Эхо касания

      Кайя плеснул водой в лицо, растирая кожу. В отражении на него смотрел несколько уставший, но все же не растерявший очарования юности мужчина. Перед их сетом оставалось немного времени, и Кайе требовалось немного взбодриться. Это был их третий подряд концерт за последнюю неделю, их вовсю кидало по самым разным клубам Мондштадта, и иногда Альбериха это начинало откровенно раздражать. Они начинали как любительская группа из университета, но каким-то образом еще до выпуска стала их основным занятием. К черту юриспруденцию, лав-метал из Каэнри’ах сам себя не сыграет.       Мужчина огляделся, удостоверившись, что находится один в небольшом помещении клубного туалета. Ему повезло, что стоящие на разогреве ребята привлекли все внимание аудитории, сведя на минимум бродящих туда-сюда посетителей. Их группа уже начинала набирать популярность, поэтому риск встретиться с не совсем трезвым фанатом был в разы выше, чем несколько месяцев назад. Конечно, главной их звездой был Аякс, харизматичный солист из Снежной и по совместительству его лучший друг, но взгляды барышень нередко ложились и на улыбчивого басиста. А порой и не барышень.       Альберих потянулся, разминая мышцы. В этот раз им повезло играть почти часовой сет, что почти дотягивало до полноценного концерта. Значит, следующие часа полтора ему предстоит отжигать на сцене наряду с гиперактивным Аяксом, потому мужчине следовало подготовиться. С этими мыслями он направился к кабинке, кажущейся наиболее приличной. Плюс балл в карму клуба — туалеты они держали в чистоте.       Кайя едва успел щелкнуть замком кабинки, чтобы выйти, как дверь распахнулась, а затем мужчина оказался втолкнут сильным телом обратно в тесноту помещения. От неожиданности Кайя неприятно ударился затылком о шершавую поверхность стены, и готовился уже обрушить поток брани на наглого незнакомца, но застыл, встретившись с растерянным взглядом гранатовых глаз напротив. Терпкий аромат сандала с фруктовыми нотками кондиционера заполнил все небольшое пространство, незнакомец оказался мужчиной чуть пониже самого Кайи, на бледной коже, припорошенной веснушками, поблескивал румянец, точеный нос, тонкие брови, алые волосы, собранные в высокий хвост — незнакомец был довольно привлекательным на первый взгляд. Но не настолько, чтобы иметь право зажимать первого попавшегося басиста в туалетной кабинке!       — Мастер Дилюк?       По помещению раздался стук каблучков по полу, их обладательница явно торопилась, если не сказать больше. Алые глаза округлились, став, казалось, еще больше, мужчина тяжело сглотнул и поднёс палец к губам, умоляя сохранять тишину. Кайя, кажется, начал понимать, что происходит, а потому лишь слабо кивнул.       — Мастер Дилю-ю-юк?       Брови бедняги стремительно поползли вверх, когда до мужчин донесся звук спешно открываемых кабинок. Когда девушка, судя по звуку, дошла до соседнего отсека, из ее горла вырвалось возмущенное мычание. У бедняги напротив по виску поползла крохотная капелька пота, и Кайя невольно улыбнулся, нисколько не завидуя положению этого человека. Вдруг воцарившуюся на мгновение тишину разрезала трель входящего звонка. Теперь вверх взметнулись брови у самого Альбериха — ну кому пришло в голову позвонить ему именно в этот момент?       Шаги за дверью приблизились. Незнакомец зажмурился и сквозь зубы тихо проронил какое-то ругательство. Звуки становились все ближе, и Кайя не был уверен, что их кабинка заперта — он-то собирался как раз выходить, когда его нагло вжали в прохладную стену! Не то, чтобы его репутация пострадала бы, увидь его какая-то девушка в компании другого мужчины в туалетной кабинке, мало ли что фанаткам может в голову взбрести, вон, по нему с Аяксом даже фанфики пишут, одним больше, одним меньше, но…       Вот что «но» — он уже не успел подумать.       Он заметил тень у двери кабинки, а в следующее мгновение незнакомец, пробормотав что-то вроде извинения, схватил его за лацкан рубашки, второй рукой зарываясь в волосы на затылке, и прижался своими губами к его. Словно сквозь толщу воды, Кайя услышал, как открылась дверь, а после — короткий вскрик, звук чего-то, упавшего на пол, а потом и удаляющийся цокот каблучков. Оглушенный, Альберих даже не сразу понял, что теплое прикосновение чужих губ закончилось. Кайя тупо посмотрел перед собой, а незнакомец, отступив, насколько позволяло пространство, пригладил его рубашку на груди, впрочем, безуспешно — схватившись, он натянул ткань слишком сильно, и верхняя пуговица не выдержала такого напряжения. Мужчины застыли друг перед другом, пытаясь переварить произошедшее.       — Альберих, где тебя черти носят? У нас саунд-чек начинается! — В уборную рыжем вихрем влетел Аякс, на ходу записывая гневное сообщение своему другу. Кайя отчего-то захотел сейчас оказаться где угодно, только не здесь. Увидев распахнутые двери кабинок, рыжий замедлился, слегка нахмурившись, а после, заприметив в одной из них людей, приблизился, с интересом заглядывая в кабинку. Бинго.       — А, я тебе помешал, дружище? — Аякс ухмыльнулся, прислоняясь к дверному косяку и скрещивая руки на груди. При звуках его голоса незнакомец будто отмер и стремительно покинул кабинку, чудом не задевая Тарталью плечом. Последний кинул на мужчину оценивающий взгляд, затем возвращаясь к другу. — Губа не дура, конечно, но разогрев вот-вот кончится.       — Идем. — Внезапно севшим голосом проронил Кайя, с непроницаемым лицом протискиваясь мимо рыжего. Аякс буркнул что-то про «вкусы своего амиго», но, получив ощутимый тычок под ребра, рассмеялся и хлопнул Альбериха по плечу.

***

      Кайя думал, что всякого повидал в жизни и пережил, чтобы так париться из-за какого-то поцелуя с мужчиной. Ну правда, он жил в Мондштадте почти всю свою жизнь, даже целовался на спор с их барабанщиком Альбедо, и это было даже не сказать, чтобы ужасно, так что там какой-то инцидент в кабинке? Подумаешь! Подумаешь, и много подумаешь. По какой-то причине это торопливое касание не выходило у него из головы весь тот злополучный вечер. Он отыграл сет на чистом автомате, мастерски улыбаясь своей чарующей улыбкой, от которой, он знал, многие дамы приходят в восторг, даже вручил одной свой медиатор, не забыв при этом подмигнуть. И все равно мыслями мужчина все не мог покинуть чертову кабинку.              Кайя услышал, как открылась дверь, а после — короткий вскрик, звук чего-то, упавшего на пол, а потом и удаляющийся цокот каблучков. Теплое прикосновение губ исчезло, возвращая Кайю в реальность. Бледные ладони пригладили помятую рубашку, мужчина отстранился, готовясь принести извинения, но Кайя не позволил. Рывком захлопнув дверь и защелкнув замок с долей некоторой злости, Альберих притянул наглого незнакомца к себе, возобновляя поцелуй и зарываясь пальцами в шелковистые волосы. Тихий звук удивления утонул в последующем стоне, когда Кайя нагло вторгся языком в неосмотрительно приоткрывшийся рот. Смуглые пальцы путались в волосах, ища злосчастную резинку и нетерпеливо сдергивая ее. Алые локоны мягким морем рассыпались по плечам незнакомца, которого, вроде, та девушка звала Дилюком? Интересное имя, надо будет узнать, откуда он родом. А пока куда важнее было прикусить нижнюю губу, ощущая сладковатый привкус.       Незнакомец, названный Дилюком, не отставал, одной ладонью притягивая Альбериха за талию, а второй мягко проводя под челюстью. Кайя горел от этих прикосновений, от аромата сандала, исходящего от разогретой кожи мужчины, плавился, прощаясь с остатками разума. Кажется, в туалет кто-то вошел, что-то грозно восклицая, но мужчине не было никакого до этого дела. Едва отстранившись, они снова набрасывались друг на друга, будто оба страшно изголодались по тактильности. Руки бродили вдоль тел, оглаживая и запоминая рельефы, жадно скользили по скрытой тканью коже, тела жались все ближе, пока Дилюк не догадался вклиниться бедром между ног Альбериха.       — Черт… — Звучно выдохнув, обронил Кайя, без стеснения потираясь о подставленное бедро, роняя голову на крепкое плечо. Где-то над ухом прозвучал тихий смешок, и вот уже бледные ладони поползли по торсу вниз, где копился весь жар, распирая и побуждая ронять хриплые тихие постанывания. Руки уверенно разобрались с пряжкой ремня узких джинс, нырнули под ткань, окутывая теплом собирающуюся твердость.       Кайя не собирался отставать, ладонями сжимая упругие ягодицы. Они сближались телами, путались в одежде, пока наконец Альберих не услышал тихий ободряющий стон. Он никогда прежде не делал ничего подобного с мужчиной, поэтому мог ориентироваться только на свои ощущения. Твердая плоть идеально легла в руку, кожа нежная и увлажнившаяся от текущей головки, Альберих на пробу аккуратно двинул кистью, стараясь не цеплять кожу грубыми подушечками. Награда последовала незамедлительно, Дилюк крупно вздрогнул и подался бедрами навстречу, на мгновение прерывая собственные ласки. Ощутить чужое возбуждение оказалось настолько приятным, что Кайя оторопел. Бездействовать долго ему не позволили, требовательно целуя, пока бледная ладонь с удвоенным упорством доводила Альбериха до пика. На этот раз Дилюк взял контроль на себя, языком оглаживая припухшие губы, кромку зубов, сплетался в танце с другим, жадный до ощущений. У Кайи закружилась голова от поступающего оргазма, мужчина попытался отсрочить неизбежное, чтобы подольше насладиться этой восхитительной пыткой, но…       — Эй, Альберих, ты сейчас закипишь! — Донесся до слуха бодрый голос Аякса, перед глазами мелькнул цветастый предмет, и Кайя успел только в последний момент схватить летящую в него банку газировки и избежать ее знакомства со своим носом.       — Чего тебе надобно, старче? — Протянул Кайя, поддевая кольцо и вскрывая прохладную банку. Растревоженная полетом жидкость устремилась наружу, выплескиваясь небольшим фонтанчиком на смуглую кисть. Кайя чертыхнулся, перекладывая банку в другую руку и стряхивая липкую газировку с пострадавшей, а после встретился глазами с ухмыляющимся другом.       — Ты всю неделю будто не с нами, дружище. Все в порядке? — Неожиданно серьезно спросил Тарталья, не меняясь в лице. Кажется, у всех выходцев из Снежной есть такая штука на генетическом уровне — задавать серьезные вопросы с видом шута или шутить с чертовски серьезным выражением лица. Кайя поморщился.       — Да, все путем, не переживай, — Альберих пожал плечами, стараясь придать себе максимально расслабленный вид. Выходило так себе, и Аякс это заметил.       — Ладно, не знаю, что там у тебя случилось, но постарайся не испугать нашего нового клавишника, у него сегодня прослушивание. — Покачал головой Тарталья и, вскрыв свою банку газировки, беспечно удалился в микшерную. Кайя фыркнул, откидываясь на спинку дивана и меланхолично потягивая напиток. На чем он остановился? Ах, точно. Мало ему гуляющих в голове воспоминаний, ему и сны начали сниться соответствующего содержания. В первый раз Альберих проснулся, когда тело свело сладкой судорогой, а белье стремительно увлажнилось. С минуту мужчина шокировано буравил взглядом потолок, не веря в случившееся. Даже во время беспощадного пубертата с ним не случалось ничего подобного! Ни об одной женщине он не мечтал так неистово, и это ставило его в тупик.       Он надеялся, что с течением времени ситуация разрулится и забудется, но в реальности все становилось только хуже с каждым днем. Кайя не мог отвлечься привлекательными девушками, которые раньше радовали его глаз и тело, пробовал переключиться на мужчин, но вышло даже хуже. Все его мысли занял один красноволосый чудак, решивший спрятаться в его кабинку от приставучей девушки. Ну надо же.       Пожалев свою горькую участь с минуту, Альберих поднялся с дивана, направляясь к стойке с басом. Музыка помогала ему немного расслабиться, чем он и решил воспользоваться, начав наигрывать одну из партий их песен. Вскоре к нему присоединился Дайнслейф с гитарой, и мужчина на некоторое время позволил себе забыться и раствориться в ритме. Увы, даже здесь его начал преследовать призрак с алыми глазами и волосами, фантомным ароматом сандала пробираясь в ноздри и будоража воспоминания. Сбившись в очередной раз, Альберих с досадой хлопнул ладонью по ни в чем не повинной деке.       Аромат был таким реальным, что мужчина понял, что еще вот-вот, и он сойдет с ума, он спешно сбросил с себя ремень, вернул инструмент на место и собирался уже выйти под недоуменные взгляды ребят из студии проветриться, прихватив пару сигарет Аякса, как, повернувшись, столкнулся нос к носу со своим наваждением. Дилюк смотрел на него не менее удивленно, застыв восковой статуей в полушаге от Альбериха.       — Дилюк, это Кайя, Кайя, это Дилюк, — Беспечно отозвался Аякс, даже не смотря на мужчин и что-то пролистывая в своем смартфоне. — можете обменяться рукопожатиями позже, я сгораю от нетерпения послушать, как твои клавиши лягут на наш новый трек. — Заметив, что его не слушают, Тарталья поднял голову и заинтересованно оглядел мужчин. — Дилюк?       — Клавиши? — Тупо переспросил Кайя, чувствуя себя последним дураком от того, как внутри него поднималась волна чего-то теплого и воздушного.       — Клавиши. — Медленно кивнул Дилюк, вторя ему охрипшим от удивления голосом.       — Кайя. — Мужчина протянул ему смуглую ладонь, и Дилюк ответил, вкладывая свою бледную. Контраст их кожи невольно напомнил Альбериху о его регулярных снах с участием этих рук.       — Дилюк. — Он сжал протянутую ладонь. А Кайя тупо уставился на его изящные, но явно сильные и ловкие пальцы, изо всех сил давя вопящую от восторга часть себя.       — Кажется, ты мне должен, Дилюк. — с трудом ворочая языком, проговорил Альберих, отрываясь от созерцания их рук. Губы растянулись в ухмылке, Дилюк немедленно отзеркалил его выражение лица. — Как возвращать будешь?       — Думаю, можно обсудить условия после прослушивания. — Дилюк улыбнулся, и Кайя едва не вздрогнул — так сильно бухнуло в груди радостным предвкушением. Он кивнул, нехотя расцепляя руки.       — Договорились.