил подмигнул, роясь в своём бумажнике. В следующую секунду между его появилась неровно сложенный листочек. — Половина от моей признательности. Предоплата, уверенность и всякое такое. Вечерний ветер легонько трепал их волосы. Пахло свежестью по сравнению с дневной жарой. Солнце уже близилось к закату, открашивая мир в отвратительные оранжевые и красноватые цвета. Ему пришлось немного сдвинуть режим ради сегодняшнего ужина, на который в принципе идти-то не особо хотел. Разве что увидеться с Нэнс — единственное, что можно было счесть за какую никакую пользу. Она неверящими глазами сначала уставилась на бумажку, а потом на Нила. Они застекленели, что Нил счёл абсолютно неуместным. Не прикасаясь к её руке, он впихнул бумажку в разжатый кулак и отвернулся, облокачиваясь на перила. Молчание начало давить. В голове прокручивалась тысяча слов, а руки подрагивали от копившейся энергии. Не в силах больше это терпеть, он заговорил: — Эй, Нэнс, а что ж ты промолчала про мозгоправа? Хотела устроить мне сюрприз? Как жаль, что он сорвался. Готов прямо сейчас расплакаться. — Я?... — она оторвала мокрые глаза от земли. — Я не знала... Вернее, не подумала. Я что-нибудь придумаю! Так, ясно, девочка сошла с ума. Она подрагивала, явно не от холода. Её плечи таили в себе неуместное напряжение. Подавив в себе желание её немного встрясти, Нил произнёс: — Ладно, я пошёл внутрь. Как придёшь в себя подтягивайся. И не думай появляться там в таком несчастном виде. Когда Нил вернулся, все уже сидели за столом. В его сторону тут же полетели подозрительные взгляды, причём не от взрослых, а от Дрю. Ох уж этот подозрительный маленький мальчик. За столом осталось только два свободных места, которые находились рядом с друг другом. Скорее всего Ваймак с Эбби решили, что Нил и Нэнс стали закадычными друзьями. Да и ладно, ему же лучше. Он сел на то, которое было рядом с Ники, чтоб не сидеть рядом с Эбби, и принялся накладывать себе вкуснейшее воняющее варево. В целом, ужин прошёл улётно. Посадить его между Ники и Нэнс оказалось лучшим решением для Нила и худшим для всех остальных. Они втроём не затыкались ни на минуту, обсуждая всё, что только возможно. Накопившееся внутри дерьмо лезло через его рот без остановки, с каждой секундой облегчая общее состояние. Даже Рона удалось раскрутить на диалог, и он принимал в нём довольно активное участие, хоть и до Нила с Ники ему было далеко. Кев, Дрю и Ваймак, естественно, даже здесь обсуждали экси, что Нил считал абсолютно возмутительным. Как можно любить дело настолько, что не видеть ничего кроме него? Он крошил хлеб и мазал еду по тарелке, как только задумывался над этим. Ваймак, Нил и Нэнс, которую они вызвались подвезти до автобусной остановки, откланялись в десять вечера. Ребята вдвоём плюхнулись на заднее сидение, продолжая обсуждать уже политику, ровно то, что закончили делать за ужином. Тренер же, сохраняв молчание на протяжении всего пути, тупо пялился на тёмный асфальт. Знание того, что сон придёт нескоро и завтрашний день скатится в никуда, не делала жизнь проще. Нил ворочился с боку на бок уже несколько часов. Тело начало раздражать ткань, которая касалась каждой его клеточки. Кожа чесалась, наволочка была больше подушки и остатки отвратительно болтались сбоку, щекоча ухо. Часы на стене тикали с неистовой силой, звук такой же мерзотный, как пенопласт по стеклу. Духота и жара не уходила из прогретой за день комнаты. Блять. Нил подскочил и пошёл на кухню за тем самым виски, которое получил в качестве взятки. Сегодня самое время проверить, как тут выбраться на крышу.

***

Его лёгкие горели огнём, когда он бежал вверх по лестнице. Погоня длилась уже почти полчаса, которые прошли в полнейшем хаусе. Вот бы быть как Джери, который не только постоянно убегает от Тома, но и может здорово так навалять в ответ. С матерью они только что разделились, поэтому потом им придётся друг друга искать. Если только кто-то из них не будет пойман на крючок. Внизу слышались шаги, поэтому пришлось прибавить скорости. Хоть мать и учила его не подниматься высоко, а держаться земли, где словить его будет сложнее, сейчас у него не было другого выхода. Дверь на крышу выглядела хлипко. Нил толкнул её один раз, и она легко выпала из петель вместе с Нилом. Подняв голову, Нил хотел было начать продумывать план отступления, но на мгновение замер, как самый романтичный идиот на свете. Отсюда было видно всё. Город под ногами ещё не проснулся, но уже перестал быть мёртвым. С десятого этажа он выглядел тише и собраннее: улицы — аккуратные линии, окна — прямоугольники света и тени, шум — приглушённое расстояние. Всё внизу казалось упорядоченным, почти понятным. Почти безопасным. Солнце расцветало на небе, окрашивая его розовым цветом. Оно медленно светлело, переходя от холодной синевы к бледному теплу, и первые лучи цеплялся за края крыш и стекло фасадов, дробясь на оттенки. Тогда Нил понял, что такое свобода. Свобода быть живым и видеть то, что другие видеть не в силах, потому что блуждают где-то внизу, даже не догадываясь о том, что можно воспарить. С крыши не хотелось уходить. Здесь рассвет был паузой между прошлым и будущим, а город внизу — большим живым организмом, который уже сделал первый вдох и заставлял жить дальше. Шаги за спиной всё близились, решив не тратить больше ни секунды, Нил отошёл назад. Глубоко вдохнув, он разбежался и сиганул вниз, желая попробовать вкус свободы в полной мере. У него получилось запутать преследователей. Через несколько минут он уже в припрыжку сбегал вниз по той же самой лестнице, после того как приземлился на козырёк незастеклённого окна.

***

Две недели. Он тут торчит уже две недели. Ха! Торчит в обоих смыслах. Все его мысли последнее время были заняты обратным "обратным отсчётом". Считались не дни до чего-то, а то, сколько их прошло. Будто он подсознательно ждал момента, когда придётся валить или когда повалять его самого. Возвращаясь с успевшой стать привычной утренней пробежки, Нил мечтал как всегда только о душе и прохладе. За это время ему так и не удалось преподать тренеру уроки безопасности и важности закрывания на замок входной двери, поэтому она опять была открыта. Что же ему сделать, чтоб до Ваймака наконец дошло? Может стоит что-то украсть и сбежать. Так тренер не то, что запираться начнёт, но и чужаков пускать перестанет. Нил настолько погряз в своих мыслях, что не сразу услышал звуки чужих голосов, доносящихся из квартиры. Любопытство — плохая черта, оно кошку убило, но Нил определённо человек, поэтому, стараясь не издавать лишних звуков, пробрался в кухню для лучшей слышимости. Странно, но межкомнатные двери Ваймак всегда прикрывал, плюсом они так шумели, что можно было и не сильно скрытничать. Это в первую очередь и его жильё тоже, а жильцы никогда не уведомляют о своём возвращении, если это не бега. Нил почему-то не мог представить, как в обычной жизни кричал бы маме с порога: "Я дома!" Вслушиваться особо не пришлось, потому что ор, шедший из гостиной, не разобрал бы только совершенно глухой человек. — Чёрт возьми, Кевин, я сказал сядь! — Не сяду! Ахуеть, вот это нервы шалят у звезды всея вселенной. Нил аж сам сел на стул. Искаженный паникой голос радовал до улыбки от уха до уха. — Как вы могли такое допустить?! — От меня ничего не зависело, и ты сам это знаешь! Эй, ты что? С каждой секундой становилось всё интереснее, словно в кино на драму пошёл. Жаль без попкорна. Судя по звукам, они начали крушить всё вокруг. Вообще-то это его комната! Там стекло разбили! Нил мечтал после изнурительной тренировки поваляться на мягком уютном диванчике, а тут такая подстава. — Смотри на меня, — рычал тренер, — смотри мне в глаза, чтоб тебя, и дыши! — Я предупреждал Эндрю, что он за мной придёт! Я говорил! — Это совершенно неважно. Ты подписал контракт со мной. — Он вернёт универу затраты на моё обучение, и глазом моргнуть не успеете! Он может, и вам это тоже известно. Откупится и заберёт меня домой, а я... я не могу туда вернуться! Не могу, не могу, не могу... Мне пора. Я должен ехать. Может, если я вернусь сам, он меня простит. — Заткнись, — отрезал Ваймак. — Никуда ты не поедешь. — Рико не потерпит от меня слово "нет"! — Значит, молчи. Держи рот на замке, а болтать будем мы с Эндрю. Да, я и Эндрю. Только не говори, что забыл про то, на что он способен? Номер Бетси у меня на быстром наборе. Хочешь, соединю тебя вас через неё? Расскажешь Эндрю, что собираешься дать заднюю? Воцарилась тишина. Нил к этому моменту доедал второй ноготь на руке. Колено тряслось само по себе, но он и не пытался его остановить. Ему в руки швырнули пазл, но деталек для полной картинки не хватало. Единственное, что ясно, — Рико ищет Кевина и хочет вернуть назад. Вот только каким способом? Нилу ни в коем случае нельзя сталкиваться с Воронами. Это как выжить после суицида. Ха! Он же и так выжил. Тогда это точно что-то похуже. — Я никуда тебя не отпущу. С какой стати? По контракту ты — мой. Пускай платит сколько угодно, но контракт в силе до тех пор, пока ты его не расторгнешь, а ты этого делать не обязан, ясно? Предоставь этого еблана Рико нам с Эндрю. Твоя забота — команда и место в турнирной таблице. Ты обещал мне четвертьфинал. — Это было раньше, — уныло отозвался Кевин. — А сейчас всё изменилось. — В КРЭ дали слово не оглашать новость до июня. Они видели, какие меры предосторожности мы приняли в связи с твоим переводом, и теперь ждут общего сбора команды. Я рассказал тебе, потому что так было надо, но Эндрю пока посвящать в это не стоит. Поклянись, что будешь держать себя в руках, когда сегодня с ним встретишься. Как жаль, что Нил всё-таки не вбил их телефонные номера. Прямо сейчас бы сообщил Дрю прелестную новость, если бы сам понял, о чём болтают придурки. — Эндрю сам догадается, он не идиот. — Тогда ври лучше, — отрезал Ваймак. Кев по всей видимости не нашёлся с ответом. Нил даже подумал, что представление подошло к концу, а суть так и не была озвучена, но в конце концов Кев произнёс: — Дайте телефон. — Если подумаешь, что я позволю тебе звонить Эндрю в таком состоянии... — Жану, — ух ты, вот этого точно никак не ожидалось. Нил уже десять лет не слышал этого имени, может поэтому оно так резануло ухо, как нождачка по коже. — Я позвоню Жану. Я должен услышать это от него. Очевидно, Ваймака компромисс устроил, потому что он больше не спорил. Нил оглянулся, по его пальцу стекала кровь — сам не заметил, как с ногтя перешёл на заусенец. Внутри по ощущениям бурлила лава то ли от предвкушения, то ли от ещё чего-то. Казалось, словно Нил какой-то тайный агент на своём самом сложном задании, за которое будет ждать награда в виде личного острова. Вот, наконец, Кев заговорил, и Нил чуть не подпрыгнул на стуле. Его поразил не потускневший голос, а французская речь. Фантастика! Теперь он сможет подслушивать в несколько раз больше. Братья и Ники со своим немецким всё равно в плюсе, они хоть между собой переговариваться будут, а вот Кев — разовая акция, но тоже неплохо. — Скажи, что это неправда, — просил Кев в трубку. — Что он этого не делал. Ответа Джостен, конечно, не услышал. К сожалению, на это спецзадание прослушку компания не предоставила. Зато этот ответ услышал Дэй, и он ему явно не понравился. Заскрипела мебель — Кев бухнулся своей задницей на диван. — Жди здесь, — приказал Ваймак и несколько секунд спустя послышались его приближающиеся шаги. Бля-я-я... Дверь распахнулась. Ваймак, увидев Нила, вздрогнул от неожиданности и на секунду замер. Потом мотнул голов и прошёл мимо к домашнему бару. Тренер вынул оттуда бутылку водки, которая стояла рядом с полупустой бутылкой Нила, и пошёл обратно в гостиную. — Выпей, — донёсся до Нила его голос. — Я сейчас. Он снова появилась в дверном проёме, кивая головой за свою спину. Нил поднялся, потянувшись, и вышел вслед за Ваймаком сначала в коридор, а потом в подъезд. — Я собирался молчать об этом до июня, — сказал Ваймак. — Много успел услышать? — Прилично, — разулыбался Нил. — Некое лицо по имени Рико, который является главной звездой экси для общественности после Дэя, а для себя и своих конченных фанатов перед ним, хочет вернуть Кева обратно к себе в гнёздышко. Причем буквально. Кеву, как я понял, такой расклад не особо на руку. На левую руку. Поэтому у него случился нервный срыв, и он побежал звонить своему бывшему другу-ворону. — Команда Эдгара Аллана подала в КРЭ заявку на перевод, и сегодня утром эту заявку одобрили. С первого июня "Вороны" входят в юго-восточный округ. Смысл до Нила дошёл не сразу, а когда это наконец произошло, он расхохотался на весь подъезд, не сумев себя сдержать. Кев еще ладно, судьба наконец преподнесла подарок в виде чужой тупизны, и тот его не узнал. Так теперь его ждёт встреча с Рико и Жаном. Это не то, что риск, это просто пиздец. Ваймак на него шикнул, призывая заткнуться, но как это можно было сделать в такой ситуации? Он просрал уже пять тысяч на то, чтобы остаться тут без каких-либо проблем, жрать вкусную еду, спать в нормальной кровати, ходить срать в унитаз в конце, блять, концов! — Не вижу здесь ничего смешного, — рыкнул Ваймак. — О нет, тренер, вы не понимаете, — голос Нила больше походил на бульканье, ему кое-как удалось прервать поток бешеного смеха. — Мне плевать на Кева. Помните наш контракт? Так вот, придётся его расторгнуть. Какая жалость. Я сегодня заберу вещи, как только этот уберётся. Напишите, когда мне подойти. Нил уже было хотел развернуться, но тут Ваймак опрометчиво схватил его за руку. Тяжёлая мужская шершавя рука схватила его за предплечье. Тело сотрясло как от разряда током. Нил резко дёрнул руку на себя, отшатнувшись назад. Ноги запутались между собой, сердце заколотилось с неистовой силой. В следующее мгновенье он столкнулся с плиткой на полу. Дыхание бы было сейчас очень кстати, но, вот незадача, у Нила не получалось сделать ни вдоха. Глаза больше не видели Ваймака, теперь перед ним стоял его образ. Тень надвигалась, а Нил ничего не мог сделать. Он стал старше, сильнее, но, как оказалось, ничего не изменилось. Он — всё ещё Натаниэль, слабый маленький мальчик, неспособный ни на что. "Твоя кожа такая нежная, Нат." "Попробуй расслабиться, тогда у тебя тоже получится начать получать удовольствие." "Если расскажешь Мэри, то оба умрёте. Без меня вас бы словили уже в первый год." "Ты так сжимаешь меня, Нат. Это ахуеть как приятно." — Не смей, блядь, меня трогать, — прошипел Нил, всё ещё продолжая ползти по полу. Лёгкие понемногу начали приходить в себя, хоть и горели, а напряжение не уходило. Обзор всё ещё плавился, поэтому Нил всё ещё был уверен, что видит свой ночной кошмар. Ну ладно, ничего страшного. Главное, что дышит, значит, сможет сбежать, сможет достать нож и ударить. Нож, да, точно. В его дрожащей руке материализовался складной ножик, который Нил всегда таскал в кармане на всякий случай. В детстве личного ножа не было, поэтому он сразу же сдирал одежду, как только они оставались наедине. А теперь нож есть. Нил наставил его ровно перед собой. — Нил! — резкий голос вернул в реальность. Это подъезд и просто Ваймак. Блять, как же Джостен себя ненавидит. Тренер смотрел на него абсолютно потухшим взглядом. Чуть дальше от него стоял Кев с каким-то непонятным выражением лица, искажённым гримасой. Смех хотел было пробрать только восстановившееся лёгкие, но по итогу заставил только закашляться. Абсурд. Нил спалился совершенно по всем фронтам и сгорал ярче собственной матери. Его просто потрогал мужик, а он покатился по полу словно конченная истеричка. — Нил... — повторил Ваймак уже мягче, но Нил сомневался, что слышал от него более обеспокоенный голос. — На этом, пожалуй, откланяюсь, — плотно стискивая зубы, чтоб челюсти не ходили ходуном, ухмыльнулся Нил, поднимаясь. — Вещи заберу позже. Ещё напишите на бумажке, сколько я должен за проживание. Не люблю быть должным. Джостен развернулся на пятках, мечтая убрать себя прочь, но тренер опять его окликнул, но больше не хватал: — Ты идиот, если думаешь, что мне нужны твои деньги. Сейчас ты вернёшься в квартиру, возьмёшь в руки ту книгу, которую мусолил последние дни и будешь читать. Пока не дочитаешь — никуда не пойдёшь. — Не надо мне указывать, тренер. Ненавижу, когда говорят, что делать. — Тогда слушай внимательно. Я не говорю тебе, что делать. Я говорю, что сейчас не произойдёт. А вот это уже реально забавно, тут только язвить и остаётся: — О, как изящно. Продолжайте, я весь во внимании. — Ты считаешь рациональным принимать решения в таком состоянии? — А в каком, по-вашему, мне можно? — Когда ты не хватаешься за нож и не валяешься на полу. Подъезд погрузился в тишину, которая потихоньку растворялась в смехе. Вся жизнь Нила начала напоминать бред ровно с того момента, как он увидел Ваймака в своей школе. Смех вырывался сам — хриплый, лишний, как воздух после удушья, как простая реакция организма на остатки химии. — Отличный критерий. Я обязательно запишу его в своих заметках на телефоне, — отозвался Нил, хищно улыбнувшись. — Ты можешь меня ненавидеть, можешь считать мудаком, можешь уйти хоть завтра. Но сейчас — нет. Нил сощурил свои глаза: — И что ты сделаешь, если я всё-таки завтра помашу ручкой? — Ничего, — тренер просто пожал плечами, — но тогда это будет твой выбор, а не инстинкты, — он ненадолго замолчал, словно собираясь с мыслями, а затем продолжил. — Ты хочешь уйти не потому, что здесь плохо, а потому что испугался. Как он вообще дошёл в своей чёртовой прокуренной голове до такого?! — Даже, сука, не... — Я не сказал «слабый», — резко перебил Ваймак. — Я сказал «испугался». Это принципиально разные вещи. Все люди пугаются, это факт. Особенно те, кто долго выживал. Этот человек... Нил даже слов, которых у него всегда было в избытке, подобрать не мог. Шаблон сломан, раскрошен и выкинут на чёртову свалку. То, что постоянно выкидывает этот мужик, просто невыносимо. Нил почесал предплечье под лонгсливом: — Я не хочу читать. — Тогда просто сиди. Когда будешь готов, просто позовёшь.

***

Кевин вернулся от Ваймака какой-то не такой, как бы тот ни пытался это скрыть. Его тупое лицо, обычно выражавшее брезгливость и высокомерие, теперь больше походило на что-то кислое, но на все вопросы тот ничего не отвечал. Эндрю решил, что раз Дэй не валяется с бутылкой в руке, значит, всё на самом деле в норме. На ночную тренировку они выехали на пару часов позже обычного и к стадиону прибыли только к двеннадцати часов ночи. Первое, что напрягло обоих, как только они вошли внутрь, — свет уже горел. Второе — привычную тишину сменили звонки звуки ударов. Эндрю шёл впереди, настроенный разобраться с внезапным гостем, которым мог быть кто угодно, но как только его взгляд наткнулся на белую десятку на оранжевом фоне, ноги сами приросли к земле. Кевин чуть было в него не врезался, отчего ругнулся, но, проследив взглядом за Эндрю, шумно выдохнул. Это было нечто. Это был Нил. Он двигался так, словно правила инерции и силы притяжения к нему не относились. Джостен раскручивался на месте с клюшкой в руке, бросал мяч, почти не глядя, разворачивался и ловил его уже на другом конце поля, в тот момент, когда по всем расчётам мяч давно должен был удариться о паркет. Эндрю машинально отсчитывал доли секунды и каждый раз опаздывал. Мяч падал у него в голове, но был каждый раз пойман клюшкой в реальности. Чёткие удары клюшкой, свист воздуха, короткий разворот ступни — точный, ни одного лишнего движения, будто Нил сам был игрой, а не игроком. Джостен не суетился и не рвался вперёд: он просто был быстрее, чем требовала ситуация. Его ноги работали на скорость, а тело — на точность, и это сочетание выглядело нереально. В экси не могло быть ничего изящного, по крайней мере, так Эндрю считал до этого момента. Сейчас же он видел ярость без хаоса: хищную, расчётливую и беспощадную к ошибкам. В этот момент Джостен напоминал фурию. До этого тот только кричал и размахивал руками, но теперь представление о нём перевернулось на сто восемьдесят градусов. Фурии обычно убивают молча и не промахиваются. Эндрю поймал себя на том, что больше не оценивает и не анализирует. Он просто следил за летающей по полю фигурой, которая не замедлялась ни на секунду. Судя по всему, Нил до этого момента ни разу не прикладывал максимум своих усилий. На видео, которые выслал его бывший тренер, Нил явно выделялся среди остальных, может быть был даже лучшим в лиге, но это всё равно нельзя было назвать талантом или гениальностью. Он мог быть одним из лучших в команде Лисов, но всё равно пусть и с небольшим, но отрывом уступал какому-нибудь Мэтту. Хотя с последней тренировке Эндрю пришлось довольно сильно усомниться в собственных суждениях. Как оказалось, не зря, ведь сейчас они разлетелись прахом. Зато теперь всплыл резонный вопрос: кто, чёрт возьми, такой Джостен? Что он делал в своей дыре? К чему был концерт в Аризоне, если он в итоге подписал контракт? Слишком как-то всё удачно складывается. Кевин переводится, затем замечает Нила, который так профессионально привлекает его внимание, что Дэй чуть ли не ночами не спит, мечтая о новом нападающем. Будто Нил знал, что именно ему надо делать, чтобы заинтересовать. Будто его кто-то подослал... — Его надо проверить, — шепнул Эндрю. — Потом поедем в Колумбию. — Нахуя? — также шёпотом ответ Дэй. — Не надо ничего с ним делать. Он... — Кевин запнулся на полуслове, будто хотел что-то сказать, но передумал. — Он нам нужнее, чем мы ему. — Ошибаешься. Иногда смотри шире, это полезно. С этими словами Эндрю двинулся вперёд к полю. Нил ничего не видел, кроме летающего мячика. Пришлось постучать по плексигласу. Звук получился глухим и резким. Нил даже не повернул головы, а просто продолжил движение, поймал мяч в полушаге от падения, развернулся и снова бросил его вверх, чуть сильнее, чем прежде. Только когда плексиглас отозвался эхом во второй раз, он всё-таки скосил взгляд в сторону. — Вы чего тут, экскурсия? — бросил он на ходу, будто говорил с пустотой. Эндрю остановился у борта. Кевин шагнул следом, но остался чуть позади, словно не решаясь пересечь невидимую линию. Оба смотрели на Нила и оба понимали, что тот их давно заметил. Просто решил игнорировать. Нил поймал мяч, пару раз перекатил его по клюшке, будто проверяя баланс, и только потом остановился, снимая шлем. Внутри у Эндрю что-то ухнуло. Пот стекал по вискам, вся чёлка была им пропитана, дыхание было ровным, но слишком частым, на грани, чтобы сбиться. Он выглядел так, словно тренировался уже не первый час. И выглядел реально горячо. Это определённо, блядь, проблема. — Поле свободно, — сказал Кевин. — Мы можем… — Нет, — перебил Нил и тут же отвернулся, надевая шлем и пряча единственное доказательство своей человечности, — Уже занято, ты же видишь? Кто не успел — тот опоздал. Эндрю хмыкнул, но с места не двинулся. — Ты вообще понимаешь, сколько времени? — спросил он. — Понимаю, — отозвался Нил. — Поэтому и пришёл. Думаешь, у меня нет часов? Он поймал мяч, резко развернулся и метнул его в сторону ворот — без замаха, почти лениво. Мяч ударился о стену и отскочил в сторону. Нил не побежал за ним. Он просто посмотрел на Эндрю. За шлемом было трудно разглядеть его выражение лица, но, судя по всему, Нил как всегда улыбался. — Мне становится скучно. Закрой ворота. Хочется хоть какого-нибудь экстрима, а то это экси реально сплошная нудятина. Эндрю моргнул. — Что? — Закрой, — повторил Нил спокойно. — Представь, что ты скала или что-то в этом роде. Хоть ты и мелкий, но сделай так, чтобы я не смог забить ни разу. Понял? А ты, — его корпус резко развернулся в сторону Дэя. — Я знаю, что ты не защитник, но и для нападающего полезно уметь мяч вырывать. Вот и вырывай. Вали меня на пол, роняй, всеми своими грязными приёмчиками пользуйся, которым вас учат в Воронах. Кевин шагнул вперёд. — Ты не можешь просто так… — Могу, — Нил уже ушел в сторону, чтобы подобрать мяч, и даже не глядел в их сторону. — Кто мне запретит? Не хотите, ваше дело. Мне вообще до пизды. Значит, ждите, пока я отсюда уйду. Не гарантирую, что это случится в ближайшие пару часов. Уже успевшая стать привычной усмешка пропитывала его голос. Он не заставлял, а просто констатировал факты. Эндрю теперь уже был готов поставить все свои деньги на то, что за шлемом Нил улыбается. Кевин замер. На секунду в нём боролись раздражение и что-то ещё. Он посмотрел на Эндрю. Тот лишь пожал плечами и пошёл переодеваться. Дэю ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. — Как думаешь, что с ним? — Дэй натягивал экипировку быстрее, чем обычно. — То на поле не вытащишь, то такой сюрприз. Я думал, что... Кевин запнулся, но Эндрю уловил это. Якобы ему что-то нельзя знать. — Что ты думал? — Ниче... — он остановился, но под испепеляющим взглядом Миньярда ему пришлось продолжить. — Ты же знаешь, что я ходил к тренеру утром? Он оставил меня в комнате, когда услышал, как вернулся Нил. А потом я слышу грохот и крики. У Нила была будто паническая атака, или я не знаю. Когда вышел в подъезд, Ваймак кричал, но Джостен будто его не слышал. Он лежал на полу, пытаясь отползти. Он был в ужасе. Я пытался спросить тренера, но тот, конечно, ничего мне не сказал. Эндрю хмыкнул. Казалось, интерес к одной персоне не может возрасти ещё больше, но Нил умело продолжал повышать свою цену. Через десять минут они вернулись в полной экипировке. — Тридцать минут, — бросил Эндрю, вставая на ворота. — Потом выметайся. — Не хватит, — ответил Нил и уже двинулся вперёд. Кевин выругался сквозь зубы и занял позицию. Мяч полетел в воздух. Первый рывок был резким. Нил рванул с места, будто его толкнули в спину. Кевин успел среагировать, перекрыл траекторию, но Нил не пошёл в лоб — ушёл в сторону, сбросил скорость на долю секунды и тут же ускорился снова. Мяч оказался в сетке, Нил развернулся и и тут же получил удар клюшкой по рукам, но мяч удержал и кинулся дальше. — Жёстче, — бросил он, даже не посмотрев на Кевина. Эндрю стоял в полной готовности. Нил приближался с правой стороны. Невозможно было уловить взглядом момент замаха, хотя Эндрю очень пытался. Мяч со свистом пролетал в нескольких миллиметрах над вратарской клюшкой. Следующий заход был ещё быстрее. Кевин начал читать движения, но Нил каждый раз ломал ритм: замедлялся там, где не надо, ускорялся на неудобных углах, бросал мяч слишком высоко, слишком низко, слишком поздно и всегда ловил его на отскоках. Эндрю в воротах перестал считать удары. Он просто пытался закрывать всё, что летело в его сторону, работая на чистом рефлексе, хоть это и получалось далеко не всегда. Корт наполнился звуками: свист воздуха, глухие удары, тяжёлое дыхание. Нил не останавливался. Пот заливал глаза Эндрю, отчего их начало щипать, руки дрожали, но он продолжал. Сколько тут пробыл Джостен — неизвестно, а они пришли гораздо позднее него и теперь сбегут, как какие-то первогодки? Однако спустя два часа всё изменилось. Кевин начал отбирать каждый второй мяч. Нил каждые пятнадцать минут падал, но вновь и вновь поднимался. Его движения стали медленнее и тяжелее. Эндрю поймал очередной мяч и отбросил его в сторону. Это было уже несложно, и он его поймал. Прямо как на первой тренировке, когда Нил даже не вспотел. На секунду он задержал взгляд на Джостене, тот явно уже выходил из строя, но почему-то упорно продолжал носиться по полю, хотя ненавидел экси. Только тогда Эндрю понял, насколько всё было бы проще, люби Нил экси. — Ты изматываешься, — крикнул Кевин Нилу, вновь отобрав мяч и запустив его в пустые ворота на другом конце поля. — Именно, — ответил Нил и вновь рванул. Эндрю осознал, что тренировка заканчивается, раньше, чем это понял сам Нил. Не по счёту ударов и не по времени, а по тому, как изменился звук. Мяч стал биться о клюшку чуть глуше, шаги — более вязко, а развороты потеряли ту чистую резкость, ради которой Эндрю вообще продолжал смотреть в сторону нападающего. Нил всё ещё был быстрым, но скорость стала рваной. Ещё один отскок от стены. Кевин поймал мяч, швыряя тот обратно в зону пустых ворот слишком резко. Нил рванул за мячом, как всегда, на автомате, но паркет под его ногой повёл себя не так. Он не упал. Почти. Задержался на грани, и этого оказалось достаточно для них обоих, чтобы понять, что тренировка закончилась. Эндрю опустил клюшку. — Всё, — сказал Кевин. Нил не ответил. Клюшка буквально вывалилась у него из рук. Он согнулся, уперевшись руками в колени, и Эндрю отметил сразу несколько вещей: как неровно ходят плечи, как долго он не поднимает голову, как дыхание застревает где-то между вдохом и выдохом и самое очевидное — с какой силой сотрясалось всё его тело. — Ещё один раз, — сказал Нил. Голос был неправильный. Слишком сухой, без привычной неуместной радости. — Нет, — ответил Эндрю. Нил поднял на него взгляд. На секунду, ровно настолько, чтобы Эндрю успел увидеть раздражение, злость и что-то ещё, более тёмное и плохо сфокусированное. Его глаза сощурились. За всё время этот раз был первым, когда Нил совершенно не улыбался. Он сделал шаг вперёд, туда, где остался лежать мяч. Потом сел. Вернее, не просто сел, а грузно плюхнулся на пол. Случайный прохожий мог подумать, будто идиот мечтает отбить себе копчик. Те, кто просто устал, не выглядят так. Так выглядят те, кто выжал себя специально. Эндрю вышел из зоны ворот. Движения были привычными, точными, без спешки. Он сходил за полотенцем, а затем бросил его Нилу в колени. Не в лицо и не в руки. Так, чтобы тот сам решил, что с этим делать. Нил несколько секунд просто пялился в тряпку, после кое-как сдёрнув со своей головы шлем. Кевин где-то на фоне ахнул. Все волосы, совершенно все от корней до кончиков были мокрыми. Джостен своими неумелыми движениями абы как принялся растирать пот, оставляя тёмные следы на ткани. — Что за херня? — спросил Кевин. — Что за крайности? Или на тебя снизошло просветление после разговора с Ваймаком. Спортсмен должен уметь рассчитывать нагрузку, чтобы не рухнуть прямо на поле. — Я и рассчитал, — тихо ответил Нил, закрывая свои глаза. — Вы мне немного помешали. Эндрю смотрел на его руки. Они дрожали с такой силой, что Нил не мог даже сжать полотенце — оно просто лежало между его пальцами. Несколько секунд они просто стояли рядом. Поле погрузилось в тишину. Никакого напряжения, никакой борьбы — только остаточное тепло и звуки дыхания, которое медленно приходило в норму. — Я пошёл, — сказал Нил без каких-либо эмоций. Слышать такой голос от него было непривычно, но это странным образом казалось правильным. Словно так и должно было быть изначально. Возможно, тогда Нил был бы чуть приятнее. Джостен с явным усилием поднялся с пола, ненадолго замерев. Эндрю не мог оторвать от него взгляд, потому что впервые не мог прочитать человека перед собой. И впервые это было настолько важно, что закрыть глаза просто не получалось. Когда дверь на поле закрылась, Эндрю убедился в двух вещах: эта тренировка была не от большой любви к экси, и если бы они не вышли на поле — Нил бы не остановился сам. Они с Кевином вышли следом. Часы не могли лгать, и, как оказалось, они провели здесь уже почти три часа. Эндрю почти допил целую бутылку воды, как Кевин издал какой-то непонятный возглас. — С тобой что? — Ваймак писал, — Дэй смотрел в свой телефон таким взглядом, словно ему пришло уведомление о переводе в несколько сотен. — Сказал, что кодом доступа на ворота сегодня пользовались четыре раза. Первые два — наша утренняя тренировка. Третий был совершён в девять вечера. — Эндрю чуть не подавился водой. — Нил тут уже пять часов. Миньярд в ответ только хмыкнул. Он, в отличие от Дэя, нисколько не удивился, когда по приходе в раздевалку, обнаружил там спящего на скамейке Нила с сумкой вместо подушки под головой. И также не удивился той же самой картине уже на следующий день, когда они пришли на утреннюю тренировку.