Эта маленькая проблема—мой ребёнок

Шота Айзава – терпеливый человек. Однако он признает, что был в четырех секундах от того, чтобы кого-нибудь задушить, когда посреди урока этики зазвонил телефон. Впрочем, его «адский класс» все равно его не слушал, большинство были слишком заняты обсуждением спортивного фестиваля, который должен был состояться на следующей неделе. Шота фыркнул, наклоняясь, чтобы ответить на звонок. Он был рад, что полностью выздоровел после инцидента в USJ. Его правило при ответе на телефонные звонки в классе заключалось в том, что звонок должен быть громким, поэтому, подавая пример, он включил громкую связь, и весь класс затих, чтобы послушать. «Говорит Айзава», — сказал он, зная, что это его личный телефон, а не рабочий. «Голова-ластик», — прошипел голос на другом конце провода. Шота на мгновение замолчал. —«Что?» «У нас твой сын», — ответил голос. Шота наблюдал, как все его одноклассники-подростки замерли, услышав это заявление. «Вы один из сотрудников школы?» — спросил Шота, надеясь на лучший исход. «Нет!» — крикнул в ответ мужчина на другом конце провода, выглядя потрясенным. «Хорошо. Так кто вы?» «Я похитил твоего чертового сопляка, и мне нужно десять миллионов йен к концу дня, иначе он умрет!» — закричал мужчина. Шота поднял бровь. «Можно мне доказательство того, что мой сын с вами?» Класс продолжал наблюдать в ошеломленном молчании, пока на другом конце провода раздавалось невнятное бормотание и перебирание пальцами. «Папа?» — раздался из динамика хриплый, совсем детский голосок. «Проблемный ребёнок», — ответил Шота спокойным и нейтральным голосом. «П-папа, они меня похитили!» — всхлипывал мальчик. Шота слегка усмехнулся, наклонившись к телефону, чтобы его голос был хорошо слышен. «Тебе разрешено защищаться. Только, пожалуйста, не убивай их». Через секунду молодой голос без слез прокричал: «Да!», и звонок прервался. Затем Шота спрятал телефон в карман и отправился обратно на урок. «Сэнсэй!» — закричал класс. «Что?» «Почему вы не уходите?!» «Вы должны ему помочь!» «Он говорил слишком молодо!» «У вас есть ребёнок?!» «Вам нужно кому-нибудь позвонить!» Шота глубоко вздохнул, а затем поднял руку, чтобы остановить натиск. «Пять», — произнес он, заставив всех замереть. «Четыре». Студенты огляделись, явно смущенные. «Три». Некоторые из них вспотели. «Два». Подростки дружно затаили дыхание. «Раз». Телефон Шоты снова зазвонил, на этот раз от детектива. «Цукаучи?» — спросил Шота, снова включив громкую связь. «Айзава! Тебе нужно взять сына под контроль!» — крикнул он в панике. Улыбка Шоты стала еще шире. «О? Насколько мне известно, моего бедного малыша похитили». Затем на другом конце провода раздался очень громкий взрыв, сопровождаемый криками людей. «Ты же прекрасно знаешь, что он слишком…!» Еще один взрыв. Затем послышался маниакальный детский смех. «Помогите!» «Нет». Шота повесил трубку. «С ними всё будет в порядке». Позже урок в классе 1А был прерван детективом, чья фигура всем своим видом говорила о том, что он только что прополз через ад, и о ребенке, которого он носил на руках. «Папа!» — взвизгнул маленький мальчик, протягивая руку к герою стирателя. В отличие от детектива, ребенок выглядел совершенно нормально, ни единой царапины. Шота довольно напевал и забрал сына у избитого мужчины. «Пошёл ты нахуй…» — прорычал Цукаучи, бросив на Шоту гневный взгляд. «Что? Моего сына похитили, он что, не должен был сопротивляться?» «Ты мог бы помочь!» «Помог. Я сказал ему никого не убивать». Шота пожал плечами, приподняв ребёнка на руках, как новорождённого. «В любом случае, сейчас его время спать». — пробормотал Шота, желая расхохотаться, глядя на совершенно безжизненное выражение лица друга. «Спасибо, что привёз его». Затем Шота закрыл дверь класса, прежде чем Цукаучи успел что-либо сказать. «Класс, познакомьтесь с моим сыном, Изуку», — вздохнул мужчина. Ученики класса 1А всё ещё были слишком смущены, чтобы что-либо сказать, когда четырёхлетний мальчик ухмыльнулся им той пугающе широкой улыбкой, которую их учитель часто использовал перед тем, как совершить какой-нибудь безумный поступок. "Привет!"