Поросший мхом

Леви посмотрел на себя в зеркало перед выходом, подмечая то, что синяки под глазами стали еще больше. Он снова поспал всего три часа, хотя когда было по-другому, уже и не помнил. Вчера сил хватило на то, чтобы дойти до кровати, когда обычно он частенько засыпал в своем кресле. Тело требовало разминки и упражнений, как и каждое его утро. Это опреденно была та привычка, которая ему нравилась. Леви выглянул в окно, подмечая, что почти все кадеты уже сонно стояли в ожидании тренировки. Как он ненавидел это. Сегодня его попросили позаниматься с ними и он долго думал над тем, почему согласился. Бегать с малышней никогда не входило в список его любимых дел, поэтому он сделал для себя одну забавную вещь — позвал пленную. Зайдя за ней ровно в семь, он обнаружил, как девушка сладко спит, растянувшись на кровати. Хмыкнув и залепив утреннего подзатыльника под ее недовольный вопль, он сказал ей, что у нее есть пара минут на сборы, подметив, что чистая одежда уже стопкой лежала на ее столе. Обычно одежды разносили в шесть утра, поэтому это было весьма удобно. Она вышла и вправду через пару минут, помятая, сонная и явно недовольная. С завязанным накосо хвостом, белой футболке и спортивных штанах. Он же выглядел с иголочки и посмотрев на нее с довольно кривым лицом, двинулся к тренировочному полю. Девчонка плелась за ним, сонно зевая. Она выглядела так, словно всю ночь дралась с нищими за свою одежду и в конечном итоге проиграла. — Доброе утро, капитан Леви! — солдаты отдали честь, в то время как его пленная хмуро обвела их взглядом, щурясь, будто от головной боли. Несмотря на вчерашний дождь, солнце сегодня встало очень рано и светило в глаза, однако солдаты должны уметь тренироваться в любую погоду: и в экстренных холод и в знойную жару. Его внимание мельком зацепила Микаса, которая мило кивнула, пробегая мимо них. Она единственная из своего отряда всегда просыпалась рано, начиная свою часовую тренировку. Это наблюдалось в ее силе, выносливости и том, что она действительно лучший боец в бою. Кадеты восхищенно проводили девушку взглядом, зная, что она состоит в элитном отряде Леви. — Она такая красивая. Он перевел взгляд на свою пленную, которая тоже смотрела вслед черноволосой девушке. Мысленно он с ней согласился, признавая, что Микаса и впрямь всегда была довольно симпатичной. Конечно, он никогда не задумывался о своих подчиненных в этом плане, но глаза у него и были для того, чтобы сразу подмечать все достоинства и недостатки других людей. — Чего рты разинули? Бегом, пятнадцать кругов. Ты тоже, — он перевел взгляд на пленную, говоря уже тише, пока остальные кадеты сразу сорвались с места. Она захлопала глазами, смотря на него так, будто он только что предложил ей публичную оргию. — Я думала, что полетаю на УПМ… Он хмыкнул, позволяя себе усмехнуться. — Тебе до этого как мне до титана. — То есть недолго? — А ну проваливай. Она подавила смешок, забавно убегая за кадетами, но уже после двух кругов, плелась в хвосте и тяжело дышала. Леви закатил глаза. Как ее могли сюда отправить с такой никчемной подготовкой? Она даже улитку не обгонит на дистанции в километр, о чем может идти речь. Новички кидали на нее заинтересованные взгляды, явно не понимая, кто бегает вместе с ними и он надеялся, что ей хватит ума не распространяться о том, кто она такая. После того, как новички успешно справились с заданием, а пленная только нагоняла пятый круг, чуть ли не падая, он дал им другое задание, которое должно было отточить их умение держать равновесие. Они должны были пробежаться по тонкому деревцу, которое было положено на камни и прижато ими же, не теряя равновесия и не падая. А чтобы задание не казалось таким легким, то Леви метал в них тяжелые мячи. Это было одно из его любимых заданий, потому что так можно было легально побить тех, кто его раздражал. То есть, практически всех. Кадеты, все красные и потные, взбирались на дерево по очереди, зачастую падая и без мячей. — Ну хотя бы сгруппируйся при падении! — А если бы это была рука титана? — Ты труп! — Двигаешься хуже, чем престарелая слепая бабка! — Труп! Новички явно злились, кидая на Леви пугливые и в то же время злобные взгляды. А чего они ждали, что их здесь по головке будут гладить и в лоб целовать? Леви, возможно, и был строг, но это было именно то, что закаляло характер и помогало не умереть в настоящем бою. Когда на многих уже красовались фингалы, он услышал, как сзади него кто-то ползет в предсмертной агонии. Кажется, это была пленная, которая еле передвигала ноги и была мокрой с головы до ног, дыша так, будто она оббежала не их поле, а весь мир. Она упала на землю, откидываясь на спину и вытирая пот со лба. Со стороны новичков послышались смешки. — Вставай, ты же сама хотела сюда. Он услышал, как она бормочет проклятия такими словами, от которых у других завяли бы уши, но Леви лишь хмыкнул, наблюдая за тем, как пленная встает с грацией все той же слепой бабки и хромая подходит к дереву, переводя взгляд на Леви. Он взял в руки мяч, жестом показывая ей встать на деревце. Новички начали испускать смешки, видя, как девушка с трудом не то что стоит, а вообще держится на ногах. Они были в предвкушении шоу и того, как капитан залепит ей мячом по телу. Рей сделала глубокий вдох и выдох, сосредоточившись. Ее физическая подготовка и вправду была ни к черту, но ведь это дело общей силы и выносливости, а она все растеряла, пока заставляла себя голодать. Но одно она знала точно — она всегда была ловкой и могла залазить в такие дебри, куда боялся пролезть обычный человек. Так она в принципе и оказалась здесь. Рей встала на деревце, чувствуя, как оно дрожит и шатается под ней, от каждого невесомого движения. Заставила себя успокоиться и найти баланс, хотя ноги предательски дрожали после бега. Она видела периферийным зрением то, что Леви готовится бросить мяч. Видела, как до этого пострадали остальные новички и ей уж очень не хотелось быть в их числе, хотя особых надежд она сейчас не питала, просто потому что она и вправду была не в лучшей форме. Точнее сказать, точно была в самой худшей форме за всю свою жизнь. Рей сделала шаг вперед, еле улавливая, когда мяч полетел прямо в нее и успев на какую-то мили секунду приземлиться на деревце раньше, чем тот в нее попал. Она встала посередине дерева, под охи новичков и победоносно перевела взгляд на Леви. Тогда все, что она увидела — это был летящий второй мяч прямо ей в ногу. Она упала на землю, застонав и прижав больную конечность к себе. — Еще один урок! Раньше времени не радуемся, у врага могут быть припасены дополнительные уловки. Да пошел ты к черту, Леви Аккерман! Рей почувствовала как ей помогают встать новички и смотря с каким-то сочувствием. Она и сама понимала, что сильно опозорилась, но не считала, что это прям критично. Это ведь ее первая тренировка за два с половиной месяца, после сильнейшего стресса и голода. Все налаживается всегда со временем. Однако, ей даже нравилось то, что за физическими нагрузками время пролетало незаметно и мыслей в голове не было от слова вообще. Когда настало время отжиматься, то Рей справедливо решила, что ей вообще-то пора обратно в свою комнату, пока ее не остановили за шкирку. — Отжимания. Ты не слышала? — Я что-то устала… — Живо! Покажи нам мастер класс! Рей кинула на него убийственный взгляд, проходя к новичкам и вставая на колени. Те откровенно посмеивались над ней, но делали это по-доброму, без злобы. А она понимала, что ни разу в жизни не отжималась и что это будет полнейшее фиаско. Однако удрать не удалось, поэтому приходилось делать вид, что она отжимается наравне с остальными, пока не почувствовала чей-то ботинок у себя на попе. — Ты точно отжимаешься или учишься выпячивать свою задницу? Думаешь так она появится у тебя? Рей раздраженно упала на землю, грязная, совершенно потная и красная от всех его слов. Новички разразились хохотом, но один взгляд капитана заткнул их и они вернулись обратно к выполнению упражнения. А ей хотелось умереть и заодно захватить несносного мужчину, который напрямую издевался на ней. — Поднимайся. Она поднялась на дрожащих руках, сгибая спину так, как было нужно и почувствовала, что теперь ей еще тяжелее, потому что она стоит в правильной планке. Усилие и она снова оказывается лицом в земле, глотая пыль и тяжело выдыхая. Это было слишком тяжело для ее мизерных физических сил и в какой-то степени она сейчас завидовала той спортивной темноволосой девушке, которую сегодня видела. Она бежала так легко, словно на самом деле у нее были крылья и она парила над землей, будто бы совсем не прилагая усилий. Рей хотелось бы также, но на это нужно было потратить не один год, кажется. А она не горела желанием так долго заниматься спортом, как бы не восхищалась спортивными людьми и как бы не понимала все плюсы от этого. — Ты бесполезная. Он тяжело вздохнул и оставил ее один на один с землей. Рей мысленно передразнила его. Будто она и сама этого не знала. Когда тренировка закончилась, то она буквально молилась всем богам, еле передвигая ноги в сторону своей комнаты и не попрощавшись с Леви, на которого была слишком зла, но при этом слишком измотана, чтобы что-то высказывать. Ее сил хватило только на то, чтобы рухнуть на кровать и не вставать до завтрашнего утра.

***

— Ты издеваешься над ней, — Ханджи игриво усмехнулась. Леви закатил глаза, делая повторный глоток чая. — Она сама захотела тренироваться, а ты сама приказала наладить контакт. Он услышал ее смех и немного расслабился. Они сидели у Ханджи в лаборатории, она делилась с ним наблюдениями по поводу той сыворотки, что Рей привезла с тобой. Ничего особо нового они не узнали, но Ханджи хотела попробовать модифицировать сыворотку, возможно, прибегая к помощи девчонки. Так, на всякий случай. Еще они обсуждали строительство гильотины, как раз Эрен, Армин и Микаса сейчас уехали к стене Мария, для того, чтобы помощь и проконтролировать процесс. Естественно, ключевым звеном был Эрен, с помощью которого и удалось исполнить эту идею. Совсем скоро они смогут перебить всех тварей не прибегая к риску собственными жизнями и это явно означало лишь одно — победу. Однако следующий вопрос был в том, когда же к ним нагрянут неожиданные гости и что с ними делать. Пленная сказала, что Марли сейчас ведут войну и им не до острова, однако тогда бы они не пытались все это время захватить силу Прародителя, что было очевидно. Как и то, что они отправляли на берега Парадиза лишь титанов и единственную безмозглую девчонку, а не целые военные полка и вооруженные армии. — Ты в своем репертуаре. Теперь она точно не захочет «налаживать» с тобой контакт, — женщина сделала еще глоток чая, а на ее реплику Леви лишь хмыкнул. Этой палец в рот не клади, она еще как захочет «налаживать» с ним контакт, судя по тому, как липла к нему под дождем и как нелепо себя вела рядом с ним, чуть ли не заглядывая ему в рот. Иногда она храбрилась, иногда выглядела так, словно ненавидит его, а иногда практически пускала слюни. И это в какой-то степени было его забавой, в которую он позволял себе немного уходить, когда голова начинала кипеть от работы и дел. Конечно плюсом было и то, что в теории она могла обладать необходимой информацией, которую могла ляпнуть или сказать намеренно. Это бы очень помогло им всем, но девчонка предпочитала заниматься тем, что постоянно разглядывала его исподтишка. Он подумал, что она была, вероятно, слишком молода, поэтому так вела себя. На вид ей было и вправду лет девятнадцать. В теории он мог быть страше ее почти на десяток лет, а это большая разница в возрасте. Столкновение поколений и все такое. — Гарлан! Ты как раз вовремя, скажи пожалуйста, мне не приходили никакие письма? — пацан, новый помощник Ханджи, был похож на воробья — вечно растрепанный и с большими глазами. — Ну вечно вы шутите, — он усмехнулся, подтаскивая стопку писем к столу. — О, нет! — Ханджи сделала вид, что прячется за своими руками, — Леви, будь другом. — Ладно, очкастая, помогу. Так они и начали перебирать почту, где в большинстве случаев было много бесполезных писем. Очень много слов в их поддержку, письма от детей, злобные письма с проклятиями, письмо от частного спонсора. Леви заинтересовано вскрыл его, начиная читать. В последнее время у них и вправду появилось больше людей, которые были готовы спонсировать разведкорпус. Конечно, они все еще рассчитывали на государственную поддержку, особенно когда на престол взошла Хистория, однако у всего были свои трудности и временные ограничения, как бы не желала помочь королева — она не была всесильна. — Нас хочет спонсировать новый частник. Ханджи оторвалась от своих писем, с интересом принимая письмо из рук Леви и читая его. В процессе ее лицо ничего не выражало, а затем немного нахмурилось. Она явно над чем-то размышляла, давно уже завершив чтение. — Я думаю, что нам нужен человек, который будет представлять разведкорпус и ходить на все эти приемы, которые устраивают частники. Раньше всем этим занимался Эрвин, — ее лицо немного погрустнело, — Но я не представляю, чтобы я или ты выкроили себе время на это. Возможно будет логичным назначить кого-то. Леви нахмурился, раздумывая. — Этим должен заниматься главнокомандующий. — Я знаю, но ты сам видишь, что я совершенно замываюсь здесь. Конечно, становится легче, но я думаю, что смогу восстановить и влиться во все только через пол года минимум. Слишком много подводных камней у этой должности и слишком много Эрвин свалил на меня, — снова грустная усмешка. — Он был еще тем сукиным сыном, — Леви по-доброму покривил губы, ловя добродушно лукавый взгляд Ханджи. — Это моя цель, Леви. Я готов пожертвовать всем ради нее. Леви смотрел в небесно-голубые глаза и видел до боли узнаваемый огонь решительности в них. — Я доверяю тебе. Отголосок призрака. Покойся с миром, потому что это единственное решение, на которое повлияли чувства. Внезапно стало легче, словно они ощутили, что Эрвин еще где-то рядом с ними, смотрит на них и тоже усмехается с шутки своего друга. Словно он никуда не исчезал, словно сейчас войдет в эти самые двери, со своим до невозможности светлым и серьезным лицом. Нахмурит толстые брови, говоря строго, а затем будет переводить все в загадки, понятные только ему. Им просто нужно было еще совсем немного времени для того, чтобы осознать то, что Эрвин больше никогда не зайдет в эту дверь, никогда не посмеется с шутки своего давнего друга, никогда больше не одобрит безумные идеи Ханджи и никогда больше не сможет разгадывать свои любимые загадки.

***

Рей пришла в себя, чувствуя себя так, будто она всю ночь разгружала мешки с углем, а потом по ней несколько раз проехался поезд. Несколько сотен раз. Тело болело буквально везде, ей было сложно элементарно поднять руку и сдвинуть шею. Это было хуже, чем любая пытка до, потому что когда она встала, то ей потребовалась вся ее сила воли для того, чтобы опереться на стол и хромая, дойти до двери. А еще от нее ужасно пахло и она была безумно голодна. Последний раз она себя чувствовала подобным образом, когда на Новый год выпила бутылку вина вместе с лаборантами, и следующее утро встретило ее неожиданной болью в голове и дикой сухостью во рту. Рей постучала по двери. — Эй! Мне надо в душ! — но ответа не было. Она раздраженно вздохнула, плетясь к столу и беря необходимые чистые вещи, она так и не убрала их в шкаф, как положено. Рей повторила попытку, но за дверью снова была тишина. Она со злостью дернула ручку и та неожиданно поддалась. Она стояла, замерев, рассматривая открытую дверь и не веря собственным глазам. Это не могло быть правдой, кажется, у нее начались галлюцинации. Или же это очередная проверка? А может кто-то просто забыл закрыть дверь? Ага, конечно. Так она и повелась, конечно, это было проверкой, как и в прошлый раз. Проходили уже. Рей захлопнула дверь, направляясь в душ, с трудом спускаясь по лестнице, но все эти испытания стоили того, чтобы она сейчас почувствовала настоящее блаженство и единение души и тела, стоя здесь, под контрастным душем. — Привет, я Саша! Рей закричала от испуга, поскальзываясь и грохаясь на пол, больно ударяясь локтем. Она смущенно прикрыла тело, аккуратно поднимаясь и потирая ушибленную конечность. Перед ней стояла милая девушка с каштановыми волосами, завернутая в одно полотенце и ее, кажется, совершенно ничего не смущало. — Э-э…привет. Я…э-э. — Приходи к нам в столовую на обед, ты увидишь наш стол, а сейчас мне пора, — она также мило улыбнулась и скрылась из душевой. Рей проводила ее все еще шокированным взглядом, прячась обратно под душ. Какие-то они здесь все ненормальные. Рей терла тело мочалкой, раздумывая о том, что вряд ли ей позволят спуститься в столовую и спокойно находиться там. Стоило спросить разрешения или нет? Она нахмурила брови. Не ее вина, что они плохо следят за тем, закрывают они двери или нет. Она вольна делать что хочет. И вообще, если это и была проверка, то она была скверная, потому как они уже давно выяснили, что Рей просто некуда идти. Даже если каким-то образом она пройдет через охрану на стенах, то ее попросту сожрут титаны. А в городе делать было тем более нечего, особенно вспоминая ее последнюю вылазку туда. Повторения не хотелось, ей и в первый раз было до отвращения неприятно там находиться. Рей плелась до комнаты, все еще ощущая, что все ее мышцы будто налились свинцом, однако душ все-таки помог ей чувствовать себя немного лучше. Она поглядело в зеркало в своей комнате, замечая, что немного набрала в весе и выглядит почти здоровой. На ней сегодня были белые тонкие штаны и серый свитер с небольшим вырезом на горле. Конечно, одежда не отличалась изысканностью, было похоже на то, что ей отдали вещи тех девочек, кто или погиб или оставил эти вещи. В любом случае их было мало и они были довольно посредственными, однако Рей было грех жаловаться. Идти на обед или нет? Она чувствовала, что время близится, а поднос все не приносят. Означало ли это то, что ей дали добро и она могла спокойно покинуть свою комнату и спуститься в столовую? А что, если девчонка обманула ее, решив понасмехаться? Слишком много было недоверия в Рей, возможно потому, что она не доверяла в первую очередь себе, да и сама была падкая на лукавый обман. Не прямой, только косвенный, чтобы если что, то было невозможно поймать ее за руку. Она была такой всегда, сколько себя помнила. Она встала, решительно сжимая кулаки, но тут к ней зашли с подносом, аккуратно ставя его на стол и закрывая за собой дверь. Рей тихо выдохнула, садясь обратно на кровать. Нужно было принимать решение быстрее. Может это и к лучшему, ибо сейчас все было слишком спокойно и стабильно для ее нахождения здесь. Лучше пока не показывать характер, хотя бы потому, что как казалось Рей, ей начинают хотя бы немного доверять. С ней начинают контактировать и это было явно хорошим знаком. Потому что так она могла быстрее понять их сторону, быстрее сориентироваться в том, как она может послужить Марли. Рей подошла к обеденной тарелке, начиная бездумно поглощать еду. Ей нужно было быть сильной и продолжать тренироваться, это могло бы спасти ей жизнь однажды. После того, как очередной солдат зашел к ней, чтобы забрать поднос, она попросила его отвести ее к Ханджи. Так она оказалась в приятном и таком уже знакомом кабинете. Леви тоже был здесь. Но Рей решила сосредоточиться на более важных мыслях, после обмена приветствиями и любезностями с женщиной. Капитан молчал, даже не смотря в ее сторону, полностью погруженный в какие-то бумаги. Интересно, эти двое часто тут работают вместе? С лаборатории выглянула взъерошенная шевелюра и Гарлан поздоровался с ней, Рей сама не поняла, как почувствовала облегчение от того, что они здесь были точно не вдвоем. Как же это неправильно. — Я бы хотела потренироваться, возможно, это можно организовать? — Рей вперила взгляд в женщину. — Ого! — Ханджи удивленно улыбнулась, — Не думала, что ты так быстро втянешься. Ну конечно, Леви, я могу одолжить у тебя кого-нибудь из твоих ребят? Мужчина кивнул, все еще не смотря на них. Со стороны можно было подумать, что ему нет дела до того, что здесь происходит, но Рей чувствовала нутром, что он слушает каждое слово и замечает каждую деталь. — Микаса лучшая в этом. Рей моргнула. Микаса — это та, кто постоянно находится с Эреном, носителем координаты? Она знала ее по имени, также как и Армина. И сейчас только поняла, что знала и о капитане раньше, потому как Зик и Райнер точно обсуждали это. Райнер говорил, что самый опасный человек в их армии — это капитан, затем говорил о неразлучной троице. Как же она сразу не поняла, что речь шла о Леви. Так это он, величайший воин человечества. — Нет, — его холодный голос заставил что-то внутри нее сжаться. — Тогда может Жан? — Ханджи пожала плечами. Леви тяжело вздохнул, поднимаясь. Ханджи вопросительно взглянула на него, Рей замерла от неловкости. — Я найду кто ей займется, скоро вернусь. Пойдем, — последнее обращение было к Рей. Она скомкано попрощалась с женщиной, выходя следом за капитаном. Тот выглядел напряженно и слишком сурово, разительно отличаясь от того человека, которым он бывал наедине с ней. Она старалась не издавать лишних звуков, потому что сейчас было очевидно, что она может попасть под горячую руку. Тело все еще ныло, напоминая ей о том, как вчера над ней издевались, но она гордо шагала вперед, держа спину ровно. Ничего, с физической болью жить можно. Даже необходимо, для того, чтобы чувствовать себя в тонусе и не думать ни о чем лишнем. Или ни о ком лишнем. Они зашли в столовую и разговоры разом стихли, солдаты начали отдавать честь и внимательно слушали то, что скажет капитан. Рей заметила знакомые лица сразу, за столом посередине. Жан, Саша и еще какой-то парень, которые продолжали посмеиваться с какой-то шутки, по всей видимости. — Так, кучка оболтусов, руки в ноги и бегом на тренировку и эту захватите с собой. Без сюрпризов мне, приду проверить, — он дождался их утвердительно кивка и развернувшись, ушагал обратно. Рей опешила. Эту? Эту захватите с собой? Как же ей хотелось проехаться кулаком по его равнодушному лицу, желательно пару раз, чтобы он стоял на коленях и выпрашивал, нет, вымаливал прощение. Да кем он себя считает? Богом? Что за отношение к ней? Наедине значит весь такой мистер-держи-мою-рубашку, а при всех она становится «этой». Кретин. — Я же говорила, что встретимся за обедом, — Саша мило улыбнулась. Второго парня звали Конни, он был коротко стрижен и постоянно подначивал Сашу. Жан выглядел уверенно и расслабленно в своей компании и у Рей никак не вязался его образ, который предстал перед ней в ее комнате, с тем человеком, что сейчас шел впереди нее. Казалось, будто это были два совершенно разных человека. Хотя они здесь все были со своими тараканами в голове. Саша отвела ее в женскую раздевалку и взгляд Рей упал на одежду, лежащую на лавке. Это была форма развед корпуса. Рей быстро оделась, подмечая то, что форма слегка висит на ней, однако смотрелась она неплохо. Белые штаны были закреплены ремнями, высокие ботинки подчеркивали худобу ног. Белая рубашка, которая застегивалась на все пуговицы, тем самым создавая воротник и закрывая горло от ветра. Куртка с нашивками. Рей завязала себе хвост. И призналась самой себе, что собственное отражение в этой форме ей очень даже нравилось. — Ну вот, будто сшита на тебя. Ну, почти, — Саша опять улыбнулась. Губы Рей дрогнули в ответной улыбке. Это была слишком интересная компания для нее, Саша казалась настоящей чудачкой, которая часто улыбалась. Конни был падким на шутки, но первое время его глаза блестели недоверием. Жан выглядел как настоящий лидер, что Рей сразу в нем зауважала. Такая разношерстная компания будто дополняла друг друга и да, они ведь являлись элитным отрядом. Рей представляла себе пафосные лица, а не этих чудаков, уж точно. Было странно думать о том, что они резали титанов также, как режут овощи на кухне. Они вышли на тренировочное поле, начиная делать разминку и Рей просто повторяла за ними. В большинстве своем они общались между собой на непонятные Рей темы, но часто втягивали и ее, спрашивая о чем-то безобидном. Кажется, будто все ходили по нейтральной территории, не решаясь заступать за грань. — Когда мне предложили это, то я сначала сомневалась. Но сейчас думаю, что это лучший выход из ситуации. Я не хочу войны и кровопролитий, также как и вы. Надеюсь, что мы правда сможем придти к миру. Ребята слушали ее с интересом, скорее всего, подмечая что-то для себя, чтобы после обсудить это все без ее непосредственного участия. Что было логично. — Мы все надеемся на это, — Жан кивнул. — Но я бы все равно набил морду Райнеру, — Конни хотел казаться уверенным, но в его словах прослеживалась боль. Рей подумала о том, что они все были невероятно близки. — Конни! Не начинай! Ты даже до его головы не достанешь. — А ты сама-то достанешь? — Мне больше повезло в росте, чем тебе, коротышка, — Саша ловко увернулась от летящей в нее перчатки, подтрунивая над другом. — Зато не так повезло в мозгах. Жан закатил глаза, подходя к Рей и оставляя перепалку за своей спиной. Блондинка сидела, опершись руками на лавку. Они закончили с разминкой и сейчас она была на пару минут предоставлена самой себе. — Не обращай внимание, у них всегда так. Рей усмехнулась. — Это мне нравится, на самом деле. Я будто уже отвыкла от таких обыденных вещей. Я или одна или с капитаном, а с ним не пошутишь. — Он на самом деле очень хороший человек. Рей нахмурилась и перевела взгляд на Жана, ожидая, что это какая-то уловка, но тот сидел с расслабленным лицом и наблюдал за набиравшей обороты перепалкой друзей. Отвела взгляд, закусывая губу. Они и вправду уважают своего капитана. Форма приятно обтягивала тело, в ней было удобно тренироваться. Чуть позже они начали тренировать рукопашный бой, Жан показывал ей захваты, рассказывал, что лучше выбрать для себя что-то одно: скорость или силу. В случае Рей это была скорость, естественно, потому что её сил едва ли хватило бы на то, чтобы уложить на лопатки десятилетнего ребенка. Пока они тренировались, Рей с грустью вспоминала те моменты, когда могла лазать по деревьям и башням с помощью крюков. Это помогало укреплять её тело и ловкость. Больше всего на тренировке ей понравилось стрелять из лука. Поначалу это казалось трудным, потому как все норовило вывалиться из рук, однако Саша терпеливо помогала ей. Чем Рей могла похвастаться, так это меткостью. Сколько себя помнила, это всегда было её отличием. Она обожала кидать мяч вместе с Зиком, скорее всего, его стараниями она сейчас может попадать в цель, почти не напрягаясь. Следующим испытанием стало для нее УПМ, на котором держать равновесие казалось слишком трудным для нее, однако, она справлялась, дрожа и рискуя упасть с каждой секундой. Конни помогал ей в этом, говоря, что он один из лучших в этом деле. И его советы правда спасали ее, однако она все равно несколько раз перевернулась и висела вниз головой. Они остались вдвоем, пока Жан и Саша занимались рукопашным боем, больше в шуточной манере, чем по-настоящему. Рей в очередной раз перевернулась и раздраженно вздохнула, пытаясь перекрутиться обратно. Это ведь просто смешно. Она находилась на каком-то тренажере, в то время как остальные буквально летали по воздуху. И она почувствовала себя настоящей бездарностью, но сдаваться не хотела, потому что ей уж слишком сильно и давно хотелось овладеть этим навыком. Она просто не могла опустить руки сейчас. — Давай еще раз. Конни усмехнулся, помогая ей вернуться в вертикальное положение. Рей чувствовала, как по лбу бежит струйка пота и как растрепались ее волосы от того, что она часто переворачивалась. Щеки, вероятно, покраснели и дыхание сбилось с размеренного темпа. — Ты напоминаешь мне Эрена, — Конни грустно улыбнулся, — Он тоже долго не мог овладеть УПМ, хотя самый первый из группы кричал, что перебьет всех титанов. Тогда это казалось забавным. Рей приоткрыла рот, сразу же поглощая в себя эту информацию. Эрен так сильно хотел перебить всех титанов, что похитил координату? Она чувствовала, что ей не хватает информации и поэтому решила не думать об этом сейчас. — Но в итоге у него получилось? — спросила с надеждой, держась в тренажере с явным напряжением. — Расслабься, ты слишком напряжена. Почувствуй снаряжение, представь что ты летишь по воздуху, попробуй. Рей глубоко вздохнула, приводя дыхание в порядок и прикрыла глаза, постепенно расслабляя свое тело. Конечно, не все, иначе бы она не смогла держаться в пространстве, одна она училась прислушиваться к себе и своим ощущениям. — В итоге не получилось, оказалось, что его УПМ был сломан все это время. Но потом мы все оказались в десятке лучших солдат. — Да, я слышала про элитный отряд капитана Леви, должно быть, это очень высокая планка здесь. Я расслабилась и чувствую, что словно парю, Конни. Кажется, я готова. Ауч! — она снова повисла вниз головой, злостно смотря на парня, пока тот ехидно улыбался. — А ты думала все так просто? Учись держать баланс, даже если тебя толкают, иначе это все пустая болтовня, — он снова помог ей перевернуться обратно, — А элитным отрядом мы стали далеко не сразу. Потребовалось много времени и смерть всего прошлого отряда Леви в одной вылазке, чтобы мы сейчас стояли здесь. Она распахнула глаза, совершенно уже не обращая внимания на снаряжение, в котором висела в воздухе. Ее явно заинтересовала эта тема. Так Леви потерял весь свой прошлый отряд в одной вылазке? Звучит довольно ужасно, даже, скорее пробирает до костей от осознания, как они здесь все выживали все это время. — И часто отряды погибали лишь в одной вылазке? — Нет. Тогда это был…особый случай. Их убила Женская особь. Рей вздрогнула от осознания. Женская особь — это Энни Леонхарт, которая отправилась вместе с Райнером и Бертольдом на Парадиз. Которая сейчас находится на этом острове в плену, насколько знала Рей. Она убила весь отряд Леви. Разом. Рей хотелось в очередной раз задохнуться от того, что ее привычный мир был разрушен, от осознания того, что этих людей отправили сюда для того, чтобы всеми силами заполучить Координату и они пытались…но какой же ценой. Рей все больше крепла в понимании того, что все, чего она хотела — это мира и ясного неба над головой. — А потом заморозила себя, как ловко у нее получилось это, — Конни хмыкнул. — Я думала, что она в плену здесь, — Рей почувствовала небольшое облегчение от того, что Энни все это время не пытали. — Нет, мы просто так сказали Бертольду. — Они ведь боролись из-за этого, — она поймала взгляд парня, — Райнер с Зиком. Парни хотели освободить ее, подвергая операцию опасности. — Мы должны спасти ее! — Рей хмуро посмотрела на Райнера. Они почти добрались до леса, когда разговор между Райнером и Зиком продолжился на повышенных тонах. Рей все это время шла позади с Пик, практически не разговаривая. — Я уже говорил тебе о приоритетах. Рей внутренне согласилась, хотя это далось ей с трудом. Зик всегда был слишком умным и умел делать все правильно. Он всегда был самым мудрым человеком в ее жизни, которым она не переставала восхищаться. — Мы приплыли сюда вместе! Вместе и уплывем! Райнер явно был в ярости, отходя от Зика. Бертольд с болью в глазах, закусил губу, молча наблюдая, как и всегда. Зик лишь устало перевел взгляд на Рейнера, скептично поднимая бровь, когда тот рассек себе ладонь. — Серьезно? Рей испугалась, когда они оба превратились в титанов. Ее оттащила Пик, успокаивая и выглядя при этом так, будто такое у нее на глазах происходило каждый день. Рей было слишком больно наблюдать за тем, как Зик с легкостью побеждает Райнера. Как вынуждает того встать на свою сторону, вынуждает следовать его плану. — На это и были надежды. — Я знаю, что вы слишком сильно пострадали от Марли. Что…никакими словами не заделать дыру в сердце от потерянных близких. Поэтому я правда надеюсь на то, что мы сможем договориться о мире. Конни лишь грустно улыбнулся, но тут же его глаза загорелись странным огнем. — Я так и знал, что получится. Ты висишь совершенно спокойно уже долгое время, потому что разговариваешь со мной. Поздравляю! Когда она тоже поняла это, то внезапно ощутила то, как ее тело дрожит от непривычной нагрузки и снова перевернулась вниз головой. Да уж. Победы не бывают легкими. Она с силой упала на землю, когда Конни снял с нее снаряжение. Поморщилась, поднимаясь и следуя за парнем на лужайку. Они лежали на траве вчетвером и смотрели на небо, отдыхая от тяжелой тренировки. Рей жевала травинку во рту, чувствуя себя, как бы это странно не было, отдохнувшей. Будто бы она все это время копила мысли, негатив, чувства, эмоции внутри себя, а сейчас все выпустила и оказалась совершенно пуста. Но эта пустота была приятной и желаемой. Конечности ныли, напоминая о том, что она славно постаралась сегодня. Это было приятно, лежать сейчас здесь, прикрывая глаза и совершенно ни о чем не думать, только слышать тихие голоса ребят и изредка что-то добавлять. Она восхищалась их командой, это правда было здорово. Рей, сколько себя помнила, всегда предпочитала работать в паре. Однако сейчас было очень приятно разделять этот командный дух, просто лежа на траве и разговаривая. Да и ребята ей очень помогли на тренировке, она наконец-то чувствовала себя хоть на что-то способной. — Это ты, Конни, — Саша указала на облако пальцем руки. — Что там? Я не могу рассмотреть, — он начал прищуриваться. Жан посмотрел на Рей и они одновременно захохотали. — Да что там?! — Облако в форме члена, друг, — Жан все еще хохотал. — Скорее мини члена. Они снова захохотали. — Вы такие дети, как я вообще с вами дружу, — Конни пытался делать обиженное лицо, но улыбка прорывалась. — А я то думал, чем занимается мой элитный отряд. Члены рассматривают. Они подскочили резко, прикладывая руки к сердцу. Сердце Рей пропустило удар, когда она приподнялась на локтях, рассматривая стоящего перед ними мужчину. Леви выглядел, как всегда, с иголочки. Но вот его взгляд был с какой-то теплотой, когда он смотрел на ребят. — Не все, только Конни. — Эй! Леви закатил глаза, все же позволяя себе усмехнуться. Ребята присели обратно на траву, все еще посмеиваясь. Леви прошел дальше, вдыхая полной грудью и стоя к ним спиной. У Рей создалось впечатление будто она видит то, что предназначено явно не для ее глаз. — Как потренировались? — он все еще не поворачивался. Ребята начали рассказывать про тренировки, также подтрунивая друг на другом, рассказали про то, чему смогли научить Рей. Последняя, в свою очередь, молчала, чувствуя себя слишком странно, находясь сейчас здесь и с ними, обсуждая тренировки. Будто она ворвалась в совершенно чужую жизнь и сейчас делала вид, что так и нужно. Особенно вспомнилось то, что по вине ее друзей с Марли, на Парадизе погибло слишком много людей. Слишком много близких людей для такой маленькой компании, в которой она сейчас находилась. И они находили в себе силы не ненавидеть ее, не желать ей смерти, а наоборот, разговаривать с ней и помогать. Это разрывало ее сердце на тысячи мелких частей, заставляя быть молчаливой. Она не достойна того, чтобы сейчас находиться с ними здесь и слушать их веселые разговоры. Не после того, что им пришлось пережить по вине ее народа. Это казалось чем-то противоестественным, она казалась себе инородной здесь. — Рей отлично справилась с УПМ, я думаю, что у нее есть потенциал, — она внезапно включилась в беседу. — Правда? — Леви обернулся, рассматривая ее с ног до головы. — Возможно. Он кивнул, отворачиваясь, а Рей позволила себе снова погрузиться в свои мысли, вполуха слушая беседу ребят с Леви.

***

Рей зашла на кухню, сонно потирая глаза. Мама стояла к ней спиной, как-то странно подрагивая. Вокруг было слишком чисто и помещение выглядело необжитым. Ее дом выглядел необжитым. — Мам? Женщина вздрогнула. — Мама? Она обернулась к ней, смотря ненавидящим взглядом и дико скалясь. Рей испуганно сделала шаг назад. Что стало с ее мамой? — Ты, жалкая предательница, смеешь разговаривать со мной? Ты предала нас всех! Предала родину, родителей! Я смотреть на тебя не могу, — мать плюнула на пол, снова отворачиваясь. Рей чувствовала себя раздавлено, чувствовала, как слезы мешают развидеть то, что происходит вокруг. — Пожалуйста, не говори так, это не правда. Она слышала, как ее мама оскорбляет ее, но не могла рассмотреть ее лица. В глазах стояла пелена, Рей начала тереть их, пытаясь убрать слезы, но ничего не выходило. Она почувствовала, что открыла глаза и лежала в кромешной темноте. Это был сон, кажется, она проснулась. Она потянулась рукой к фонарику, чувствуя какое-то странное движение по всему своему телу. Включила свет и закричала от ужаса, когда поняла, что лежит в блевотине титана, среди конечностей и внутренностей мертвецов, а по ней ползают трупные черви. Рей поднялась на кровати, тяжело дыша. Убрала рукой пот с лица, замечая, что сейчас глубокая ночь. Какая же дрянь ей снилась в последние дни. Она откинулась на подушки, позволяя мыслям завладеть ее разумом. Она находится на этом острове уже три месяца, последние две недели находясь как в тумане. Будто все разговоры, все занятия — все это проходит мимо нее. Рей чувствовала себя слишком чужой, слишком инородной. Она начала тренироваться практически каждый день, лишь бы не возвращаться в свою клетку, где ее в конечном итоге сожрут мысли. Было слишком тяжело переваривать информацию, принимать то, что происходит в мире и с улыбкой идти дальше. Она явно чувствовала, что остановилась, поменялась не только внутренне, но и внешне. Стала более закрытой и необщительной, отказывалась от посиделок с Ханджи, старалась на тренировках держаться обособленно. Она не могла больше сближаться с этими людьми, не могла так поступить с ними, потому что, черт возьми, была не уверена в этом мире. Не уверена в том, что Марли захотят примириться с островитянами. Она все еще помнила о том, что их считают демонами, которые способны лишь на жестокость и хотят захватить весь мир через силу Прародителя. А если предложить им мир, то тогда Марли придется извиниться перед всем своим народом и сказать, что они были не правы, потерять авторитет и уважение. Да они никогда на такое не пойдут. Если и будут переговоры, то возможно оттуда просто заберут Рей домой и на этом их история будет закончена. Она не хотела повторять судьбу Райнера, не хотела быть на месте Энни, не хотела смотреть в глаза всем окружавшим ее людям и предавать их. Она уже не могла понять, какую сторону в итоге предает. Ей нужно было обсудить это с кем-то, но она боялась заводить об этом речь при ребятах. Она бы может и могла поговорить с Леви, но его эти недели почти не было видно — он был в разъездах. Кажется, они заканчивают строительство гильотины для титанов, насколько Рей могла слышать из разговоров. Захотелось умыться и она подошла к двери, держа в руках ключ. Это был подарок от Ханджи, хотя для Рей это означало только то, что она находится здесь по собственной воле. Конечно, корпус охранялся, а ее навыки все еще оставались бесполезными, чтобы пройти охрану, однако, этими ключами ей будто дали понять, что больше не видят в ней угрозу. Как ни странно, от этого Рей ощущала себя еще хуже. Она вышла из комнаты, закрывая дверь и направляясь к душевым. Нужно было привести себя в порядок, иначе завтра утром она проснется вся опухшая, а это затруднит ее времяпровождение на тренировочном поле. Она умылась холодной водой, замечая, как к ней вернулась бледность, а щеки стали будто бы еще более впалыми, хотя она и набрала несколько килограмм за время своих тренировок. Темные круги залегли под глазами, зрачки были расширены, видимо, из-за недавнего пробуждения. Рей на секунду прикрыла глаза, желая лишь одного, чтобы ее голова снова была пуста, а она свободна. Она шла в свою комнату, когда заметила небольшое свечение из-под двери Леви. Сказала себе, что пройдет мимо, но ноги предательски вросли в пол. Ей нужно было поговорить с ним, потому что он был буквально единственным человеком, который скажет ей горькую правду в лицо. У него всегда получалось попадать ровно в цель. Проклиная себя, Рей тихо постучала, не понимая на что она надеется больше, на то что он спит или на то, что откроет дверь. Послышались шаги и ей захотелось трусливо сбежать, однако она сдержала себя, продолжая стоять возле двери, которая мягко приоткрылась. Он выглядел…помятым. Круги под глазами стали еще больше и темнее, губы потрескались, а взгляд был наполнен хронической пустотой. Но она сразу поняла, что он не спал, не только по свету, но еще и по одежде. Снова весь в черном, черные штаны и свитер, начищенные ботинки. В такой одежде точно не ложатся спать. — Что-то хотела? — На удивление, голос был негромким и не грубым. — Поговорить, если ты не занят, — она ответила также, практически переходя на шепот. Он открыл дверь шире и она вошла, рассматривая комнату, которую освещал одинокий канделябр. На столе в беспорядке лежали бумаги, стояла чашка с чаем. Видимо, что он занимался работой поздно ночью. Но, вопреки ее ожиданиям, мужчина занят диван, предлагая жестом присесть и ей. Рей села, упираясь в мягкую спинку и почувствовала, как ее веки сонно закрываются, на секунду. Леви выглядел не лучше. — Скажи, если бы ты был на другой стороне, то считал бы меня предателем? — ее убаюкивала эта обстановка. Убаюкивал теплый приглушенный свет, запах чая и мяты в воздухе, мягкость дивана, на котором она распласталась, смотря в потолок. — Думаю да. Кивнула, почти никак не реагируя. Она знала, что он скажет ей это и все же ей было необходимо услышать это именно от него. Будто, без его подтверждения, ее мысли казались чем-то ненастоящим. А теперь она просто приняла эту информацию как данность. Она была предательницей. — Но я бы не хотел быть категоричным, если бы рассчитывал на мир. Это звучало логично. Рей чувствовала, как ее веки слипаются. Внутри разливалось тепло от того, что она услышала его голос. Она подумала, что теперь, наконец-то, сможет забыться спокойным сном.