Чёрная луна

      Авель громко захлопнул за собой дверь, едва поймав её взгляд. Лют фыркнула на это, встряхивая головой, и огляделась. Кабинет Адама, пребывавший и до этого в не лучшем состоянии, теперь был полностью разгромлен. Истребительница сделала несколько глубоких вздохов, чтобы попытаться успокоиться.       — Чёрт, да тут ничего не осталось, — раздался позади голос Адама, бывшего плодом её (возможно уже больного) воображения. — Да чего уж отрицать, ты больная сумасшедшая сука, так просто прими это!       Лют хмыкает, невесело усмехаясь, но отрицать это не собирается. Да и смысл спорить, если это говорит её собственный разум? Она медленно прошлась по кабинету. Разбитое стекло хрустело под ногами.       — Можно ли сделать что-то ещё? — спрашивает она, смотря на Адама, что уселся на кресло. Прямо как и при жизни, так же вальяжно.       — Мне-то откуда знать.       — Но неужели нет никого, кто бы... — проронила было она, но замолкает, когда к ней приходит в голову мысль. Адам расплывается в усмешке, глядя на неё. — Архистратиг... его ведь не было на этом суде?       Истребительница поспешно идёт к выходу, уже готовая выбежать выполнить свою идею. Однако останавливается, едва схватившись за ручку. Стоит ли вообще идти к нему? Насколько ей известно, он сейчас не у дел, а его вмешательство возможно лишь с согласия серафимов. Но, возможно, раз он тоже древний, то Сера прислушается к нему? Это ведь именно он когда-то сбросил в Ад того ублюдка, значит, наверняка прислушается к её опасениям насчёт демонов и принцессы в частности...       — Будь осторожна. Эти долбанные древние всегда себе на уме, — произносит Адам где-то над её головой, повторяя то, что Лют когда-то уже слышала от него.       — Стоит попытаться. Он теперь единственный, кто способен что-то сделать.       Она всё же дёргает ручку, выходя из кабинета. Надо поспешить, пока Сера и с Михаилом не пообщалась насчёт этого сраного искупления.

***

      Михаил удивлённо смотрит на ту, кто посмел так бесцеремонно вбежать к нему. Растрёпанная, с отчаянием в глазах, она стояла перед ним, склонившись в попытке восстановить дыхание. По её форме он сразу узнал в ней истребительницу, одну из тех, которыми командовал Адам. И судя по её руке, пострадала она сильно в последнем бою.       — Сир Михаил, — пролепетала она и упала на колени, заставив этим приподнять архангела удивлённо брови. — Пожалуйста, выслушайте меня.       — Для начала представься, — строго произнёс он, подходя ближе.       — Меня зовут Лют, — сглотнув, отвечала она и подняла голову, не отводя храбро взгляда. — Я сержант из армии истребителей, подчинённая нашего командира Адама... точнее, была ею.       — И для чего же ты здесь? Ваше войско не под моей ответственностью.       — Я пришла вас просить, нет умолять сделать хоть что-то с этими выродками! — вскинулась Лют, и в её взгляде было столько ненависти и холодной ярости, которую было несложно прочесть.       Искренние эмоции и чувства, которые она не собиралась даже скрывать. И Михаилу не нравилось, что этим она кое-кого ему напоминала.       — Конкретнее, солдат.       — Эти... демоны... чёртовы грешники! Они убили Адама! — вышла из себя девушка, но отдёрнула себя же, поняв, что вновь совершает ту же ошибку. Она понурила голову, продолжив уже сдержаннее. — Они должны заплатить за его убийство и смерти других истребителей.       — И почему же?       — По... почему?       Лют смотрит на него в шоке и непонимании. Для неё будто сам вопрос был бессмысленным. Михаил покачал головой, и от такого действия последняя надежда в ней стала угасать.       — В договоре с Морнингстаром не было и слова о том, что грешникам воспрещается обороняться, — отвечал тот. — А вот что реально там было под запретом, так это убийство адскирождённых. Напомнить тебе, кто нарушил это?       Лют не ответила. Конечно, она это понимала, но! Опять это но... Как же ей быть теперь без него? Она невольно всхлипывает, когда на глазах вновь наворачиваются жгучие слёзы от обиды и злости. Пальцы её больно хватаются за волосы, пока истребительница смотрит в пол, пытаясь хоть что-то сообразить. Что ей такого сказать или сделать, чтобы хоть кто-то помог ей?       И в этой накатывающей истерике она не замечает, что архангел всё ещё рядом. Он смотрит на неё задумчиво, но во взгляде холод. В курсе ли та, что просит отомстить за того, кто чуть не убил его же племянницу?       Михаил хмыкает и привлекает к себе внимание истребительницы только когда присаживается перед ней и берёт за подбородок, заставляя посмотреть на себя. Несколько мгновений он просто осматривает её лицо, прежде чем спросить то, что заставляет Лют вздрогнуть.       — Ты ведь любила его да? — девушка сглатывает, не в силах оторвать взгляда от пронзительно голубых глаз перед ней. Но в ответе тот и не нуждался. — Как иронично. Снова истребитель сходит с ума из-за любви. Скажи мне, она хотя бы в этот раз была взаимной?       Эти долбанные древние всегда себе на уме.       — Я не знаю, — пролепетала Лют. — О чём вы...       — Всё понятно, — хмыкает Михаил, не давая ей вновь заговорить, и смотрит теперь не просто строго, а будто с каким-то предупреждением. — Отпусти это, солдат. Пока эти чувства не свели тебя с ума окончательно.       Он встал на ноги, отпуская её. И прежде, чем та успела бы ещё что-то сказать, пытаясь привлечь архангела к своей мести, он произносит:       — А теперь вон из моего кабинета.

***

      Сэр Пентиус тяжко вздохнул. Он наконец смог остаться один и мог теперь спокойно, без лишней суматохи подумать обо всём произошедшем. Эмили старалась изо всех сил, и бывший грешник был ей признателен. Однако унять его боль от утраты только появившихся друзей и, возможной, возлюбленной было не так просто.       Рай кардинально отличался от Ада. И знать это было совсем не то, что ощущать это на себе. Люди и ангелы, жившие здесь, спокойная обстановка, да и просто воздух — всё было иным. Звездное небо, незнакомое ему даже при жизни на Земле, выглядело просто потрясающим, и он бы и рад любоваться им, но всё же не в такой ситуации.       В этом небольшом отдалённом от центра сквере не было никого, кроме него. Ну, или так ему казалось, ведь видно-то не были никого поблизости. И Пентиус надеялся, что так и проведёт время перед сном в одиночестве, пока поблизости не послышался шорох. Он обернулся и встретился с удивлённым взглядом подошедшего только ангела. Незнакомого ангела.       — Прошшшу прощщения, — произнёс змей, разрывая неловкую тишину. Хотя, он точно и не понимал, за что просит прощения.       — Нет, ничего, — покачал головой ангел. — Я просто привык к тому, что в такой час здесь никого.       — Я уже собиралсся уходить...       — Не стоит уходить только из-за меня. Это общественное место всё-таки.       — Хорошо, — проговорил Пентиус, слегка кивнув незнакомцу.       Тот обошёл его и с каким-то усталым вздохом уселся на скамью поблизости. Взгляд его был устремлён в небо и казался спокойным, но Пентиус разглядел ещё что-то, похожее на печаль или тревогу. Поколебавшись немного, он всё же решается заговорить с незнакомцем. Эмили ведь рекомендовала с кем-то познакомиться. А этот ангел выглядел так, будто его обуревали похожие эмоции.       — У вассс что-то ссслучилосссь? — спросил змей, из-за нервозности шепелявя сильней обычного.       Ангел посмотрел на него удивлённо, будто не ожидал, что с ним заговорят. И это заставило понервничать бывшего грешника сильнее. Он ведь не знал ещё райских обычаев, вдруг сейчас сделал что-то не так?       — Не то чтобы прям, — проговорил тот и посмотрел уже с каким-то интересом на Пентиуса. — А ты случаем не тот грешник, сумевший искупиться?       — Ну да, я, — смущённо ответил он и опустил взгляд.       — Забавно.       — Что именно? — недоумённо спросил Пентиус, смотря на усмешку ангела, бывшую не сильно весёлой.       — Первым искупившимся стал змей. Разве не забавно? — отвечал тот, смотря на него каким-то странным взглядом. — Дьявола ведь, знаешь, змеёй часто изображают. Особенно, когда дело касается грехопадения.       — В таком ключе я об этом не задумывалссся...       Ангел хмыкнул, всё также невесело усмехаясь. А Пентиус нервно теребил пальцы, силясь придумать, что ему стоит сказать ещё.       — Ты ведь из того отеля, который создала принцесса, верно? — прервал тишину в этот раз тот ангел. Змей кивнул, не сильно задумываясь над тем, откуда тот знает такие детали. — Возможно, ты и короля встречал?       — О да, сссэр! — радостный от того, что ему есть что рассказать, произнёс Пентиус и подполз поближе. — Мы раз встречалисссь, когда он пришшшёл к нам в отель, чтобы помочь.       — Может расскажешь об этом?       Пентиус согласился без раздумий. Он рассказал всё, что помнил о том дне, и следом перешёл к рассказу о самом отеле и его постояльцах, когда его собеседник спросил об этом. Спрашивал тот что-то редко, давая возможность змею самому всё рассказать, не прерываясь. И Пентиусу сложно было сказать, как долго это продолжалось, пока он не закончил на рассказе об их битве, концовку которой он, к сожалению, сам не видел.       — Не грусти так, — подбодрил его ангел, когда бывший грешник загрустил при упоминании собственной второй смерти. — Думаю, однажды ты всё же найдёшь себе место здесь.       — Вы так думаете?       — Конечно, — он кивнул и слегка усмехнулся, в этот раз куда радостнее. И Пентиус надеялся, что всё же у него получилось поднять настроение своему собеседнику. — Рад был поговорить, но мне пора.       — Да, конечно, мне тоже, — также встал с места змей, но, поколебавшись, решился задать вопрос, мучивший его всё это время. — Могу ли я перед этим задать вопроссс?       — Смотря каков вопрос.       Сэр Пентиус помялся немного, прежде чем всё же тихо промолвить:       — Есть ли причина, по которой вы так похожи на Люцифера?       Ангел ответил не сразу, что заставило змея понервничать. Но, всё же, тот наконец ответил, просто и лаконично:       — Мы близнецы, сэр Пентиус.

***

      С Эмили он встретился на следующий день. Та была всё ещё сильно возбуждена и настроена на то, чтобы порадовать змея. Но в этот раз их очередная прогулка закончилась для бывшего грешника огромной радостью: младший серафим создала для него новых приспешников, по которым он скучал более всего.       — Теперь у тебя есть как минимум один новый друг. Это я! Я говорила про себя.       — Да, я так и понял, Эмили, — с улыбкой ответил Пентиус, прижимая к себе своих ангельских приспешников. — Но, кажется, я недавно сссмог подружиться кое с кем.       — Ого! Правда? И кто же это, не томи!       — Ну, дружба это наверное громко сказано, — проговорил тот, смущённо опустив глаза. — Но мы неплохо поболтали.       — Неплохое начало, сэр Пентиус! — подбодрила Эмили, кулачком стукнув по его предплечью. — Ну так, кто это?       — Он сказал, его зовут Михаил.       — А ещё он что-нибудь сказал? — спросила серафим, чья улыбка стала чуть более кривой.       — О да! Он сказал, что он брат-близнец Люцифера. Кто бы подумать мог, что... Эй, Эмили, ты чего? Что-то случилось?       — Как? Когда?! — обеспокоенно протароторила она и схватила Пентиуса за плечи, невольно встряхивая его. — Почему он вообще с тобой заговорил?!       — Ну, эм... мы говорили про Ад... — проговорил Пентиус и схватил Эмили за руки, заставляя её угомонится. — Да что не так? Ты реагируешь так, будто ссслучилось что-то ужасссное!       — Не то чтобы ужасное... Просто странное. Сир Михаил довольно нелюдим, и, если честно, как по мне немного пугающий.       — О, а мне так не показалось. Он был молчалив, но довольно дружелюбен.       — Вот как... ну, тогда ладно, — вздохнула Эмили. — Наверное, в этом нет ничего плохого. Хотя странно всё равно, что ему захотелось поговорить с тобой, если честно.       — Мне кажется, ему хотелось послушать о Люцифере и Чарли, — заметил Пентиус и вздохнул. — Похоже, он скучает...       Эмили удивилась, услышав такое. Но она не была знакома так уж хорошо с этим архангелом, так что, может, на самом деле имела неправильное представление о нём. Поразмыслив недолго над этим, она решила просто махнуть рукой на это. Михаил, как ей казалось, был не из тех, кто мог представлять опасность для них и, в частности, для искуплённого грешника.       — Ну хорошо, тогда можно считать, что ты просто нереально крут, сэр Пентиус, раз завёл дружбу с ним!       — Ты преувеличиваешь, Эмили, — снова смутился тот.       — А вот и нет! Того и глядишь, подружишься ещё с каким-нибудь архангелом и сможешь изменить их мнения о грешниках! — радостно и возбуждённо произнесла серафим, уже надумав то, как это поможет с искуплением и отелем Чарли. — Так что, так держать, сэр Пентиус!       — Д-да не ссстоит, — пробормотал он и отмахнулся. — Хотя мне показалось идея искупления Михаилу понравилась.       — Правда?       — Да. Он сказал что-то о том, что это отличная новость, — припоминая, о чём же они говорили перед тем, как разойтись, отвечал Пентиус. — И что теперь он будет наблюдать за успехами Чарли... кажется так.       — Было бы неплохо получить больше союзников. Особенно среди тех, кто находится на таких высоких постах. Ведь, знаешь, — она замялась, отведя взгляд. — Просто... если начнётся что-то, то именно Михаил будет во главе райской армии. А он, вообще-то сильнейший.