Это был всего лишь сон... не так ли?

Тольятти. 7 июля. Среда. 2027 год. Самойлова устало зевнула, когда провела очередного за эту ночь клиента в зону VIP. Тяжёлый, сладковатый запах перегара, смешанный с духами, витал в воздухе, оставляя на языке неприятный привкус. Она едва сдержала очередной зевок, понимая, что вежливость- это её рабочая валюта, а демонстрация усталости не входила в «курс обмена». Работа администратором в баре «Гнездо» была, на первый взгляд, не особо пыльной: встречать и провожать клиентов из зоны VIP, а также следить за порядком в ней. «Порядок», конечно, был понятием относительным в пять утра в барном подполье. Скорее, это означало, что никто не должен был упасть с дивана, перемазаться шампанским или заблудиться в туалете. Но Марго особенно уставала от того, что ей нужно было быть миленькой девушкой за стойкой, что так любезно всё объяснит, всегда с улыбкой, от которой немели скулы. Эта маска прилипала к ней с каждой новой сменой, становясь все тяжелее и тоньше, а работает Самойлова здесь давно, с того самого момента, как начала учиться в Тольятти, а это случилось в сентябре уже прошлого года, в 2026. Она помнила, как в начале, когда только устроилась, ей нравилась эта игра в гостеприимство, блеск огней и ощущение причастности к ночной жизни города. Теперь это было просто обязанностью- очередной кирпичик в стене её усталости.. И эта вечная шумная музыка, что давала знать о себе, заглушая собственные мысли, превращая их в неразборчивый гул- раздражала. Басы пробивались сквозь пол, заставляя вибрировать кости, тонкая барабанная дробь отдавалась в висках, а синтезаторные переливы безжалостно царапали нервы. У неё были постоянные головные боли, ставшие настолько обыденными, что Марго перестала их замечать, воспринимая их как фон, как неотъемлемую часть профессионального ландшафта. Она даже научилась сквозь этот музыкальный шторм различать отдельные голоса, смех, звон бокалов и иногда- пронзительные крики, которые тут же гасли в толще звука. Время было около 5 утра, что означало скорый конец смены, чему она была не просто рада, а ликовала каждой клеткой своего утомлённого тела. Ещё час, может быть, чуть меньше, и всё закончится. Она сможет снять свою вежливую маску, зарыться в тишину своей маленькой съёмной квартиры и просто закрыть глаза, надеясь на то, что заснёт часами сном.. Никакой музыки. Никаких пьяных лиц. Никаких бесконечных вопросов. Только мягкая кровать и предвкушение забвения.. И вот, проведя последнего клиента из зоны VIP- им оказался тучный мужчина в распахнутой рубашке, который пытался уговорить её "просто пойти с ним на чашечку утреннего кофе"- девушка облегчённо вздохнула. Это был не столько вздох, сколько тихий, глубокий выдох, который выпускал наружу накопившееся за ночь напряжение. Плечи расслабились, невидимые нити, стягивающие её мышцы, лопнули. Она почувствовала, как по телу разливается приятная слабость- предвестник скорого отдыха. Марго огляделась. Зона VIP теперь казалась опустевшей и слегка сиротливой. На креслах валялись салфетки, несколько окурков, забытый телефон, который, скорее всего, вернётся искать его хозяин часа через три, если проснётся, а девушки для личных утех уже спешили в душевые, ведь их смена уже закончилась. Свет в «Гнезде» уже не казался таким ярким и манящим, как в начале смены. Он стал тусклым, равнодушным, высвечивая пылинки в воздухе и мелкие изъяны на стенах, которые днём были бы незаметны. Девушка прошла вдоль коридора, по пути поправив чуть съехавшую вазу с искусственными цветами. Её шаги по утоптанному ковру были неслышны. В этот час бар терял свой налёт таинственности и очарования, превращаясь в обычное, немного потасканное заведение, ждущее лишь уборки и нового вечера, чтобы снова надеть свой ночной наряд. За барной стойкой, чуть прислонившись к мрамору, стоял Игорь- ночной бармен, тоже выглядевший изрядно помятым. Он оглянулся, когда Марго подошла. — Ну что, Маргарита Юрьевна, последний герой уже ушёл?- пробасил он, его голос был хриплым от постоянных ночных разговоров и криков. — Ушёл..- устало сказала та, смотря на бутылки алкоголя.— Клянусь, если бы он ещё раз назвал меня «кошечкой», я бы его отправила не в такси, а прямо в ветеринарку на стерилизацию.- гроздно ответила Марго, и даже в её уставшем голосе проскочила нотка сарказма, на что Игорь лишь раздражённо фыркнул. — Я тебе могу посоветовать коктейль, чтобы стресс снять. Даю свою личную скидку, как старому боевому товарищу.- он улыбнулся, и на его лице появились глубокие морщины, которые были почти не видны за густой щетиной. Самойлова кивнула. — Давай что-нибудь… лёгкое.- а после, быстро добавила.— И без зонтика. Просто что-нибудь, что поможет мне забыть, что я всё ещё на работе.. Она потянулась, мышцы приятно заныли. И пусть головная боль ещё держалась, и гул в ушах не исчез, она уже чувствовала облегчение. Оставалось лишь дождаться своего коктейля, тихонько выпить его, ощущая, как тепло разливается по телу, и потом, наконец, уйти домой. Только эта мысль давала ей силы сделать последний рывок. Она посмотрела на часы- без пятнадцати пять. Почти свобода. Из блаженных размышлений вывел звук поставленного прямо перед ней продолговатого бокала. Самойлова улыбнулась так, как только могла, ведь перед ней был её любимый коктейль «Банана Колада». Она хотела было что-то сказать Игорю, но ему тут же пришёл заказ от официанта. Девушка устало вздохнула и, когда уже хотела отпить блаженный напиток, услышала по правую сторону до боли знакомый голос: — Маргарита? Это правда вы? Девушка тут же обернулась, после чего, удивлённо сказала: — Матвеев? А вы что здесь делаете?- и отпила коктейль, дабы хоть немного прийти в себя. — Хах, тот же вопрос..- усмехнулся он. — Я тут работаю, а вы..- но её перебил голос сзади. — Йо, Дим, сори, но мне надо уже ехать, а то так на автобус опоздаю..- а после добавил.— О, вижу ты подцепил девочку, познакомишь? Самойлова обернулась, дабы подтвердить свои подозрения и, увидев кто был сзади неё, удивлённо сказала: — Да ладно... это что, второй экстрасенс за эти уже два дня, что я переехала, и это Олег Шепс..- и добавила.— Будь я сейчас мелкая, то прыгала от счастья и начала просить автограф..- пауза, она посмотрела на Диму, что был в таком же шоке, что и Олег.— Вот скажите мне Матвеев, у вас случайно на третий день не забронирована встреча с Владом Череватым?- и с улыбкой добавила.— Я его большая фанатка.. — А, значит это та самая студентка..- очнулся первым Олег.— Ну, давай тогда знакомиться.. Моё имя ты знаешь, а вот я твоё нет.- с улыбкой сказал Шепс. — Маргарита Самойлова, приятно познакомиться.- а после добавила.— Я являюсь здесь помощником администратора, следящим за зоной VIP, так что, не могу не спросить у вас о том, всё ли вам понравилось? — Всё как всегда классно, за это не беспокойся, и давай на «ты», всё-таки, я не такой старый.- с улыбкой говорил тот. — Хахах, ну, насколько я помню, то у нас с тобой разница в возрасте аж в 9 лет..- на что Олег тут же немного помрачнел. — Тебе 20? — Да, с недавних пор мне 20. — Охренеть.. — Кхм..- очнулся Дима.— Я вам не мешаю? И да, Олег, ты вроде как что-то говорил о том, что тебе пора, а то ты на утренний автобус до Самары не успеешь..- напомнил он другу, на что тот лишь закатил глаза. — Давайте сфоткаемся, а то не первый раз встретимся в такой компании.- предложила рыжая, на что парни быстро согласились. И вот, в телефоне Самойловы теперь красовалась фотография, где та была по середине, с улыбкой попивая «Банана Колада», справа от неё был Шепс, что улыбался лучезарной улыбкой и делал этот снимок, а по левую сторону от неё был Матвеев, что примостился у неё на плече и с улыбкой показывал ей сзади рожки. Девушка ухмыльнулась, мысленно делая пометочку о том, чтобы отправить своей однокласснице с 11 класса, Арине, сделанное фото, так как и она в своё время интересовалась эзотерикой и экстрасенсами..

***

Попрощавшись с мужчинами, та быстро сходила в душ, переоделась, забрала свои вещи и вышла из заведения. — "Наконец-то можно вдохнуть воздух полной грудью и не думать о том, что к тебе будут приставать." Подул ветер, девушка поёжилась от утреннего холода. — "Надо было всё-таки смотреть погоду и одеваться уже по ней, а не как всегда.."- раздражённо подумала та, смотря на небо, на котором начинали сгущаться тёмные дождевые тучи. Самойлова была одета не по погоде: свободные чёрные джинсовые шорты, синяя футболка безрукавка и чёрные босоножки на ногах, а сзади был излюбленный чёрный рюкзак, в котором и были все её вещи. Вдруг, на плечи опустилось что-то тёплое, судя по консистенции, это была кофта. Но вот чья? — Вижу, ты даже не посмотрела прогноз погоды, раз так легко оделась..- послышался знакомый голос, а затем и смешок. — О, так мы перешли на «ты». Не ожидала от вас такого, Матвеев.- ухмыльнулась та, снимая рюкзак, чтобы надеть его чёрную кофту. — А ты любишь язвить..- верно подметил он. — О, чтоб ты знал, у меня в школьные годы было даже прозвище «Душнила».- она улыбнулась, смотря ему прямо в глаза.— Решил устроиться ко мне в личную охрану? — Шутку оценил, но вот погоду явно нет.. Судя по тучам, скоро пойдёт дождь, так что стоит поспешить, если мы хотим дойти до дома сухими.- снова верно подметил он. Самойлова лишь захватила глаза, тяжело вздыхая, но всё-таки соглашаясь с ним, так как тот был абсолютно прав, да и шанс того, что она может заблудиться или пройти мимо квартиры весьма велик, так как обратно она ещё по этому пути не шла. — Эй, кошечка, может быть, ты всё-таки согласишься составить мне и моим друзьям компанию?- немного пьяным голосом сказал появившийся из ниоткуда мужчина в сопровождении таких же развязных молодчиков. От их вида по телу Самойловой пробежала волна страха, предвещая неизвестность их конца с Матвеевым. По их телосложению было ясно: эти мужчины без каких-либо проблем могут сделать с ними всё что угодно.. — Рит, быстро встань сзади меня и не выходи из-за моей спины.- уверенно скомандовал Матвеев, и Самойлова без промедления укрылась за его спиной. Один из подошедших потянулся к ней, из-за чего та дёрнулась, вжимаясь руками в плечи Матвеева, но Дима перехватил его руку, резко крутанув, и тот с хрипом отлетел в сторону. Тут же на него накинулись двое других.. Атмосфера сгустилась, воздух наполнился напряжением. Кулаки мелькали в дневном свете, что пытался пробиваться через тёмные тучи, глухие удары эхом отдавались от стен. Матвеев, хоть и был крепким, не мог справиться сразу с тремя нападавшими одновременно. Они наседали, выдыхались все трое, и Дима начал проигрывать, его движения становились медленными и тяжёлыми, а удары уже не имели былой силы. Видя, как Матвеев, задыхаясь, падает на колени под градом ударов, девушка, дрожащими руками, нащупала в боковом кармане рюкзака купленный недавно перцовый баллончик. Страх отступил перед инстинктом самосохранения. Выбрав момент, когда нападавшие склонились над Димой, она решительно подняла руку, подбигая ближе к амбалам. Секунда, и облако едкого газа вырвалось из баллончика, накрывая лица всех троих. Мужчины с воплями отшатнулись, хватаясь за глаза, их пьяный запал мгновенно сменился жгучей болью и удушьем. — Бежим!- крикнула девушка, подымая Матвеева с ног.

***

Самойлова бежала не оглядываясь, лишь крепче сжав руку Матвеева, что пытался поспевать за ней. Добежав до дома, оба тяжело дышали, а бежали они долго, около 15 минут. Марго посмотрела на побитого Диму и с беспокойством сказала: — Насколько всё плохо? Может в больницу пойдём? Но Матвеев пишет отрицательно помотал головой: — Нет, не нужно, завтра всё равно буду как огурчик.- усмехнулся он, на что получил испепеляющий взгляд девушки. Девушка с легка ударила того в плечо и Дима, скорчившись от боли, громко зашипел. — Ага, справится он.- с сарказмом сказала та. — Ладно. Ты мне поможешь.- нехотя сказал тот, закатывая глаза. — Давай, пойдём, нам ещё топать до пятого этажа..- тяжело вздохнув, сказала та.

***

Маргарита присела на скрипучий стул рядом с Матвеевым, который, несмотря на своё ворчание, покорно сидел, позволяя ей заниматься его разбитой губой и рассечённой бровью. В тусклом свете лампы, висящей над столом, её пальцы осторожно прошлись по его лицу, нанося антисептик. Запах йода смешивался с острым запахом его пота и едва уловимым ароматом пыли, поднятой недавней стычкой. Мужчина шипел сквозь сжатые зубы каждый раз, когда ватный тампон касался свежих ран. Он отворачивался, его взгляд метался по комнате, избегая её пристального обследования. Его бровь дрогнула, а уголок рта опустился, выдавая недовольство, которое он безуспешно пытался скрыть. — Аккуратнее.- пробурчал он наконец, его голос был низким и хриплым, как будто он ещё не отошел от недавней жары схватки. Матвеев дёрнул головой, но девушка мягко, но настойчиво, ограничила его движение, придерживая его за подбородок. — Ты бы сам мог справиться, да?- её голос был ровным, без единой насмешки, лишь лёгкая усталость проскальзывала в интонации. Она знала, что его мужское самолюбие задето. Он, сильный, казалось бы, несокрушимый мужчина, нуждался в её помощи, и это явно его раздражало. Марго прекрасно знала, что тот не привык быть в такой роли, не привык к слабости или зависимости. Ему было не по себе от того, что она видела его таким- уязвимым, только что вышедшим из драки, с кровью на лице. Это не соответствовало образу, который он, вероятно, хотел показывать не только в соц сетях, но и в жизни. — Конечно, мог!- он резко выдохнул, но не осмелился пошевелиться слишком сильно. От его напряженной позы исходила почти осязаемая энергия. — Просто… ты уж больно резко всё делаешь..- тихо и немного виновато сказал тот. Дима избегал смотреть ей в глаза, его взгляд был прикован к её рукам, которые продолжали методично очищать раны. Его щека дёрнулась. Маргарита лишь слегка улыбнулась уголками губ, почти незаметно. Она больно быстро привыкла к его ворчанию, хотя от силы была знакома с ним лишь второй день. Самойлова ещё с подросткового возраста знала, что он всегда был такой- резкий, прямолинейный, иногда грубоватый, но в то же время удивительно предсказуемый. Его слова, произносимые за все эти два часа, редко ранили, потому что за ними всегда чувствовалась какая-то внутренняя борьба. Закончив с губой, она взялась за бровь. Медленно, тщательно, она убрала остатки запёкшейся крови. Её прикосновения были лёгкими, но уверенными, так как та решила отдать дань уважения маме, что была при жизни старшей медсестрой, и научиться хотя бы базовыми навыками в медицине, что довольно часто помогали, например, сейчас. В воздухе повисла тишина, нарушаемая лишь редкими вздохами Матвеева и шорохом ватных дисков. Когда последняя рана была обработана, и пластырь аккуратно приклеен к брови, Маргарита тяжело вздохнула. Это был глубокий, выстраданный выдох, который, казалось, вырвал из неё всю скопившуюся за эту ночь и утро усталость и напряжение. Она откинулась на спинку стула, её руки опустились на колени, а глаза закрылись на мгновение. — Я...- начала она, её голос был чуть тише обычного, почти шёпот. Самойлова снова открыла глаза, её взгляд был устремлен в пустоту, а не на Диму, как будто она говорила сама с собой. — Я понимаю, что за эти почти два дня нашего с тобой знакомства доставила слишком много проблем.. Сначала с этой квартирой, теперь вот… эта драка. Всё из-за меня.. В её голосе сквозила искренняя, почти болезненная вина. Она чувствовала себя обузой, источником всех бед, которые преследовали Диму с момента её прибытия. Каждый её шаг, казалось, вёл к новому конфликту, новой неприятности.. Матвеев, до этого момента погружённый в своё недовольство, поднял голову и впервые за эти минуты посмотрел на неё прямо. Его взгляд, обычно такой резкий и пронзительный, сейчас был неожиданно мягким, даже сочувствующим. Он выдержал паузу, прежде чем ответить, словно подбирая нужные слова, что было для него нехарактерно: — Ты не виновата в этом.- его голос был глубже, чем обычно, лишённый привычной резкости; он слегка наклонился к ней.— В Тольятти всегда было так. Этот город.. Он никогда не был спокойным местом. Тут всегда найдётся какой-нибудь амбал, который захочет показать свою силу. Неважно, идет ли речь о девушке, которая просто мимо проходит, или о парне, который не так посмотрел. Драки здесь не редкость, скорее, часть повседневной жизни. Он провёл рукой по своей шраму на руке, что был скрыт под татуировками, его взгляд снова стал задумчивым. Он вспомнил свои подростковые годы, когда подобные стычки были обыденностью. У каждой улицы были свои негласные правила, свои зоны влияния, и несоблюдение их быстро приводило к конфликтам. — Это не твоя вина, что ты оказалась не в том месте и не в то время. продолжил он, более уверенно.— И не твоя вина, что эти…- он замолчал, подбирая более приличные слова.—... недоделанные мужланы, решили выместить злость на первом попавшемся, так ещё и таким образом. А то, что я вмешался… это сугубо моё решение. Любой нормальный мужчина поступил бы точно так же. Ты тут ни при чём. Это просто… наша суровая реальность Тольятти.. Его слова, произнесенные с такой непривычной мягкостью и искренностью, немного успокоили девушку. Она подняла на него глаза, и в них отразилась благодарность. Она знала, что он не тот человек, который стал бы лгать или приукрашивать действительность. Если он это говорил, значит, он действительно так думал. Значит, её чувство вины было напрасным, или, по крайней мере, преувеличенным. — Просто… мне кажется, что я несу за собой проблемы, куда бы ни пошла..- снова тихо сказала она, её голос был слабее, чем обычно. Она чувствовала, как бремя последних лет тяжелеет на её плечах. Каждый день приносил с собой новые вызовы, новые опасности и неудачи.. Дима внимательно посмотрел на неё. В её глазах он увидел не только усталость, но и глубокую печаль, какую-то застарелую боль, которая выходила далеко за рамки недавних событий. Он понимал, что её переживания не ограничивались только этим днём или этой неделей. Она несла в себе гораздо больше. — Ты просто… оказалась в водовороте событий..- сказал он, его голос был теперь почти отцовским. Он сам не понимал, почему так сильно сочувствует ей. Обычно он был более отстранённым, более циничным. Но в этой девушке было что-то, что заставляло его чувствовать что-то новое, что-то, что выбивалось из его привычного равновесия. — Иногда такое бывает.. Несчастье просто находит тебя. Важно, как ты справляешься с ним. И ты, Рит, справляешься с ним довольно таки неплохо..- в его словах проскользнула доля восхищения, которую он, вероятно, не собирался выражать, но которая всё равно прозвучала. Маргарита вздохнула, но на этот раз выдох был легче, освобождающим. Часть напряжения ушла. Она взглянула на свои руки, которые всё ещё немного подрагивали от нервного напряжения. Дима не отводил от неё глаз. В этот момент между ними возникло нечто новое- не просто отношения «спасителя и спасенной», а какое-то зарождающееся, едва уловимое понимание. Они были чужими, втянутыми в одни и те же проблемы, но эта общая борьба начинала связывать их. — Спасибо, Дим..- прошептала она, её голос был так тих, что он едва расслышал. Она подняла на него взгляд. В её глазах не было благодарности за спасение. Только за понимание. За то, что он не обвинил её, а наоборот- попытался снять с неё эту тяжесть вины. Для Самойловой, привыкшей полагаться на себя, это было как глоток свежего воздуха. Он кивнул, его губы слегка дрогнули в подобии улыбки, но тут же вернулись в привычно-суровое выражение. В комнате снова воцарилась тишина, но теперь она была не такой напряжённой, как раньше. За окном сгущались звуки машин, в которых люди уже ехали на работу или учёбу. Город, со всеми его опасностями и жестокостью, готовился к утру. Но внутри, в этой маленькой, скудно освещённой комнате, что-то изменилось. Начало нового этапа их невольного знакомства, которое обещало быть таким же непредсказуемым, как и сам Тольятти..