когда ветер меняет направление

🤍 Каин 🤍

*** воскресенье ***

      Каин не спал.       Не потому что кровать была неудобная или Лестер храпел. В его домике на берегу было по-холостяцки уютно и непривычно тихо. А потому, что у Каина непрерывным потоком в голове проносились мысли. Он лежал на спине, смотрел в темноту, где тени складывались в образы прошедшего вечера — бар, пляж и она. Ее взгляд, когда наконец посмотрела на него. Как она шла по мокрому песку и провожала самолеты. Но больше всего ему льстила ее улыбка. Осторожная. Редкая. И он надеялся, что исключительно для него.       Он встал рано утром. Умылся. Посмотрел в зеркало. Уверенный взгляд. Терпение. Первое впечатление бывает обманчивым, но обычно и самым верным.       Двери ресторана были распахнуты. Девушки на входе выпрямились, увидев его, и улыбки стали чуть шире и краше.       Он поздоровался и вошел. Сразу заметил ее — привычка, от которой уже не хотелось отказываться.       Сквозь панорамные окна ресторана солнце отражалось в стоящей вазе и отбрасывало блики на пол. Словно рассыпанные сокровища были брошены ей под ноги.       Гражданская одежда ее немного меняла: без кителя и фуражки она казалась моложе. Но не менее привлекательной. Ее прямая осанка выдавала в ней человека, который всю жизнь держал удар под чужими взглядами.       Лэйн стояла у кофейного автомата, ожидая чашку бодрости, когда Каин тихо подошел к ней сзади. — Доброе утро, капитан. Хорошо спали?       Она обернулась и он увидел блеск в глазах. — Отлично. Мне казалось, что мы уже перешли на «ты». — Да. Привычка осталась.       Каин заметил в дверях управляющего. — Извини. Но я вынужден тебя оставить. — сожаление в голосе. — Попробуй ананасы и манго.       Он нехотя ее оставил. Перед тем как выйти из зала, оглянулся и нашел ее глазами.       Руководство отеля извинилось и предоставило Лэйн отдельный бунгало на самом берегу океана с личным пляжем и видом на знаменитый вулкан.       Лэйн сидела у бассейна с книгой, грелась в лучах полуденного солнца. Он прошел мимо, молча поставил перед ней смузи и двинулся дальше. Не ждал благодарности. Но обернулся. И видел, как она смотрит в его сторону. Как уголки ее губ ползут вверх. И у самого на лице появилась едва уловимая улыбка. Но вдруг почувствовал взгляд — шею будто сжали холодные пальцы. Он быстро определил источник.       Второй пилот.       Он стоял у края бассейна, держа бокал с алкоголем. Смотрел на него. Каин не остановился. Прошел рядом плечом к плечу, на расстоянии «чуть не коснувшись». Ни слова. Просто дал почувствовать себя удушливой волной хладнокровного любопытства. Мужчина не сдвинулся. Но жидкость в стакане задрожала от напряжения сжимающей руки.       Каин заговорил с Лэйн вечером после ужина, когда увидел стоящей у афиши. Она внимательно изучала объявление.       Он подошел и остановился рядом. Чуть-чуть задев плечом в знак приветствия. — Сегодня традиционные танцы Хула под укулеле и гитару, — ненавязчиво и приглашающим тоном ставил ее перед фактом.       И также ненавязчиво коснулся тыльной стороны ее ладони своей и ушел, оставляя ее наедине с решением. Заставлять бессмысленно.       Каин ждал у стойки.       Лестер поставил перед ним стакан, не спрашивая, налил воды и оставил.       Зал гудел. Местная группа уже разминалась. Туристы в разноцветных рубашках качали в такт головами и бедрами. Воздух густой и спертый от приторных духов и местных цветов, от нагретых солнцем поверхностей и алкоголя.       Каин смотрел на вход. — Да придет она, — Лестер протер стойку. — Хватит буравить каждого вошедшего.       Он не ответил. немного нервничал. Перебирая в голове варианты, что могло ее задержать.       Может устала. Или план придется менять?       Каин сделал глубокий вдох, и почувствовал как меняется воздух когда появляется тот, которого ждешь. В груди долгое ожидание замерло и осело леденящим спокойствием.       Лэйн была в белом струящемся платье. Как ангел. Просто и безупречно. Волосы убраны, линия шеи и плечи открыты. Она шла ровно, смотрела перед собой.       А чуть позади шагал… второй пилот.       Широко, с высокомерием. Так ходят рядом с тем, что считают своим и не хотят выпускать из поля зрения.       Вода из стакана исчезла за пару глотков.       Каин заметил, как выпрямлены ее плечи и как натянута стрункой спина. Только сейчас обратил внимание, что Лэйн хмурит брови.       Рука лежащая на стойке сжалась в кулак. Каин непивший весь вечер, заказал двойной виски. Выпил залпом и внимательно осмотрел ее опять.       Строгий взгляд. Напряженное выражение лица. Движения настороженные.       Она не улыбалась. Сжимала коктейль в руке, но не пила.       Лэйн отстранялась каждый раз, когда мужчина делал к ней шаг. Всякий раз старалась избежать касания.       К ним подошли ряженые, желая надеть лей из цветов, но пилот сердито покачал головой и они не стали. Лэйн сложила губы в улыбке, извиняясь, и проводила тех грустным взглядом. — Предлагаю план Б, — неожиданно и зло улыбаясь, Лестер поставил перед ним два бокала. — В этом снотворное. Иди. — Хорошая шутка, — Каин улыбнулся. — Давай. Иди. Она хотя бы улыбнется. — бармен подмигнул ему.       Этого аргумента ему было достаточно. Он больше не сомневался, взял два бокала и направился к ним. Он шел не спеша, окрыленный желанием увидеть ее улыбку. — Добрый вечер, — шелестящим голосом поприветствовал Каин пилотов.       Лэйн лишь кивнула, не поднимая голову.       Мужчина повернулся медленно. Посмотрел на Каина, как смотрят опоздавшие на табло вылетов. Тяжёлый взгляд, короткая щетина и молчание — выжидательное, пренебрежительное. Напряжение было осязаемое. Тихое. Вязкое, как недоспелое манго. Секунда и он отвел глаза.       Второй пилот был из тех, кто умел смотреть так, что ты начинаешь оправдываться первым.       Но Каин молчал.       Лэйн сделала шаг в сторону.       Каин невозмутимо продолжал изучать его. И тот подал голос. ледяной, как металл в зимнюю пору. — Слышал о твоем благородном поступке, — не поблагодарил, а принял к сведению. — Как ты любезно отдал свой номер моему пилоту. — ровно, почти скучно.       Лэйн не шевелилась больше, но пальцы сильнее сжали бокал.       Так и не поздоровавшись в ответ, он забрал стакан из протянутой руки и, молча подняв, отпил. Каин пригубил. Жидкость растеклась по языку обжигающим варевом, оставляя горечь на языке, а после вкус жженного сахара. Он сглотнул. — Воспитание не позволило оставить девушку в беде.       Пилот не ответил. Но снова взглянул на него. Без злобы, без интереса. И повернулся к Лэйн. Как будто Каина в этом разговоре больше не было.       Каин посмотрел на нее и улыбнулся со спокойствием кота, когда она наконец подняла взгляд, впервые как вошла. Ее губы тронула робкая улыбка, которую она подарила и тут же спрятала.       Каин шагнул к ней. — Рад видеть тебя, — голос теплый, но глаза выдали его сожаление.       Ее глаза бегали, будто считывая условия для посадки. — И тебе добрый вечер, — сказала без эмоций.       Ряженая оказалась неподалеку и он взял из рук ярко-розовый лей из натуральных цветов. Аккуратно повесил Лэйн на шею. Наклонился и замер над ухом. — Алоха, — шепнул он и как будто случайно мазнул губами по скуле. Теплая кожа. Легкий запах ванили. Он выпрямился. Не торопясь. — Приятного вечера.       И ушёл. Не оглянулся. Считал шаги про себя, пока не оказался снова у бара.       Лестер встретил его за стойкой с видом знающего и все понимающего человека. — Молчи. — кинул бармену. — Если это поднимет настроение, она смотрела на тебя.       Каин опрокинул стакан и выпил все содержимое в два глотка. Зажмурился, глотая виски. Выдохнул резко, будто он попал не в то горло. — План не учел бывших так близко. Бокал со стуком был поставлен. — Нет друг. Это другое. — Лестер придвинулся ближе. — Когда ревнуют… смотрят на соперника. А ты для него — пустое место.       Каин прикрыл глаза. И чувствовал ее взгляд. Он тянул, как утягивает за собой волна, когда накрывает и тащит, а ты не можешь сопротивляться. Он повернул голову.       Пилот стоял, закрывая ее спиной. А она смотрела поверх плеча в его сторону.       Внутри плавно качнулось, как смещается центр тяжести, когда берешь груз, который тяжелее, чем кажется.       Он остался на вечере ровно столько сколько была и она.       И ушел за ней. Отставая, чтобы не заметила. Проводил, не выдавая своего присутствия. И убедившись, что свет зажегся в окне, пошел к себе.

*** понедельник ***

      Каин пришел в ресторан раньше обычного, сел за стол у окна. Океан, пальмы, запах соли и цитруса. Официант поставил перед ним кофе и тарелку с фруктами. Солнечный свет, отражаясь от голубой глади, слепил глаза.       Каин взял кружку, сделал глоток.       Позволив себе расслабиться, откинулся на спинку и вспоминал как губы вчера коснулись ее нежной кожи. Он прикрыл глаза. Шум разбивающихся волн, крики чаек, Каин наклонил голову, представляя как он идет вдоль океана босиком и она рядом, держит его за руку. — Прекрасный вид. Ты рано встаешь, — сказала она с искренней радостью.       Он резко повернул голову, не ожидая увидеть ее. — Выспались? — голосом ласковым. — Да. Спала хорошо. Ты снова выкаешь…       Каин сжал кулак под столом.       Повисла пауза, когда хочется задать вопрос личный, но боязно. Придется обозначить причину заинтересованности, а еще рано — не по плану. — Наивно предполагал, что вы… — кулак сжался сильнее, он хмыкнул. — … ты будешь одна.       Не ответив, она остановилась у стола, посмотрела на него анализирующим взглядом. Каин не отводил глаз. Видел как она на миг поджала губы. — Лэйн, я очень рад видеть тебя. Доброе утро.       Рука девушки дернулась, будто она хотела коснуться. — Доброе. Можно? — робко спросила она. — Садись, — он пододвинул ей тарелку с фруктами. — Ты не завтракала? — Нет.       Каин окинул взглядом зал, высматривая обслуживающий персонал. Прищурился. Глаза бегали, сканировали каждого встречного. Найдя нужного, он собирался подняться, но его взгляд зацепился за мужчину.       Второй пилот сидел в другом углу зала. Один. Кофе перед ним стоял явно нетронутым. Он смотрел на Лэйн. Пристально, не отрываясь, как на вещь, которую кто-то без спроса взял. Секунда, чтобы оценить ситуацию.       Он не ревнует. Может их связывало что-то в прошлом…       В груди неприятно кольнуло.       Каин глотнул кофе. Медленно поставил кружку точно на середину блюдца. Посмотрел на нее. Улыбнулся. — Сиди. Я принесу.       И встал. — Не стоит. — Мне не трудно. И я знаю, что действительно вкусно.       Он не оставил ей время для возмущения, оставил наедине с фруктами и пошел за едой. Спокойно и выверено, увереный в своих действиях.       Вернувшись, он подметил, что она съела всю папайю, а стол, где сидел второй пилот был пуст. Каин поставил тарелку перед Лэйн, идеально сервированную, как в дорогом ресторане. Официант принес и положил приборы, воду со льдом и кружку ароматного свеже заваренного кофе.       Каин сел напротив и старался смотреть в сторону, чтобы не смущать ее. Она смотрела тайком, думая, что он не видит. Каждый раз, когда она опускала глаза в тарелку, он позволял себе улыбнуться, кротко, и прятал свою раньше, чем она поднимала голову. Как маленькая безусловная игра, в которую оба делали вид, что не играют.       Взгляд Каина задержался на яхте на горизонте. — Есть планы, что посмотреть на острове?       Отпивая кофе, Лэйн тоже посмотрела в окно. — Может слетаю посмотреть вулканы. А так… у меня в номере собственный пляж. И оттуда открывается вид на красивую бухту. Кажется, что может быть лучше.       Каин усмехнулся. — Хочешь, я покажу тебе эту бухту. — Твое предложение побыть гидом в силе? — Лэйн придвинулась, нависая над столом. — Ты местный? — Можно и так сказать.       Откинувшись на спинку кресла, Каин допивал кофе. — Это не простая бухта. — Что же в ней такого чудесного? — Я покажу.       Каин проверил на телефоне погоду. Отправил несколько сообщений. — Поедем… завтра, — и продолжил увлеченно листать и печатать. — Будь готова завтра к 9 часам.       Она кивнула и он ее оставил.       В течение дня он не попадался ей на глаза. Но вечером, когда она ложилась спать ей пришли сообщения с незнакомого номера. [неизвестный] 22:03 зайду за тобой в 9.05. Спокойной ночи К.

Лэйн 22:04

спокойной ночи Каин

      Каин долго смотрел на экран, пока он не погас.

*** вторник ***

      Каин привез ее в порт.       Оставив машину, они пошли вдоль длинных рядов пришвартованных яхт: маленьких плоских, стройных с высокими матчами и без, а в конце стояли большие и покачивались, словно кланялись перед хозяином.       Наконец, он остановился у одной. На борту лаконично и скромно резными буквами с вензелями было название: «Королева лагуны». Белоснежная яхта, гордо возвышалась над водой, на плавных изгибах корпуса переливались солнечные блики. Высокая палуба, круглые иллюминаторы, блестящие поручни, «только крыльев не хватает» прочитал Каин у Лэйн в глазах.       Усмехнувшись, он протянул ей руку. — Сегодня я буду капитаном. Доверишь мне свою жизнь?       Она без раздумий кивнула и вложила свою ладонь в его. — Ты удивляешь, — внимательно смотря Каину в глаза, пыталась разгадать по взгляду, что он задумал. Чего от нее ожидает. — И ты справишься с этим… — она окинула яхту взглядом, — …один? — Да. Это как права на автомобиль. Сдал и катайся. — усмехнулся Каин, помогая подняться на борт. — Ничего сложного. Это тебе не самолет. Хотя штурвал тоже нужно держать твердо. И есть автопилот.       Его рука задержалась на талии, шелк платья приятно холодил и ласкал кончики пальцев. А под ним он ощутил ее тепло и не хотел отпускать. Хотел взять на руки и унести в каюту, укрыть и наслаждаться ее присутствием, всем, что она готова ему дать. Она замедлилась, осматриваясь вокруг и выбирая куда наступить.       Двигатель убаюкивал монотонным урчанием. Яхта плавно скользила по голубой глади, оставляя за собой пенный белый след, как самолет в небе.       Они лежали на верхней палубе в тени ъ, на мягких матах. Океан простирался вокруг бесконечным перевернутым небом.       Каин лежал на боку на подушках, подперев голову рукой и слушал. Он мог делать это не переставая: утром, вечером и днем, поставить ее голос на будильник, засыпать и просыпаться под него.       Лэйн, как завороженная рассказывала о небе. О том, как чувствует самолет всем телом, как читает ветер по малейшим вибрациям штурвала. Говорила о железной махине с нежностью, как о любимом мужчине.       И Каин завидовал.       Ему отчаянно хотелось стать для нее тоже любимым — чтобы она была уверенна и полагалась на него.       Он запоминал каждое слово, взгляд и движение. Замечал, как она искоса разглядывает его — пресс, линию плеч, изгиб запястья, смотрит на ладони и пальцы. Он не красовался, не соблазнял. Просто позволял ей привыкать и дальше.       Ему нравилось как она внимательно слушает, концентрируя внимание только на нем, когда он рассказывал то, о чем она никогда не задумывалась. Как по-гавайски небо и океан. Что мужчины здесь носят юбки — и считают это признаком силы.       Лэйн приподняла бровь. — Юбки — сила? Это неудобство, — возразила она. — Это свобода движений.       Она помолчала. — Может ты и прав, — она отвела глаза на горизонт.       Каин внимательно смотрел на нее. — А еще мужчины половину своей кихэй дарили возлюбленной, обещая нежность и тепло океана. — А у тебя есть такая? — она с интересом взглянула на него.       Он хмыкнул, подмечая блеск в ее глазах. — А ты хочешь чтобы подарил? — Тебе не кажется, что это личный вопрос, капитан?       Каин откинулся на спину с довольным видом. — А песни? — она повернулась к нему и он почувствовал, как ее рука оказалась на его плече. Ласково, она чуть сжала пальцы, будто проверяя настоящий ли он. — Каждая гавайская песня — история любви. О том, что болит в груди и не дает дышать.       Лэйн посмотрела на горизонт. Он — на нее.       Внутри разливалось теплое чувство уюта и легкости. Его посещала умиротворенность в ее присутствии. Что именно так хочется и так должно быть. — Moana похоже на lani, — неожиданно сказала она, снова рассматривая на горизонт. — Ты тоже чувствуешь курс. Читаешь волны, ветер. Доверяешь приборам, но в итоге штурвал в твоих руках и ты волен выбирать. — Ты права. Только здесь можно упасть и море обнимет тебя, — ответил он. — В небе остановиться не получится.       Она повернула голову. Изучающе посмотрела в глаза. — А если шторм? В небе меняешь эшелон и летишь дальше. Не зачем останавливаться. — Если шторм… — он чуть наклонил голову, — ты борешься. — бросил взгляд на линию где океан соединялся с небом и снова посмотрел на нее. — А потом на горизонте появляется солнце.       Она не ответила.       Молчание окутало волной. Редкие крики чаек и отдаленный гул мотора. Стук сердца в ушах и серьезный не моргающий взгляд напротив. Она снова смотрела на него так, что замирало дыхание, но он не хотел, чтобы она отворачивалась. Ему нравилось так задыхаться.       Их тела соприкасались случайно при небольших покачиваниях, и Каин делал вдох глубже. Но коснувшись никто не спешил отстраняться.       Вдруг раздался сигнал с капитанской рубки. — Раздевайся, — мягко приказал Каин, озираясь по сторонам. — Приехали. — Что? — выдохнула Лэйн.       Он окинул ее взглядом и с улыбкой уточнил. — Купальник надевай. Покажу тебе изюминку лагуны.       Улыбнувшись, Лэйн поднялась на колени и будто у себя дома, скрестив руки, взялась за края ткани. И прямо перед ним, не стесняясь, одним плавным движением просто стянула платье через голову.       Каин замер.       Все его приборы сбились с намеченного курса. Посадочные огни погасли разом, сбивая ориентиры. Стрелка компаса, вопреки всем законам физики, указывала на нее. На единственно верный курс — контуры ее тела.       Язык безвольно прошелся по нижней губе.       Он слегка поддался вперед, выпрямился, шумно выдохнув. И не смог отвести глаз. Линия шеи, ключицы, ложбинка между грудей.       Он сглотнул.       Представлял перед сном, как она выглядит под одеждой, но реальность оказалась неприлично щедрее любой из его фантазий. Взгляд сам скользнул ниже, к изгибу талии, к манящим бёдрам, к маленькому набитому облачку сбоку, пониже пупка.       Дыхание сбилось.       Она стояла перед ним в одном купальнике. Непринужденно поправляла черную лямку, будто это погон на ее кителе. А Каина самого словно не было в полуметре от нее.       Ее пальцы нарочно скользнули вниз по изгибам и оттянули другую лямку. Каин не отрываясь следил. Его пальцы сжали подушку. Хватаясь за этот квадрат, как за кислородную маску и делая глубокий вдох.       Кажется он слегка просчитался, переоценил свои возможности, что сдержаться будет так сложно. Она и предположить не могла, что он засыпал каждую ночь, представляя ее в подобный момент. Понял, что слишком долго разглядывает и резко поднял глаза.       А Лэйн ждала. Каин поймал ее взгляд. Теплый и чуть удивленный. В уголках губ притаилась улыбка: осторожная, скрытная, как у полицейского, который только что получил подтверждение от подозреваемого.       Каин выдал себя. Она поняла, насколько сильно нравится ему.       Жар поднялся от груди и по позвоночнику вниз, пальцы ныли от желания коснуться. Шум волн, звук мотора в этот момент заглушал его собственный гулкий пульс, отдающийся в висках.       Каин отвернулся первым, медленно выдыхая, как после сложной посадки. Пытаясь найти что-то, на чем можно сосредоточиться. Горизонт. Облака. Вулкан. Что угодно, кроме того, как солнце играет на ее коже. Ласкает теплом ее грудь и живот, бедра тоже.       Молчание становилось опасным, наполненным собственными неприличными мыслями. Как схватить ее поудобнее, чтобы скорее оказалась под ним. И одним четким ровным движением заставить… Но воспитание не позволило сделать это. — Лэйн… тебе, наверное, тысячу раз говорили, — голос предательски сорвался вниз, стал хриплым, — какая ты красивая.       Он повернулся и, не отводя глаз, добавил: — Ты… неотразима. Тяжело оторвать взгляд.       Щеки ее зарумянились. Она приподняла подбородок и ее грудь на вдохе будто потянулась к нему. Он сам чувствовал как бегут мурашки по коже, поднимая дыбом волосы, и что внизу собирается желанием тугой, болезненно сладкий ком. И тянет к ней, как в водоворот, в омут с головой и танцевать со всеми чертями.       Она откинула платье в сторону. — Что дальше, капитан?       Каин открыл рот.       Согнул ногу в колене, прикрывая подушкой то, что слишком явно выдавало его состояние. Стиснул зубы, заставляя себя дышать ровно. — Иди на нос, — выдохнул он хрипло. — Смотри по правому борту. Я тоже переоденусь.       Она кивнула, краснея сильнее, и на секунду ему показалось, что она вот-вот скажет что-то или шагнет навстречу, переведет этот напряженный момент в другую плоскость, сказав что-то серьезное. Но Лэйн с понимаем отвернула голову и оставила его одного.       Скулы сводило от напряжения, он хотел закричать от отчаяния, что не может делать то, что хочется. Он сжал кулаки до хруста. Выругался беззвучно сквозь зубы.       Безупречный план изгибался как крыло во время турбулентности. — Каин! Смотри!!!       Лэйн стояла на самом носу, ветер мягко трепал ее волосы. Его взгляд буквально ощупал ее контуры, замирая на бедрах. Он бесшумно подошел и она вздрогнула. Он возник неожиданно для девушки увлеченной увиденным. Руки легли на поручни по обе стороны от нее, не касаясь, но создавая кокон. Заключая в тихую безопасность без обязательств.       Переведя дыхание, он чуть склонил голову и волосы пощекотали ей щеку. Она повела плечом и своим виском задела его. — Дельфины, — выдохнула Лэйн, указывая на воду.       Но он смотрел на нее. На горящий взгляд, устремленный вперед. Он хотел видеть ее именно в тот момент, когда красота застает врасплох. Как и его.       Стая серых силуэтов скользила параллельно курсу, выныривая и исчезая в волнах. Блестящие на солнце мокрые спины выписывали грациозные дуги над водой. И детская радость в груди. Искренняя. Чистая. — Это изюминка? — прошептала она. — Ага. Еще одна, — его дыхание коснулось ее плеча.       Яхта мягко качнулась. Лэйн инстинктивно отклонилась назад и ее голая спина коснулась его обнаженной груди. Мимолетно. Но он словно поймал ее, подхватил, чтобы она ощутила опору за собой.       Она не отстранилась. Он сильнее сжал поручни. — Знаешь, — тихо сказал Каин, — когда ты говоришь о небе… ты меняешься. Твой голос и взгляд становятся теплее и мягче. Как будто ты влюблена. — Может, и так. Ты — наблюдательный. Я спокойно за пассажиров в салоне, — шутила она. — А здесь? На воде? Что ты чувствуешь?       Каин словно с опаской осторожно прощупывал дно.       Она помолчала. Дельфины один за другим ныряли, играя с яхтой на перегонки. — Что я не одна. Что не страшно отдать штурвал.       Она медленно обернулась.       Они стояли также близко, как в первый вечер — вдохни и заденешь грудью другого, только сейчас почти без одежды.       Каин вздохнул. Ее кожа пахла кокосом. Распущенные волосы ласкали плечи, ветер аккуратно подхватил прядь и набросил на шею. Воздух между ними стал плотнее, тело чувствовало жар тела напротив. Дыхание замедлилось. Почти замерло, как над пламенем последней спички.       Его глаза потемнели. Взгляд скользнул к ее губам и задержался, жадно изучая их мягкость и пытаясь представить вкус.       Каин медленно поднял руку. Пальцы легко коснулись ее щеки, боясь спугнуть. Он убрал прилипший волос, и пальцем коснулся краешка губ. Чувствуя, как она вздрогнула от прикосновения. — Лэйн…       Он чуть приблизился. Замер на расстоянии, где она решает «быть или не быть». Он чувствовал ее горячее дыхание и слышал как рвется свое. Как в горле бешено колотится собственное сердце, как слабеют колени, когда ее вздымающаяся грудь упирается в его. И там расправляет крылья теплое опьяняющее чувство, готовое сорваться в полет.       Она чуть опустила ресницы, но не двинулась. Ни вперед, ни назад. Просто стояла, застыв на краю решения. Губы приоткрылись приглашая или что-то сказать. Он ждал, она бездействовала.       Секунда. Долгая. Испытывающая.       Яхта мягко качнулась, будто не выдержав, и подтолкнула их друг другу. Воздух между ними сгустился и исчез.       Она прижалась к нему или он к ней и никто не двинулся. Лишь пальцы сильнее обхватили леер, когда ее ладони легли ему на грудь. По органам внутри словно прошлась мелкая дрожь. Тело напряглось.       Каин наклонился, приблизившись едва заметно. Рука перехватила поручень ближе к ней.       Но заметив смятение, словно рябь на глади доверия, Каин отступил, не стал напирать.       Не хотя, но его пальцы соскользнули с ее щеки, оставляя прохладный след на коже обоих. Он отступил. Сделал шаг назад. И улыбнулся спокойно, тепло, переводя взгляд ей за спину. — Не сейчас, — выдохнул он, глядя на горизонт, почти шепотом.       Лэйн стояла ошеломленная, ресницы часто хлопали, она будто не предполагала, что так бывает. Тихо. Без обид. Она не убирала рук с груди.       И Каин стоял. Снова давал привыкать. — Ты плавала когда-нибудь с дельфинами? — голос заботливый с едва уловимой интригой, Каин переводил их обратно в спокойные воды разговора.       Вода была теплая, бирюзовая, чистая. Прозрачная, что просматривалось дно. Белый песок, с редкими кораллами и водорослями, качающимися в такт течению.       Лэйн прыгнула первой, когда Каин бросил якорь и заглушил мотор. Погрузилась с головой, и только множественные брызги остались на поверхности. Только она показалась над водой — Каин прыгнул следом. Не изящно и красиво, как дельфин, а бомбочкой, как мальчишка. — Эй! — она плеснула в него водой. — Извини, — засмеялся он, отплывая. — Я намеренно. Не удержался.       Они дурачились. Брызгались. Ныряли, задерживая дыхание. Каин показывал ей, как правильно. Его руки поддерживали ее талию, когда ей не хватало дыхания и она инстинктивно хваталась за него.       Не замечая времени, смеялись и радовались. Только смотрели друг на друга совсем не по-детски. Со взрослым интересом познать тело, взглядом робким от незнания и смущаясь своих собственных желаний. Неловкость, пытаясь спрятать за осторожностью, а страсть — за вежливыми улыбками.       Каин видел, как вода стекает по ее шее, скользит в ложбинку между ключицами. Как купальник прилипает к телу, обрисовывая контуры. Видел капли на ресницах, влажные губы, которые она часто облизывала.       Хотел ее до дрожи на кончиках пальцах, инстинкты расправляли плечи шире, заставляя красоваться, чтобы обратила и остановила свое внимание. И желание покалывало под кожей, Каин прикусил нижнюю губу и до онемения сжал кулаки. Он уже сомневался в своем самообладании, затея оказалась слишком соблазнительной.       Поэтому начал сторонится ее. Плавать подальше.       Не смел приблизиться настолько, чтобы она почувствовала. Не хотел чтобы она посчитала его пошлым, ведь больше, он хотел просто чтобы она доверяла ему.       Лэйн тоже держалась на расстоянии.       Вынырнув из воды, Каин поймал ее взгляд и слегка наклонил голову. Она оказалась ближе, чем он ожидал. И по воде начала расходиться лёгкая рябь при каждом его выдохе. Она брызнула ему в лицо, чтобы он не смотрел на нее так, как смотрит парень на девушку. — Плыви к яхте, — сказал он ниже обычного. — Переодевайся. Я сделаю еще круг, и будем возвращаться.       Приоткрыв губы, она хотела возразить, но он быстро отвернулся, чтобы она не заметила, как тяжело ему дышать. Как рвется воздух из легких и как не хватает его, когда она так близко. — Буду наверху, — кивнула она, когда он нырнул и скрылся под водой.       Каин отплыл на несколько метров и, перевернувшись на спину, наблюдал. Лэйн уже переодетая в легкое платье, сушила волосы полотенцем, на самом носу яхты. Он расслабился, ложась на воду звездой. Прикрыл глаза и улыбка на губах появилась сама собой. Над головой бескрайнее небо, его обнимало теплое море, а как будто она. Руки коснулось что-то мягкое скользкое и резко обожгло. — Сука!       Каин громко выругался неожиданно сквозь зубы для самого себя. Он замер. Осмотрел руку, воду вокруг и тут же поплыл к яхте.       Движения были неровными. Место укуса невыносимо пекло, словно кто-то выжигал на ней клеймо. Он остановился и поднял руку. Рассматривал появившийся красный след. Набрал воздуха и нырнул под воду. — Каин! — глухо раздалось откуда-то сверху.       Под водой он увидел ее. Не думая, она прыгнула в воду. Доплыла в несколько гребков.       Он удивленно смотрел на нее. — Медуза, — процедил сквозь стиснутые зубы. — Ужалила руку.       Осматриваясь вокруг, Каин искал опасного моллюска. Оценив ситуацию, приблизился к ней и начал подталкивать. А она его. На миг он забыл про боль, пока она не задела ожог. — Ай! — Извини, — виновато. — Плыть можешь? — Да, — выдавил он, стараясь закрыть ее собой.       Лэйн взялась за поручни и Каин, подхватив ее под бедро здоровой рукой, резко подтолкнул, помогая вылезти. Поднялся следом, тяжело дыша, сел, облегченно выдохнув, смотря на воду. — Ты зачем? Она могла тебя… — Аптечка где? — не давая договорить, серьезным тоном заявила она, быстро осматривая его. — Внизу. В каюте, — он поморщился.       Она убежала.       Руку сильно жгло. Он осмотрел повреждение: на предплечье красный ожог становился ярче, будто кто-то хлестнул кнутом. Кожа вокруг покраснела и опухла. Появился зуд. Он нагнулся и опустил руку в воду.       Лэйн вернулась через пару минут с аптечкой и бутылкой уксуса. Мокрое платье обнимало ее тело, слишком откровенно. Хороший отвлекающий маневр, чтобы забыть о боли. Под водой он сжал пальцы в кулак. Разжал и снова собрал. — Ты знаешь, что делать?       Она уверенно кивнула. Опустилась рядом на колени. Открыла аптечку. — Наверно будет щипать, — предупредила она, смачивая марлю уксусом. — Но должно стать легче. — Потерплю, — он смотрел на нее, а не на руку.       Лэйн приложила марлю к ожогу. Каин дернулся, зашипел сквозь зубы, боль стала в разы сильнее. Тело напряглось, вены вздулись. — Прости, — прошептала она и подула на ожог.       Жгучая пульсация усилилась на несколько секунд, костяшки хрустнули, но потом жжение стало проходить и он расслабил руку. Пальцы разжались и боль отступила. Он облегченно выдохнул. Остался только след на коже — покрасневшие полосы.       Она работала сосредоточенно, четко, быстро, но осторожно. Как по инструкции. Знала что за чем идет. Промыла ожог водой, мазь, повязка. Пальцы дрожали — то ли от волнения, то ли от близости.       Каин не двигался, смотрел на нее. На мокрые волосы, прилипшие к щекам. На платье, сквозь которое проступали столь манящие изгибы. На сжатые губы, юркий взгляд, нахмуренные брови. На заботу о нем. Она переживала. Он прикусил губу, сдерживая желание обнять ее. — Ты прыгнула… — тихо сказал он, а «за мной» оставил в мыслях для личного осознания, слишком громким казалось заявление. Слишком сейчас откровенным. Он анализировал произошедшее. — Конечно, — она не подняла глаз, закрепляя повязку пластырями, и тоже закусила губу.       Каин накрыл ее руку своей. — Лэйн…? — Что?       Она подняла глаза. И снова они были слишком близко. Слишком рядом. Опасно.       Капли стекали по шее. Губы чуть приоткрыты. Дыхание сбивчивое. Каин обхватил ее дрожащие пальцы. — Все-таки боишься иногда, капитан? — он улыбнулся. Осознавая что испугалась она за него. Внутри надежда на счастливый исход робко расправляла крылья. И ласкала собственные мысли оправданиями:       Получается. Главное не торопи. — Да, — просто призналась она.       Его рука поднялась, коснулась ее щеки. Он убрал прилипшую прядь за ухо. Пальцы задержались на мочке, коснулись нежной кожи за ухом. скользнули вниз, вдоль линии шеи.       Внутри все ревело и порывалось схватить ее. Обнять. И когда ее кожа начала обжигать, он отдернул руку. Он почувствовал как она тоже задрожала. — Иди переоденься в сухое. В каюте в сумке — мои вещи.       Оставшись один на корме он тоже боялся, что через несколько дней она улетит. А он останется здесь. С воспоминанием о том, как она смотрит на океан. Как смеется. Как прыгает в воду за ним не думая о последствиях.       Каин запустил двигатель и яхта, медленно развернувшись, взяла курс обратно к берегу.       Лэйн стояла на носу и смотрела не вперед, а на него. Ветер развивал ее волосы и его футболку на ней. На фоне заката она была божественна… Он не удержался, и когда она посмотрела в сторону, тайком сфоткал ее. Такую красивую, обрамленную заходящим солнцем. И когда очередной поток вечернего бриза налетел и поднял ткань, он увидел, что белье она тоже сняла. Закрыл глаза, сглотнул. Отвернулся, медленно выдыхая.       План похоже начал давать трещину. Он не предполагал, что наедине будет так волнительно, что руки будут дрожать, как у первокурсника. Сердце захочет выпрыгнуть и воздуха не хватать когда она так близко.