Ведьма и Дракон: Против судьбы

Воздух в комнате, еще мгновение назад наполненный умиротворенным ароматом свежезаваренного чая и легкой прохладой ночи, внезапно сгустился от напряжения и повис тяжелым, невидимым облаком. — Что значит выходит замуж? — Цзян Чэн, охваченная внезапным замешательством и тревогой, в мгновение ока преодолела оставшееся расстояние. Резким движением она забрала письмо из рук младшей сестры и лихорадочно скользила взглядом по строчкам, не вчитываясь в детали, а ища лишь то единственное предложение, ту роковую фразу, что произвела такую суматоху. Стоило ей наконец самой прочитать эти слова, как ее выражение лица мгновенно переменилось, отражая смятение, уже застывшее на лице Вэй Ин. Тишина повисла в воздухе, нарушаемая лишь далеким завыванием ветра за окном и редким шелестом бумаги в руках заклинательницы. — А-Ли правда выходит замуж? — Голос Ваньинь прозвучал непривычно глухо, словно из-под толщи воды, не веря собственным ушам и глазам. Сердце ее сжалось от странного, необъяснимого предчувствия грядущих перемен. Император, сидевший за столом, спокойно поставил свою чашку чая на стол. Фарфор мягко стукнулся о дерево, этот звук казался до смешного громким в наступившей тишине. Он полностью сконцентрировался на своей наложнице, пытаясь понять причину столь бурной реакции. — Разве Цзинь Цзысюань и Цзян Яньли не помолвлены с детства? Почему ты так удивляешься? — Спросил он, с ровным тоном в голосе, но в глазах читалось легкое недоумение. Для него это казалось закономерным и логичным развитием событий. — Да, это так, но... — Девушка слегка заколебалась, подбирая слова, чтобы выразить всю гамму своих противоречивых чувств. — Но это слишком неожиданно. Все произошло так быстро. — Все же закончила заклинательница, опустив взгляд. — Вот именно! Не прошло и двух месяцев, как он сказал о серьезных намерениях касательно А-Ли, и сразу же свадьба?! — Возмутилась ведьма, ее алые губы недовольно сжались в тонкую линию. — Думаю, их отношения стали более серьезными куда раньше, просто мы этого не заметили. — Озвучил свои мысли Великий Принц, наблюдая за ними и пытаясь успокоить бушующую бурю эмоций своей возлюбленной. — Я не понимаю, чего вы так всполошились. Это же прекрасные новости, повод для радости. — Вмешалась до этого молчавшая Чэнмэй, поглаживая Яблочко, который уже доел предложенное угощение и довольно чистил перышки. — Ты просто не знаешь, каким этот Павлин был заносчивым раньше! А если он обидит сестру снова? — Не унималась Усянь, в ее голосе звенели нотки неподдельного, глубокого страха за любимую А-Ли и за ее счастье. Хоть обе девушки умом прекрасно понимали, что это правильный и давно ожидаемый шаг, что они приняли и одобрили отношения старшей сестры с Цзысюанем, что-то внутри все же ранило их сердца. Это было необъяснимое, неприятное чувство грядущей потери, которое блуждало внутри, словно холодный сквозняк, предвещая, что их маленькая семья вот-вот изменится навсегда. Сичэнь как всегда чутко уловил перемену в настроении своей возлюбленной. Он смотрел на то, как ее брови свелись к переносице, выдавая глубокую тревогу. — Цзян Чэн, что тебя беспокоит на самом деле? — Мягко спросил юноша, его голос был словно обволакивающий шелк или тихая мелодия флейты, призванная успокоить ее сердце. — Вэй Ин. — Тихо, но твердо поддержал старшего брата Ванцзи, его золотистые глаза были прикованы к лицу возлюбленной. — А-Ли покинет Пристань Лотоса и станет герцогиней Цзинь. — Спокойно, но с глубокой, едва скрываемой грустью ответила Ваньинь, наконец формулируя причину своей тревоги. — Ее больше не будет в нашем доме. Такое чувство, что теперь мы станем чужими, посторонними людьми для нее. — Девушка попыталась объяснить свое недовольство и боль, но в то же время внутренне коря себя за такие эгоистичные мысли. Усянь выглядела не лучше, полностью соглашаясь со старшей сестрой. Так как они не были связаны кровными узами с Яньли, ведьма ощущала эту грядущую разлуку еще острее, чувствовала себя еще хуже, словно не имела права так сильно переживать. Оба Нефрита, чутко уловили их состояние, синхронно поднялись со своих мест и подошли к девушкам, нежно, но крепко обнимая своих наложниц, предлагая им утешение и опору. — Новый статус или расстояние не сделает вас посторонними. — Произнес Цзэу-Цзюнь, заглядывая в глаза Цзян Чэн. Вэй Ин же наотрез отказывалась отпускать Хангуан-Цзюня, инстинктивно ухватившись за его одеяния покрепче и спрятав лицо в складках его белоснежных одежд, вдыхая успокаивающий аромат сандала. — Официального объявления еще нет? — Тихо спросила ведьма. — Нет. Полагаю, ваша сестра решила рассказать вам первым. — Ответил Великий Принц, мягко поглаживая ее по спине. — Ты не порадуешься за нее? Не размыкая рук, наложница подняла голову, упираясь подбородком в крепкую грудь юноши. — Конечно, порадуюсь! А-Ли заслуживает счастья как никто другой. Но... мне немного грустно. — Честно призналась девушка. — Мгм. Все хорошо. — Проведя рукой по спине и поцеловав в макушку, произнес Ванцзи, окутывая ее своим спокойствием. Вернувшись обратно к своим местам у камина, Усянь еще какое-то время была подавлена и задумчива. Но стоило ей допить вино до дна, как ее словно озарило яркой вспышкой. Поворачиваясь к сестре, она уже выглядела как прежде — полной энергии и идей. — Подарок! — Воскликнула девушка громко, ее глаза снова заблестели азартом. Ваньинь даже слегка вздрогнула от неожиданности такого резкого перехода настроения. — Нужно подготовить лучший подарок. Самый лучший! — Повторила ведьма. — Само собой разумеющееся. — Тут же согласилась старшая сестра, подхватывая волну энтузиазма. — Тогда нужно выбрать... — Подарок будет раздельным. — Твердо перебила ее Цзян Чэн, предвидя неизбежные споры. — Почему? — Удивилась младшая из сестер, возвращая пустой бокал на стол. — Вспомни хоть один раз, когда мы сходились с тобой во мнениях насчет подарков для А-Ли. — Резонно заметила Ваньинь. — Что ж, ты права, сестренка. — Не могла не согласиться младшая, вспоминая прошлые разногласия. — Но думаю, Хуайсан не помешает написать, да и просмотреть все магазины столицы. — Все магазины? — Тут уже не сдержалась Сюэ Ян. — Ты хоть представляешь, сколько их здесь? — Какая разница, А-Ли заслуживает лучшего! — В один голос ответили девушки, и в этом они были абсолютно едины. — До чего же быстро поменялось их настроение. — Уже потише промолвила Чэнмэй, еще раз убеждаясь, до чего же странные у нее подруги. — Разве это плохо? — Протягивая конфету, спросил Сяо Синчэнь с легкой улыбкой. — Без понятия. — Не пытаясь вникнуть, ответила девушка, забирая сладость. В то время пока сестры бурно обсуждали ближайшие планы по поиску идеальных подарков, братьям хватило всего нескольких красноречивых взглядов друг на друга, чтобы принять молчаливое решение. Эта новость должна стать радостной для их наложниц, но, очевидно, обернется нешуточной головной болью и суматохой для единственного оставшегося родственника и друга детства. Ночью ни Вэй Ин, ни Цзян Чэн не могли полностью раствориться в расслабляющих объятиях сна. Тишина дома давила на них, заставляя каждую размышлять о будущем их маленькой семьи и вспоминать беззаботное прошлое в Пристани Лотоса. Будучи с самого детства неразделимыми, они втроем в скором времени пойдут каждая своей дорогой. До этого момента можно было хотя бы не заострять на этом внимание, покрыв пеленой других, каких угодно дел, лишь бы отсрочить неизбежное взросление и перемены. Но даже сквозь эту легкую, светлую грусть сердца обеих переполняла искренняя, всеобъемлющая радость за старшую сестру, которая наконец обретет свое заслуженное счастье. Девушки проснулись, а лучше сказать, почти и не спали вовсе, раньше всех. Даже братья еще находились в легких оковах сна, которые, впрочем, должны были спасть с первыми лучами солнца. На протяжении всей следующей недели юноши почти не видели своих наложниц. Те все время пропадали в городе, в поисках идеального подарка. Они то просматривали ассортимент, имеющийся в столице, то встречались с купцами и мастерами, которых порекомендовала Не Хуайсан, которой девушки написали почти сразу, с самого утра следующего дня. Заклинательницы решили придерживаться мнения, что подарок будет раздельным, чтобы каждая могла выразить свою любовь по-своему. Поэтому сейчас Усянь находилась в довольно странном месте для подбора свадебного подарка для невесты — в оружейной лавке. Прислушавшись к советам старой знакомой, ведьма задумчиво и придирчиво рассматривала небольшие кинжалы. Они были разной длины, из разного материала, по-разному украшены. Внешний вид, разумеется, очень важен, ведь это подарок для А-Ли, но еще он должен выдержать небольшое магическое дополнение, а именно — стать закаленным силой духов. Только так Вэй Ин посчитала, что сможет чувствовать себя хоть немного спокойней за безопасность старшей сестры в будущем. Она хорошо знала, что девушка не любит всю эту вычурную роскошь знати, но наложница не могла не отметить про себя, как это все шло А-Ли. Когда Яньли наряжалась, она выглядела словно изысканный, чистейший цветок лотоса, распустившийся в лучах луны и обрамленный ее мягким светом. И раз так, ведьма терялась в выборе еще больше. Было столько критериев, и пока ни один из предложенных вариантов не подходил. Она уже успела обойти множество мест и возлагала большие надежды на эту лавку, так как она была рекомендована знающими людьми, которым ведьма доверяла. Спустя некоторое время, что Усянь провела в магазине, тщательно все осматривая, она наконец наткнулась на идеальный, по ее мнению, кинжал. Он оказался в меру украшенный, не очень большой, но и немаленький, сделанный из прочного, качественного металла, и в завершение ко всему — идеально, удобно ложился в руку. Останавливая свой выбор и больше не колеблясь ни секунды, ведьма сразу же купила его. В тот же день она посетила холодные источники, и после нескольких сложных магических манипуляций и ритуалов оружие преобразилось, напитавшись энергией. Хотя внешне оно совсем не изменилось, только теперь в центре на рукояти красовался светло-бирюзовый, мерцающий камень, содержащий в себе вложенные силы и защиту. Этот особенный кинжал позволит А-Ли легче справляться со слабым золотым ядром, управлять внутренней энергией, улучшит контроль и укрепит меридианы. Теперь заклинательница могла быть спокойна. Пускай все и считали ведьм отступницами, но если хорошо проанализировать, то и они, и благородные заклинатели черпали свои силы из чего-то. Первые — из окружающего пространства, обращаясь к духам природы и стихиям, а вторые — из золотого ядра, пропуская потоки духовной силы по своим меридианам. Разница была лишь в методах и философии. Вэй Ин с удовольствием и гордостью наблюдала за проделанной работой над кинжалом. Не только Ванцзи познавал вторую, скрытую сторону своей личности, но и она сама открывала для себя новые грани своей силы. К счастью, в этом ей помогала Баошань Саньжэнь, а временами и Сюэ Ян, с которой они после частенько засиживались допоздна за новыми идеями Усянь, пытаясь улучшить или отсеять самые безумные из них. Помимо оберегающего оружия, младшая из сестер выбрала также второй подарок: изящный комплект золотых заколок и шпилек. Их можно комбинировать множеством способов, каждый раз удачно дополняя или подчеркивая новый наряд. На концах тонких, острых шпилек дополнением прикреплялись миниатюрные подвески, которые даже при малейшем шаге издавали волшебный, мелодичный звон, похожий на пение ветра в бамбуковой роще. С ними можно легко справиться и одной, поэтому никаких трудностей в использовании не предвиделось, особенно с учетом врожденных навыков и ловкости А-Ли в таком деле. Подарок выглядел невероятно красиво и при этом не вычурно, со вкусом. Усянь просто не смогла пройти мимо него, когда впервые увидела. Куплен комплект был не в самом дорогом и элитном ювелирном магазине столицы, а можно сказать, в довольно простом, непримечательном месте. Только владелец оказался непросто скупщиком, перепродающим чужие вещи, а настоящим и искусным ювелиром, отвечающим за каждое свое изделие своей репутацией. Вэй Ин решила, что этот комплект идеально подойдет любимой старшей сестре. Ее волосы — настоящее богатство, за которым Яньли трепетно ухаживает. Эти шпильки не просто украсят ее, а лишь подчеркнут естественную красоту и природную грацию. Ваньинь же отведенное время для поисков проводила совершенно иначе — в дорогих, роскошных магазинах тканей, выбирая самые изысканные и тонкие работы, чтобы подобрать лучшую материю. В мастерском владении иглой и нитью ее старшей сестры не было равных. Она даже из простой, грубой ткани создавала невероятно крепкие и красивые вещи для слуг, вкладывая в них душу. В этом вопросе помощь Не Хуайсан и правда была неоценима. Благодаря новоиспеченной подруге Цзян Чэн быстро определилась с тканями, выбирая самые удивительные, поражающие своим видом и фактурой материалы. Что уже говорить о том, насколько прекрасно они будут выглядеть уже в виде готового платья на стройной фигуре Яньли. Вторая дочь герцогской семьи Цзян приобрела несколько рулонов ткани разного цвета и дизайна, но даже после этого не смогла успокоиться. Сердце требовало чего-то особенного. Решив отправиться в другие районы города, подальше от шумного центра, она случайно наткнулась на довольно непримечательное место, но несмотря на это, манящее своей некой таинственностью и аурой мастерства. Осмотревшись, с легкостью можно было сказать, что все изделия, представленные на скромных витринах, сделаны мастерски и заслуживают украшать самых высокопоставленных дам Империи. Но из-за своего расположения вдали от богатых кварталов ни одна особа из высшего света не появилась бы на пороге этого небольшого, скрытого от глаз магазинчика. Глаза разбегались, пусть и не в очень большом, но довольно приличном количестве украшений. Все они были искусны и манили своим блеском, но стоило Ваньинь увидеть только что выставленные, сияющие украшения, как все сомнения и колебания исчезли без следа. Комплект состоял из довольно крупного, но удивительно аккуратного ожерелья, гармонирующего с ним браслета, нескольких пар сережек и колец. Все украшения были объединены общим дизайном и прекрасно сочетались между собой. Казалось, комплект идеален, но так хотелось еще несколько заколок для волос, чтобы завершить образ. Даже несмотря на их отсутствие, Цзян Чэн приобрела выбранные аксессуары, чувствуя, что это именно то, что нужно. Пообщавшись с любезным продавцом, девушка узнала, что все же был дополняющий комплект из заколок, но его несколько дней назад купили. Мастер закончил остальную часть коллекции совсем недавно, из-за чего наложница и смогла их увидеть, а впоследствии и купить. Обе девушки были несказанно рады своим приобретениям, но не хотели ими хвастаться раньше времени, сохраняя выбранные подарки в тайне вплоть до самого дня свадьбы. За период их поисков пришло и официальное извещение о предстоящей свадьбе между герцогом Цзинь Цзысюанем и старшей дочерью герцога Цзян, Цзян Яньли. Разумеется, это принесло немало суеты и волнений в жизни министров, плетущих свои интриги и ожидающих малейших колебаний во взаимоотношениях членов Императорской семьи со своими наложницами. То, что герцогская семья Цзян объединится с герцогской семьей Цзинь, означало для других почти полную минимизацию шансов для хоть каких-то действий или политических маневров. Все три герцога так или иначе связаны с Императором и Великим Принцем, а также верой и правдой служат Империи и ее людям, присягнув перед этим на верность императорскому роду. В итоге до свадьбы оставалось чуть больше месяца. Изначально сестры предполагали, что проведут это время во дворце, но искренне надеялись вернуться домой хотя бы за несколько дней до торжества, чтобы провести их с сестрой, до ее отъезда, а затем снова отправиться обратно во дворец. И возможно, девушки так бы и продолжали считать, если бы не официальное объявление Императора, которое позволило наложницам отправиться в родное герцогство на оставшийся период до свадьбы. Подобный жест милости значил многое и ясно дал всем понять, что теперь ни у кого не осталось шансов на вмешательство или интриги. Братья пришли к единому и лучшему решению, которое в итоге должно помочь все расставить на свои места и минимизировать давление на их возлюбленных. В это время юноши, не без помощи дяди, Не Минцзюэ и теней Не Хуайсан, разберутся со всеми недовольными и распустят наконец-то уже так надоевшие и ненужные гаремы. Стоило юношам узнать о свадьбе старшей сестры своих половинок, как каждый ощутил трепет, волнение и острое, непреодолимое желание соединить свою жизнь со своей избранницей официально и навсегда. Поэтому нужно было действовать быстро, но в то же время и аккуратно, чтобы избежать любых выходок знати и, возможно, повторения той печальной истории, с чем столкнулась когда-то их мать, и через что ей пришлось пройти с их отцом. — Удивительно, что ваш дядя согласился на такое. — Промолвила Вэй Ин, отпивая немного вина из своего бокала и с любопытством глядя на братьев Лань. Оставшееся до отбытия сестер время они решили провести вместе, наслаждаясь тихим вечером в их общей комнате. — Мы смогли привести довольно весомые аргументы, которые убедили его. — Ответил ей Сичэнь с улыбкой. — Надеюсь, на нас после не свалится множество новых книг и правил, которые нужно будет экстренно изучить в качестве наказания за наше отсутствие? — Продолжила девушка, склонив голову к плечу Ванцзи. — Насчет этого не могу ничего гарантировать. — Слегка улыбнувшись уголком губ, сказал Цзэу-Цзюнь. Оба прекрасно понимали, что после окончания свадьбы Цзинь Цзысюаня и Цзян Яньли их дядя с новыми силами и рвением возьмется за их возлюбленных, ведь статус сестер возрастет, а значит, возрастут и обязанности, и ответственность, и ко всему прочему — всеобщее, не всегда доброжелательное внимание знати, что явно хорошим не будет. Но юноши не собирались сдаваться так легко и за отведенное время сделают все необходимое для их спокойного совместного будущего. — Так жаль, что вы не отправитесь с нами. — Сказала Усянь, меланхолично переплетая пальцы с пальцами Второго Нефрита. — Мы встретимся приблизительно через две недели. — Ровно промолвил Хангуан-Цзюнь, мягко сжимая ее ладонь в ответ. — Это так долго! Я не выдержу. — Думаю время с сестрой и в заботах пролетит быстро. — И все равно я буду скучать. Не хочу расставаться даже на мгновение. — Парировала ведьма, театрально вздыхая. Конечно, она немного преувеличила, так как они спокойно проводили время раздельно, занимаясь каждый своими делами, но сейчас наложнице просто хотелось немного покапризничать. Цзян Чэн, как и обычно в такие моменты, закатила глаза, отпивая вино, а Лань Хуань лишь улыбнулся на эту милую сцену, притянув поближе свою наложницу. Это была последняя ночь перед их временным расставанием, и они провели ее вместе, наслаждаясь каждым мгновением. В глубине души каждый испытывал теплые, нежные чувства, однако они смешивались с досадой и легкой тревогой, вызванными предстоящими неизбежными переменами. Находясь в надежных и теплых объятиях своих возлюбленных, девушки незаметно для самих себя начали рассуждать о будущем. Хотя то положение, что они имеют сейчас, вполне их устраивало и дарило относительный покой, но это не может продолжаться вечно, и в какой-то момент их жизнь кардинально изменится. Не то чтобы девушки не были готовы к этому новому этапу, но смутное, неприятное ощущение где-то глубоко словно скребло когтями, вызывая не боль, а легкое раздражение, от которого сложно избавиться. Что в итоге приводило к долгим размышлениям. Изменить свой привычный уклад жизни не так легко, как кажется, поэтому смятение прочно поселилось в сердце. Тепло чужого тела и легкие, успокаивающие прикосновения заглушали неприятные отголоски тревоги, позволяя отвлечься от тяжелых мыслей. Так же каждая из наложниц ждала скорой встречи со старшей сестрой, ведь та всегда находила удивительно подходящие, мудрые слова в любой, даже самой сложной ситуации. Ночь, как и всегда, сокроет глубину чувств под своим темным покровом, а следующий день подарит долгожданную встречу, яркие и теплые, словно летний день, улыбки сестры и покой родного дома.