Ведьма и Дракон: Против судьбы

Просыпаться не хотелось ещё больше, чем когда-либо. Потянувшись, Вэй Ин медленно приоткрыла глаза, и её встретил резкий, почти ослепительный свет утреннего солнца, который пробивался сквозь лёгкие шторы. Она моргнула, ощущая тепло, которое наполняло комнату, и на мгновение растерялась, удивляясь, почему А-Цин ещё не пришла будить её. Только когда взгляд упал на спящую сестру на соседней кровати, с мягким дыханием, она осознала, где находится, а тихое щебетание птиц за окном добавило моменту умиротворения и лёгкого ожидания предстоящего дня. Цзян Чэн тоже начала ворочаться, и когда их взгляды встретились, Усянь заметила удивление, отразившееся на всегда собранном, рассудительном, а иногда и вспыльчивом лице сестры. Её глаза слегка расширились, а брови приподнялись — настолько необычно было видеть Ваньинь в таком состоянии. Это показалось младшей сестре настолько забавным, что она не смогла сдержать звонкий смех, который эхом разлетелся по тихой комнате, словно добавляя утреннему свету ещё больше тепла и игривости. — Твое лицо — это последнее, что я хочу видеть с утра. — Пробурчала старшая из сестёр, слегка поворачивая голову к окну, где солнечные лучи играли на стене, делая утро ещё более ярким. — Давно мы не спали вместе. — Улыбаясь, ответила Вэй Ин, и в её голосе слышалась лёгкая нота радости. — Хотя я не помню, когда ты пришла… И сама толком не знаю, как сюда добралась. Ведь была в комнате с детьми. — Я была на крыше и тоже не знаю, как здесь оказалась. — Нахмурившись, произнесла Цзян Чэн, будто сама не верила своим словам. Её голос прозвучал чуть глухо, в комнате стояла тишина, нарушаемая лишь редким скрипом половиц и приглушённым щебетом птиц за окном. — Тогда, может, мне рассказать, как и кто вас сюда принёс? — Лениво спросила Сюэ Ян, сидевшая перед небольшим зеркалом. Она аккуратно завязывала волосы лентой, и солнечный луч, пробившийся сквозь щель в занавеске, осветил её лицо, придавая ему мягкость и одновременно скрытую иронию. Сёстры переглянулись — и воспоминания о вчерашнем вечере нахлынули внезапно. Последними, с кем они были рядом, оказались Лань Чжань и Лань Хуань, и эта мысль повисла в воздухе, будто между ними и сейчас стояла тень этих юношей. — Не знаю, что вы там вчера сыграли, но дети до сих пор спят, хотя у нас сегодня много работы. — Голос Чэнмэй прозвучал серьёзно и с лёгким оттенком укора. — Так что вы тоже поможете. — Она обернулась, глядя на всё ещё сонных девушек. Слова прозвучали не как просьба, а как приказ, в котором чувствовалась твёрдость хозяйки дома. — Собирайтесь и спускайтесь вниз. Ещё завтрак нужно приготовить. — Как прикажете, госпожа. — Усянь, хитро прищурившись, подстроилась под тон подруги детства. Сюэ Ян тихо улыбнулась, её губы изогнулись в почти незаметной ухмылке. Лента на волосах качнулась от лёгкого движения воздуха, и девушка плавно закрыла дверь, оставив в комнате ощущение, будто вместе с ней вышла сама утренняя прохлада. Приведя себя в порядок, они вышли в коридор, где царил лёгкий полумрак. Солнечные лучи осторожно проникали сквозь занавески, рисуя на полу причудливые узоры. Дети уже поджидали их, и все вместе они последовали на манящий запах еды, доносящийся с кухни. Открыв дверь, они увидели госпожу Баошань. Она стояла в центре, спокойная и величественная, раздавая чёткие указания. Четверо юношей внимательно слушали и беспрекословно выполняли каждое слово. Картина выглядела одновременно милой и немного забавной. — Все уже проснулись? — Обратилась хозяйка дома, заметив вошедших. Её голос был твёрдым, но в нём слышалась нежность. — Накрывайте на стол, будем завтракать. Дети, оживлённо переглянувшись, тут же бросились доставать тарелки. Сёстры же подошли к юношам, спросив, не нужна ли им помощь. Они прятали улыбки за широкими рукавами, но глаза их сияли. Утро было таким прекрасным, что хотелось запечатлеть в памяти каждый миг, движение и взгляд, словно боясь упустить хоть крупицу этого хрупкого счастья. Вскоре выяснилось, что работой, о которой говорила Чэнмэй, были уборка и стирка. Разделившись на две группы, все без лишних слов принялись за порученные задания. В воздухе витало лёгкое оживление, и дети старались не отставать от взрослых. Собрав все что нужно стирать братья, сестры и несколько детей отправились к озеру. Дорога пролегала мимо сада и тенистых аллей. Дом находился почти на окраине, поэтому путь был недолгим. Лёгкий ветерок приносил лёгкую прохладу и запах цветов, а вдали уже блестела голубая гладь воды, маня к себе серебристыми бликами. Озеро встретило их зеркальной гладью, искрящейся под лучами солнца. Вода словно жила собственной жизнью — то вспыхивала ослепительными бликами, то мягко колыхалась, отражая белоснежные облака. По берегу тянулись стройные деревья, и их кроны шептались на ветру, будто приглашая путников позабыть о делах и предаться веселью. Поэтому Усянь недолго думая сняла туфельки и побежала к воде. Когда её ступни коснулись поверхности, лёгкая прохлада окутала их, заставив вздрогнуть. Но стоило сделать шаг, как прохлада сменилась теплом, и волны, мягко накатывая, словно приветствовали её. Песок под ногами уходил при каждом отливе, открывая крошечные сокровища — гладкие ракушки, крошки слюдяных камней, что сверкали в солнечном свете. Вэй Ин рассмеялась и, обернувшись, с той самой озорной улыбкой, что могла растопить любое сердце, поманила остальных рукой. Дети переглянулись: в их взглядах смешивались и желание поиграть, и сомнение перед старшими. Но эта нерешительность таяла буквально на глазах. Смех и лёгкость, исходившие от Усянь, словно заразили всех. Поддавшись этому настроению, Лань Хуань вдруг шагнул вперёд, легко подняв на руки ничего не подозревавшую Цзян Чэн и направился к воде. — Ты что творишь? Немедленно поставь меня на место! — Возмущённо выкрикнула Ваньинь, брыкаясь и пытаясь вырваться. В её голосе звучала не только злость, но и смущение — редкое и непривычное для неё самой. В борьбе её обувь слетела и осталась на песок, чему юноша только усмехнулся: «без неё лучше». Сичэнь выполнил её «приказ» — аккуратно опустил в воду, которая ласково обняла её щиколотки. Но едва девушка оказалась в озере, как младшая сестра, не удержавшись, зачерпнула пригоршню воды и весело окатила её. Холодные капли разлетелись во все стороны, и от неожиданности Цзян Чэн едва не вскрикнула. Её глаза сверкнули молниями, и она пришла в неистовство. Увидев, как взрослые дурачатся, дети сорвались с места. Их радостные крики наполнили берег, и один за другим они бросились в воду, поднимая вокруг целые облака брызг. На песке остались только Ванцзи и маленькая Суи. Девочка крепко вцепилась в рукав юноши, не решаясь сделать шаг вперёд. После вчерашнего вечера её тянуло к ним — к Вэй Ин и Лань Чжаню, — и в её глазах читалась надежда, смешанная со страхом. Усянь, заметив это, остановилась, вода стекала по её ногам и блестела в солнечных лучах. Она вышла ближе к берегу, в её улыбке мелькнула мягкость, и голос зазвучал тепло и ободряюще. — Суи, почему ты не идёшь к остальным? — Мягко спросила девушка, присев так, чтобы их взгляды оказались на одном уровне. — Посмотри, как весело ребятам. Если боишься, то не нужно мы все рядом и защитим тебя в любой момент. Девочка чуть шевельнула губами, а потом подняла глаза на Лань Чжаня. — А братик пойдёт с нами? — Спросила она тихо, но в её голосе слышалась надежда. Ведьма тоже посмотрела на юношу, и в её взгляде читался вызов: «только попробуй отказаться». — Разумеется, он пойдёт. — Быстро ответила Вэй Ин, даже не оставив Лань Чжаню шанса на возражение. Она потянулась, собираясь поднять девочку на руки, но юноша её опередил с лёгкостью поднимая ребёнка и направляясь к озеру. Усянь лишь улыбнулась, глядя на эту картину, и побежала следом, брызги воды взлетели из-под её ног, искрясь в солнечных лучах. Сичэнь, заметивший их, не мог налюбоваться этой картиной. Лёгкий ветер играл водой, солнце мягко подсвечивало лица — и всё вокруг словно подчеркивало счастье этого мгновения. Как же он был рад: его брат наконец-то стал по-настоящему счастливым, важным для кого-то ещё, кроме своей семьи. В сердце Первого Нефрита теплилось чувство спокойной гордости. Сам он тоже словно ожил после встречи с Ваньинь: тьма сомнений и одиночества рассеивалась, уступая место свету. С первого взгляда ему показалось, что они удивительно похожи, и с каждой новой встречей это ощущение лишь крепло. Но в то же время Сичэнь ясно видел: насколько они были похожи, настолько же и различались, и именно это делало их союз гармоничным. Задумавшись, Император на миг забыл обо всём, и именно в этот момент к нему подкралась Цзян Чэн. Вода вспыхнула холодными брызгами на его лице — расплата за прежнюю дерзость. Но он и не думал отступать: набрав в ладони прозрачную влагу, Лань Хуань ответил тем же, окатив девушку. От неожиданного выпада Ваньинь сделала шаг назад, не замечая, как тонкая лента, удерживавшая её волосы, развязалась и мягко опустилась на водную поверхность. Тёмные пряди, подхваченные ветром, распустились, и капли воды блестели на них словно россыпь драгоценных камней. Воспользовавшись моментом, юноша схватил её за талию и, не давая опомниться, упал вместе с ней в воду, смягчив удар своим телом. Брызги ослепили их обоих, и, когда первое удивление схлынуло, Цзян Чэн уже не смогла удержаться от смеха. Он был лёгким, искренним, таким звонким, что эхом прокатился по озеру. Для Первого Нефрита это было самое прекрасное зрелище, которое он когда-либо видел. Её улыбка озаряла всё вокруг, и его сердце пропустило удар. Одна мокрая прядь упала на лицо девушки, и юноша, не в силах удержаться, убрал её. Его пальцы задержались на её щеке, кожа под ними была тёплой и нежной. Заворожённый, он смотрел только на неё, и весь мир перестал существовать. — Ты… такая… красивая, Цзян Чэн. — Растягивая предложение прошептал Цзэу-Цзюнь, и в его голосе дрожала искренность, будто он открыл самое сокровенное. Но ответить девушка не успела. — Так-так! — Раздался звонкий, насмешливый голос. — И что же здесь происходит? Вы чем это занимаетесь прямо на глазах у детей? — Вэй Ин появилась словно вихрь, и и окинула пару прищуренным взглядом. Ваньинь резко встала, пытаясь скрыть зарождающийся румянец. Слова младшей сестры выдернули её из зыбкой неги, заставив снова почувствовать твёрдую землю под ногами. — Вернулась, наконец-то! Сейчас ты у меня получишь. — Сердито произнесла она, но в её голосе больше было смущения, чем злости. — Сама всё это начала и ушла! — Лань Чжань, спаси меня! — Засмеявшись, Усянь юркнула за юношу, словно за надёжную стену. Но Цзян Чэн не собиралась останавливаться, поэтому через несколько мгновений и Хангуан-Цзюнь, и маленькая Суи, что держалась рядом, оказались мокрыми Даже дети, до этого увлечённые своей игрой, замерли, следя за этой сценой. Несколько секунд тишины — и вдруг Суи подняла голову на Ванцзи, её глаза заблестели, и девочка заливисто рассмеялась. Смех ребёнка оказался заразительным: к нему тут же присоединились остальные, и даже на казалось безэмоциональном лице Великого Принца мелькнула едва заметная, но тёплая улыбка. Когда смех улёгся и все вдоволь наигрались, наступило время возвращаться к делу. Использовав талисманы, заклинатели высушили мокрую одежду. Дети восторженно хлопали в ладоши, а потом с радостью вновь взялись помогать. Цзян Чэн, едва отдышавшись после всех событий, не стала искать уплывшую ленту. Её пальцы уверенно собрали волосы, и она закрепила их заколкой с изящным лотосом — тем самым подарком от Лань Хуаня. Металл поблёскивал в лучах солнца, словно напоминая о чём-то важном и личном. Вэй Ин хотела ещё подразнить сестру, но Лань Чжань её вовремя остановил. Его спокойный, серьёзный взгляд ясно давал понять: «Хватит. Иначе они никогда не закончат со стиркой». Вторая группа справилась куда быстрее с поставленной задачей. Поэтому Сюэ Ян решила пойти во внутренний двор. Спелые и ярко-красные яблоки наливались соком на ветках, так и маня сорвать и попробовать. Тёплое солнце играло в листве, а лёгкий ветерок шевелил ветви, добавляя в воздух тонкий аромат фруктов. Она не думала, что кто-то последует за ней, поэтому решила облегчить себе задачу и воспользоваться своей врождённой силой. Как ведьма, она заключила контракт с духами воздуха, и они, как верные союзники, всегда были рядом. Стоило ей щёлкнуть пальцами, как лёгкий, почти невидимый вихрь поднялся над деревьями. Яблоко с самой высокой ветки мягко скользнуло по воздуху и приземлилось прямо в корзину. Направляя невидимые потоки ветра, острые и точные, словно лезвия, она с лёгкостью собрала все спелые плоды. Последнее яблоко с шумом упало ей прямо в ладонь. Она откусила кусочек, наслаждаясь сочностью, она повернулась и встретилась со взглядом юноши, стоявшего неподалёку. Снова щёлкнув пальцами, ведьма направила лёгкий вихрь прямо к его горлу — но тот остался неподвижен, будто совершенно не замечая угрозы. В воздухе повисло лёгкое напряжение, смешанное с любопытством. — А ты не из робкого десятка. — Сказала Сюэ Ян, медленно пережёвывая откушенный кусочек. — И что самое странное: на твоём лице нет ни тени страха, ни призрения. Ты с самого начала показался мне необычным, но это действительно что-то новенькое. — А что именно ты хотела увидеть? — Наконец заговорил стражник, слегка нахмурившись, но без малейшего намёка на тревогу. — Страх, отчаяние, отвращение… — Оскалилась Чэнмэй, её глаза блестели азартом. — Я видела это так часто, когда кто-то узнавал о моей сущности. Кто-то умолял о пощаде, кто-то жаждал убить, кто-то смотрел с презрением… Но с тобой всё иначе, и я не могу понять, почему. — Может, это потому, что мы не так уж сильно отличаемся? — Предположил юноша с лёгкой улыбкой. Он взмахнул пальцами вверх, и возле горла девушки мгновенно возникло скопление воды, едва заметно покрытое ледяной коркой, словно тонкое стекло, готовое треснуть. А вот, от яблока в её руках почти ничего не осталось. — Ты… управляешь водой? — Опустив глаза и посмотрев на остатки фрукта задала вопрос Сюэ Ян. — Уберешь это от моего горла? — Добавила она, голос слегка дрожал, но больше от удивления, чем от страха. — А что насчёт тебя? — Слегка усмехнулся юноша, ощущая лёгкий накал напряжения между ними. — На счёт три? — Предложил он, поднимая брови. — Раз, два, три! — Щёлкнула пальцами Чэнмэй и вихрь растворился в пространстве. В тот же миг Синчэнь взмахнул пальцами вниз из-за чего вода с тихим шипением потеряла форму и упала на землю, разбрызгиваясь мелкими каплями, сверкающими в лучах солнца. В воздухе остался лёгкий аромат свежести и напряжения, словно природа сама замерла на мгновение, наблюдая за ними. — И много кто знает об этом? — Поинтересовалась Сюэ Ян, всматриваясь в лицо стражник, будто пытаясь разглядеть за внешней храбростью что-то ещё. — Все, кто мне дорог. — Спокойно ответил он, его глаза слегка блеснули, отражая мягкий солнечный свет. — Завидую… — Тихо произнесла ведьма, чуть прикрыв глаза, словно пытаясь удержать ветер, который шевелил её волосы. — Даже зная о твоей силе, они находятся рядом. — У тебя тоже есть такие люди. — Сказал юноша, высказывая своё предположение. — Знает только госпожа Баошань. — ответила Чэнмэй, слегка наклонив голову, чувствуя лёгкую дрожь в груди. — Она помогла мне заключить контракт с духами. С детства я была одна, некому было рассказать и обучить я просто их видела. — Я рад, что ты никого не убила. Ведь тогда бы ты превратилась с жертвы в убийцу. — С жертвы в убийцу? Я просто бы отплатила ему той же монетой. — Оскалившись, сказала девушка. На мгновение в её глазах мелькнула настоящая буря, как если бы ветер сам усиливал её эмоции. Лёгкий порыв приподнял прядь волос, играя с ними, словно природа отражала внутреннее состояние Чэнмэй. Вдруг перед ними появился небольшой вихрь, мягко закруживший пыльцу, лепестки и опавшие листья. Он приблизился к Чэнмэй, и Синчэнь сразу разглядел в нём духа воздуха, тихо шепчущего что-то своей ведьме. — Твои господа возвращаются. — Сказала девушка, направляясь к дому, оставляя после себя едва уловимый запах собранных фруктов и трав. — Яблоки на тебе. Отплати за то, что я тебя не убила. — Добавила она, обернувшись через плечо. На это стражник лишь улыбнулся, слегка наклонив голову, и направился вслед за ней. — Вас только за смертью посылать. — Скрестив руки, прокомментировала Сюэ Ян. — Так приятно, что нас встречают. — Парировала Вэй Ин. — Раз мы со всем закончили, может, пойдём на ярмарку? Когда шли назад, слышали, как женщины обсуждали её. — Хорошая идея. — Поддержала госпожа Баошань. — Идите все, а я присмотрю за малышами. — Обратилась она к девушкам чуть младше Чэнмэй. Небольшая площадь, которая значительно отличалась от центральной все равно была уютной. Мягкий свет отражался в брусчатке, ветер играл с тканями, наполняя пространство лёгким шелестом. Палатки с лакомствами, звуки смеха прохожих и музыка странствующих артистов создавали ощущение живой картины. Детям было хорошо известно это место, поэтому они разбежались в разные стороны, словно маленькие искры, разлетающиеся от костра. Каждый шаг сопровождался лёгким шорохом и звонким смехом, а глаза блестели от любопытства, впитывая всё, что происходило вокруг: яркие гирлянды, мерцающие в лучах солнца, и приглушённые голоса взрослых. Сюэ Ян заметила это и предчувствуя возможные шалости направила по одному духу к каждому ребёнку, чтобы предостеречь от неприятностей. Вэй Ин тут же потянула Лань Чжаня и Суи в самую гущу людей. Шум, звонкий смех и переливы музыки окутывали их словно мягкий, яркий туман. Девочка цепко держалась за взрослых, её маленькие ножки едва касались земли, а через несколько шагов, устав от прыжков и спотыкания, она оказалась на руках у Ванцзи, чьё тепло и уверенность оберегали её от хаоса вокруг. Яркие улыбки окружающих, аромат свежей выпечки, сладостей и фруктов, мелодии, переплетённые с шумным смехом, танцы под ярким солнцем поглотили всех целиком. Если бы каждый день был таким — наполненным светом, радостью и безмятежностью — сердце само собой наполнялось бы теплом, а время замедляло бы свой бег. Но даже если этому не суждено сбыться, ничего страшного. Напротив, это ещё больше побуждало отдаться моменту, раствориться в его свете и тепле, чтобы потом вспоминать каждый миг с лёгкой улыбкой и чувством благодарности. Светлые воспоминания как мягкое одеяло согревало в холодные дни позволяя перевести дух и двигаться дальше, несмотря на тяжесть дней. Великий Принц стоял рядом с Усянь, ощущая лёгкий ветерок, который играл прядями её волос. Он наблюдал, как её улыбка озаряет лицо, а голос льётся тихой, тёплой рекой, рассказывая что-то ребёнку, удобно устроившемуся у него на руках. Солнечные лучи мягко касались их, окрашивая всё вокруг в золотисто-янтарные оттенки. «Поначалу это сбивало с толку. — Подумал он. — Но потом, в какой-то момент, когда я закрывал глаза, это лицо всплыло в памяти. Сердце билось сильнее, кровь закипала, а мучительные дни постепенно превращались в радостные. Определённо, моя жизнь началась заново после встречи с тобой. А теперь я чувствую, что действительно живу». Поразмышляв так, он тихо улыбнулся сам себе. Возможно, будь он смелее, сказал бы это вслух, но пока что слова оставались невысказанными. Посмотрев на выступление Вэй Ин, выбрала новую цель и, уверенно шагнув, повела юношу с девочкой за собой. Прилавок перед ними буквально ломился от блеска и изобилия украшений: подвески мерцали в солнце, браслеты и кольца переливались разноцветными огоньками, серьги и броши мягко сияли, а заколки казались словно маленькими произведениями искусства. Её взгляд задержался на парочке, которая особенно ей приглянулась. — Смотри, Суи, как тебе эти заколки? — Спросила девушка, указывая на украшения в форме цветов сливы нежного бело-розового цвета с яркими жёлтыми серединками, словно капля солнечного света, отразившаяся в росе. — У твоей мамочки хороший вкус. Они тебе очень подойдут. — С лёгкой улыбкой произнесла торговка, озадачив сразу троих. — Муж красавец, жена такая миловидная. Неудивительно, что у вас дочка просто прелесть. Ведьма так и застыла с открытым ртом, ощущая, как сердце сжимается от смущения, не зная, как всё объяснить в двух словах. Лань Чжань, вспомнив совет брата плыть по течению в таких ситуациях, решился заговорить. — Да, у меня самая красивая жена. Дочь в неё пошла. — Произнёс Второй Нефрит, и девушка почувствовала, как румянец распускается на её щеках, словно весенние бутоны. — Мы возьмём эти, упаковывать не нужно. Суи, оденешь их сразу? — Мгм. — Кивнула девочка, глаза её сияли любопытством. Наконец-то Усянь смогла выдохнуть, наблюдая, как ребёнок осторожно примеряет украшения. Заколки красовались на собранных волосах, поблескивая в лучах солнца, отражая радость и игривость момента, создавая волшебное настроение вокруг. Встретившись с остальными, их окружал непрерывный гул улицы: смех детей, звон колокольчиков на прилавках и легкий шелест ветра, колышущего ткани палаток. Дети весело обсуждали увиденное, жуя сладости. Сюэ Ян почти ничем от них не отличалась, кусая яблоко в карамели, она оживлённо участвовала в дискуссии с Сун Цзычэнем. Лань Хуань и Цзян Чэн хорошо провели время гуляя вокруг и как бы девушка не смущалась они до сих пор стояли, держась за руки, словно скрепляясь невидимой нитью спокойствия и поддержки. — Какие у тебя красивые заколки, Суи. — Первым заметил Сичэнь, останавливая взгляд на блестящих украшениях. — Это я их выбрала. — Гордо похвалила себя Усянь. — Скромность — это явно не твоё. — Прокомментировала Ваньинь. — Снова они начинают… — Пробормотала Чэнмэй, закатывая глаза. Девочка осталась на руках Великого Принца, осторожно крутя головой, чтобы разглядеть каждого говорящего. А потом перевела взгляд на руки задавая самый неожиданный вопрос: — А вы правда женаты? У моих родителей были кольца вот тут. — Сказала она, показывая на безымянный палец. Её большие глаза смотрели прямо в лица взрослых, полные детской искренности и любопытства. После этого наступила короткая пауза: никто не проронил и слова. Вэй Ин, пытаясь сделать глоток воды, чуть не подавилась, отчётливо ощущая неловкость момента. — О чём ты говоришь, Суи? — Полюбопытствовал Император, с интересом глядя на слегка краснеющие мочки ушей брата. — Торговка сказала, что мы очень красивая семья, и что братик с сестренкой — муж и жена, а я их дочка. А старший братик взял и согласился. — Пояснила девочка. — Похоже, ты решил прислушаться к моим советам, Ванцзи. — Посмеиваясь сказал Первый Нефрит любуясь реакцией родственника. — Брат… — Умоляюще протянул Второй Нефрит. Дети не понимали сути происходящего, поэтому постепенно прекратили бурное обсуждение, наблюдая за старшими с удивлением и лёгкой тревогой. — Суи, всё не так. Мы не женаты. Лань Чжань просто решил не поправлять торговку, ведь это бы заняло время и ей было бы неловко. — Попыталась объяснить Усянь, слегка откашлявшись. — Сестренка, а с тобой всё хорошо? — После короткой паузы спросила девочка, её голос был полон заботы. — Да, всё хорошо. А почему спрашиваешь? — Просто, когда братик сказал, что ты его жена, ты так покраснела. Я подумала, что у тебя температура. Сестренка, не болей, хорошо? — Сказала она, со всей своей детской непосредственностью и искренней тревогой. — Со мной всё хорошо. Не волнуйся. — Поспешила успокоить её ведьма. — Думаю, пора возвращаться. — Начала бубнить Вэй Ин, поворачивая в другую сторону и чуть не врезавшись в один из столбов, поддерживающих прилавок с украшениями. К счастью, Хангуан-Цзюнь вовремя схватил её за руку притянув к себе, из-за чего та оказалась в его объятьях. Чуть подняв голову, она встретилась с манящим янтарным взглядом и тут же встрепенулась, быстро освободившись и направившись вперёд, не оглядываясь. На этот раз она шла в правильном направлении, поэтому никто не стал её останавливать. Дети побежали следом, а взрослые остались стоять на месте, наблюдая за их радостным шумом. — Она просто ходячее недоразумение. — Закатила глаза Цзян Чэн. — Впервые наши мысли сходятся. — Согласилась Сюэ Ян, улыбаясь. Посмотрев на девушку Ваньинь ничего, не ответила. Будучи довольно злопамятной, она до сих пор таила обиду на неё. Хотя прекрасно понимала, что та ничего плохого не сделала, но так было немного легче, учитывая её вспыльчивый характер. День шёл к своему логичному завершению. Вернувшись в приют и поужинав, дети, уставшие после домашних обязанностей и весёлого времяпровождения, погрузились в сон. Ни один из них не хотел расставаться с новыми друзьями, но объятия Морфея мягко увлекли их в мир снов. Попрощавшись с Баошань Саньжэнь и Сюэ Ян, заклинатели покинули дом, идя по улицам, погружённым в полумрак. Заметив одну из теней Не Хуайсан, братья немного отступили от сестер, облегчая тем самым им задачу. Завернув за угол, слуга возник словно из ниоткуда, сливаясь с кромешной тьмой. — Приветствую Императора и Великого Принца. — Стоя на одном колене и не смея поднять головы, сказала тень. — Что случилось? — Спросил Цзэу-Цзюнь. — Госпожа Не послала меня за вами. Есть информация касательно герцога Ланьлин Цзинь и министра Чана. — Я понял, возвращаемся во дворец. Передай Минцзюэ и Хуайсан, что обсудим это сегодня, нельзя откладывать. — Как прикажете. — Ответил слуга, исчезая так же внезапно, как появился. Братья решили любой ценой защитить улыбки детей и искоренить гнусные поступки. Не только из-за долга, но и искренне желая дать детям безопасное и счастливое детство. Усянь и Ваньинь тоже размышляли о дальнейших действиях, разумеется, не желая оставаться в стороне.