Есть только ты и только я…

Массовое утреннее похмелье превратило завтрак команды «Динамо Минск» в подобие зомби апокалипсиса. Сонные, мятые, отёкшие и опухшие хоккеисты с жадностью вливали в себя воду и вяло ковырялись в еде. На этом фоне Вася почувствовал себя неожиданно бодрым и отдохнувшим. Выпитый виски перегорел в организме ещё ночью, а сон в объятиях Зака позволил по-настоящему расслабиться. Зак с самого утра сиял как начищенный самовар, широко улыбался и явно получал удовольствие от наблюдения за теми, кому было хуже. ― Надо было вчера с вами уходить, ― простонал Егор, буквально рухнув за их столик. Одной рукой он прижимал к виску бутылку с холодной водой, а другой то и дело дёргал ворот своей футболки, словно хотел убедиться, что та не сместилась и не открыла посторонним взглядам ничего лишнего. ― На вас смотреть тошно. Серьёзно, как вы умудрились? Я же видел, что вы тоже пили. ― Так мы и не отрицаем, ― в завтраке Вася тоже ковырялся без энтузиазма, но Зак смотрел и хмурил брови, так что приходилось хоть по чуть-чуть, но есть. ― Просто мы уже свою норму знаем… ― Потому что пить алкоголь тоже надо уметь, ― поучительным тоном заметил Зак, но, увидев гримасу отвращения на лице Егора, смягчился: ― Тебе нужно быть осторожнее. Понадобится ещё какое-то время, чтобы научиться приходить в себя быстро. И найти, что лично тебе подходит от похмелья… ― Вот ты где! ― рядом с ними раздался неожиданно бодрый голос Дани, после чего на стол рядом с Егором легла картонная упаковка с таблетками. ― Давай сразу две сейчас выпей. ― Не уверен, что смогу, ― попытался отказаться Егор, но Даня был непреклонен: ― Пей, сразу легче станет. Я ещё в аптеке выпил. Ты же видел, какой я утром был… Вася моментально зафиксировал эту крошечную деталь и бросил взгляд на Зака, заметил ли тот. Зак едва заметно кивнул, после чего тронул рукой собственную шею. Вася тут же посмотрел на Даню и едва удержался от улыбки. Синяк на его шее, близко к плечу, но всё же недостаточно близко, чтобы оказаться под одеждой, выглядел очень знакомым. У самого Васи было полно таких на плечах и груди, а кое-где и на бёдрах. Да и на шее была парочка, но длинные волосы надёжно прятали хищные порывы Зака. Вася себе такой роскоши по понятным причинам позволять не должен был, но в ночь перед выездом и он не удержался. Теперь у Зака над сердцем красовалась его отметина, а Васе оставалось надеяться, что до возвращения домой след сойдёт, потому что даже их видом спорта такое было сложно объяснить. А в том, что Карине непременно спросила бы, Вася не сомневался. ― Я больше никогда пить не буду, ― жалобно протянул Егор, разом выпив половину бутылки воды. ― Такая гадость! ― Не зарекайся, ― Зак усмехнулся и бережно потрепал ещё очень юного партнёра по команде по волосам. ― Сам ещё удивишься, на что ты можешь быть способен. ― Как ты на ужине в честь Шипы не набрался? ― Вася, если честно, даже припомнить не мог, где Егор сидел. ― Ты там вообще был? ― Был, ― Егор облизал сухие и какие-то слишком уж потрескавшиеся губы и добавил: ― С мамой, папой и сестрой старшей. ― Понятно, ― со знанием дела протянул Вася. В такой компании и впрямь непросто было даже бокал шампанского себе урвать. А мама Егора наверняка и режим его всё ещё контролировала, пока сын жил в её доме. Так что, скорее всего, в самый разгар веселья Егор уже спал и видел десятый сон. ― Но, может, это и к лучшему. ― Однозначно, ― кивнул куда более бодрый и свежий Даня. Похоже, таблетки делали своё дело, потому в Васину тарелку с завтраком Даня смотрел с куда большим интересом, нежели сам Вася. ― Я в то утро думал, что сдохну. А Фукс с Пиней и Сэмом ещё куда-то поехали. ― В смысле, куда-то? ― тут же отреагировал Зак. ― Ты не читал пост нашей пресс-службы? ― Ты издеваешься? ― Даня посмотрел на него взглядом побитого щенка. ― Да я на вечерней тренировке ещё думал, как бы прямо там не блевануть. ― Давай про это не будем, ― Егор поморщился, но Вася заметил, что его общее состояние заметно улучшилось. А ещё он напрочь забыл про ворот футболки, который надо было контролировать, и теперь его шея с россыпью красно-фиолетовых отметин была заметна издалека. ― Борик, ― Вася поманил его к себе, а когда Егор наклонился, тихо шепнул: ― это не моё собачье дело, как говорится, но шею лучше прикрой. Если, конечно, не хочешь Виталику объяснять, кто это сделал. Вася даже договорить не успел, как рука Егора уже взметнулась к шее в порыве спрятать отметины, что оставил, очевидно, Даня. ― Борик, ты всё равно завтракать не планируешь, ― Зак, похоже, собрался разделить с Васей бремя опеки младших. ― Иди переоденься. Или выйди из отеля, купи что-нибудь в ближайшем магазине себе и Сотику. Иначе пойдут разговоры. ― Но время… ― Егор бросил нервный взгляд на часы, но Вася его успокоил: ― Всё равно без вас никто не уедет. Соврёшь, что в аптеку ходил. Пусть лучше над тобой шутят, что ты пить не умеешь, чем обсуждают, что ты спишь… ты понял, да? ― Понял, ― Егор выбрался из-за стола вполне бодро по сравнению с тем, как он за него садился. Было ли тут дело в таблетках или во всплеске адреналина, но вид у него сейчас был вполне здоровым, разве что совсем немного помятым. ― Дёма, Фукс, спасибо. ― На здоровье, ― Вася кивнул ему, а потом внимательно посмотрел на Даню: ― Сотик, ты бы тоже в зеркало иногда смотрел. ― Твою мать, ― Даня как смог попытался прикрыть шею. Всё же, Егор действовал аккуратнее. Не будь оба вратаря такими внимательными в силу профессиональной деформации, они могли бы и не заметить. ― Я надеялся, что нормально будет. ― Слушай, я понимаю, что лезу не в своё дело… но ты мог бы и подумать немного. Борику теперь всю неделю бегать в водолазках. Или тональник осваивать. Можно же было… ― начал было Зак, но Даня перебил его: ― Нельзя. Мы оба были пьяные просто… Я уже на ногах еле стоял, но пошёл его провожать в номер. А там уже… короче, я этим не горжусь, но уже ничего назад не провернёшь.. ― Ты жалеешь? ― Вася понизил голос, когда заметил, что в ресторан, где подавали завтраки, ввалилась шумная компания легионеров. ― Ты хоть ему это не сказал? ― Я жалею, что всё по пьяни случилось, ― Даня низко опустил голову. ― Я бы хотел, чтобы всё иначе было. Но теперь уже поздно. И я не знаю, что Егор думает. ― Так спроси у него, ― Зак предложил вариант, который и так лежал на поверхности. ― Не гадай, не придумывай, что бы ты чувствовал на его месте, просто спроси. Может, он тоже хотел по-другому. И вы тогда исправите, сделаете, как хотели. А может, его всё устраивает… ― Сомневаюсь, ― Даня положил руки на стол и опустил на них голову. ― Когда я утром уходил, он даже из ванной не выглянул. Закрылся там и сидел. ― Сотик, ты же сам его видел. Он сюда пришёл зелёный как трава, ― Вася закатил глаза, поражённый тем, как плохо его приятель разбирался в людях. ― Поверь моему богатому жизненному опыту… скорее всего, он просто не мог выйти, даже если очень хотел. А когда наконец смог, ты уже свалил. Без разговоров и объяснений. ― Я дебил, да? ― жалобно уточнил Даня, но Вася не стал щадить его чувства: ― Есть такое. И если ты хочешь хоть что-то исправить, лучше найди Егора и поговори с ним. Чем быстрее ты это сделаешь, тем больше шансов, что у вас что-то получится. ― Вася прав, ― с важным видом кивнул Зак. ― Вам нужно нормально поговорить. К тому же, ты позаботился, таблетки принёс. Борик должен это оценить. ― Спасибо, парни, ― Даня вскочил и едва не сбил с ног Сэма, который с двумя тарелками, чашкой и стаканом опасно приблизился к их столу. ― Господи, Сэми, прости. Всё нормально? ― Порядок, ― Сэм, тоже порядочно отёкший, улыбнулся Дане. ― Ты хорошо выглядишь. Особенно, если вспомнить, какой ты вчера уходил. ― Не напоминай, ― Даня демонстративно содрогнулся и поспешил ретироваться, пока Сэм не припомнил какие-нибудь неаппетитные подробности вчерашнего вечера. ― А вас двоих я официально ненавижу, ― объявил Сэм Заку и Васе, прежде чем устроиться за их столом. ― Вы эту кашу заварили, всех собрали, пить начали раньше всех… и что я вижу? Вы оба свежие, бодрые… ― Мы уже сходили в зал и по десятке пробежали, ― Зак широко улыбнулся, в который раз за утро продемонстрировав отличную работу своего стоматолога. ― Вы просто омерзительны, ― Сэм очень натурально изобразил гримасу отвращения, но потом улыбнулся вполне добродушно: ― Вы сейчас напоминаете супругов. Знаете, такие ужасные парочки, которые никогда не ссорятся, называют друг друга котиками и зайчиками, едят с одной тарелки и вместе растят идеальных до тошноты детей. ― Это ты к чему? ― не понял Вася, который в отношениях с Заком на хер ходил чаще, чем домой. И посылал тоже, кстати. ― Я смотрю, вы Сотика под опеку взяли. И Борик вчера весь вечер возле вас крутился, ― Сэму нельзя было отказать в наблюдательности. ― Ты тоже возле нас крутишься каждый божий день, ― легко парировал Зак. ― Хочешь усыновиться? Или нас усыновить? ― Боже упаси! ― Сэм замахал руками, отгоняя даже случайные мысли о такой возможности. ― Я просто… просто хочу понимать, что происходит. Потому что если вам Пиня треплет нервы, то мне просто чайной ложечкой выедает мозг. ― Ты же понимаешь, что с Пиней мы тебе не помощники? ― Вася нахмурился. ― Лично в моих планах держаться от него подальше. Потому что ещё немного ― и я реально ему втащу. Ты меня знаешь. ― Знаю, ― Сэм кивнул. ― И тебя знаю, и Зака знаю. Причём давно. А потому удивляюсь, что вы до сих пор ещё не втащили. Столько уже поводов было… ― Ты же понимаешь, что это крайняя мера, ― заметил Зак, а Вася решил, что настало самое время поделиться своим вчерашним наблюдением. Сэм заслуживал знать подробности. В том, что он сделает правильные выводы и передаст информацию дальше, Вася не сомневался. ― Сэми, Пиня подбивает клинья к Борику. Не знаю, в курсе ли сам Борик, но мы теперь в курсе. ― С чего ты взял? ― Сэм даже вилку отложил и вперёд подался. Он обожал слухи и сплетни, но, к чести для него, по большей части хранил информацию при себе. Для личного, так сказать, пользования. ― С большего угадал, ― немного подумав, признался Вася. ― Он вчера пристал ко мне возле лифтов, мол, что Зак такого сделал, что мы поладили. Типа, раньше вы не общались, а сейчас начали… ну, стандартная история. И меня просто осенило, что он хочет совет. Но вроде как попросить прямо он не может. Поэтому интересуется через задницу. Или специально на эмоции выводит, чтобы я сказал больше, чем хотел. Я не знаю. ― Это похоже на Пиню, ― согласился Сэм. ― Он такое любит. И что ты ему сказал? ― Я ткнул пальцем в небо. Мол, а тебе зачем? Хочешь на Егоре опробовать? ― продолжил Вася. ― Я уже не помню точно, как именно я сформулировал, но посыл был такой. И его лицо мне всё сказало. Ну и последующая реакция тоже. ― Потом на собрании он пришёл к нам, сел возле Егора, ― поддержал теорию Васи Зак. ― В ресторан с нами напросился… ― Вы могли его не звать. Мы не обязаны и отдыхать вместе, если так подумать, ― Сэми снова взялся за вилку. ― Я просто пытаюсь понять, как из всего этого организовалась стихийная пьянка. И кто начал. ― Начали мы, ― Зак даже не пытался это скрыть. ― У меня заболел сын, младший, Лукас. У Васи с собакой приключения… и до сих пор ещё продолжаются… ― Ждём, когда съеденная шишка выйдет. Естественным путём, ― пояснил Вася. ― Но это знание стоило мне кучи денег и кучи нервов. И это счастье, что у меня адекватная собачья няня, которая проторчала полночи в ветеринарке, а потом ещё до утра сидела возле Локи, чтобы убедиться, что тот в порядке. ― В принципе, вам было с чего напиться даже без проигрыша Северстали, ― согласился Сэм. ― А Егор как в это втянулся? ― Он помог с врачом для Лукаса. Было бы странно не позвать его поужинать, ― объяснил Зак. ― Там Сотик подтянулся, пошли впятером. Морозик сам себя пригласил, с ним ещё ребята были. Потом вы пришли… и понеслась! ― Ладно, если так, ― заключил Сэм и улыбнулся: ― живите тогда. Сами виноваты, что не остановились вовремя. ― Вроде того, да, ― Вася кивнул и первым поднялся из-за стола. ― Ладно, ты завтракай, мы пойдём. Мне ещё вещи собирать… ― здесь Вася соврал, потому что по сложившейся у них с Заком традиции все вещи собирались чуть ли не с вечера, чтобы утром не тратить на это драгоценное время. Да и сколько там было тех вещей? ― И мне тоже, ― Зак тоже поднялся, с шумом протащив по полу стул. ― Ещё увидимся. ― Ага, ― Сэм кивнул, но вдруг вспомнил ещё кое-что и окликнул: ― Вася! Насчёт видео, где ты поёшь… Пиня, конечно, его загрузил везде, где смог. Но люди все адекватные, понимают… ― Забей, Сэми, мне плевать, ― Вася махнул рукой. ― Я просто теперь знаю, к кому лучше не поворачиваться спиной. ― Логично, ― Сэми одобрительно кивнул. ― Ладно, ещё увидимся. ― Быстрее, чем ты успеешь соскучиться, ― Вася усмехнулся. Он уже привычно пропустил Зака вперёд, а в холле у лифтов спросил: ― Ты видел расписание на сегодня? ― Видел, ― Зак кивнул. ― Тренировка чуть ли не в полночь. ― Ну, не настолько поздно, ― Вася подошёл ближе и продолжил уже шёпотом: ― У нас будет время до тренировки. Лететь здесь недалеко… ― Вася, это то, о чём я думаю? ― Зак тут же насторожился. ― Свидание? ― Да, ― Вася кивнул. ― И у меня есть идея, как сделать это свидание более… свиданием. Не просто поесть в ресторане… хотя поесть, конечно, тоже надо. Тем более, потом тренировка. ― Я согласен, ― торопливо кивнул Зак и добавил: ― Ты только ничего мне не рассказывай. Я хочу, чтобы был сюрприз. Я знаю, что ты не предложишь ничего, что мне бы не понравилось. ― Как скажешь, ― они вошли в приехавший лифт. У Васи не долю секунды мелькнула шальная мысль поцеловать Зака, воспользовавшись моментом, но в уже начавшую закрываться дверь протиснулся сначала Егор, на сейчас раз одетый в плотную глухую водолазку, закрывавшую шею до линии роста волос, а за ним и Виталик, лохматый, с красными глазами и всеми признаками тяжёлого похмелья на лице. От идеи целоваться в лифте пришлось отказаться, но Вася утешил себя, что это и к лучшему. Им стоило научиться терпению и сдержанности, если они не хотели раскрыть свой роман как-нибудь дурацким способом вроде утечки видео с камер безопасности. ― А ты уже не похож на несвежего покойника, ― радостно заключил Зак, увидев Егора. Виталика все присутствующие проигнорировали, ограничившись вежливыми, но сдержанными кивками. ― Вот что значит молодость. ― Вот что значат правильные таблетки, ― Егор тихо засмеялся. ― Может, я ещё на завтрак успею? ― Успеешь, ― Вася посмотрел на часы. ― Но побегать придётся. Лифт остановился на нужном им с Заком этаже, но Егор неожиданно вышел вместе с ними, когда двери уже начали закрываться снова. Виталик не успел среагировать, а потому только проводил их недобрым взглядом. ― Что случилось, Борик? ― Зак будто и впрямь испытывал какую-то родительскую ответственность за младших игроков. ― Или ты просто с ним ехать не хотел? ― Это тоже, ― Егор торопливо кивнул. ― Но вообще я хотел спросить у вас совета. Мне кажется, вам как старшим лучше знать, что делать. Тем более, вы и так в курсе, что случилось. ― Ты считаешь, этого достаточно для совета? ― удивился Вася, но потом наткнулся на строгий взгляд Зака и кивнул: ― Да, конечно. Выкладывай, какой тебе нужен совет. ― Я хотел бы поговорить с Даней… с Сотиком. Насчёт вчерашнего, ― быстро пробормотал Егор. ― Но, мне кажется, что он в ужасе. И, может, лучше оставить всё как есть. Сделать вид, что ничего не было? ― А ты как хочешь? Чтобы было или чтобы не было? ― Зак наклонил голову к плечу и прищурился. ― Ты себе ответь, и не надо тебе будет никакой совет. ― Я хочу, чтобы было, ― твёрдо заявил Егор. ― Я, конечно, представлял, что будет по-другому. Но… может, только так и можно было. Когда башка не работала вообще. Зато никаких комплексов. ― Да, твоя шея тому свидетельство, ― Зак усмехнулся и добавил: ― И что-то мне подсказывает, что не только шея. ― Не только, ― Егор хоть и смутился, но остался твёрдо стоять на своём. ― Слушайте, это не важно. Я не жалею. Просто хочу понять… ― Ну так и поговори. Будешь знать наверняка, ― Вася пожал плечами, потому что вообще не понимал, в чём была проблема. Ну переспали по пьяни, делов-то. Никого из них дома не ждала жена, ни у кого не подрастали дети, для которых нужно было в любой ситуации оставаться примером. Да эти двое вообще были другими. Егор даже не задумался о том, что именно он доверил своим старшим товарищам по команде. Сотик до этого тоже совершенно не переживал, что кто-то кроме него узнает о его ориентации. И ведь они прекрасно понимали последствия. Просто доверяли гораздо проще. Вася бы отпирался до конца, врал, изворачивался, лишь бы не признавать реальность. Потому что для него признаться и довериться кому-то третьему означало поставить под угрозу вообще всё. Не только карьеру, но и семью. Да и за свою жизнь Вася не дал бы ломаного гроша. Куда бы он потом бежал? В Лаваль? Кому он был там нужен? И ещё не известно, как бы отреагировала Карине. Это сейчас она его жалела. А откройся правда, она бы его разорвала и была бы в своём праве. Так что Вася предпочитал молчать и держать свои чувства при себе. Сказать по правде, он и Заку-то во многом не собирался признаваться. В первую очередь, Вася точно не планировал когда-либо признаваться в своей любви. И надеялся, что ничего подобного Заку в голову не придёт. Хватит с них и того, что прошлой ночью они зашли слишком далеко. Вася понимал, что теперь, зная наверняка, каково это ― быть вместе в самом глубинном смысле этих слов, быть единым целым, чувствовать удовольствие партнёра как собственное, они оба уже не смогут остановиться. Вася с тревогой и, одновременно, с восторженным нетерпением предвкушал следующий раз, который неизбежно должен был случиться в ближайшее время. Но и это он предпочитал держать в себе, чтобы Зак хотя бы не сразу понял, какую власть над Васей приобрёл. ― Вася, вернись к нам, ― Зак пощёлкал пальцами у него перед носом. ― Борик спрашивает, какие у нас планы на Москву. ― Не бухать! ― Вася не собирался в очередной раз жертвовать свиданием в угоду коллективным развлечениям. ― На месте давайте решим. Всё, Борик, марш в ресторан завтракать, если после Сэми хоть что-то осталось. И возьми Сотику какой-нибудь бутерброд, он тоже так и не позавтракал. ― Возьму, ― пообещал Егор, прежде чем умчаться в направлении лестницы, а Зак с Васей смогли наконец зайти в свой номер, не привлекая лишнего внимания. ― Я не переживу, если и сегодня всё сорвётся, ― признался Зак, едва за ними закрылась дверь. ― Я хочу своё свидание. ― Будет тебе свидание, Заки, ― уверенно пообещал Вася и добавил: ― Даже два будет, если никаких форс-мажоров не случится. У меня есть кое-какие мысли на Питер. Осталось только туда долететь. ― Хорошо. Я тебе верю, ― Зак уже привычно прильнул к Васе, обнимая его. Он не пытался с ходу повышать градус, даже не целовал толком, просто легонько скользнул губами по щеке. Они оба прекрасно понимали, что времени на нежности уже не осталось. Сейчас нужно было собраться и продержаться весь путь до Москвы, не привлекая к себе лишнего внимания. Постояв так несколько минут, Зак отстранился и решительно выдохнул: ― Надо идти. Я ещё хочу успеть за кофе… ― Иди, я вещи возьму, ― Вася мягко поцеловал Зака в лоб. ― Мне, если что, кофе брать не обязательно. ― Обязательно, ― возразил Зак, торопливо одеваясь. ― Мне нравится так делать. Считай, что это мой язык любви… ― Ладно, ― Вася сдался. Если язык любви, то куда деваться. Когда за Заком закрылась дверь, Вася позволил себе тихо, но очень эмоционально выразиться: ― Господи, блять, боже мой, ёб твою мать! Какого хуя, блять, зачем, на хуя? В этот поток сознания он вложил весь свой запас злости, ярости и раздражения, потому что очередное его ожидание не оправдалось. И не просто не оправдалось. Ему буквально в лицо прилетело, как когда-то шайбой, этим откровением. Язык любви, да. Нравилось это Васе или нет, но Зак его любил. Вася любил Зака, а Зак его. Взаимность, ебись она конём! Похоже, Васе пора было начинать осваивать йогу и дыхательные практики, если он не хотел в ближайшее время найти себя в сумасшедшем доме в белой рубахе с рукавами, связанными за спиной. Зак крушил его сдержанность и хладнокровие как яичную скорлупу, словно с его стороны и усилий никаких не требовалось. Вася просто не справлялся, не вывозил. Пока что эта любовь делала его слабым и уязвимым. Но, при этом, поразительно счастливым. Вопреки поражениям, вопреки проблемам и переживаниям, вопреки здравому смыслу. Обнимая Зака во сне, Вася упивался собственным счастьем, и это давало ему силы просыпаться утром, идти на тренировки, играть и выкладываться на полную. Кстати, об играх. Если они хотели достойно выступить в Москве, пора было выдвигаться в аэропорт. Вася по привычке проверил комнату, в очередной раз обнаружил на тумбочке паспорт Зака и вздохнул. Как это надо было понимать? Как первые признаки деменции? Или как ещё один диалект языка любви, который про абсолютное доверие? Вася не знал, но паспорт уже привычно сунул в карман куртки к своему. Когда он спустился вниз с рюкзаками и чемоданами, автобуса ещё не было, зато в холле обнаружились Егор и Даня, неловко сидевшие на разных концах дивана. Стоило Васе подойти, как они оба вскочили и подались к нему, как будто только и ждали, что его прихода. ― Борик, ты чего? ― Вася усмехнулся, когда Егор запнулся о свою же сумку и едва не полетел вперёд. ― Ты так рад меня видеть? ― Можно и так сказать, ― Егор нервно поправил ворот своей водолазки, а Даня тут же покраснел и опустил взгляд. ― Успокойтесь, ― Вася нахмурился. ― Любой дурак, который вас увидит, поймёт, что между вами что-то происходит. Хотите стать объектом шутеек-самосмеек и разговоров ниже пояса? Так это легко, сейчас Виталик подойдёт… ― Бля, Дёма, ты не помогаешь, ― Даня потёр лоб. ― Если ты знаешь, что надо делать, скажи. ― А я что делаю? ― Вася искренне удивился, что его истинный мотив оказался для Дани не очевиден. ― Я прямым текстом вам говорю, не дёргайтесь. Вы друзья? Да, вы друзья. Для друзей нормально вместе проводить время, сидеть рядом и так далее. А если вы и при других будете так метаться, вас точно спросят, а с чего бы вдруг. ― Как вас с Заком спрашивают? ― проницательно заметил Егор, и Вася кивнул: ― Да. Ты же сам видишь. Стоило нам начать общаться больше прежнего, как всем стало очень важно знать, почему. ― Слушай, это даже мне важно, ― Даня усмехнулся. ― Чтобы ты со мной начал общаться, куча времени понадобилась. И общие интересы. И всё равно ты соскочил… А с Заком вы прямо спелись. ― Сотик, ты же знаешь эту историю, да? Про отчаянную женщину, которая увидела грустную собачку у дороги, немного дикую, поймала и привезла в ветку, мол, вдруг болеет собачка. Надо помочь. А потом ветеринар в машину заглянул, а там волк сидит. Понимаешь, да? ― Вася, конечно, приврал. Сильно приврал, потому что это сравнение было актуально разве что в первые пару дней, где Зак выступал главным инициатором их сближения, пока Вася метался между желаниями и возможностями. Теперь же Васю не надо было уговаривать и заставлять. Он сам испытывал потребность быть рядом с Заком. Но другим об этом знать не следовало. ― Мне кажется, ты уже привык и втянулся, ― Егор, похоже, некоторые вещи понимал и чувствовал лучше, чем Даня, который считал себя близким Васиным другом. Пришлось пообещать себе быть с Егором осторожнее и в словах, и в поступках. Впрочем, ответить Вася не успел. У входа в отель остановился автобус, который должен был доставить их в аэропорт, а значит, пришло время загружать вещи, рассаживаться и готовиться к очередному, похожему на десяток предыдущих, путешествию. Вася уже привычно занял места в последнем ряду, а Даня и Егор неожиданно уселись вдвоём прямо перед ними. Спасибо, что хоть не рядом. Не успел Вася порадоваться этому факту, как в автобус буквально влетел Виталик. Увидев Егора рядом с Даней, он поморщился, но потом всё же устроился через проход от них и уже даже рот открыл, чтобы сказать, но был сбит с мысли младшим Вадимом: ― Пиня, двигайся. ― В смысле? ― Виталик растерянно моргнуть, но Вадим только нахмурился: ― В коромысле! Двигай жопу свою, дай мне сесть. ― А что, других мест нет? ― попытался было возмутиться Виталик, но услышал из-за спины Вадима голос Зака: ― Быстрее давайте! Я еле держу… Вася вскинул голову, чтобы успеть, если нужно, вмешаться, но Вадим уже подвинул Виталика и сел, освободив проход. Зак явился, как он всегда любил, с триумфом в виде огромного крафтового пакета и картонной подставки на четыре ячейки, в каждой из которых виднелся высокий стакан. ― Разбираем, ― скомандовал Зак, повернувшись к Дане с Егором. ― Только аккуратно, не разлейте. ― О-о-о-о, ― с искренним удивлением протянул Даня, а Егор осторожно, обеими руками вытащил сначала один, а потом и второй стакан. И улыбнулся: ― Спасибо большое. ― На здоровье, ― Зак в очередной раз продемонстрировал свой уверенный русский язык, передал оставшиеся стаканы Васе, а сам раскрыл пакет ― и по салону автобуса тут же поплыл умопомрачительный запах свежайших круассанов. И, судя по размеру пакета, Зак притащил с собой всё, что нашёл в пекарне. ― Разбирайте, ― он сунул пакет практически Дане в лицо, чтобы он начал уже немного соображать. ― А с чем? ― Вадим то ли выпил вчера меньше, то ли протрезвел быстрее, но отреагировал куда более эффективно. Он раньше Дани сунул руку в пакет, ухватил один круассан и тут же откусил половину, видимо, чтобы не заставили вернуть. ― Шоколад… ничего так. Но я бы с сёмгой лучше съел. ― Сотик, не спи, ― Вася протянул руку между креслами и потормошил приятеля. ― Бери быстрее, надо уже садиться. ― Спасибо, ― Егор, похоже, невольно, но очень старательно двигался к образу «хорошего мальчика», воспитанного, вежливого и, в целом, правильного. В эту модель не вписывались только следы на шее да странный трепет перед Даней, но так было даже интереснее. ― Пожалуйста, ― Зак наконец сел рядом с Васей, заглянул в пакет, хотя и так прекрасно знал, сколько там осталось, и вздохнул: ― Не так я себе это представлял. ― Ну, хотя бы не Виталик, ― Вася усмехнулся, когда заметил тень улыбки на лице Зака. ― Ешь сам, это же твои любимые… ― Ты тоже мой люб… ― Зак в последний момент оборвал фразу, глубоко вздохнул и продолжил как ни в чём не бывало: ― Я с тобой поделюсь. Мне так хочется. ― Ну, если хочется… ― Вася с трудом удержался, чтобы не начать биться головой об оконное стекло. Чтобы выбить его к чёртовой матери и на ходу выброситься на дорогу. И пусть бы по нему потом какая-нибудь фура проехала! Зачем??? На хуя, блять, Зак так сильно всё усложнял? Как будто им до этого было просто. Вася и так уже периодически заглядывал за грань нервного срыва. А теперь ему оставалось только вызвать себе перевозку, чтобы упаковали и закрыли в комнате с мягкими стенами. Зак не оставлял ему выбора. Они же могли просто молчать. Любить, но хотя бы не озвучивать это вслух. Но Зак решил, что должен сказать об этом. И сделал это второй раз за одно грёбанное утро. И что теперь должен был сделать Вася? Промолчать, как будто не заметил? Не услышал? Не понял? Как будто не почувствовал то же самое? Или всё же сказать, потому что Зак заслуживал знать? И что дальше? Какой следующий барьер нужно было перескочить? ― Вася, ешь, пока тёплый, ― Зак вложил ему в руку половинку круассана. Сильно понизив голос, он добавил: ― Не трясись так, тебе не обязательно… ― Иди на хер! ― коротко и ясно. Кодовая фраза, которая уже давно означала не направление пути, а констатацию факта: только что прозвучала полная херня. ― Ладно, ― Зак пожал плечами. ― Тогда ешь. И кофе пей. ― Эй, Фукс! ― Виталик, которому не достатолось ничего, кроме дразнящих запахов, повернулся в кресле и встал на него коленями, как в детстве. ― Фукс, слышишь? ― Громко и чётко, ― отозвался Зак, при этом даже голову в его сторону не повернул. ― А что надо сделать, чтобы ты и мне начал еду приносить? Тебе понравиться? Или Дёме? ― Мне! ― встрял Егор даже раньше, чем Зак успел открыть рот. ― Поэтому ты и на голодной диете. Вася опустил голову, чтобы скрыть смешок, а Зак улыбнулся открыто. Виталику потребовалось немного больше времени, чтобы осознать сказанное полностью. На его лице на долю секунды отразилось искреннее, неподдельное отчаяние, которое, впрочем, быстро уступило место упрямству: ― Это мы ещё посмотрим! Виталик наверняка хотел бы, чтобы его слова прозвучали убедительно. Но российские дороги, одна из двух бед этой огромной страны, сильно отличались от дорог белорусских. Автобус тряхнуло на выбоине, и Виталика неплохо подбросило. Звук удара головы о багажную полочку прокатился по всему салону, прежде чем потонуть в многоголосом хохоте. ― Карма, ― тихо резюмировал Зак. ― Но Борик рискует. Пиня не даст ему покоя. ― Пока Сотик не втащит ему пару раз, ― Вася пожал плечами. ― А то и Борик сам. Он, в конце концов, взрослый мужик, а не дева в беде. ― Может быть, ты и прав, ― немного подумав, согласился Зак. ― Может, нам тоже надо было? ― Нам лучше не выступать лишний раз, ― мягко напомнил Вася. ― В отличие от ребят, у тебя есть жена. И дети. Ты не только за себя отвечаешь. ― Ты тоже, ― Зак нервно облизал губы. ― Но ты прав. Нам это не подходит… Вася, а у тебя есть ещё наушники? Тот, что у меня разрядился, а моя зарядка не подходит, ― Зак резко сменил тему. ― Есть, ― Вася пошарил в кармане и достал самые простые проводные наушники. ― Я подготовился. ― Ладно, ― Зак придвинулся ближе. ― Включи что-нибудь… ― «Агату Кристи», ― Вася уже давно перестал удивляться, что Зак неожиданно прикипел к музыке его суровой челябинской юности. Выбрав в плейлисте композицию, которую Зак точно не должен был слышать раньше, Вася нажал на воспроизведение. И естественно, когда трек дошёл до конца, Зак сам полез в его телефон, чтобы зациклить его. Он всегда так делал, когда музыка цепляла его. К тому же, Зак пытался понять текст на слух, старательно ловил знакомые русские слова и выражения. Зак залип до Москвы. Он слушал, слушал и слушал, дойдя в своей одержимости до того, что просто забрал у Васи наушники вместе с телефоном. И даже не понял сразу, откуда в его руке взялся его паспорт. Потом, правда, спохватился, одними губами прошептал «спасибо» и снова погрузился в музыку. Вася даже смог неплохо выспаться что в самолёте, что в автобусе, что вёз их в очередную гостиницу. Зак, хоть и был с головой погружён в музыку, но исправно подставлял Васе для сна свои колени или плечо, а также всё время мягко гладил по голове, перебирая волосы, как будто кота усыплял. Фокус с заселением был отточен до мелочей. Подойти вместе, попросить соседние комнаты, по два ключа каждому ― и вуаля! Можно было не беспокоиться, уходя вместе, и не иметь соседей за стенкой хотя бы с одной стороны. Пока остальные ребята топтались в стойки регистрации, Андрей озвучил расписание вечерней тренировки, ужина и собрания, и Вася осознал, что у них появилось время на свидание. Осталось только не напортачить. Конечно, можно было бы взять такси, но Вася хотел как можно больше времени провести без свидетелей. К тому же, у него был опыт вождения в Москве, так что по этому поводу он тоже особенно не беспокоился. Зак хоть и маялся от любопытства, но ничего не спрашивал, полностью доверяя, и Вася не мог это не оценить. Получив ключи в офисе аренды автомобилей, Вася поднялся в номер, где Зак уже стоял над раскрытым чемоданом и с тоской всматривался в его содержимое. ― Только не говори, что тебе нечего надеть, ― Вася предусмотрительно спрятал ключи в карман куртки, подошёл к Заку и крепко обнял его со спины. ― Сегодня без дресс-кода. ― Просто футболку надеть? ― Зак чуть повернул голову, чтобы поцеловать Васю в щёку и потереться носом о жёсткие волоски его бороды. ― Что хочешь, только без наших логотипов, ― Вася повернул голову тоже, поймал Зака в поцелуй, но настаивать не стал, скорее, просто наметил свои серьёзные намерения. ― И давай скорее, у нас не очень много времени. А вечером в Москве напряжённое движение… ― Пять минут, ― нехотя высвободившись из объятий, Зак вытащил из чемодана первую попавшуюся базовую футболку. ― Или вместе? ― Тогда мы никуда не пойдём, ― честно признался Вася, который даже сейчас был в шаге от того, чтобы завалить Зака на постель и никуда не отпускать ближайшие пару часов. ― Ладно, ― Зак покладисто кивнул и скрылся в ванной комнате, оставив Васю заниматься последними приготовлениями. Впрочем, с большего у него и так было всё готово. Оставалось только найти чистую футболку для себя, быстро привести себя в порядок ― и бежать. Бежать, потому что Вася всерьёз опасался, что с минуты на минуту кто-нибудь мог написать или позвонить, а то и в дверь постучать, чтобы позвать его, а потом и Зака присоединиться к какой-нибудь командной активности. Так что если Вася действительно хотел устроить Заку настоящее свидание, ему нужно было очень хорошо постараться. Выдохнули они оба синхронно, только когда Вася заблокировал изнутри двери машины. ― Побег удался, ― констатировал Зак, когда они выехали с гостиничной парковки и влились в шумный и плотный городской поток. ― Ты знаешь, куда ехать. ― Примерно, ― Вася улыбнулся. ― Навигатор есть, доедем. Ты рад? ― Очень, ― признался Зак. ― Я хотел этого. И боялся, что опять не получится. Нам с тобой не очень везёт в последнее время. ― Смотря что считать везением, ― Вася пожал плечами, потому что ему как раз казалось, что они очень даже везучие. Хотя бы потому, что до сих пор нигде и никому не попались. И даже своё совместное проживание изо дня в день умудрялись скрывать. ― И всё же, ― Зак удобно устроился в пассажирском кресле и даже глаза прикрыл. ― Я бы мог так ехать далеко-далеко. ― Можно, ― на долю секунды Васе в голову пришла шальная идея пригласить Зака на рыбалку к себе на родину. Можно даже с компанией. Дом там большой, можно хоть половину команды разместить. Главное, не столкнуться там с Викой. А вот Макса можно было бы… Вася помотал головой, чтобы отогнать от себя эти мысли. Ему давно следовало бы жить сегодняшним днём. ― Давай поговорим об этом, Когда потеплеет. ― Хорошо, ― Зак протянул руку и положил ладонь Васе на колено. ― Давно хотел так сделать. Я понимаю, что я веду себя по-дурацки… Но я реально так сильно хотел это свидание. И уже успел себе придумать… ― Это ты зря, ― Вася тихо засмеялся. ― Ты же понимаешь, что у нас времени мало было. И в разгар дня особых романтических активностей я не нашёл… проще было остаться в номере. Так что, ты сильно не обольщайся. ― Даже если мы просто сходим в ресторан… ― Зак крепко сжал пальцы на Васином колене. ― Мне нравится сама мысль, что у нас свидание. ― Тогда ладно, ― Вася сверился с навигатором и перестроился в потоке, чтобы повернуть на перекрёстке. ― Хорошо, что здесь недалеко. Есть шанс обойтись без больших пробок. И быстро вернуться. ― А я бы и в пробке постоял, ― Зак сладко потянулся всем телом. ― Сегодня настроение такое… ленивое. Не знаю, как себя заставить на тренировку идти. ― Если мы не придём, потому что в пробке застряли… Мы дальше на выезд полетим стоя, ― Вася усмехнулся, ― потому что наш сексуальный опыт сильно расширится. ― Не преувеличивай, я нормально сижу, ― Зак закатил глаза. ― Ты нормально сидишь, потому что я старался, ― Вася бросил быстрый взгляд на Зака, который даже в кресле выпрямился, потихоньку осознавая. ― И потому что второго раза не было. И вообще… ― Чёрт, ― Зак засмеялся немного нервно. ― А я уже решил было, что это я такой… особенный, раз у меня с первого раза получилось, хотя я даже до себя не дотрагивался. ― Заки, это плохой разговор для машины, ― низко и хрипло предупредил его Вася. ― Здесь точно нельзя… ― Ладно, ― Зак кивнул. ― Но вечером мы к этому вернёмся. ― К разговору? ― уточнил Вася, но в ответ получил тяжёлый мрачный взгляд: ― Ко второму разу. На Васино счастье, до конца пути оставалось не так уж много. Он припарковал машину в специально отведённом месте, а потом кивком указал Заку на историческое здание из красного кирпича: ― Нам сюда. ― А что там? ― Зак с интересом посмотрел сначала на входную группу, а потом на Васю. ― Это какое-то модное пространство? С инсталляциями? ― Гораздо проще, ― Вася засмеялся. ― Это Третьяковская галерея. ― Ого! Настоящая Третьяковская галерея? Где самые настоящие картины русских художников? Те самые, которые миллионы стоят? ― Зак неожиданно воодушевился. ― Она самая. Но ты не жди от меня исторических справок, я все рефераты по истории в магистратуре скачивал из интернета. И по искусству тоже, ― Вася усмехнулся, а Зак вдруг посмотрел на него с неподдельным удивлением: ― Ты учился в университете? ― Я его даже закончил, ― Вася до этого момента даже не задумывался, что эта часть его биографии могла остаться для Зака недоступной. Об этом-то и свои не все знали, потому что Вася старался лишний раз ничего личного не афишировать. Но сейчас ему захотелось рассказать Заку и об этом тоже. ― Магистратуру, если что, я тоже закончил. Правда, больше, наверное, для родителей, чем для себя. До сих пор она мне никак не пригодилась. ― Не скажи, ― вдруг возразил Зак, пока они неспеша двигались к главному входу в галерею. ― Я теперь понимаю, откуда у тебя столько терпения. И такого… принятия. Ты можешь вспыхнуть в моменте, но потом ты выдыхаешь ― и всё, ты снова собран, спокоен и сдержан. Ты привык ко всему, наверное. И к несправедливости, в том числе. Ты не осуждаешь, даже если видишь, кто реально виноват. Ты никогда не начинаешь первым. Правда, иногда это проблема… ― Что ты имеешь в виду? ― кое-какие мысли у Васи, конечно, были, но он предпочёл не гадать, а спросить напрямую. ― Я кучу времени потратил, ожидая, что ты сам проявишь инициативу. Хоть какую-то. Позовёшь выпить там, пригласишь в гости или сам придёшь, не знаю… Есть куча способов сблизиться со своим напарником, ― Зак говорил поразительно откровенно. ― Но ты решил держаться от меня подальше… Не знаю, может, это и правильно было. Тогда, получается, что я тебе всё испортил. ― Заки, ― Вася тяжело вздохнул. Он пожалел, что они сейчас находились в общественном месте, да ещё в той стране, где вообще не стоило бы даже намекать на особые отношения между людьми одного пола. Вася дорого дал бы за возможность взять Зака за руку. ― Заки, послушай, что я сейчас скажу… очень внимательно послушай. Я не хочу ничего другого. Лучше, хуже, раньше, позже… это были бы уже не я и не ты. У меня нет такой высокой планки. Я не хочу думать о том, чего у нас нет. Я думаю иногда, но это тяжело. И никак не помогает жить. А жить нужно, и делать это каждый день. Я просто… благодарен за то, что у меня есть. У меня с тобой. У нас… ― Вася, ― у Зака ощутимо дрогнул голос. ― Давай отойдём… я не могу. Хотя бы пару минут. ― Конечно, ― Вася на чистых инстинктах выбрался из общего потока и Зака за собой вытащил, и так, за рукав, потянул за угол, за какую-то колонну. ― Заки, чего ты? ― Ничего не говори, ― Зак приблизился почти вплотную. Он низко опустил голову и, Вася мог бы поспорить на деньги, крепко зажмурился. Ладонь Васи как бы сама по себе, без какого-либо волевого усилия, легла на затылок Зака и бережно сжала, чтобы тут же отпустить, но осторожно, нежно погладить. ― Заки, ― Вася даже не позвал, выдохнул на грани слышимости. ― Что мне сделать? ― Ты уже сделал, ― чужим хриплым голосом отозвался Зак. Он простоял так ещё несколько секунд, но потом уверенно поднял голову. Вася увидел чертовски красные, но сухие глаза. ― Напомни мне, пожалуйста, никогда больше не вести с тобой разговоры, когда мы не дома… Иначе я до сорока не доживу. Сердце остановится. ― Ох, Заки, ― Вася вздохнул. ― Я всё уже знаю, я иду на хер… но прости меня. Я не хотел, чтобы так… ― Идёшь ― иди молча, ― Зак на секунду прижал пальцы к Васиным губам. ― Не смей даже. Я просто не умею так, как ты. Собираться в моменте. Но я научусь… я в порядке, ― уверенно заявил Зак, но всё испортил, когда вытер уголок глаза костяшкой пальца. ― Конечно, ― Вася кивнул. ― Если хочешь, мы можем сейчас никуда не идти. Просто вернуться обратно… ― Нет, ― Зак яростно замотал головой. ― Я хочу. Это очень красивое свидание. Как в кино… Давай пойдём? ― Хорошо, ― Вася уже начал привыкать к тому, что Зак временами переключался между настроениями со скоростью света. Как будто существовало несколько совершенно разных людей, которые периодически сменяли друг друга. Так что, может, Зак зря на себя наговаривал, когда заявлял, что не умеет собираться в моменте? Потому что ему не нужно было по кускам собирать одну и ту же личность, ему достаточно было просто призвать вторую туда, где не справлялась первая. Когда-то давно, ещё в школьные годы чудесные, Вася бывал в Третьяковке, ездил с классом на экскурсию. Но тогда его, совсем мальчишку, куда больше интересовал сам факт поездки. Без родителей. На поезде, который тащился почти два дня только в одну сторону. В Москву, которая ему, мальчишке из Челябинска, казалась такой же далёкой, как Токио и Нью-Йорк. Из той поездки Вася мало что запомнил. Какие-то музеи, какие-то картины, Красная площадь и мороженое в ГУМе ― вот, собственно, и все его впечатления. От путешествия на поезде воспоминаний осталось куда больше. Сейчас же Вася пришёл сюда с другой целью. Его всё так же мало интересовали картины сами по себе. Но ему интересно было понаблюдать за Заком в такой непривычной обстановке. Будет ли ему скучно? Будет ли он впечатлён? Как минимум, Зак был искренне заинтересован. Он смотрел по сторонам, читал каждую табличку, задавал вопросы и бурно жестикулировал. Вася к своему удивлению даже наслаждался этим потоком сознания, позволял Заку вовлекать себя в обсуждение картин и художников, послушно читал этикетки и как мог объяснял некоторые слова, слишком сложные для понимания без знания исторического контекста. ― О-о-о-о, ― Вася не сразу понял, что именно вызвало такую реакцию Зака, но когда проследил за его взглядом, догадался, что дело было в творчестве Михаила Врубеля. ― Тебе нравится? ― на всякий случай осторожно уточнил Вася, но Зак не просто кивнул, как обычно, делал, а повернулся к Васе всем телом: ― Ты ещё спрашиваешь! Сам посмотри, ― Зак взял Васю за плечи и намеренно поставил прямо перед картиной с изображением сидящего демона. ― Он похож на тебя! ― Кто? Демон? ― Вася рассматривал довольно известную картину, но никакого сходства, конечно, не видел. Ну, волосы длинные. ― Демон? ― Зак переспросил, а потом тихо засмеялся: ― Похоже на твоё имя. То есть, на прозвище… и тебе бы подошло. Хочешь, я буду так тебя назвать? ― Лучше не надо, ― Вася покачал головой. ― Замучаешься объяснять, как тебе это в голову пришло. Придётся рассказывать всё или много врать. ― Ладно, уговорил, ― Зак стоял рядом с Васей и смотрел на картину. ― Мне кажется, я бы мог здесь очень долго простоять. Мне нравится. ― Давай постоим, время ещё есть, ― Вася не столько интересовался творчеством Михаила Врубеля, сколько с интересом наблюдал за сменой выражений на лице Зака. Тот то восторгался, то удивлялся, то вдруг печально вздыхал. Как будто полотно, написанное почти сто сорок лет назад, как-то по-особому отзывалось в его душе. ― Вася, а мы можем сделать селфи? На фоне этой картины? Хотя бы одно, ― вдруг попросил Зак, но Вася не увидел в его просьбе ничего странного или необычного, а потому просто кивнул: ― Да хоть десять. Главное, не выкладывай никуда… ― Я не собирался, ― Зак включил фронтальную камеру и посмотрел в объектив, чтобы понять, как лучше встать, чтобы не заслонить картину. ― Или сюда, ― Зак жестом показал, с какой стороны Васе нужно было встать. И даже успел сделать несколько кадров, прежде чем Васе вдруг пришло в голову просто Зака поцеловать. Ничего особенного, лёгкое касание губами щеки, но этого хватило, чтобы на экране телефона застыло цифровое свидетельство их особенных отношений. Зак одарил Васю тяжёлым взглядом, но от комментариев воздержался. И это было так на него непохоже, что Вася вдруг занервничал. И осторожно коснулся локтя Зака: ― Ты можешь просто удалить… ― Ни за что, ― Зак почти демонстративно переместил эту фотографию в запороленную папку в своём облачном хранилище. Вася краем глаза успел заметить там фотографию из самолёта, самое первое свидетельство из сближения, множество собственных снимков, преимущественно с игр и тренировок, которые делала пресс-служба, и несколько изображений, которые показались ему незнакомыми. ― Это что? ― Вася ткнул в одной из таких фото, чтобы увидеть на экране телефона Зака себя, танцующего с Карине. ― О Господи! А это тебе зачем? ― Ты здесь красивый, ― Зак привычным, отточенным движением увеличил снимок так, чтобы лицо Васи занимало весь экран. ― Ещё более красивый, чем обычно… ― Ладно, ― Вася свернул фотографию, потому что его самого своя внешность так не впечатляла. Впрочем, ему было приятно нравиться Заку. Другое дело, что он совершенно не умел принимать комплименты. ― Если ты уже налюбовался, может, мы уже пойдём дальше? Я думал, что мы ещё успеем где-нибудь пообедать… или уже поужинать… ― Давай не будем рисковать, ― Зак посмотрел на часы. ― Мне нравится эта картина… ― Пойдём, у меня есть идея, ― Вася потянул Зака за собой, а когда тот в третий раз подряд обернулся, чтобы бросить ещё один взгляд на картину, предложил: ― Давай ещё раз сюда придём, когда приедем в Москву. У нас ещё будут матчи здесь. ― Давай, ― Зак заметно оживился. Его, похоже, радовало наличие у Васи долгосрочных планов на их с Заком совместное будущее. Васю же наличие этих планов слегка пугало, но было в этом и что-то заземляющее, успокаивающее и стабилизирующее. Словно у их туманного общего будущего появилась какая-то гарантия. В сувенирном магазине Вася широким жестом обвёл пространство и предложил: ― Выбирай всё, что хочешь. ― Даже так? ― Зак наклонил голову к плечу, принимая вызов, а спустя каких-то десять минут вернулся к Васе с целой кучей самых разных вещей, ― от пахшего типографской краской альбома до футболок и толстовок, ― украшенных изображением того самого сидящего демона. ― Что-то ты скромно, ― Вася перехватил тяжёлый глянцевый альбом, норовивший выпасть у Зака из рук, и улыбнулся. ― Тебе это реально нравится? ― Реально, ― Зак кивнул, а Вася счёл для себя, что этого вполне достаточно, что купить всё без исключения. Немолодая дама на кассе улыбалась им как родным, хоть и догадалась по разговору, что как минимум один из них иностранец и мало что понимает в российских деньгах и накрутке цен в проходных местах. Расплатившись, Вася забрал все пакеты и позвал Зака следовать за собой. ― Подожди, ― Зак вытащил из пакета толстовку, которая очень удачно лежала сверху, и тут же нацепил её на себя. ― Ну как? ― Красота! ― Вася засмеялся, а потом добавил уже более серьёзно: ― Заки, ты красивый, обаятельный и харизматичный молодой мужик. Как ещё тебе может быть? Очень хорошо. ― Это ты мне говоришь? ― Зак хоть и покраснел слегка, смущённый комплиментами, но прямой взгляд выдержал достойно. ― На твоём фоне… ― Стоп! ― Вася поспешил его перебить. ― Давай не будем. Мы не соревнуемся. И вообще, по-русски говорят, что красота в глазах смотрящего. ― Я запомню, ― очень серьёзно пообещал Зак. ― А теперь мы куда? В отель? Уже пора? ― В ресторан мы не успеем, там надо минимум полтора-два часа. Пока заказ примут, пока принесут… ― Тогда давай возвращаться, ― неожиданно спокойно предложил Зак. Вася, признаться, ожидал от него большего недовольства, учитывая, как сильно Зак ждал этого свидания. Впрочем, Зак, видимо понял сомнения Васи, а потому объяснил: ― Я уже получил больше, чем мог бы хотеть. И точно больше, чем рассчитывал. Я не хочу всё испортить. ― Я понял, ― Вася кивнул. ― Тогда поедем… В конце концов, ресторан в отеле тоже ресторан. Может, там ещё что-то есть… ― Согласен, ― Зак машинально погладил по рукаву свою толстовку. Этот иррациональный жест дал Васе понять, что в своих эмоциях Зак сейчас предельно честен и искренен. Ему действительно понравилось. Несмотря на пробки, обратная дорога показалась обоим слишком уж короткой. На входе в отель они разошлись, чтобы Вася мог вернуть машину, а Зак отнести все свои сувениры в номер, и, как оказалось, правильно сделали. Вася едва успел разобраться со всеми формальностями и выйти из офиса, как в него едва не врезался взвинченный Андрей. ― Кэп, ты чего это? ― Вася нахмурился. ― Что-то случилось? ― Да как всегда! ― Андрей покрутил головой по сторонам и устало вздохнул. ― Зак опять пропал. Я так надеялся, что он просто с тобой… но, видимо, не в этот раз. ― Куда пропал? ― искренне растерялся Вася и тут же полез за телефоном, чтобы написать: «Заки, куда ты делся? Тут тебя ищут с собаками и фонарями!» «Я в нашем номере. Хотел в душ заскочить, пока есть время, ― почти сразу же ответил Зак. ― А что такое?» «Кэп бегает с выпученными глазами. С ног сбился. Посмотри, они тебе не звонили?» ― Вася старался держать телефон так, чтобы Андрею не было видно, что именно он пишет. ― Ну что? ― Андрей заметно нервничал, и Васе хотелось как-то это остановить. ― Пишет что-то, ― слегка приврал Вася, в то время как на экране прочитал уже написанное: «Я их вчера ещё всех заблокировал. Чтобы настроение не портили». «Я сейчас поднимусь к нам с Андреем, чтобы он убедился, что ты жив. Убери мой чемодан и ноут куда-нибудь… хоть в шкаф спрячь», ― торопливо напечатал Вася, после чего посмотрел на Андрея: ― Он у себя. ― Этого не может быть, ― Андрей покачал головой. ― Я раза три подходил, стучал… ― Не знаю, ― Вася пожал плечами. ― Сейчас он у себя. Пойдёшь проверять? ― Да! ― Андрей был настроен решительно. ― Я не знаю, что с вами обоими происходит, но мне это не нравится. Вот эти ваши исчезновения… Я до последнего надеялся, что он с тобой. ― Меня ты вроде не искал, ― Вася помахал в воздухе рукой с телефоном, но Андрей поморщился: ― Кто тебе сказал, что не искал? Всё то же самое. Звоню, пишу ― ничего. ― Интересно, ― задумчиво протянул Вася, у которого уже нашлось одно объяснение этому феномену. Но для того, чтобы подтвердить или опровергнуть свои догадки, ему нужно было вернуться к Заку. У дверей номера Вася в последний момент вспомнил, что для всех остальных он живёт в соседнем, и постучал. Зак открыл не сразу. Он кутался в халат, а с его волос на лицо и плечи капала вода. ― Что уже случилось? ― Зак отпустил было расходящийся верх халата, но Вася, стоявший у Андрея за спиной, жестом показал ему вернуть руку обратно. Не нужно было их капитану видеть россыпь следов разной степени давности у Зака на груди. С него сталось бы начать выяснять, кто Заку эти следы оставил. И что-то Васе подсказывало, что Андрей к такому открытию был точно не готов. ― Фукс, где ты был? ― хмуро спросил Андрей, но Зак тоже умел хмуриться и демонстрировать настроение большого начальника, разочарованного подчинёнными: ― А с каких пор это твоё дело, Андрей? ― С тех пор, как ты пришёл в команду, в которой я капитан, ― огрызнулся Андрей, но Зак только сильнее завёлся: ― И ты считаешь, что приобрёл право контролировать мою жизнь? Я теперь должен отчитываться, где и как я провожу свободное время? Серьёзно? ― Фукс, я не прошу тебя отчитываться, ― Андрей наконец понял, что перегнул, и осторожно сдал назад. ― Я хочу, чтобы ты не пропадал вот так. Сегодня мы тебя весь день ищем… и это чудо, что ты Дёме ответил. ― И если ты немного подумаешь, ты угадаешь, почему я ему ответил, а тебе с остальными нет, ― Зак цеплялся за ворот халата как за спасительную соломинку. ― Но если тебе так важно… я ходил в музей. И мне так очень понравилось. Будешь проверять? ― Иди на хер, Фукс! ― Андрей вспыхнул. ― И научись уже трубку брать, когда тебе звонят. ― Непременно, ― с кривой ухмылкой пообещал Зак, после чего обратил наконец внимание на Васю и улыбнулся ему совсем иначе: мягко и без вызова: ― Зайдёшь? ― Зайду, ― Вася обошёл Андрея и прошёл в номер. ― Ещё увидимся, ― Зак отступил вглубь, чтобы Вася мог пройти, а потом закрыл дверь и ещё изнутри защёлкнул. ― Андрей нас убьёт, ― Вася фыркнул, повернувшись к Заку, который оставил, наконец, в покое свой халат. Слабо скреплённые поясом полы разошлись, и Вася увидел даже больше, чем рассчитывал. Как заворожённый, Вася шагнул ближе, потянул за пояс и улыбнулся, когда халат распахнулся окончательно. ― Так и будешь только смотреть? ― Зак наклонил голову к плечу. Он сделал какое-то неуловимое движение, и халат пополз с плеч, открывая Васиному взгляду ещё больше. ― Не только, ― Вася помог халату свалиться на пол и решительно выдохнул: ― Ты играешь с огнём, Заки. ― Я знаю, ― Зак с удовольствием подцепил прядь Васиных волос, накрутил на палец и потянул. ― Давай. У нас мало времени… ты обещал. ― Я своё слово держу, ― Вася за локти притянул Зака ближе к себе, пока тот не зашипел от контакта обнажённой кожи с одеждой. ― Ты нарочно, да? Подготовился? ― Вася провёл ладонями по плечам Зака, ненадолго задержался на груди, чтобы обвести каждый отпечаток собственных губ и зубов на золотистой коже. ― Я подготовился, ― Зак кивнул и добавил, красноречиво дёрнув бровью: ― если ты понимаешь, о чём я. ― Ты сумасшедший, ― Вася крепче прижал Зака к себе. Он боролся с соблазном рискнуть и подхватить Зака, оторвать от земли и заставить обхватить себя ногами. В воображении Васи эта картинка рисовалась невероятно горячей, но в реальности он всерьёз опасался Заку навредить. Конечно, они всегда возили с собой третьего вратаря, но это не означало, что команда могла на него рассчитывать. ― Смелее, Вася, я не хрустальный, ― подначил Зак, но добился ровно обратного. У Васи в голове сверхновой вспыхнуло осознание, что буквально каждый раз, что они оказывались вместе, они спешили, действовали жёстко и жадно, оставляли на телах друг друга синяки и царапины, но никогда, никогда не пытались даже попробовать по-другому. Очевидно, что пока им обоим было хорошо, в этом не было ничего плохого. Но в моменте Васю захлестнуло желание попробовать иначе. Медленно, вдумчиво, бережно и нежно. Чтобы Зак осознал всё, что Вася чувствовал к нему, без лишних слов. ― Ты даже не догадываешься, какой ты, ― Вася позволил себе полностью захватить инициативу. Его ладони обхватили лицо Зака. Поцелуй получился не сразу. Зак, едва почувствовав Васины губы на своих, заспешил, задышал часто, а потом и от разочарованного стона не удержался, когда понял, что Вася этот темп не подхватил. ― Что такое? ― Зак чуть отстранился, посмотрел в глаза. ― Ты не хочешь? ― Хочу, ― Вася не позволил Заку отодвинуться слишком далеко и легко вернул его обратно, прижал к себе и прошептал прямо в губы: ― Просто слушайся меня. Доверься мне… ― О-о-о, ― во взгляде Зака мелькнуло понимание. Он выдохнул и мягко, даже робко потянулся к Васиным губам за следующим поцелуем. В этот раз получилось идеально. Зак заметно расслабился, практически обмяк в объятиях Васи и позволил вести себя, даже не пытаясь сопротивляться и навязывать своё видение. Он даже глаза закрыл, отвечая на поцелуи, и только тяжёлое частое дыхание выдавало, в каком внутреннем напряжении он при этом находился. И чего ему стоило вот так отдать контроль. Когда в Васиной голове в очередной раз мелькнула шальная мысль поднять Зака на руки, заставить обхватить себя руками и ногами, он не стал её прогонять. Получилось на удивление просто и как-то даже слишком ловко. Как будто они идеально подходили друг другу по размеру и форме, как соседние кусочки большого паззла. От неожиданности Зак ахнул, и этот звук запустил внутри Васи целый каскад неконтролируемых химических реакций. Наверное, именно так в проридо начиналось извержение вулкана: пока снаружи продолжалась жизнь, внутри кратера во всю бушевало страшное, сокрушительное жидкое пламя. Краем глаза Вася заметил их отражение в зеркале, и контраст обнажённой уязвимости Зака с ним самим, всё ещё полностью одетым, взрывной волной прокатился по нервам. На ватных ногах Вася добрался до кровати и со всей осторожностью опустил Зака на покрывало. Но Зак не был бы собой, если бы не попытался взбунтоваться в самый неожиданный момент. Вася точно не собирался падать на Зака всем весом, но у него не было выбора: Зак просто не разжал руки и ноги. Да ещё и рванул Васю на себя. ― Ш-ш-ш-ш, Заки… больно? ― Вася почти сразу же приподнялся на локтях, чтобы Зак мог хотя бы дышать. ― Нет, нормально, ― Зак снова потянул его к себе. ― Поцелуй… Васю не нужно было просить дважды. Он с удовольствием приник к губам Зака в самом горячем и, одновременно, нежном, бережном, чувственном поцелуе, и тянул его так долго, что в голове начало шуметь от нехватки кислорода. ― Заки, ― отстранившись, чтобы глотнуть воздуха, позвал Вася. ― Отпусти меня… на минуту. Я разберусь… ― Не надо, ― Зак помотал головой. ― Пусть так будет… ― Извращенец, ― Вася тихо засмеялся. ― Но если я не расстегну джинсы, ничего не будет. ― Я сам, ― Зак тут же опустил руки, безошибочно нашёл пуговицу Васиных джинсов и ловко её расстегнул. Видимо, ему действительно не терпелось настолько, что с лишней одеждой Васи Зак справился быстрее, чем солдат в армии. Ещё немного повозившись, чтобы устроиться удобнее, Вася нашёл точку опоры для коленей и смог перенести вес так, чтобы не давить Заку на грудь. ― Не спеши, ― Вася придержал бёдра Зака, когда тот слишком уж рьяно двинулся навстречу. ― Пожалуйста… ― Я не могу, ― голос Зака прозвучал по-настоящему жалобно. Как будто сейчас он испытывал не желание, а настоящую физическую боль. ― Вася, я не могу… И что Вася мог сделать? Что он мог противопоставить? Как он мог сопротивляться этому голосу, этому взгляду, этому неподдельному страданию? Пришлось действовать по привычному сценарию: жадно, жарко, голодно, как в последний раз. Надо ли говорить, что надолго их не хватило. Словно они оба опять вернулись в свои пятнадцать, когда любовь самая сильная, а желание ― неподдельное и невыносимое. ― Вася… ― Зак выдохнул-выстонал его имя на грани слышимости, словно на большее у него не осталось сил. От этого звука у Васи все волоски на теле встали дыбом. Он подался вперёд, снова всем весом наваливаясь на Зака, а тому как будто только этого и надо было. Он вцепился в Васю, оплёл его руками и ногами и как-то так довольно, удовлетворённо, сыто мурлыкнул, что Вася едва не ушёл за грань второй раз. В это сложно было поверить, но Вася действительно никогда не испытывал ничего подобного раньше. Он не жаловался на отсутствие разнообразия в личной жизни и до недавнего времени считал себя довольным этой стороной своей жизни. Но внезапное сближение с Заком поставило все Васины представления об удовольствии с ног на голову. Теперь, когда Зак был рядом с ним, Вася научился ценить даже самые незначительные моменты. Тугая пружина сжималась в его животе, когда Зак накручивал на палец его волосы или неспешно вёл ладонью по груди вниз. Вася заводился не только от прямого физического контакта, ласк и поцелуев, но даже от прямого взгляда Зака, от его кривой ухмылки и хрипотцы в голосе, которая всегда означала только одно: Зак сам хотел Васю и нуждался в нём. Чтобы хоть немного справиться с собой, выплеснуть чувства, скопившиеся в груди, Вася приник к губам Зака и затянул его в поцелуй. В нём не было задела на продолжение, не было торопливости или излишней страстности. Нет, это был поцелуй-разговор, поцелуй-признание друг другу в том, как много невысказанных чувств было между ними, как много эмоций их связывало, как хорошо у них всё опять получилось. Как будто они были созданы друг для друга, просто волей судьбы не встретились раньше. Васю распирало желанием признаться Заку в любви. Просто прошептать ему на ухо по-русски: «Я люблю тебя!», чтобы больше не нести груз этого осознания одному. Но Вася сдерживался, кусал губы и мысленно умолял Зака молчать тоже. Они ведь и так всё понимали. Это ночь в Челябинске можно было списать на стресс, поражение и алкоголь, хотя сколько там его было. Да и то, ночь прошла, а они остались, потому что только рядом друг с другом они могли быть собой: без масок, без щитов, скрывающих уязвимости, без потребности обороняться и нападать. После Челябинска всё стало гораздо сложнее и гораздо проще одновременно. Им хватило одного раза, чтобы понять, как сильно они друг в друге нуждались. А все дальнейшие события только закрепили это ощущение, сделали их зависимость друг от друга тотальной. ― Вася, скажи, что у нас есть ещё хотя бы полчаса. Я просто не могу никуда идти сейчас, ― попросил Зак, и Васе пришлось повозиться, чтобы хоть что-то ответить. К тому же, его собственные часы, а также оба телефона валялись где-то вне зоны доступа. Чтобы добраться до них, нужно было отстраниться и… заставить себя выйти, заставить себя перестать быть с Заком единым целым. Ничего из этого Вася делать не хотел. Поэтому он перехватил руку Зака, который свои часы не снял, несколько раз бережно поцеловал в ладонь, а потом всё же взглянул на время. ― У нас есть сорок минут. ― Неплохо. М-м-м, ― Зак сладко выдохнул, когда Вася двинулся внутри него. ― Ещё так сделай. ― Заки, ― Вася с силой прикусил губу, потому что один этот звук вызвал у него прилив возбуждения. А выраженная словами просьба сработала как катализатор. ― Ты сумасшедший. ― Я знаю, ― Зак не стал спорить. Он тоже задвигался, чтобы оказаться ещё ближе к Васе. ― Это ты меня таким делаешь… Справедливо. Вася кивнул, принимая это замечание. Скорее всего, дело было действительно в нём. Ведь до той самой ночи Зак спокойно жил свою жизнь и ничего такого не планировал. Даже при том, что у него уже был интерес к Васе, он едва ли собирался как-то его выражать. И если бы не Васин порыв поговорить, подставить плечо, разделить на двоих трудный момент, ничего этого могло и не быть. Так что теперь Вася мог пенять только на себя. Это он инициировал их сближение, хотя едва ли кто-то со стороны смог бы в это поверить. Да, Зак тоже этого хотел и, может быть, лучше это осознавал. Но это никак не отменяло факта, что Вася на уровне инстинктов тянулся к Заку и однажды позволил себе зайти дальше. И зашёл в итоге так далеко, что вернуться назад без потерь стало уже невозможно. Васе показалось, что в этот раз получилось даже быстрее, но когда он снова поймал Зака за руку, чтобы посмотреть на часы, оказалось, что из прежних сорока минут у них осталось каких-то жалких десять. Поэтому самое сладкое ― томную нежность и блаженные объятия ― пришлось скомкать, потому что собраться вдвоём за десять минут выглядело как задачка со звёздочкой. С большего они справились, если не брать в расчёт то, что пока они по лестнице бежали вниз, с Васиных волос всё ещё капало. Ощущения были не из приятных, но Вася знал, за что он расплачивался, а потому не жаловался. Уже внизу он притормозил, заметив, что шнурки его кроссовок подозрительно ослабли и бросил Заку в спину: ― Давай, я догоню. ― Что такое? ― Зак не был бы собой, если бы просто послушался и пошёл дальше. ― Что-то случилось? ― Заки, просто шнурок. Иди уже! ― Вася очень жалел, что в руках у него сейчас не было его клюшки. Иногда ей очень удобно было придавать ускорение. В манёвре со шнурками был и дополнительный смысл. Пусть и с небольшим разрывом, но раздельное появление должно было привлечь меньше внимания. Им это было просто необходимо, особенно если учесть, что в спешке Зак нацепил его джинсы и купленную в музее толстовку с изображением сидящего демона. Вася оделся по остаточному принципу и теперь чувствовал отчётливый запах парфюма Зака не только от футболки, но даже, кажется, от собственных волос. Когда Вася вышел в холл, там уже яблоку негде было упасть. Вся команда топталась в зоне ожидания, переговариваясь, в то время как Денис, один из их менеджеров, нервно накручивал круги у дверей и ругался с кем-то по телефону. ― Только зря бежали, ― тихо заметил Зак, из ниоткуда появившись у Васи за спиной. ― Ещё даже автобуса нет. ― Если бы и нас тоже не было, было бы хуже, ― Вася заметил в стороне свободный диванчик и поманил Зака за собой: ― Пошли сядем. А то я уже не в том возрасте, чтобы как молодой прыгать после… ― То есть, на вечер я могу не рассчитывать? ― Зак нахмурился, а Вася закатил глаза и с нескрываемым удовольствием рухнул на диван: ― Я этого не говорил. И даже не думал. ― То есть, всё же не такой уж ты и старый, ― Зак сел гораздо осторожнее, и Васю тут же кольнуло острым чувством вины. ― Заки, ― Вася позвал его, чтобы извиниться, но наткнулся на мрачный тяжёлый взгляд и уверенное: ― Вася, вот отсюда сразу на хер! ― Тебе же больно, ― едва ли не впервые Вася был не согласен. ― Я должен был осторожнее… ― Иди на хер, я тебе повторяю, ― Зак нахмурился и скрестил руки на груди в защитном жесте. ― Ок, ― Вася кивнул. ― Тогда вечером ничего не будет. Я не собираюсь садизмом заниматься. Зак ничего не ответил вслух, но спустя каких-то пару секунд в их с Васей чат прилетело сообщение: «Вася, я не хрустальный! И ничего мне не больно!» «А то я не видел, как ты садился», ― так же быстро ответил Вася, на всякий случай убрав яркость экрана до минимальных значений. Мало ли, кто в этот момент мог топтаться у него за спиной. «Если я тебе объясню, у тебя встанет», ― прилетело очередное сообщение, а вместе с ним и осознание, что именно Зак имел в виду. И да, Зак оказался абсолютно прав. Встал так, что хоть гвозди забивай. Вася едва слышно застонал и низко опустил голову, чтобы скрыть жар, бросившийся в лицо. Идиот! Мог бы и сам догадаться! ― Парни, не расходимся! Автобус встал в пробке… Но рано или поздно он всё равно приедет, так что тренировка состоится! ― громко оповестил Денис, но в ответ получил только неодобрительный гул голосов. ― Состоится когда? Завтра? ― Андрей на правах капитана озвучил вопрос, витавший в воздухе. ― Это Москва, здесь всё время пробки. И стоять в них можно часами. Пока мы туда-обратно съездим с таким успехом, уже утро наступит. Там уже на лёд нужно будет собираться. ― Может, просто в тренажёрку пойдём? Здесь же должна быть хоть какая-нибудь, ― внёс предложение Вадим, и Андрей его поддержал: ― Даже если мы на группы разобьёмся, мы быстрее закончим, чем со всей этой ездой. И поужинать бы не помешало… Вася слышал чужие голоса как через вату. У него всё ещё кровь стучала в висках, а щёки пылали жаром. Мокрые волосы липли к лицу, но Вася даже не пытался их убрать. Сейчас ему нужно было как-то собраться, справиться с собой и вернуться к нормальному состоянию, но все его мысли продолжали крутиться вокруг сказанного Заком. Который, кстати, держался абсолютно спокойно, сидел вальяжно и, словно в большой задумчивости, поглаживал себя по бедру. ― Ого, Фукс! Клёвая толстовка! Где взял? ― Тай выскочил как чёртик из табакерки, а за ним подтянулся и Ник. Зак, услышав комплимент, тут же встал, чтобы покрутиться и показать своё приобретение со всех сторон. ― В Третьяковской галерее, ― с некоторым усилием он вполне достойно выговорил сложное название. ― Очень понравилось. Так что я рекомендую. ― Ты сегодня ещё и в музей успел? ― Тай искренне удивился, а Ник, который до этого молча рассматривал изображение демона, вдруг заметил со смешком: ― Этот парень похож на нашего Дёму. ― Это демон, ― уточнил Зак и сам засмеяялся, осознав. ― Дёма, демон… Да, точно! Вася очень жалел, что в отличие от демона он не умел ни летать, ни проваливаться под землю. Зак своим кокетливым хихиканьем ни черта не помогал ему прийти в себя. Наоборот, звуки его голоса отдавались эхом в Васиной голове, рассыпались крохотными пузырьками шампанского и всасывались в кровь, чтобы разнестись по всему телу. ― Фукс, толстовка ― шик! ― к их компании подтянулись Егор, Даня и младший Вадим. Последний, чтобы придать веса своим словам, ещё и большой палец показал. ― Тебе уже сказали, что демон ― копия нашего Дёмы? Или я буду первым? ― уточнил Даня, а Вася даже голову поднял, чтобы посмотреть на того, кого до недавнего времени считал хорошим другом. Сейчас же он искренне жалел, что взглядом нельзя было убивать. О, сколько проблем сразу решилось бы! ― Да я это ещё в музее понял, ― зачем-то поделился откровением Зак. ― Но картина шикарная. Я ещё альбом купил, там разные другие есть демоны. ― И все как наш? ― Егор тоже удостоился убийственного взгляда от Васи, но то ли не впечатлился, то ли по молодости не понял, как его трактовать. ― По-разному, ― Зак продолжал развлекаться, а Вася потихоньку собирался с мыслями. Не сразу, но до него дошло, что Зак как мог переводил внимание с Васи и его плачевного состояния на себя. Пока парни обсуждали его толстовку, картину и даже гипотетическое сходство с самим Васей, они не особо оценивали, во что тот был одет, почему его ― технически, не его, конечно, но об этом говорить точно не стоило! ― футболка успела намокнуть на плечах и спине, а также почему его щёки были краснее, чем при лихорадке. ― Дёма, а ты сам в Третьяковке был? ― вдруг поинтересовался Даня, и все повернулись к нему в ожидании ответа. ― Был, давно ещё, в школе, ― Вася даже не соврал. Даня же не спросил, сколько раз он там был. ― И как тебе? ― Даня, похоже, спрашивал вполне искренне. ― Я просто тоже хочу когда-нибудь. У нас же в Минске таких музеев нет. Таких крупных, я имею в виду. И чтобы с картинами, которые по всему миру знают. ― А почему, кстати? ― Тай, дитя благополучной Канады, историю Беларуси представлял себе крайне слабо. Вася и сам до переезда мало что знал о стране-соседке. И до недавнего времени был уверен, что не заметит особой разницы. Как показала практика, Вася сильно ошибся, когда решил, что в Минске будет так же, как было до этого было в Челябинске, Омске или Владивостоке. Было иначе. В маленькой компактной стране многое воспринималось по-другому. В России клубов КХЛ было более чем достаточно, а за Минским «Динамо» стеной стояла целая страна. И этой стране было плевать с высокой колокольни, с каким паспортом выступали игроки любимой команды и понимали ли они хоть слово по-русски (понятно, что про белорусский никто даже спрашивать не пытался). Куда важнее было то, что в какой-то момент своей жизни они приняли решение перейти в белорусский клуб, что автоматически делало их особенными. Болельщики в Минске поддерживали неистово и, одновременно, ласково. Встречали, провожали, но не давили, не обижались, если не получалось всем раздать автографы или со всеми сфотографироваться. И кричали каждому, как единственному, благодаря, подбадривая или переживая. В этой стране свою единственную команду в КХЛ по именам знал даже президент. Вася и представить себе не мог, что однажды после тренировки будет стоять перед главой государства и слушать, что когда он в настроении ― он стена. В России такого быть просто не могло. В России их было много, слишком много. Талантливых, быстрых, сильных, надёжных. Хватило бы на ещё одну лигу вроде КХЛ и осталось бы про запас. В Беларуси каждый из них был на вес золота. Каждый ― сокровище, каждый ― драгоценная находка и огромная потеря. Вася своими глазами видел, как болельщики радовались даже тем игрокам, что давно ушли из клуба, с какой радостью принимали тех, кто только пришёл, как дорожили теми, кто оставался на годы. Пусть в мелочах, но здесь всё было по-другому, но чтобы это понять, нужно было больше времени, чем несколько дней. И желательно бы провести эти несколько дней не в треугольнике аэропорт ― отель ― арена. ― Это долгая история, ― на вопрос Тая первым отреагировал Егор. ― Если совсем коротко, то после войны от Минска мало что осталось. Всё, что более-менее ценное было, вывезли в Европу. Что-то вернуть получилось, но это капля в море. ― Это даже не столько долгая, сколько грустная история, ― Вадим поддержал Егора, а Зак снова сел рядом с Васей, только теперь придвинулся к нему вплотную, вроде как для того, чтобы дать место другим. ― Всё в порядке? ― тихонько спросил Зак, и Вася кивнул в ответ. Порядком бы он своё состояние не назвал, но с большего справиться с неуместными реакциями ему удалось. Вольно или нет, но ребята со своими разговорами об искусстве и истории неплохо так отвлекли и заставили переключиться. Впрочем, это не означало, что Вася собирался спускать Заку с рук такие фокусы. Они и так достаточно глупостей творили, чтобы ещё так бессовестно нарываться. ― Парни, отбой! Автобус сломался, ― на весь холл прокричал Денис, а в ответ получил многоголосый гул возмущения. ― Не расходимся до распоряжения… ― Зря только бежали, ― кратко резюмировал Зак и подвинулся ещё немного, когда рядом с ним сели Даня и Егор. Ну как сели. Попытались. На четверых взрослых мужчин этот диван точно не был рассчитан, а потому младшим пришлось немного повозиться. В результате этой возни Егор оказался сидящим частично на подлокотнике, а частично на Даниных коленях. Рука Зака как-то незаметно оказалась сначала на спинке дивана, а потом и на Васиных плечах. Ну а что? Нужно же было как-то потесниться. Тай, Вадим и Ник поделили на троих кресло, и неспешная беседа об истории Беларуси времён Великой Отечественной войны потекла с новой силой. Вася в разговор не вмешивался, но слушал внимательно. Он, как оказалось, тоже многого не знал, и теперь ставшие знакомыми за год места заиграли новыми красками. ― Давай потом, как вернёмся, в музей сходим, ― тихо предложил Зак, пока Егор показывал Таю и Нику какую-то картинку в своём телефоне. ― Интересно же. ― Давай сходим, ― Вася легко согласился, потому что такие планы тоже означали будущее. Ничего не должно было закончиться в этом выезде, ровно как и после него. ― А когда потеплеет, можно будет и съездить куда-нибудь, ― тон Зака стал мечтательным. ― Сотик говорил, что какие-то замки сохранились. Было бы интересно посмотреть. ― Съездить не проблема, ― у Васи даже в груди заныло, так сильно ему захотелось загрузить Зака в свой Кадиллак и увезти, куда глаза глядят. Другое дело, что в Беларуси глаза глядели недалеко. Четыре сотни километров в любую сторону ― и ты уже в другой стране. А где-то и двух сотен достаточно. ― А что проблема? ― Зак тут же напрягся. ― Хотя бы твоя семья, Заки, ― Вася изо всех сил постарался смягчить свой ответ. ― Как ты объяснишь Карине, которая и так тебя неделями не видит, что ты решил в свободный день поехать в путешествие по Беларуси? Без неё и детей. ― А если с детьми? ― Зак как бы в задумчивости принялся постукивать пальцами по Васиному плечу. ― Когда там должен приехать твой сын? Мы же все поместимся в твою машину? ― Поместимся, ― Вася вздохнул, потому что эта идея уже относилась к области фантастики. Поехать в путешествие с Заком и мальчишками… С одной стороны, едва ли это возможно. А с другой… С другой, это единственный сценарий, который не вызовет вопросов. Только бы Макс захотел приехать на каникулы. ― Эй, народ! А вы что, так и будете здесь сидеть? Все пошли уже давно! ― издалека начал Виталик, но услышали его, похоже, только Вася и Зак. Остальные были слишком увлечены беседой и на внешние раздражители не реагировали. ― Эй! Борик, ты меня слышишь? Мороз! Сотик! Фукс! ― Мы тебя слышим и видим, ― Вася ответил за всех и легонько толкнул Зака локтем, пока ещё был шанс, что за спинами Вадима, Тая и Ника Виталик не видел, где и как сидел Егор. Зак понял его без слов, шепнул пару слов Дане ― и от уютных посиделок не осталось и следа. ― Давайте потом продолжим, ― Егор улыбался немного смущённо, но в целом держался неплохо. ― Мне уже не терпится, ― Тай потёр руки. ― Я предлагаю сесть вместе за ужином. Мне реально интересно. ― Договорились, ― Даня кивнул, после чего посмотрел наконец на Виталика: ― Давай, мы тебя внимательно слушаем. ― Все должны быть в тренажёрке через десять минут. ― Будем, ― Вася снова ответил за всех. ― Спасибо, ― Зак широко улыбнулся в лучших канадских традициях. За долю секунды тёплая компания рассредоточилась, оставив Виталика одного, растерянного и раздражённого. ― Вам его не жалко? ― уже в лифте спросил Вадим. Он не обратился ни к кому конкретному, но Вася всё равно ощутил, что вопрос направлен в первую очередь ему и Заку. Ведь именно с них и началось это напряжение. ― Пока нет, ― Вася решил ответить за себя. ― Ты знаешь, что я терпеливый и спокойный в целом. Но Пиня даже меня уже достал. За остальных не скажу, не знаю. ― Достал, ― Даня кивнул, соглашаясь. ― Пока ему кажется, что он лучше знает, кому с кем общаться, как общаться… Он так и будет один. Мы уже взрослые все, мы сами решим. ― Логично, ― Вадим вздохнул, принимая эту точку зрения. ― Пиня любит так давить, чтобы трескалось. ― Когда трескается, осколки летят во все стороны, ― напомнил Вася, и Вадим опять вздохнул: ― Ты всё правильно говоришь. Просто мне всё равно его жалко. Он же не злой, просто дурной немного. И много на себя берёт. ― Ну так поговори с ним, если хочешь, ― предложил Зак. ― Может, он тебя послушает. Поверь, если у тебя получится, мы будем тебе должны. ― Ладно, ― Вадим осторожно кивнул и замолчал, задумавшись. Видимо, сразу же начал искать варианты, как вывести Виталика на разговор так, чтобы дело не закончилось поездкой в травматологию. Воцарившееся между ними молчание продержалось до дверей номера. Но оказавшись внутри, Зак сразу же заговорил: ― Вася, я не хотел, чтобы так… ― Иди. На. Хер. ― Вася, ― Зак сделал попытку подойти, но Вася предусмотрительно отступил и повторил: ― На хер. Тебе понятно? ― Понятно, ― Зак смиренно кивнул. ― И что теперь? ― Всё, тема закрыта, ― Вася открыл свой чемодан и принялся перебирать вещи в поисках спортивной одежды для спонтанной тренировки в тренажёрном зале отеля. Основная экипировка прямо из аэропорта уехала на арену, кто ж знал, что сами хоккеисты сегодня туда не доедут. ― Вася… ― И лучше сейчас ко мне не подходи, ― выпрямившись, Вася бросил на Зака тяжёлый взгляд и пояснил: ― Возможно, потом тебе даже понравится. Но на тренировку ты точно не попадёшь. И на лёд завтра не выйдешь. Я понятно выразился? ― Понятно, ― Зак нервно облизал пересохшие губы. ― А когда можно будет подойти? Или ты теперь всё время будешь меня избегать? ― Мне стоило бы, ― Вася переодевался, стараясь не обращать внимания на горевшие голодным огнём глаза Зака. ― Но я слаб. И надолго меня не хватит. Но дай мне, мать твою, хоть потренироваться сегодня нормально. Зак, пожалуйста. Неужели я так много у тебя прошу? ― Я понял, ― Зак кивнул. ― Тренируемся, ужинаем… А там будет видно. Так? ― Так, ― Вася одёрнул футболку. ― Я пойду тогда уже… Конспираторы, конечно, из нас ещё те… Но хоть что-то. ― Иди, ― Зак всё же подошёл и не удержался, мазнул губами по щеке. Вася хотел было сказать что-то вроде «грош цена твоим словам», но потом передумал, сам поцеловал Зака в лоб и поспешил уйти, пока хоть сколько-то себя контролировал. Ни черта им не помогало ни время, проведённое вместе, ни постель, которую они могли спокойно делить на выезде. И даже частый секс не помогал. Наоборот, только хуже становилось. Чем больше времени они проводили в непосредственной близости друг от друга, тем сильнее становилась их зависимость друг от друга. Словно весь мир ужимался до состояния «есть только ты и только я». Что с этим делать, Вася не представлял да и не очень пытался. Он давно смирился, что в этом корабле, стремительно летевшем на рифы, он был пассажиром. Так что ему оставалось только наслаждаться моментом и надеяться, что капитан-судьба знает, что делает. В тренажёрном зале яблоку негде было упасть. Некоторые ребята, что пришли первыми, облюбовали доступные тренажёры, остальные занимались в силу своей фантазии. Стоило Васе показаться, как его тут же обступили младшие. ― Дёма, давай с нами мяч покидаем? ― Даня на правах друга выступил парламентёром. ― Всё равно тут всё занято. А размяться нужно. ― Где я, а где мяч? ― Вася фыркнул, но спорить не стал. С футбольным мячом вся компания перебралась в небольшой соседний зал, откуда предусмотрительно убрали всё лишнее. Изобилие зеркал, конечно, добавляло игре остроты, но Вася надеялся на лучшее. Футболисты из них всех были никакие, так что мяч пасовали друг другу как бог пошлёт. В ход шли не только ноги и головы, но и руки. Впрочем, главная цель ― размяться ― так или иначе достигалась. Уже через десять минут непрерывной беготни по залу и попыток не дать мячу разбить зеркала, Вася взмок. Мокрые волосы липли к шее и щекам, Вася не успевал их убирать. Как будто сговорившись, младшие каждый третий пас давали ему, и Вася чувствовал себя как в недавней игре с Северсталью. Так и хотелось крикнуть: какого хера вы все опять в моей зоне? Вас здесь быть не должно! Но раньше, чем Вася успевал открыть рот, мяч снова летел к нему, и приходилось изворачиваться, чтобы его достать. ― Дёма! Выйди, тебя тренер зовёт! ― в зал заглянул Андрей. ― Дёма, слышишь? ― Слышу, ― Вася отвлёкся от этого проклятого мяча буквально на секунду, чтобы поймать взгляд Андрея и дать ему понять, что он услышал и понял. И ровно в эту же секунду Виталик опять послал мяч в его сторону. Прилетело точно в лицо, как будто Виталик рукой мяч вложил. На секунду в глазах потемнело, а в носу что-то отвратительно громко хрустнуло. «Только не снова», ― с тоской подумал Вася, по вратарской привычке садясь, хоть и без щитков. Кровь из разбитого носа тонкой струкой потекла на пол, и чувство дежа вю стало полным. ― Что тут происходит? ― спросил чей-то голос, но Вася не понял, чей именно. Вокруг него столпилось столько людей, что стало по-настоящему темно. Он прижал руку к лицу, хотя это мало чем могло помочь. ― Я случайно! Я думал, что он отобьёт, ― это, кажется, кричал Виталик, но в ушах всё ещё звенело, так что Вася сильно сомневался в своей способности адекватно воспринимать реальность. ― Приложи, ― кто-то опустился перед Васей на колени и сунул ему в руку пакет со льдом, обмотанный полотенцем. ― Давай, осторожно… Кто-то… Ну, конечно. ― Заки, ― Вася криво ухмыльнулся, прижал к лицу лёд и выдохнул с облегчением. От холода сразу же стало легче. ― Я его убью, веришь? ― тихим, но полным ярости голосом проговорил Зак. ― Я просто его, блять, разорву. ― Забей, ― Вася чуть запрокинул голову, чтобы кровь текла не так быстро. ― Могло быть хуже. ― В смысле? ― Зак нахмурился. ― Потом расскажу, ― Вася шмыгнул носом. ― Помоги мне подняться. Я на сегодня уже потренировался. ― Все уже потренировались, ― Зак встал и бережно потянул Васю за собой. Стоило обоим выпрямиться, как в зал влетел врач команды со своим дежурным чемоданчиком: ― Что тут случилось? ― Да всё уже, небольшое недоразумение, ― не слишком разборчиво из-за прижатого к лицу полотенца проговорил Вася. ― Лечить меня не надо, я в номер пойду. ― Никто никуда не пойдёт! ― строго заявил Андрей, но тут же исправился: ― Вернее, Дёма с доктором остаются, остальные выходят. Все остальные. Фукс, ты тоже! Фукс, ты слышишь меня? ― Нет, ― Зак даже не пошевелился. Он придерживал Васю за плечи и в любой момент был готов его ловить. ― Пусть остаётся. Он не мешает, ― доктор, похоже, даже рад был, что строптивого пациента не придётся догонять по всему залу. Андрей поморщился, но спорить не стал. Остальных, правда, выгнал всех без исключения. Вася с удовольствием вышел бы в первых рядах, но именно его выпускать и не торопились. Доктор долго ощупывал его лицо, хмурился, а потом спросил: ― Уже был перелом? ― Пять лет назад шайбу поймал лицом, ― пробормотал Вася и тут же почувствовал, как рядом напрягся Зак. Даже если он не понял все слова, общий смысл он уловил. ― Обошлось без операции. ― Это очень опасно. Можно было без глаза остаться, ― прокомментировал доктор, а Зак просто на глазах побелел. ― Мне повезло, всё нормально было, ― Вася не стал уточнять, что тогда он пропустил предсезонный турнир и несколько недель провёл под наблюдением врачей. Попади Якупов хоть немного выше ― и Васина карьера завершилась бы инвалидностью. ― Сейчас тоже повезло, ― заключил доктор. ― Нос не сломан. Через пару дней и следов не останется. Но холод пока лучше не убирать. Отёк будет меньше. ― Не буду убирать, ― пообещал Вася. ― Всё, я могу идти? ― Иди, ― доктор кивнул. ― Но если вдруг появится головная боль, головокружение, тошнота… Сразу зови. ― Конечно, ― Вася даже не стал спорить. Ему настолько сильно хотелось убраться из этого зала, что он был готов пообещать доктору хоть Луну с неба достать, лишь бы сейчас его оставили в покое. Зак, всё ещё белый, как простыня, придерживал его за плечи. ― Всё, Заки валим отсюда. Быстро-быстро. ― Тебе нельзя быстро, ― попытался было возразить Зак, но Вася даже не стал его слушать. Он прибавил шаг, и Заку пришлось последовать за ним. ― Ты упрямый, как осёл! ― прошипел Зак, когда Вася попытался сбросить его руки с плеч. ― Не дёргайся, если не хочешь, чтобы я тебя на руках отнёс. ― Ещё не хватало, ― Вася поморщился. ― Заки, выдохни. Со мной всё в порядке. ― Почему ты не говорил? ― Зак явно не собирался расслабляться и выдыхать. ― Как ты себе это представляешь? ― Вася с удовольствием рухнул в кресло, вытянул ноги и блаженно застонал. ― Заки, не мельтеши. Это реально пять лет назад было. И я уже сам забыл… Нечего рассказывать. ― Пять лет назад? ― Зак в этом своём состоянии слышал только то, что хотел. ― Где ты тогда играл? Это какой год? 21-й? Кто? ― В «Авангарде» я играл, ― Вася уже понял, что Зак не отстанет. Он закрыл глаза, чтобы сосредоточиться, и продолжил: ― Мы тренировались. Обычная вечерняя тренировка, предсезонка. Я не помню, что именно. Может, большинство тренировали… Не суть. Наиль принял шайбу и ударил. Хорошо ударил, очень сильно. Шайба в маске застряла. ― В маске? ― растерянно переспросил Зак. ― Но… ― Я играл в маске, которую привёл за Лаваля. Там глаза больше, ― Вася криво усмехнулся. ― И что было? ― Зак хотел знать всё. Вася бы с радостью избежал подробностей, но Зак висел над душой и явно не собирался отставать. ― Перелом костей лицевого черепа, ― Вася слово в слово повторил запись из своей медицинской карты. Верхняя челюсть, скула… Под глазом, короче. В глаз не попало ― и слава богу! От операции я отказался. Всё зажило, так что… вот и вся история, никакой драмы. ― Я видел твои фотографии, ― вдруг заметил Зак. ― Кажется, август 21-го. У тебя там ещё синяк на лице. ― Да, это уже ерунда… Сначала хуже было, ― Вася наконец отстранил полотенце от лица, чтобы убедиться, что кровь окончательно остановилась. ― Зато появилось время свозить Макса в зоопарк. Тоже неплохо получилось. Так бы уехал ― и всё, а потом начал бы сезон… А ты что, все мои фотографии изучил? ― Вроде того, ― Зак даже не стал отпираться. Он забрал у Васи полотенце, отнёс в ванную, а потом вернулся и осторожно присел на подлокотник кресла. Впрочем, Вася быстро стянул его к себе на колени, обнял и уткнулся многострадальным носм в шею. ― Ты был такой забавный в девятнадцать лет. Но уже тогда очень красивый. И худой. И сейчас худой. ― Нормальный, ― Вася вздохнул. ― Заки, не трясись. Это обычная ситуация, ерундовая. Максимум, синяк будет на лице. Это не смертельно. ― А если сотрясение? ― Зак всё ещё ощущался каменным. Он весь сжимался, словно хотел стать меньше и легче. ― И это пройдёт, ― Вася пожал плечами. ― Поиграешь с другим бэкапом. ― Я не хочу, ― Зак вспыхнул мгновенно. ― Ты мой бэкап, а я твой… ― Ты просто мой, ― мягко поправил Вася. ― И знаешь, раз уж так вышло, что мы вдвоём, нас никто не трогает и не ищет… Давай проведём этот вечер с пользой. Поужинаем, наконец, что-нибудь посмотрим… ― А как же… ― Зак хотел было возразить, но наткнулся на уже знакомый «славянский» Васин взгляд и уточнил: ― Мне на хер, да? ― Именно. Разбитый нос ― это не повод, ― Вася с силой вдавил пальцы в рёбра Зака. ― Я ценю твою заботу, Заки. Но я не дева в беде, не хрустальная ваза. Я не сломаюсь от одного удара. До сих пор же не сломался. ― Ты предлагаешь мне проверить, где твой предел? ― очень серьёзно спросил Зак, поймав лицо Васи в ладони. Поцеловать его Зак не решался, но смотрел привычно жадно, голодно. ― Я предлагаю тебе воспользоваться уникальным шансом и провести классный вечер вдвоём, ― Вася сам повернул голову и поцеловал Зака в ладонь. ― Я предлагаю тебе себя. Хочешь? Тёмные глаза Зака зажглись внутренним огнём, когда он наклонился к Васе и мягко тронул его губы своими, прежде чем ответить: ― Хочу. Больше всего на свете.