Те, Кто Помнят

      Вторник, 17 августа 2010 года. — Хочешь знать, в чём разница между мужчиной и женщиной? — спросил Шейн, а Рик передал мужчине салфетку. — Это какой-то анекдот? — Нет, я серьёзно.       Рик взял немного картофеля фри и, макая его в кетчуп, слушал Шейна. — Я никогда не встречал женщину, которая умела бы выключать свет. Они рождаются с мыслью, что выключатель работает только в одну сторону — «включать». Стоит им только выйти из комнаты, и всё — они слепнут. Все женщины, я имею в виду все те, которым я давал ключ, были такие… Клянусь богом. Прихожу домой, а там везде горит свет, и судя по всему, с их точки зрения…раз я родился с другим набором хромосом, то просто обязан пройтись по дому и выключить весь свет, который только включила эта цыпочка.       Мужчина продолжал разглагольствовать, а Рик слушал, хотя и чувствовал себя не в своей тарелке, как будто у него в голове зудело что-то ещё, помимо проблем в браке. — Да ну? — Да, детка. М-мгм. И как тебе проповедь преподобного Шейна…       На Рика в моменте обрушилось всё и сразу. Страх, боль, крики, кровь.       Шейн, Лори, Карл — все они были мертвы. Дейл, Андреа, Хершел, Абрахам, Гленн — столько смертей.       Ходячие…       Дэрил, его брат, настоящий брат, намного больший брат, чем Шейн когда-либо был ему. Мишонн, которая поддерживала его гораздо больше, чем они с Лори когда-либо поддерживали друг друга. Джудит, его малышка, она была его, а не Шейна.       Всё это.       Каждая секунда, каждое разбитое сердце, каждая битва, каждый миг разрушенной надежды — всё это вновь нахлынуло на него.       Рик не мог дышать. Он вцепился в дверцу машины, пытаясь собраться с мыслями. Ему доводилось переживать и худшее, но сейчас он чувствовал себя на пределе.       Шейн издал грубый рык.       Рик повернулся к нему. Внешне он был спокоен, но насторожен и готов действовать. Его взгляд следил за каждым движением мужчины.       Шейн с широко раскрытыми глазами, в испарине, смотрел на Рика так, словно увидел какое-то привидение. Затем его лицо исказилось от ярости, он потянулся к своему табельному оружию, выхватил его и приставил дуло ко лбу Рика.       Однако Рик не беспокоился. Он знал Шейна всю свою жизнь. Как бы тот ни притворялся крутым, у него никогда не хватило бы духу убить Рика на том самом поле. Даже если Шейн вёл себя так, будто мог застрелить своего лучшего друга, на самом деле это Рик был тем, кто готов спустить курок.       Конечно, нельзя сказать, что Шейн был хорошим или стабильным человеком. Но кто из них вообще теперь был? — Ах ты, сукин сын, — зарычал Шейн, продолжая держать его на мушке. Рик не дрогнул и принял вызов. — Ты отнял у меня всё.       Рука Шейна дрожала, взгляд блуждал. Рик глубоко вздохнул. — Посмотри на меня, — спокойно сказал он. Шейн послушался, хотя внешне и казался невменяемым. — Я бы сделал это снова, если бы это помогло защитить их.       Тишина. — Я же сказал тебе, что останусь жить, чтобы сохранить их жизнь. И я сдерживал это обещание, пока мог, — продолжил Рик. — Мне приходилось делать гораздо худшее, чем просто отнять у тебя всё. И я бы сделал это снова.       Шейн стиснул зубы: — Ты всегда считал себя лучше меня — всегда думал, что знаешь, как правильно. Без тебя я мог бы получить всё: Лори, Карла, ребёнка. Ты украл их у меня.       Рик горько улыбнулся. Он не смог защитить Карла и Лори, но по крайней мере, Джудит выжила. — Я поддерживал в них жизнь, сколько мог. Я был рядом с моим ребёнком, а ты нет — потому что ты сам вынудил меня. Так что не делай этого снова, — заявил Рик. — Ты? Ты уже был мёртв, Шейн, задолго до того, как я вонзил нож в твою грудь.       Палец Шейна дёрнулся на спусковом крючке, всего один раз, затем он резко выдохнул, опустил пистолет и пнул дверь машины. Его ботинки ступили на землю, и он, сжав кулаки, зашагал прочь, бормоча что-то себе под нос. Рик уже не мог разобрать, что именно.       Он не стал его останавливать. Ему и не нужно было этого делать — Шейн так или иначе вернётся. Боль, которую они оба помнили, была не из тех, от которой можно просто так избавиться, и, зная, каким стал его лучший друг, мужчина был уверен, что тот отправится на поиски Лори или Карла.       Рик опустил взгляд на свои руки. Чистые — крови нет, пока что.       В конце концов, он стал не лучше Шейна. А может, даже хуже. Он действительно был готов на всё ради своей семьи, он уже столько всего сделал. Он рвал глотки зубами, расстреливал безоружных людей — он понимал, что тогда чувствовал Шейн. Он просто был слишком безрассудным, слишком упрямым, чтобы прислушаться к голосу разума.       Радио в машине ожило, как и в тот же день много лет назад: — Всем доступным подразделениям, преследование на высокой скорости, подразделения округа Линден запрашивают помощь на трассе. Восемнадцатое на юг, вооружённое ограбление, угон и покушение на убийство. Будьте предельно осторожны.       Рик не сразу потянулся, чтобы ответить.       Потому что теперь всё было по-другому — он не будет ранен. За несколько недель до начала эпидемии он не собирался упускать свой шанс и идти на верную смерть.       Если он помнил, и Шейн помнил, то, возможно, и остальные члены его семьи тоже. Дэрил, Мишонн, Кэрол, Мэгги, Гленн, Хершел, Карл…       У него перехватило дыхание. В последний раз, когда он видел своего сына, всё было хорошо, но что, если будущее больше не предопределено? Рик собирался воспользоваться им в полной мере.       Он потянулся за радио. — Диспетчерская, это помощник шерифа Граймс. Офицер Уолш только что ушёл в гневе, и я не думаю, что мы можем чем-то помочь в данный момент.       Его голос звучал уверенно, и он уже чувствовал, как его переполняет решимость. Он собирался изменить всё, шаг за шагом, и сделать так, чтобы те, кто ему дорог, остались живы.       Все.