Путь освещённый Луной

Нод-Край наконец-то освободился от выходок Дикой Охоты и угрозы от Доктора. Коломбина вернулась, полная сил, и новая луна взошла над Тейватом. ‎Но не все остались счастливы.  Отличный пример — Лунный Мститель. А точнее, бывший Лунный Мститель. Почему же бывший? Рерир никогда не желал уничтожить Луну. Захваченный Бездной и возвращённый с помощью Дотторе, он напал на Нод-Край и усилил Дикую Охоту. После чего Рерир был изгнан в лунное пространство, где и встретил свою судьбу. Кажется, мир обошёлся с ним слишком жестоко, хоть и было за что. ‎В отличие от Коломбины, что смогла покинуть темницу с помощью хитрости и своих сестёр, Рерир не имел такой возможности. Он смирился, что так и останется здесь навсегда, в качестве наказания за свои деяния. Пока спустя месяцы его не вышвырнуло из лунного пространства по неизвестным причинам. Бездны в его теле уже не было, а значит, его рассудок был с ним. Но что ему делать? Он совсем один, и его нигде не ждут. Грешник был бы обречён на вечные скитания по миру, если бы ему не пришла абсурдная мысль с каплей маленькой надеждой. ‎Всё же, попытать удачу лучше, чем остаться абсолютно ни с чем.

‎. . .

‎Медленно приближаясь к Кладбищу Ночи, Рерир не мог не почувствовать себя немного нервным. Всё же, он был врагом для Нод-Края, а для Флинса, как для ратника, он был не просто врагом. А целью уничтожения. Но нервозность быстро испарилась. Даже если прогонят, у грешника уже не осталось сил о чем-то думать. Он устал от всего. ‎Завидев на горизонте нужную персону, он немного замедлил шаг. Флинс в тот же момент уныло сидел за столом на улице, глядя на отчёты, что ему нужно было отписать. Видимо, почувствовав чьё-то присутствие, светоносец поднял взгляд, и его лицо стало серьёзным. Как и ожидал пришедший, мужчина уже обнажил своё копьё, одновременно другой рукой доставая фонарь с пояса. ‎Рерир остановился на приличном расстоянии. Он не собирался нападать. Но ведь это нужно как-то объяснить ратнику. ‎— « Прошу, постой. Я пришёл не для сражений. ‎Знаю, выглядит как ложь. Можешь не верить. Просто . . . Выслушай меня. » ‎Сказал он совсем другим, “человеческим” голосом. Уставшим и отчаявшимся. Во взгляде еле видно мерцала надежда на лучший результат от собственных действий. Флинс по своей натуре насмотрен и чувствителен, поэтому сразу понимает, где ложь, а где правда. Потому и копьё своё он спрятал. Всё равно атаку он отразить и без него сможет. ‎— « Как интересно. Впервые я могу лицезреть такое поведение от Дикой Охоты. Чтож, вы меня заинтересовали. Расскажите, что вас ко мне привело, дорогой грешник. » ‎Кирилл Чудомирович и правда был заинтересован. Всё же, любое действие будет интереснее скучнейших рутинных отчетов. Вернувшись на своё место за столом, он обратил свой взгляд на беловласого, давая понять, что ждёт объяснения. Рерир подошел немного ближе, опасаясь спугнуть свою пощаду. Но, только остановившись, в его голову налетела куча мыслей. А как, собственно, объяснить произошедшее? Просто сказать что-то а-ля «привет, мне негде жить и некуда идти. Можно остаться с тобой?» Потешно ведь. Флинс наверняка посмеётся и покрутит пальцем у виска. И даже если не сделает этого, то за придурка точно воспримет. С тяжелым вздохом, под пристальным взглядом загадочного господина, грешник неловко выплюнул: ‎— « . . . Не будешь против, если я немного побуду здесь? Обещаю, мешать не стану, могилы трогать тоже не буду, и духов твоих постараюсь не сильно пугать. » ‎Ратник невольно усмехнулся. Видеть Лунного Мстителя таким неловким было как-то . . . мило? Нет-нет, скорее забавно. Всё же это отродье Бездны, из-за появления которого Дикая Охота стала агрессивнее и чаще появляться. А значит, у светоносцев больше работы. А теперь "это" стоит и просит остаться на время. Почти потешно, если бы не было сильно жалко. ‎— « Хмм, вот как. » ‎Молодой человек прикрыл глаза, касаясь подбородка пальцами, изображая из себя задумчивого. ‎— « Вы же понимаете, как это будет выглядеть для моих товарищей? Я, светоносец, отдавший клятву, скрываю у себя грешника, из-за которого у нас больше работы. И которого я, по совместительству, обязан устранить. » ‎Открыв глаза, Флинс устремил свой взгляд на Рерира, держа на губах легкую улыбку. Он молчал, ожидая ответа от напряженного мужчины напротив. ‎— « Справедливо. Полагаю, ответ — нет? Тогда я, пожалуй, пойду. Не стану задерживать от обязанностей светоносца. » ‎Только он развернулся, как тут же замер. Его голос стал тише, и теперь в нём слышалась вся усталость, что накопилась за всё долгое время. ‎— « Хотя, знаешь. Можешь выполнить одну свою обязанность. Говоришь, ты обязан меня уничтожить? Сделай это. Я не стану сопротивляться. » ‎Так умрут два зайца сразу. Рериру не придётся искать себе место в мире, и его мучения закончатся справедливым концом. А Флинс выполнит свою обязанность как светоносец и не станет брать грех на душу. ‎Но Кирилл Чудомирович не сделал ни единого движения в сторону смиренного грешника. Он лишь молча смотрел на него. Теперь поведение мужчины смущало альва. Что-то было не так. Разве мог утерявший рассудок и захваченный Бездной вот так просить его убить? Тем более Рерир бессмертен. Неужели сам этого не понимает? ‎— « Ох, ну что ж вы. Разве красиво вот так убивать посреди дня? Без горячей битвы, где я одержу победу? Я дам вам шанс. Но есть условия. » ‎Светоносец вдруг убрал руку с подбородка, скрещивая их на груди. ‎— « Всего два. Не покидайте остров и не попадайтесь на глаза моим коллегам. Надеюсь, это не слишком сложно? » ‎Одарив грешника безрадостной улыбкой, Флинс не мог не задуматься, что же всё таки задумал Рерир.

‎. . .

‎Бывший Лунный Мститель сидел возле памятника в центре кладбища, прикрыв глаза. Он наслаждался тишиной, которая наконец-то пришла в его жизнь. И пусть он здесь ненадолго, но дать себе расслабиться всё же очень хотелось. ‎Рерир позволил себе даже слишком насладиться тишиной и покоем, что сам не заметил, как уснул. Разбудило его только ощущение чьего-то взгляда на себе. Открыв глаза, он увидел знакомое лицо. Не успев даже открыть рот, Флинс его перебил. ‎— « Вижу, вы уже нашли себе комфортное место у моей могилы? » ‎Наконец проснувшись до конца, грешник вздохнул. И снова светоносец не дал вставить ни слова. ‎— « Ах. Прошу простить за беспокойство. Я не собирался мешать вашему сну. Хотел лишь уточнить, голодны ли вы. » ‎Одарив мужчину лёгкой улыбкой, глаза  ратника выглядели вполне спокойно, будто перед ним и не грешник сидит. Рерир немного растерялся от вопроса. Он вроде Бездной был поражён, да и до конца так и не восстановился. Так что голода он фактически не чувствовал.  Но желания утолить когда-то жизненные потребности сейчас ощущались заметнее. Скорее всего, дело в том, что от заражения он избавился, и разум теперь его чист. Но вот проблема. Вместе делить трапезу с тем, кого он чуть не убил, было как-то странно и очень неловко. Поэтому Рерир просто молча помотал головой, смотря куда то в сторону. Флинса это немного смутило, но лишних вопросов он не стал задавать и ушел куда то назад.

‎. . .

‎ ‎Кажется, прошло уже несколько дней, вот так. На вечно ночном кладбище сложно понять, сколько времени прошло, да и грешник был увлечен своими беспокойными мыслями. Существовать вот так, хоть и не мешая никак, было для беловласого не очень радостной перспективой. С тяжестью на душе он принял решение всё же уйти. Ему всё равно уже не место в этом мире. И он чудом был вышвырнут обратно. ‎Но только собираясь покинуть остров, его окликнул голос хозяина кладбища. ‎— « Уже уходите, дорогой грешник? » ‎Рерир остановился, оборачиваясь на речь. ‎— « Благодарю за гостеприимство, но мне лучше уйти. » ‎Альв подошел ближе, уже не напрягаясь. ‎— « Вот как. Есть ли в этом причины? Или вы всё ещё боитесь создать мне проблем? » ‎Ударив точно в цель словами, светоносец, не дожидаясь ответа, продолжил: ‎— « Я хотел позвать вас внутрь маяка. Всё же, там теплее, чем на улице, среди могил. И внутри у вас меньше шансов быть замеченным моими товарищами. Ваше сожительство меня не напрягает. Наоборот, я питаю скорее больше интерес к вам, чем безразличие. » ‎Такого Рерир точно не ожидал услышать. Зайти внутрь жилища Флинса? Это новый уровень неловкости. Но с другой стороны, и уходить на самом деле не хотелось. На кладбище было так спокойно и хорошо. Вот так, сам того не поняв, грешник уже стоял на пороге небольшого пространства. Кирилл Чудомирович жил скромно: всего-то небольшая кровать, письменный стол и там же небольшой подсвечник, старый-старый ковер, тумба с вещами и мелкими деталями. И, конечно же, несколько полок с множеством побрякушек. Всякие поделки из костей, блестящие камни в красивой коробке и старинные вещи с монетками. Это, пожалуй, самое выделяющееся из мрачного и тусклого дизайна, поэтому Рерир и зацепился взглядом, рассматривая аккуратно расставленные вещички. От зорких глаз альва такое действие не осталось незамеченным, и тот, довольно улыбнувшись, наблюдал, как его достояние разглядывают с завораживанием. ‎Вдруг придя в себя, беловолосый неловко вздохнул. ‎— « Прошу прощения. Значит, теперь я буду находиться здесь, да? » ‎Ещё раз окинув взглядом комнату, грешник не решался пройти дальше. ‎— « Конечно. Так мои товарищи вас точно не увидят. Можете спать на кровати. Я всё равно редко ей пользуюсь. По разным причинам. » ‎— « Я могу и на полу поспать. . . » ‎— « Ну-ну, какой же из меня хороший хозяин, если гость спит на полу? Не беспокойтесь, спите в своё удовольствие. » ‎Ещё один тяжкий вздох. Всё же этот светоносец такой сложный. Спорить как-то не очень хотелось, поэтому Рерир воспользовался возможностью поваляться на кровати. Пусть она не была как пери́на, но сказать, что лежать на ней неудобно, тоже нельзя. Обычная, немного жестковатая кровать. Но по сравнению со сном на земле, в сидячей позе, сейчас грешник себя почувствовал как в раю. Как бы странно это ни звучало. ‎— « Вижу, вам кровать пришлась по нраву, дорогой Рерир. » ‎Улыбчивый ратник стоял рядом с кроватью, заведя руки за спину. Нельзя было точно сказать, рад ли он тому, что теперь на его кровати будет спать грешник. ‎— « . . . Рери. Зови меня просто Рери, пожалуйста.» ‎Мужчина ещё немного поворочился на кровати, принимая удобную позу. Голова теперь лежала на подушке, а белые локоны распались по ткани и спадали на лицо, укрывая его ещё больше.  Глаза вновь медленно прикрылись. И, наверное, он бы так и уснул, если бы не почувствовал, что ратник сел на край кровати. Флинс ничего не говорил, даже когда Рери перевёл на него взгляд. Тишина становилась неловкой, и, кажется, альв это заметил. ‎— « Может быть, нам стоит поболтать, дорогой Рери? » ‎Сказал он, глядя с лживым равнодушием. Флинсу было интересно. И он собирался получить ответы на свои вопросы. ‎— « . . .И о чём же мы поговорим? У тебя точно есть ко мне вопросы. Спрашивай. Это меньшая цена за твою доброжелательность ко мне. » ‎Рери смиренно вздохнул, понимая, какие вопросы будут у него спрашивать. Впрочем, ответы на них придумывать не придётся. ‎— « Я бы не стал брать платы с гостей. У нас так не принято. Но вы правы, вопросы у меня есть. » ‎Он немного помолчал, видимо, формулируя мысли. ‎— « Даже не знаю, с чего мне начать. Объясните, что это всё значит? Зачем вы гнались за луной? Зачем пытались уничтожить Нод-Край? И зачем в итоге пришли сюда, прося о крыше над головой? » ‎Взгляд Рери потускнел. Он тяжело вздохнул. ‎— « Я не желал никого уничтожать. Никогда. Мной лишь воспользовались, когда я был одурманен ненавистью и сходил с ума от Бездны. Когда вы победили меня, я застрял в Лунном пространстве. И та часть меня, поглощенная бездной, утихла, как и голоса в голове. Я всё осознал. . .  » ‎Грешник сжался от болезненных воспоминаний. ‎— « Зачем я пришел? Я не знаю. Не ожидал вновь оказаться здесь. Считал, что Лунное пространство — моя заслуженная судьба. Место, откуда я больше не выйду, оставшись совсем один. » ‎— « . . . . » ‎— « Я не те́плил надежды, что ты меня примешь, светоносец. Но в то же время, мне больше некуда идти. » ‎На этом разговор закончился. Рери молча смотрел в пустоту, отдаваясь тяжелым мыслям. А Кирилл Чудомирович молча смотрел на своего гостя. Его слова вызывали противоречия внутри. Да, грешник был ему врагом. Но когда Флинс при себе держал его сердце, что-то не давало покоя. Бездна была сильной и болезненной, но было что-то еще, до чего альв не мог дотянуться. А после ответов на все вопросы картина стала яснее. На душе тяжело теперь стало обоим. ‎Переведя взгляд вновь на Рери, ратнику показалось, что лучше сейчас не говорить ничего. Не трогать эту тему больше. Он всё равно получил желаемое. ‎Флинс тихо встал с кровати. Идя к выходу из комнаты, он вдруг остановился. ‎— « Мне нужно наведаться в Пирамиду. Постараюсь не задерживаться долго. » ‎И только выйдя на улицу, ратник опомнился. Ему так непривычно кого-то предупреждать. Да и смысла в этом не было. Рери наверняка не слышал его. Помотав головой, светоносец пришел в себя, продолжив путь к Пирамиде. ‎ Что-то не давало покоя. После диалога с грешником на душе повисло странное чувство. Флинс впервые почувствовал что то родное с другим человеком. Потерять дом. . . потерять всё и устать от самого себя. Лазурное Пламя знал это слишком хорошо. То, что он чувствовал 500 лет назад, когда его величество Белый Царь канул в бездне, когда Снежная перестала быть его домом. Альв запомнит это навсегда. Но теперь. . . когда рядом так удачно оказался тот, с кем чувства, сдерживаемые более 500 лет, можно разделить. Почему бы не рискнуть?