Hand of the Creator

Поезд тормозил резко, скрежетом вписываясь в остановку. От рывка Захария чуть не уронила ложку в банку с кашей. За мутными окнами показалась тень старого купола — он нависал над горизонтом, как высохший панцирь гигантского зверя. Когда-то здесь жили люди. Теперь — никто. Или почти никто. Металлические ребра купола были проржавевшими, а местами — провалившимися внутрь. Некоторые участки залатали, но это было похоже на попытку заклеить боевую рану пластырем. — Готовься, — произнёс Шон, пристёгивая плащ и проверяя батарею в своём импланте. Они вышли из поезда. Жара сразу ударила в лицо — сухой, обжигающий воздух. Пыль казалась сухой до безумия. — Эй, — тихо позвал Шон. — Ты же не забыла, как дышать? Захария вздрогнула. Он смотрел на неё, чуть мягче, чем обычно. — Всё будет нормально, — сказал он. — Я рядом. Пока не начнётся. — А потом? — Потом — ты сама. Но я бы не пошёл с тобой, если бы не верил, что ты справишься. --- — Проверка канала, — проговорил Шон. Голос в передатчике хрипнул, как будто простыл. — Один, два. Захария? — Слышу, — коротко ответила она. Купол «Тарсис-12» когда-то принадлежал первым поселенцам. Потом — корпорации. Потом — никому. Много лет назад его признали аварийным, эвакуировали всё полезное и всех полезных, а остатки населения разбежались сами. Теперь, как это часто бывает на Марсе, руины вновь оказались в загребущих руках "Изобилия". Захария плохо понимала, зачем корпорации вообще понадобились эти полусгнившие останки. Всё ценное, скорее всего, вывезли задолго до рождения пра-пра-прадеда нынешнего Лозоходца. И уж тем более она не понимала, почему в охраняемые руины отправляли для испытания техномантов, якобы, чтобы выгнать оттуда каких-то особенно упорных бандитов. Она собиралась начать отпуск. Сегодня, если быть точной, должен был стать первым днём без мучительных лекций по «Истории демократического развития Изобилия», на которые она ходила только благодаря своей исключительной силе воли и укоризненному взгляду Мастера Коннора. Освободившееся время Захария собиралась потратить на что-то более полезное. По её скромному мнению, полезнее было бы что угодно, включая попытку потренироваться эффектно зажигать сигарету, используя техномантию. У неё сигарета обычно сгорала полностью. Шон утверждал, что это к лучшему. Меньше никотина — больше жизни. Шон был настоящей курицей-наседкой, но она никогда не произносила этого вслух, опасаясь всё таки получить заряженный электричеством щелбан от своего учителя. --- Тарсис-12. Внутренний сектор. Внутри купола пахло ржавчиной, плесенью и пеплом. Тонкие лучи солнечного света пробивались сквозь трещины в защитном стекле, рассеиваясь в пыли, как в полузаброшенном храме. Стены старых технических коридоров были исписаны граффити. Большинство — бессмысленные, но среди них Захария несколько раз замечала странные символы: круг с вертикальной чертой и каплей. Её кольнуло смутное беспокойство. — Это здесь и раньше было? — она указала на стену. — Нет. И не нравится мне это.— Шон шагал вперёд, проверяя путь перед ними так, будто сам чувствовал что-то нехорошее. — Будь настороже. Мы не знаем, кто и зачем тут ошивается. У них было оборудование: усиленные очки ночного видения, импульсные пистолеты с глушителями, техномантия на случай прямого столкновения. Но всё это не отменяло того факта, что они вдвоём в потенциально враждебной, плохо изученной зоне. И что-то явно шло не так, как обычно бывает при инициации. Они двигались бесшумно. Шон — как охотник. Захария старалась не отставать, повторяя за ним каждое движение. Сквозь треснутые вентиляционные решётки проникал звук шагов — кто-то был совсем рядом. Шон поднял руку. Захария замерла. Он присел у стены и жестом указал вверх. Там, над ними, на старой переходной лестнице, двое. Один с дробовиком, второй с ржавым тесаком. — Не шумим. Я — правого, ты — левого. Сигнал — свет, — прошептал Шон, и в его пальцах вспыхнула слабая синяя искра. Они выждали момент, пока оба бандита повернутся спиной. Вспышка. — Сейчас! Захария метнулась вперёд, активируя импульсный разряд. Сгусток энергии ударил в шею противника, и тот с глухим стоном рухнул вниз, ударившись о металлическую трубу. Шон действовал молниеносно: сорвался с места, прыгнул, обрушил разряд прямо в спину второго. Тот даже не успел закричать — просто обмяк и свалился на лестницу. — Чисто,— коротко бросил Шон, уже проверяя пульс оглушённых. — Живы. Но ненадолго, если останутся здесь. Метим точку — и дальше. — Они... не похожи на обычных головорезов, — заметила Захария, присматриваясь к лицу одного из напавших. — У него... маска. Как у старых шахтёров. И этот символ. Снова. На плече у одного из них действительно была вышивка: тот же круг с каплей. Шон это заметил тоже, но промолчал. Только глаза сузились. Что-то он знал. Или догадывался. — Ещё пара точек — и возвращаемся. У нас два часа до восхода солнца. Не тормози. Он пошёл вперёд, уверенно, шаг за шагом вглубь купола. Захария задержалась лишь на секунду, смотря на маску. Треснутая линза, похожая на глаз. Из неё сочилась влага. Капля. Настоящая. Она коснулась пальцем и с удивлением убедилась: вода. Настоящая вода, в этом пересушенном гробу. Сердце стукнуло тревожно. Она обернулась — Шон был уже далеко. — Скоро узнаю, что ты такое, — прошептала она в пустоту. И побежала за ним. ___ С каждым шагом внутрь купола становилось всё тише. Ни звуков, ни вибраций, ни скрежета механизмов. Захария чувствовала, как напряжение сжимает ей грудь. Шон шёл первым, но его походка изменилась — теперь она была настороженной, почти крадущейся. Он держал оружие наготове. Они вышли на небольшую площадь перед старым техцентром, и тогда Захария увидела их — три тела, брошенные возле разбитого терминала. — Осторожно, — только и сказал Шон. И резко поднял кулак. Захария остановилась как вкопанная. Он подошёл к ближайшему телу и медленно перевернул его. Грудь мужчины была пробита чем-то острым. Не дробовик, не импульс. Удар точный, в сердце, между бронепластинами. — Это не бандиты, — буркнул Шон. — Это наши. — Что?! — Солдаты Изобилия. Участники "сценария". Они должны были изображать врага на испытаниях. Видишь — у него даже жетон припрятан на поясе. Захария всмотрелась — действительно. Один из мертвецов был в броне с нашивкой фальшивой банды, но под слоем ткани мелькала стандартная униформа секторальных войск. Всё это должно было быть инсценировкой. — Кто-то убил их по-настоящему,— сказала она медленно. Шон поднялся. Его лицо было напряжено, как перед боем. — Это не часть учебки. Слишком чисто, слишком точно. Я знаю этих ребят. Один — Кастро, работал в охране объектов связи. Отличный солдат. А убили его, как щенка. — Может, кто-то из курсантов… перегнул? — Нет. Ни один кадет не смог бы сделать это так быстро. И... не стал бы сдирать кожу с лица у последнего. — Он указал на третий труп. Захария поморщилась. Лицо солдата было… нет, было — слишком мягкое слово. Его не было. Вместо него — мясо и кровь, обугленные края черепа. — Кто-то пробрался в купол во время подготовки испытания. Кто-то, кто знал план. Шон выругался сквозь зубы и развернулся на сто восемьдесят градусов. — Связи нет. Глушат. Мы одни. — Что делать? — Завершить задание. Но теперь это не тренировка, Захария. Если кто-то нападёт — не жди команды. Стреляй на поражение. — Ты думаешь, это бандиты? Или… — Не знаю. Но в этом куполе мы с тобой — как два голоса в могиле. И кто-то только что захлопнул крышку.