Тейватские этюды

Этот день встретил тебя с распростёртыми объятиями. Правда, он забыл уточнить, что объятия эти — железная хватка Неудачи с большой буквы «Н». По плану значилась учеба. Если, конечно, можно назвать учёбой попытки унаследовать ремесло дяди, известного винного критика. Пока что все твои дегустации заканчивались одним и тем же — безудержным кутежом. Теперь в городе тебя называли не иначе как «критик кутежа». В очередной вечер, глядя на тебя, с трудом держащуюся на ногах после очередного провала, дядя лишь покачал головой: — Либо ты делаешь рецензию на самый редкий напиток в Мондштадте, — его голос не терпел возражений. — Тот, что хранится на винокурне «Рассвет» в тайном ящике. Тот, цена которому — твоя почка. Либо ищи другого учителя… Мужчина был твёрд как скала, и его решение даже не обсуждалось. Это можно было считать заведомым проигрышем и поводом искать другое ремесло. Но у тебя есть козырь в рукаве. Твой лучший друг — рыцарь Ордо Фавониус, местный красавчик и капитан кавалерии, который был инициатором нападений на запасы своего сводного брата Дилюка. А значит, всё не так уж безнадёжно. И вот, потратив весь день на размышления и взвешивание всех «за» и «против», ты посмотрела на часы. Время неумолимо подползало к шести вечера. Схватив накидку, ты отправилась к штабу Ордо Фавониус — выцеплять своего товарища и слёзно умолять о помощи. — Я буду месяц платить за выпивку в таверне! — вися на руке друга, умоляла ты. — Ты же знаешь, что если нас поймают, то я ещё отделаюсь лёгким испугом. А вот тебя Дилюк, скорее всего, нанижет на меч и зажарит на гриле, — довольно усмехнулся Кэйа, явно наслаждаясь своей властью над ситуацией. — Пусть нанизывает! Главное — пусть даст мне время написать рецензию, а потом делает что хочет. Тогда хотя бы выяснится, что моё обучение было не напрасным! — Ну что ж, сегодня тогда будешь отзываться на имя «Шашлычок». Это будет плата за моё участие, — улыбка Кэйи медленно сползала куда-то в район ушей, всё больше напоминая оскал Чеширского кота. — Идём в таверну, обсудим план. Заодно посмотришь в глаза своей смерти. И вот ты стоишь на пороге «Доли Ангелов» и смотришь на Дилюка, который смотрит на тебя. Неловкость ситуации заключалась в том, что, несмотря на твоё постоянное присутствие рядом с его сводным братом, познакомиться с Дилюком лично как-то не удавалось. Он словно чувствовал твоё приближение: стоило тебе мелькнуть на горизонте, как он тут же испарялся. И вот теперь, впервые за всё время, ты не просто стоишь перед ним, а планируешь сегодня навестить его дом… в роли грабительницы. Возможно, такое поведение Дилюка связано с тем, что в Мондштадте каждая травинка, каждый камушек и каждая муха знали о твоей симпатии к винному магнату. Тебе даже периодически приходилось слушать песни барда Венти, где он то завуалированно, то совершенно открыто распевал о «птичках, которые вьют гнёзда не там». Но ни ты, ни Дилюк не пытались как-то прояснить ситуацию. А всему виной — Кэйа. Тот самый друг, которому ты после очередной провальной дегустации по секрету призналась, что его брат «ничего такой» и тебе бы хотелось познакомиться с ним поближе. Всего через неделю весь город Свободы обсуждал твою «неразделённую любовь» к Дилюку. Более того, молва записала тебя в соперницы Донне в борьбе за сердце магната, хотя всё было совсем не так. Он просто тебе нравился. Ну, может, чуть больше, чем просто нравился. А Донну ты вообще видела пару раз у прилавка с цветами. Но кому какое дело до фактов, когда есть такая вкусная сплетня? Ты коротко кивнула в знак приветствия и, не в силах больше выносить этот взгляд, рванула на второй этаж, по пути задев плечом мирно стоящего у стойки барда. — Птичка увидела что-то интересное? — самодовольно поинтересовался Венти, удерживая тебя за плечо, что бы ты не упала и не снесла пол таверны. Ты испуганно перевела взгляд с барда на Дилюка, который явно не понимал, почему ты выглядишь так, будто собралась ограбить банк, а не просто выпить вина. — Э-э-э… А! — выдала ты исчерпывающий ответ и, вырвавшись, пулей взлетела по лестнице. За твоей спиной раздался мелодичный свист, и ты услышала, как Венти что-то оживлённо обсуждает с Дилюком внизу. Сердце колотилось где-то в горле. Ты прижалась к стене на втором этаже, делая вид, что изучаешь меню, висящее прямо перед носом. — Ну и что это было? — прошептал Кэйа, бесшумно возникший рядом. — Ты покраснела сильнее, чем томаты. Можешь расслабиться, все и так знают, что у тебя ноги трясутся при виде нашего маленького Дилюка. — Я не покраснела! — прошипела ты в ответ. — Просто… там бард этот… неожиданно. — Ага, бард, — Кэйа скептически изогнул бровь. — А взгляд был прикован вовсе не к барду, а к хозяину заведения. — Заткнись и давай уже обсуждать план, — ты ткнула его локтем в бок и потащила к самому дальнему столику, откуда открывался отличный обзор на лестницу. Кэйа плюхнулся на стул, закинул ногу на ногу и принял максимально расслабленную позу, будто они тут чай распивать собрались, а не заговор против его брата готовить. — Значит так, — начал он вполголоса, поглаживая подбородок. — Винокурня «Рассвет». Тайный ящик. Дилюк, конечно, хранит его где-то в подвале, но подвал этот размером с целое королевство. Нам нужен точный план. — У тебя нет плана? — твой голос дрогнул. — Я думала, у тебя есть карта, ключи, сообщники среди горничных… — Горничные? — Кэйа фыркнул. — Дорогая, у Дилюка работают элитные бойцы, замаскированные под прислугу. Они скорее свяжут тебя веником для пыли и сдадут хозяину с потрохами, чем помогут. Ты обречённо уронила голову на стол. — Всё пропало. Дядя был прав. Мне идти работать продавцом цветов у Флоры. — Не драматизируй, — Кэйа похлопал тебя по плечу. — План Б. Ты идёшь отвлекать Дилюка, а я проникаю в подвал и отливаю нужное нам вино. — ЧТО? — ты подскочила на месте, едва не опрокинув стул. — Ты предлагаешь мне просто подойти к нему и сказать: «Привет, я тут собираюсь украсть твоё самое дорогое вино, не отвлечёшься на пять минут?» — Ну зачем же так грубо, — Кэйа растянул губы в своей фирменной улыбке. — Ты просто поужинаешь с ним. — Поужинаю с ним? — повторила ты, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Ты с ума сошёл? Я скорее умру, да и как ты сказал, все в курсе, что я неровно к нему дышу. ТАК ЧТО ОН ТОЖЕ В КУРСЕ! Вдруг он меня отошьёт? — Не отошьёт. Гарантирую. Посмотри на ситуацию его глазами. В его таверну заходит прекрасная незнакомка, которая нервничает, краснеет, прячется по углам. Как думаешь, что он подумает? — Что я воровка? — Что ты влюблена в него по уши! — расхохотался Кэйа. — Хотя это он итак знает… Ты открыла рот, чтобы возразить, но поняла, что в логике Кэйи было что-то пугающе разумное. — А если у меня не получится? — Получится, — Кэйа подмигнул. — Ты же шашлычок. А шашлычок должен уметь привлекать внимание. Внизу раздался звон бокалов и радостный смех Венти. Дилюк что-то негромко ответил ему, и от звука его голоса у тебя мурашки побежали по коже. — Я не смогу, — прошептала ты. — Я умру от смущения. — Сможешь. Главное, помни: когда он подойдёт к тебе, не думай о вине. Думай о чём угодно. О цветах, о погоде, о том, что у него глаза красивые… — Кэйа мечтательно закатил глаза. — Последнее лучше не озвучивать вслух. Или озвучить? Это гарантированно собьёт его с толку. Главное не думай о вине, он чувствует страх. — Ты издеваешься? — Немного, — честно признался Кэйа. — Но выбора у нас нет. Либо ты идёшь на свидание с Дилюком, либо прощаешься с карьерой винного критика и идёшь продавать цветы. Тяжёлый вздох вырвался из твоей груди. Цветы Флоры, конечно, пахли приятно, но перспектива провести вечер в обществе хмурого красавчика внезапно показалась не такой уж пугающей. — Ладно, — выдохнула ты, вставая. — Я иду. Но если меня закопают в виноградниках, я вернусь и буду являться тебе в кошмарах. — Договорились, — Кэйа салютовал тебе бокалом. — Я люблю острые ощущения. Ты сделала шаг к лестнице, потом обернулась: — А что мне ему сказать? — Правду, — Кэйа пожал плечами. — Скажи, что хочешь попробовать самое редкое вино в его коллекции и наконец-то познакомиться с ним. Только не уточняй, каким способом ты планировала это сделать изначально. И не смотри на подвал. Вообще не смотри в сторону подвала. — А куда мне смотреть? — На него, — улыбнулся Кэйа. — Только на него. Это твоя главная маскировка, шашлычок. — Ладно, сейчас я соберусь и подойду к нему. Не торопи меня, — остановившись, ты пыталась расслабиться и обдумать, как предложить Дилюку поужинать… и тут же споткнулась о мысль: поужинать ГДЕ? На винокурне? В таверне? А главное — КАК это сформулировать, чтобы не ляпнуть лишнего? — Дилюк, тут прекрасный шашлычок приготовил тебе чистосердечное признание! — вдруг прокричал синеволосый с довольной улыбкой, перегнувшись через перила. Пол ушёл у тебя из-под ног. Ты замерла, глупо хлопая глазами и глядя то на Кэйю, то на лестницу, куда он усиленно кивал. Шум посетителей стих. Песни Венти оборвались на полуслове. Казалось, даже бокалы перестали звенеть — вся таверна замерла в ожидании твоего признания. — Я УБЬЮ ТЕБЯ! — рявкнула ты, выхватывая поднос из рук проходящей мимо официантки, и бросилась на Кэйю. Тот, осознав масштаб катастрофы, рванул по узкому коридору второго этажа. Конечно, он понимал, что всерьёз ты ему ничего не сделаешь. Но поднос — штука тяжёлая, а нос у него один. Следующие десять минут ты носилась за ним с криками: «Да как ты мог?!», «Я же просила не торопить!» и «Вернись, я только поднос поглажу об твоё лицо и поговорим!». Кэйа уворачивался, хохоча во всё горло, и настаивал на том, что раз уж весь Мондштадт, да и весь Тейват, в курсе твоих чувств, то смысла тянуть кота за хвост нет. Пора уже выяснить, что об этом всём думает сам Дилюк. Ты уже почти зажала предателя в углу, когда снизу раздался спокойный, низкий голос, от которого у тебя внутри всё перевернулось: — На втором этаже всё в порядке? Ты замерла. Кэйа замер. Поднос в твоих руках жалобно звякнул, выдавая тебя с потрохами. — Меня обижают! — крикнул Кэйа, поправляя съехавшую рубашку, но в его голосе не было и намёка на искреннюю обиду — только довольство собой. Ты медленно обернулась. Дилюк стоял внизу, задрав голову, и смотрел прямо на тебя. В его глазах читалась странная смесь подозрения и… неужели интерес? Твоё сердце пропустило удар. — Спускайтесь, — сказал он, и это прозвучало не как просьба. Кэйа выразительно посмотрел на тебя: ну всё, шашлычок, твой выход. Не подведи. Через мгновение вы уже стояли перед Дилюком, который смотрел на вас словно на двух провинившихся детей. Только почему-то под этим взглядом у тебя подкашивались колени, а в животе запорхала целая стая бабочек. — Здесь не детский сад для ваших игр, — отчитывал вас красноволосый, скрестив руки на груди. Ты невольно засмотрелась на то, как напряглись мышцы под тканью рубашки, и тут же одёрнула себя: не время! — Да ладно тебе, — Кэйа ловко подхватил под руку стоящего рядом барда и начал плавно смещаться к окну. — Шашлычок просто нервничает, вот и ведёт себя странно. Я, пожалуй, пойду, составлю компанию Венти. Ты же не против, если я оставлю её на тебя? И прежде чем ты успела вцепиться ему в рукав и прошептать «предатель», синеволосый исчез в толпе посетителей вместе с довольно хихикающим бардом. — Шашлычок? — Дилюк перевёл взгляд на тебя. От этого голоса по спине пробежали мурашки, а щёки вспыхнули пожаром. — У Кэйи просто… — ты сглотнула, пытаясь вспомнить, как дышать, — весеннее обострение. Шашлыки ему мерещатся. — Сейчас лето, — невозмутимо заключил Дилюк, и в его глазах мелькнуло что-то тёплое. Повисла тишина. Та самая, которая бывает, когда проваливаешь всё, что только можно провалить. Ты слышала, как стучит твоё сердце, и была уверена, что он тоже слышит. — Да… — протянула ты, судорожно соображая, как перевести разговор в нужное русло и при этом не умереть на месте от смущения. — Я думаю, мне надо всё-таки спросить… Твой взгляд упал на дальний столик, за которым устроились Кэйа и Венти. Они не просто сидели — они буквально светились от предвкушения, прожигая тебя взглядами. Венти даже привстал от нетерпения. Кажется, они не просто делали ставки — они наслаждались шоу. — Я согласен, — вдруг перебил твои мучения Дилюк. — Что? — ты моргнула, не веря ушам. Сердце пропустило ещё один удар. — Сегодня в семь вечера. — Он сделал шаг ближе. Ты могла разглядеть отблески камина в его глазах и маленький шрам над бровью. От него пахло вином, костром и чем-то тёплым, домашним. — У меня ужин. Приходи. Это прозвучало так буднично, будто он приглашал на чашку чая, но от этого простого «приходи» у тебя подкосились колени. Пришлось ухватиться за ближайший стул, чтобы не упасть. — Но… откуда вы… — ты переводила взгляд с Дилюка на довольных заговорщиков за столиком и обратно. Кэйа показал тебе большой палец. Венти послал воздушный поцелуй. Дилюк коротко вздохнул — так тяжело вздыхают люди, которых достали родственники, но которых всё равно любят. Он сделал ещё полшага к тебе. Теперь вас разделяло сантиметров шестьдесят. Ты перестала дышать окончательно. — Эти двое, — кивнул он в сторону брата и барда, и в его голосе послышалась усталая обречённость, смягчённая странной нежностью. — Они в сговоре. Когда вы заходили, этот придурок передал Венти письмо, в котором говорилось, что одна очень упрямая девушка наконец-то решится со мной поговорить, даже если для этого ей придётся украсть моё самое дорогое вино. Ты открыла рот. Потом закрыла. Потом снова открыла, но ни одного внятного звука издать не смогла. Потому что Дилюк смотрел на тебя так, что все мысли вылетели из головы. В его взгляде не было насмешки. Было что-то… тёплое. Ждущее. — А когда он успел написать письмо? — ты уставилась с прищуром на своего друга, лихорадочно вспоминая каждую минуту сегодняшнего дня. — Я же всё время рядом была… Но потом до тебя дошло: туалет. Кэйа отлучался на пять минут, когда вы уже подходили к таверне. Пять проклятых минут, которых хватило, чтобы передать Венти послание и превратить твою жизнь в романтическую комедию. — Поделом ему, — пробормотала ты, но в голосе не было злости. Только благодарность, которую ты никогда в жизни не признаешь вслух. Ты перевела взгляд обратно на красноволосого. — Так что думаю, можешь не красть, — уголок его губ дрогнул в улыбке. — Я сам покажу тебе тот самый тайный ящик. — Он помолчал и добавил чуть тише, так, чтобы слышала только ты: — После ужина. Где-то на заднем плане раздался приглушённый визг Венти и довольное ржание Кэйи, но ты этого не слышала. Ты слышала только своё сердце, которое билось где-то в горле, и его голос, который эхом отдавался в груди. — В семь, — повторила ты эхом, глупо улыбаясь. — Я приду. Дилюк кивнул, и на мгновение тебе показалось, что он тоже… смущён? Лёгкий румянец тронул его щёки? Или это игра света? Но это длилось секунду — и вот перед тобой снова невозмутимый владелец таверны. — Тогда до вечера, — сказал он и, развернувшись, направился к стойке. — Выдохни уже, — прошептал подкравшийся сзади Кэйа, хлопая тебя по плечу. — А то посинеешь. Ты выдохнула. И тут до тебя дошло. — Я иду на ужин к Дилюку, — сказала ты вслух, проверяя реальность. — Ты идёшь на свидание к Дилюку, — поправил Кэйа с улыбкой Чеширского кота. — И, шашлычок… — он подмигнул, — кажется, ты ему тоже нравишься. Иначе он бы не согласился на эту авантюру. — Что? — ты резко обернулась. — А ты думала, мой план был просто так? — Кэйа картинно развёл руками. — Я, может быть, и сводный брат, но я не слепой. Он на тебя смотрит так же, как ты на него. Он еще и постоянно исчезал, подозрительно, да? Просто вы оба идиоты. И вообще я планировал вас свести, но тут ты сегодня подкинула такую идею для реализации моего плана… Ты хотела возмутиться, но не смогла. Вроде Кэйа и вредный интриган, но, кажется, он единственный, кто разобрался в ваших запутанных отношениях раньше вас самих. — Я на свидании с Дилюком, — прошептала ты, и на лице расплылась самая глупая, самая счастливая улыбка в истории Мондштадта. Венти за соседним столиком радостно дёрнул струны, и по таверне разнеслось: — Они не знали, что случится потом, но птички уже вили гнездо вдвоём! Дилюк за стойкой едва заметно покачал головой, но ты готова была поклясться, что он улыбнулся.