Hush Now (You Were Lost but Now You’re Found)

Томми просыпается от того, что чья-то рука грубо хватает и дёргает его за капюшон толстовки, вытягивая из тугого мотка рук, обхвативших его проволокой, и подставляя холодному натиску воздуха. Его глаза резко распахиваются, пока он извивается, хватаясь за чужую руку, чтобы рывком вскинуть ногу... Вторая рука крепко сжимает его лодыжку, останавливая её в дюйме от чужого носа и прижимая его к матрасу. С тихим копошением в затылке, вынуждающим его остановиться, Томми вычисляет личность нападавшего. К этому моменту, его, словно мешок с картошкой, уже по-хамски закидывают на острое плечо, впивающееся ему в живот. — Мы не раним гражданских, — резко звучит в его голове голос Дрима, успокаивая конечности. Адреналин прожигает его насквозь, подёргивая мышцы и вызывая в теле дрожь. — Какого... — хрипит Томми. — Техно? — хрипло спрашивает Уилбур с кровати. — Что... — Ты сказал, что я могу провести с ним день, — протягивает Техно, переминаясь с ноги на ногу. Томми инстинктивно вцепляется пальцами в его свитер и широко распахивает глаза, словно испуганная кошка. — Сейчас пять утра. — Значит мы уже теряем время. И с этими словами Томми разворачивают, и он едва успевает встретиться взглядом с широко раскрытыми глазами Уилбура, прежде чем Техно сворачивает за угол и налегке бежит по коридору, прочь от Уилбура, который, судя по звукам, карабкается из кровати с проклятиями и стуком босых ног по полу. Шаги Техно ускоряются, и Томми отчаянно пытается привести себя в чувство. От чужой ходьбы его дико качает, и сквозь его толстовку он может ощущать тепло тела мужчины. Его лёгкие наполняет приглушенный цветочный аромат, исходящий от прядей розовых волос сбоку от лица. — Техно... — Уилбур выскочил из-за угла, растрёпанный и путающийся в ногах, крепко обхватывая рукой перила, чтобы не дать себе упасть. — Ты не можешь просто... — Могу, — говорит Техно спокойно и невозмутимо, стоя уже на последней ступеньке, — и сделаю. Томми наблюдает, как что-то тёмное и дикое вспыхивает в глазах Уилбура. Рот мужчины кривится в гримасе, а костяшки пальцев белеют от напряжения, когда он поджимает плечи и глубоко вдыхает. — Техноблейд! — Уилбур звучит резко и опасно, и Техно останавливается, медленно наклоняя голову, чтобы оглянуться через плечо. — Просто… чёрт, подожди минутку. — Рука Уилбура жёстко вплетается в его волосы. Нога Томми находит опору на поясе Техно, и рука мужчины предостерегающе сжимается вокруг его бедра. — Что… ты можешь просто... — его голос дрожит, а рот сжимается в тонкую бледную линию. — Уил, всё в порядке, — вздыхает Техно, а Томми изворачивается, крепче сжимая пальцы на его кофте. — Я верну его в целости и сохранности. Уилбур не выглядит очень уверенным, и что-то неприкрыто обнаженное искрится в его глазах, когда он вдыхает, тяжело сглатывая и бросая взгляд на Томми, который просто смотрит в ответ, застыв и не зная, что делать или говорить. — Техно – мой брат. Я доверяю ему свою жизнь также, как и твою. — Слова Уилбура звучат в его голове, и их тяжесть, словно свинец, обвивает его сердце. Его пальцы жёстче впиваются в мягкий белый свитер мужчины. — Дай ему шанс. Вы оба похожи друг на друга больше, чем думаете. Томми не любил ни Джорджа, ни Сапнапа, когда они впервые появились в его жизни благодаря Дриму. Он был обижен, резок, язвителен и чертовски испуган, что подростка заберут у него. — Слушай, вытащи уже свою голову из песка, малой, — огрызнулся на него тогда Сапнап. — У Дрима могут быть друзья, но, кем бы вы ни были друг другу, это ничего не изменит между вами, ладно? Так возьми себя в руки. Уилбур любит свою семью. — В течение многих лет всё, чего я хотел, – это кого-то, с кем можно просто поболтать. Побыть самим собой. Иметь кого-то, как ты. А Томми возвращается к Дриму. — Всё в норме, — выдавливает из себя Томми, выжимая улыбку, которая странно ощущается на его лице из-за учащённого сердцебиения в груди. — У меня на кухне растение, — выпаливает он, когда глаза Уилбура отчаянно скользят по его лицу. — Её зовут… её зовут Клементина, и её надо полить. Крепкая хватка Уилбура на перилах медленно ослабевает. — Ты назвал своё растение Клементиной? — В неуверенном тоне Уилбура сквозит попытка поддразнивания, и Томми отчаянно цепляется за неё, как собака за кость, потому что не хочет ничего больше, чем стереть это выражение с лица Уилбура. — Есть какие-то проблемы? — Томми упирается пальцами ног в пояс Техно, приподнимаясь, чтобы упереться локтями в плечо мужчины. — Клементина – поггерс имя. Губы Уилбура медленно растягиваются в улыбке. — Очень поггерс, — вторит он. — Я… да, я позабочусь о ней, не волнуйся, Томс. — Тебе стоит, — выдыхает Томми, когда хватка Техно на нём медленно ослабевает. — Она заслуживает только самого лучшего. Уилбур хмыкает, выпрямляясь и отбрасывая на пол высокую неуклюжую тень под тусклым светом лампы. И есть что-то странное в том, как его плечи расслабляются, а пальцы дёргаются, прежде чем одна рука скользнёт в карман штанов, и мужчина наклонится, прислоняясь к стене. — На кухне стоит кофе. — Техно подкидывает Томми в более удобное положение. — Я верну его самое позднее в восемь. — Повеселитесь, — говорит Уилбур отстранённо, помахивая им одной рукой. Его карие глаза задерживаются на Томми, пока они не исчезнут из виду. Входная дверь открывается со взрывом холода, а затем захлопывается за ними обоими. — Грёбаная катастрофа, — тяжело выдыхает Томми, пока ботинки Техно хрустят по снегу. — Что это было? — Ты должен понять, с чем здесь имеешь дело, — ворчит Техно, огибая свой красный внедорожник с уже открытой дверью и бесцеремонно бросая Томми на пассажирское сиденье. — Ремень, — подозрительно говорит он. Томми щурится, глядя на него и сохраняя зрительный контакт, медленно натягивая ремень на грудь и со щелчком вставляя скобу в разъём со звонким щелчком. Техно захлопывает дверь перед его носом. — Твоя куртка в багажнике. Томми дёргается, оборачиваясь, чтобы посмотреть на Фила, сидящего на среднем сиденье позади него. Мужчина раздражающе беспечен и уже пристёгнут ремнём, зажимая в ладонях большую керамическую чашку с надписью ПАПА #1. — Я думаю, — задумчиво говорит он с кривой улыбкой, от которой у Томми бегут мурашки, — что твои ботинки тоже могут быть где-то там. Техно открывает дверь и проскальзывает на водительское сиденье, шумно вздыхая и потирая рукой нахмуренное лицо. — Ты действительно хорошо справился с этим, мудень, — заявляет Томми. — Я не собираюсь никуда, если ты не взял мои грёбаные носки. Взгляд Техно возвращается к усталому и осуждающему одновременно. — Страдай, — ровно отвечает он, и с заднего сиденья раздаётся сдавленный смех. — Купим по дороге, — заверяет его Фил, когда Томми сужает глаза, и скалит зубы, а Техно наклоняет голову, глядя на него пустым взглядом. — Нам всё равно нужно позавтракать. — И взять кофе, — говорит Техно через мгновение, протягивая руку, чтобы повернуть ключ в замке зажигания. Он на секунду останавливается, поворачиваясь, чтобы нажать кнопку на приборной панели. Раздается шум, и дверь рядом с ним захлопывается со звонким привычным щелчком. — Блокировка от детей включена, — говорит Техно с некоторым удовлетворением в голосе. — Я убью тебя, — бормочет Томми голосом, полным яда, пока Фил задыхается от смеха, — украду твои носки и надену их на твои похороны, чтобы станцевать на твоей ёбаной могиле. - — Куда мы вообще едем? — ворчит Томми, пробираясь на заднее сиденье и игнорируя осуждающий взгляд Техно, осторожно смещаясь, чтобы пролезть мимо Фила, изо всех сил стараясь не задеть мужчину. Машина резко сворачивает, и он накреняется вместе с движением, начиная падать, но приземляясь на чужую руку, вытянутую, чтобы предотвратить его падение. — Мудак, — с чувством говорит он потолку, в то время как глаза Фила сверкают весельем прямо над ним. Техно грубо фыркает. — Ты в порядке, приятель? — спрашивает Фил, помогая ему подняться с удивительной силой, легко поддерживая Томми, пока тот не отмахнётся от рук мужчины. Томми до сих пор не знает, что делать с этим человеком. Странное покалывание, которое вспыхивает внутри него всякий раз, когда он смотрит на Фила, – это типа не-а, идите нахуй. — В порядке, — ворчит Томми, краснея до ушей. Он встаёт на колени на сиденье, бросая на Техно предостерегающий взгляд в зеркало заднего вида, прежде чем потянуться, чтобы перебраться через спинку и схватить свою куртку. Ему приходится почти полностью залезть в багажник, чтобы дотянуться до своих грёбаных кроссовок, но он хватает их, прежде чем соскользнуть назад и сердито повернуться, устраиваясь на сидении рядом с Филом. — Ну? — спрашивает он, встречаясь взглядом с Техно в зеркале. — Собираешься ответить, выебок? — Это сюрприз, — отвечает Техно, сверкая зубами, демонстрирующими слишком острые клыки. — Ты любишь такое, не так ли? Учитывая, что ты позволяешь Уилбуру переделать всю твою спальню. — Конечно. — Томми натягивает ботинки на босые ноги с гримасой отвращения. — Люблю их так же сильно, как когда меня выпёздывают из постели в 5 утра. — Ты вообще не должен был там быть, — протягивает Техно с непонятной эмоцией в глазах. — Мы действительно собираемся обсуждать это? — спрашивает он. Горячее разочарование выплескивается из него, когда он сжимает кулаки, резко засовывая их в карман толстовки, и откидывается назад, ударяясь о плечо Фила, прежде чем прислониться к двери. — У вас, ребят, есть нехуёвые проблемки, — фыркает он. — Что же плохого в том, что мы спим в одной постели? Он спал так с Дримом в течение многих лет, и в этом никогда не было ничего странного. Это успокаивало его мысли и уменьшало беспокойство. В любой момент он мог открыть глаза и увидеть своего наставника рядом с собой, живым и явно дышащим в такт подъёму и опусканию его груди. Брови Техно опускаются. На его лице появляется странно неловкая гримаса, прежде чем оно разглаживается. — Привык так спать? — спрашивает он на пониженных тонах. — Техно, — мягко предупреждает Фил. Томми поднимает ногу и возмущённо пинает ей спинку водительского кресла. — Не будь сраным уёбищем, — рычит Томми, снова толкаясь вперёд пяткой и стараясь вонзить её в кресло. Что-то странное и горячее, похожее на смущение, туго сжимается в его груди, перемешиваясь с яростью. — Он… не воспринимай это дерьмо так! Техно издаёт низкий пренебрежительный звук, но его плечи расслабляются. Томми с силой откидывается на сиденье и поворачивается, чтобы посмотреть в окно. — Это просто беспокойство, — говорит Фил мягким тоном, когда Томми опускает обе ноги на коврик. — Мы здесь, чтобы узнать друг друга получше, постарайся немного расслабиться. — Я не собираюсь расслабляться, — выдавливает из себя Томми, — когда он говорит такие ублюдские вещи. — Он оборачивается, встречаясь с шокирующе голубыми глазами, чувствуя странное кружение в животе и рефлекторно впиваясь ногтями в ладони. — Д… он никогда бы не воспользовался мной так! Гребаный подтекст, что Дрим... Ярость пронзает Томми насквозь. Что-то уродливое и гневное взрывается в нём, и его плечи напряженно сгибаются, а челюсти сжимаются, когда он стискивает зубы. — Техно, — говорит Фил, не сводя с него взгляд. — Извиняюсь, — говорит Техно с тихим вздохом. Томми резко поворачивается к нему. — Нет ничего странного в том, чтобы спать в одной постели, если это приносит вам обоим комфорт, — продолжает он, поворачиваясь к нему, когда машина останавливается на красный. — Мы с Уилом до сих пор иногда делим постель. Томми выдерживает его взгляд ещё мгновение, но... Он откидывается назад, поджимая плечи к ушам, и снова смотрит в окно. - Они останавливаются, чтобы заказать еду. Фил выскальзывает из машины, когда Томми наполовину перелезает через Техно, в попытке заказать что-то другое, вместо дурацкого детского завтрака и игнорируя ухмылку мужчины, когда тот ловко поднимает руку, чтобы перехватить локоть, которым Томми целился ему в горло. В итоге он всё равно заказывает ему игрушку, чистокровный ёбаный мудак. Томми, хмурясь, засовывает в карман странную деревянную штуковину круглой формы, пряча покрасневшие уши. — Вот. — Фил заскакивает обратно в машину, ожидающую его на парковке, и с улыбкой бросает ему пару тёмно-синих носков. Томми моргает, удивлённый, что тот на самом деле побеспокоился об этом. — Спасибо, — неохотно выдавливает он, поднимая их, чтобы стащить зубами бирку и останавливаясь на мгновение, чтобы посмотреть на маленьких белых медведей в шапках Санты, толпящихся по краям носков. Он бросает взгляд на Фила. — В тон твоей толстовки, — говорит мужчина, подмигивая. Он до сих пор в своей тёмно-синей кофте с белым медведем и тюленем. В той самой, которую он носил накануне и в которой спал. Он хмыкает. Техно делает большой глоток кофе, сжимая и надкусывая сэндвич в другой руке, пока Томми натягивает носки. — Все готовы? — спрашивает Фил, когда Томми надевает кроссовки. — Если тебе нужно в туалет... — О нет, он сможет потерпеть, — перебивает его Техно. — Я не собираюсь гоняться за ним по парковке. — Я бы никогда, — едко лжёт Томми, ухмыляясь во все тридцать два зуба. Техно многозначительно жестикулирует, и Фил смеётся. Звук странно оседает в груди Томми, даже когда он изо всех сил старается не обращать на него внимания. — Мне бы не пришлось этого делать, если бы ты, блядь, не похитил меня. — Он срывает обёртку со своего сэндвича и с наслаждением откусывает от него кусок, пережевывая моцареллу и помидоры, внезапно дико проголодавшись. — Могу я кое-что спросить — спрашивает он сквозь чавканье. — Раз уж мы тут для знакомства. Техно склоняет голову. — Зависит от вопроса. — Что ты за гибрид? — прямо спрашивает он, и уши мужчины дёргаются то назад, то вверх, когда он хмыкает. Томми изучает его реакцию в зеркале. Это дерьмовый и грубый вопрос, едва ли не хуже, чем спрашивать о чьих-то силах. Своего рода социальное табу, что Томми и использует в своих интересах. Он, по правде говоря, даже не ждёт от мужчины ответа, но... — Пиглин, — говорит Техно, многозначительно указывая на ухо и болтающуюся в нём золотую серьгу. — Хм. — Томми моргает, сглатывает пережёванную еду и тянется вперёд, чтобы запить это газировкой. — Круто, — соглашается он. На самом деле, это немного дерьмовая ситуация. Животные гибриды, да даже обычные гибриды, не очень ценились с самого начала. Было много снисходительности, споров в интернете и дерьмового отношения со стороны людей, считающих их не более чем поумневшими животными. Да и Кровавый Бог не очень-то помог гибридам пиглинов влиться в общество. На самом деле, всё это дерьмовое отношение было в лучшем случае абсурдом и глупостью, но не то чтобы сам Томми мог что-то с этим поделать. — Круто, — вторит ему Техно со странным взглядом в глазах. — Полагаю, что это подходящее слово. — Расскажи нам что-нибудь о себе, Томми. — Фил разворачивает свой сэндвич, вытаскивая солёные огурцы только для того, чтобы отдать их довольному Техно, который закидывает их в рот и хрустит. — Например? — спрашивает Томми, морща нос и неохотно откидываясь на спинку кресла, недоверчиво поглядывая на отца Уилбура с его светлыми волосами и лёгкой улыбкой, одетого в рубашку на пуговицах, джинсы и удобное на вид чёрное пальто, расстегнутое в тепле машины. Он хочет возненавидеть этого человека, из принципа, но мужчина делает это очень трудным своим смехом и тёплыми улыбками, оставляющими морщины гусиных лапок в уголках его глаз. — Уил упоминал, что ты пробовал себя в разных хобби, — размышляет Фил. — Уже есть любимое? Томми смотрит на него, а потом хмурится, обдумывая вопрос. — Думаю, что вязать было забавно, — признаётся он после затянувшейся паузы. — Я… ну, я попробовал грёбаные коньки, и кататься было довольно круто. Лучшее, что он получил от этого – Погтопия, и он жаждет вернуться к широкой полосе льда, дикой природе и необъятной красоте, чтобы исследовать от корки до корки, как и обещал Уилбур. Вдвоём. — Ты хорошо потрудился над шарфом, — говорит Фил с тёплой улыбкой, от которой у Томми кольнуло в шее, и он отводит взгляд, чтобы посмотреть на дырку в спинке кресла перед собой. Техно фыркает. — Уил повсюду хвастался этой штукой. Не мог замолчать о нём целую неделю. — Завидуешь? — спрашивает Томми, не в силах удержаться, отталкиваясь ногой, чтобы как следует рассмотреть мужчину в зеркале. — Держу пари, что ты был бы просто лапочкой в паре розовых варежек в тон к твоим волосам. —...Пожалуйста, воздержись от того, чтобы называть меня лапочкой, — умоляет Техно, и его лицо странно искажается. Фил хихикает. — Ладно, милашка, — хмыкает Томми, кривя губы в ухмылке, когда встречает в зеркале многострадальный взгляд. - К тому времени, как здания сменяются полями, на которых нет ничего, кроме деревьев и природы, Томми начинает задаваться вопросом, не лгал ли Техно. Он начинает сильно подозревать, что его кокнут где-то в глуши, потому что он идиот. Его совсем не успокаивает то, что они сворачивают направо – на заснеженную дорогу среди заборов, но затем его глаза расширяются. Он резво отстёгивает ремень безопасности, неграциозно наклоняясь над Филом, который вздрагивает от неожиданности и поворачивает голову, чтобы посмотреть, как Томми прижимает ладонь и лицо к окну. Потому что прямо там, посреди пастбища, стоит лошадь. Её блестящая каштановая шерсть с золотисто-русой гривой великолепны. Голова животного поднимается с выдохом воздуха из раздутых ноздрей, который белеет в морозном утреннем уюте природы. — Это лошадь, — выдыхает Томми, и в его голосе сквозит благоговейный трепет. — Это Карл, — поправляет Техно с нежностью в голосе, когда машина останавливается. — Он друг. Томми отрывает от коня глаза, чтобы удивлённо посмотреть на мужчину, но Техно уже выскальзывает из машины. Его ботинки сразу утопают в снегу, и Томми замирает, наблюдая со странным стеснением в груди, как мужчина легко перескакивает через забор пастбища. Так, будто он делал это уже сотни раз. Томми думает, что, скорее всего, так и есть. Техно улыбается, и это смягчает его лицо, превращая мужчину в нечто совершенно иное. Его розовая коса тянется вниз по спине, а руки поднимаются, чтобы скользить по лицу Карла, когда лошадь доверительно опустила голову, чтобы прижаться к его груди с резким взмахом хвоста и ушей. — Техно всегда испытывал трудности, когда дело доходило до общения с другими людьми, — говорит ему Фил со странным подтекстом. — И то, что он гибрид пиглина, не помогло. Люди всегда боятся и осуждают то, чего не понимают. Между ними на мгновение воцарилась тишина, пока они оба наблюдали, как двигается рот Техно. Его руки перемещаются твёрдо и уверенно там, где он проводит вниз по длинной сильной шее лошади, а её большая голова поворачивается, чтобы толкнуть его в бок. Томми понимает, что в гриву вплетена маленькая коса, прямо за ухом Карла, и его пальцы тянутся вверх, чтобы коснуться того же места в собственных волосах. Указательный и средний пальцы захватывают прядь со странным подёргиванием в груди, пока он наблюдает за ними. — Я люблю своих мальчиков. — Плечи Томми напрягаются, и он медленно оборачивается, встречаясь с твёрдым взглядом голубых глаз. — Не заставляй меня пожалеть о том, что я впустил тебя в их жизнь, Томми. - Вскоре после этого Томми вылезает из машины, бросая последний взгляд на Фила, вернувшегося к чтению своей книги, прежде чем рысью направиться к забору. Это действительно хорошенькая лошадь, её шерсть блестит на утреннем солнце, а глаза большие, круглые и чёрные. Красивый конь для красивого человека, проноситься в мозгу Томми, и он фыркает, опуская голову ещё ниже и позволяя своему подбородку погрузиться в тепло куртки. — Вот почему ты разбудил меня так рано? — спрашивает он, в основном для того, чтобы отвлечься. — Я не навещаю его каждый день. — Перчатки Техно теперь спрятаны, и по большому телу лошади устойчиво скользит гребень. — Но на следующей неделе я работаю допоздна, поэтому его нужно было проверить. — Он кривит рот. — Я не ожидал, что Уил ни с того ни с сего привезёт тебя домой. — Буду честен, я также не ожидал, что вся моя спальня будет переделана, — фыркает Томми. Он чётко помнит о том, что его костюм Героя всё ещё запрятан под кроватью, но, как ни странно, не беспокоится об этом. Уилбур засунул нос в кухонный шкафчик и поворковал над маленькими вязаными существами, созданием которых Томми развлекал себя на досуге, но не сделал ни единого движения, чтобы прикоснуться к чему-нибудь в его комнате. Он даже спрашивал, прежде чем двигать там мебель, а его внимание было приковано исключительно к стенам. — К тому же, он не говорит мне, что делает там, — ворчит Томми. — Я не знаю, чему, по его мнению, поможет покраска стен. — Чему? — переспрашивает Техно, ныряя под шею Карла, чтобы подойти к лошади с другой стороны. — Твоему отвратительному стилю? — Что ты знаешь о моем стиле, а? — Томми выпрямляется из полусгорбленного положения. — Может быть, у меня великолепный стиль. — Что-то я в этом сомневаюсь, — протягивает Техно. — Ты выбрал Уила своим другом, это тревожный знак. — Ты его брат. — Усыновлённый, — невозмутимо заявляет Техно, и Томми задыхается от испуганного смеха. — Решение было полностью вне моего контроля. — Он театрально вскидывает руки. — У Фила отвратительный вкус в детях. — Это звучит ужасно неправильно, — с восхищенным удивлением в голосе сообщает Томми, но вздрагивает, когда Карл резко выдыхает, тяжело переставляя ноги, запрокидывая голову и двигая большим туловищем. — Не будь ребёнком, — упрекает лошадь Техно, прежде чем издать низкий звук, от которого уши Карла дёргаются. Он замирает, опуская голову и подёргивая хвостом, позволяя расчесыванию продолжиться. — Да, я так и думал. Томми медленно расслабляет плечи, моргая и восхищённо глядя на них обоих. Взгляд Техно скользит к нему. — Хочешь его погладить? — А можно? — Томми оживляется, отмирая, и хватается обеими ладонями за столб забора, чтобы по-лягушачьи перепрыгнуть через него, слегка сгибая колени. — Я никогда раньше не гладил лошадь, — признаётся он, когда Техно делает шаг назад и жестом подзывает его к себе. — Как мне…? Вблизи Карл намного крупнее, понимает Томми. Он неуверенно останавливается, а его тело замирает, когда голова коня поднимается, и чёрные глаза смотрят на него. — Вот так... — Чужая рука обхватывает его запястье, прижимая к груди мужчины, когда тот шагнул вперёд, чтобы поддержать его. Тепло кожи Техно впитывается в его тело, когда мужчина направляет его ладонь вперёд, прижимая пальцы к шершавой шерсти. Он чувствует подъём и опускание большой груди лошади и сглатывает, когда Техно уверенно ведёт его руку вниз по шее к костлявым очертаниям её плеча. Томми прекрасно ощущает как прижатие его спины к чужой груди, так и тепло живого существа, которое возвышается над ними обоими. Рука старшего мягко отпускается, и сердце Томми странно болит от желания её вернуть. Но Техно не отступает, оставаясь рядом, когда Томми погружается в успокаивающий ритм поглаживания коня, позволяя своей ладони скользить так же сильно и уверенно, как делал до него мужчина позади. Он задаётся вопросом, как это выглядит, когда Техно сидит верхом на широкой спине лошади, а за ним развивается длинная элегантная коса. Томми кажется, что он был бы похож на древнего воина прошлого. - — Уилбур сказал, что у тебя были проблемы с готовкой, — говорит Техно в машине, когда они уже оставили Карла далеко позади. Томми смотрел, как лошадь следует за ними по пастбищу, пока оно не скрылось среди деревьев, и это чувство благоговения всё ещё трепетало в его груди. — И что? — рассеянно спрашивает Томми, возясь с кубиком, который бросил ему Техно. Он имеет форму игральной кости с гладкими углами, но вместо чисел на каждой его стороне есть что-то своё, что его пальцы могут нажимать, трогать и крутить. Его любимчиком пока является гладкий круглый металлический шарик, который катится при движении большого пальца. На этой стороне куба также есть три зубчатых колесика, которые очень похожи на те, что используются в числовых кодовых замках. — Видишь ли, Уил тоже дерьмово готовит. — Томми делает мысленную заметку об этом. — И я не тащил Фила с собой без веской причины. Томми замолкает, глядя на мужчину, который на этот раз выбрал сидеть в правом кресле, закинув ногу на ногу и упершись локтем в ручку двери с открытой книгой, прочитанной уже наполовину, в руках. — Хочешь сказать, что просто моей компании недостаточно для тебя, приятель? — протягивает Фил, театрально моргая и ухмыляясь. — Я не собираюсь следить за детьми в одиночку, — категорически заявляет Техно. — Детьми? — непонимающе повторяет Томми. Машина сворачивает на парковку в удивительно красивом районе, где деревья простираются между многоквартирными домами. — Какого хера ты подразумеваешь под детьми? - Томми ругается, извиваясь, когда его с силой дёргают назад, а чужая рука обхватывает его спину и тянет лицом в грудь Техно, заглушая все слова тканью свитера. — Я заранее извиняюсь за него, — фыркает Техно. Томми прижимает обе ладони и колено к его груди, готовясь яростно толкаться. — Гм. — Ранбу медленно открывает дверь шире. Фил улыбается ему и хлопает ладонью по плечу, проходя мимо. — Ты уверен в этом? — Немного общения будет полезно для него, — вздыхает Техно, одним махом закинув Томми на плечо, не обращая внимания на громкие ругательства и яростное царапанье его спины. — Думай о нём, как об особенно дикой собаке. — Возникает пауза. — Или еноте. — Я уничтожу вас, — рычит Томми, когда его вносят в квартиру, и дверь за ними закрывается. Всякая надежда на спасение испаряется с щелчком замка. — Я ни на что из этого ебучего дерьма в жизни не соглашался! — Он карабкается, хватая и сильно дёргая Техно за косу. Тут же Томми падает, как мешок с мукой. Его грудь вздымается, пока он яростно смотрит в потолок. Он обнажает зубы, глядя на Ранбу, когда подросток наклоняется, чтобы посмотреть на него сверху вниз. — Ты будешь первым, — обещает он, злобно сжимая губы.