Единственный выходной

☀☀☀

Сквозь неплотно задернутые шторы, словно проделки озорного художника, пробивались наглые, но в то же время манящие лучи утреннего солнца. Они, не спрашивая разрешения, щедро заливали комнату золотистым светом, мягко, но настойчиво выдергивая Минхо из ласковых, убаюкивающих объятий сна. Он сонно перевернулся на другой бок, инстинктивно протягивая руку в привычное для него место – на соседнюю подушку, ведомый надеждой обрести тепло и знакомую мягкость. Но пальцы, привыкшие к текстуре хлопка, встретили лишь прохладную пустоту. На мгновение Минхо издал тихий, полный досады вздох, с трудом подавляя желание еще немного понежиться в постели. Мысль о том, чтобы сейчас, против своей воли, подняться с теплой постели и приняться за поиски Джисона, казалась неодолимо тяжелой. Ведь он знал, что как только найдет Хана, то не сможет устоять перед его обаянием и неизбежно снова увлечет его обратно в постельные объятия. А сегодня, в свой единственный законный выходной, у Минхо были четкие, кристально ясные планы: провести этот день исключительно в блаженной неге, тесно обнявшись с любимым, забыв обо всем на свете. Но стоило Ли вновь погрузиться в сладостное забытье, как блаженную тишину утра разорвал резкий, оглушительный звук упавшей с грохотом сковородки. Эхо этого звука прокатилось по всей квартире, заставив Минхо вздрогнуть и окончательно проснуться. Этот характерный, ни с чем не сравнимый грохот он узнал бы из тысячи, а последовавшая за ним, как раскат грома, но совершенно незлобивая брань, окончательно и бесповоротно обозначила местоположение его любимого Джисона. С нескрываемым, но смиренным сожалением, Минхо все же неохотно поднялся с кровати. Натянув на себя первую попавшуюся футболку, которая на ощупь казалась особенно мягкой от бесчисленных стирок, и шурша старенькими тапочками по прохладному паркету, он зашагал в сторону кухни. Уже на пороге, опираясь плечом о дверной косяк, он предчувствовал, что без его ненавязчивого присутствия и, возможно, помощи, кухонные события могут принять еще более непредсказуемый и, чего доброго, катастрофический оборот. Опершись о косяк, Ли тихо, почти неслышно зевнул в кулак, наблюдая за тем, как его парень, сосредоточенно нахмурив брови, что-то колдует у плиты. Взгляд Минхо невольно зацепился за изгибы крепких мышц, перекатывающихся под тонкой черной майкой, из-под которой, словно загадочные узоры, проглядывали чернила татуировок, покрывавшие его плечи и предплечья. Минхо ни на секунду не переставал восхищаться этим прекрасным, сильным телом Хана – воплощением его собственных, самых сокровенных желаний. Еще неосознанно почувствовав чужое, внимательное присутствие – легкое изменение в атмосфере комнаты, – Джисон обернулся, одарив своего парня той самой, особенной, нежной улыбкой, которая всегда заставляла сердце Минхо биться в разы быстрее. – Доброе утро, детка, – проговорил он, ставя на стол аппетитную, поджаренную до совершенства глазунью, яйцо которой еще слегка колыхалось, обещая стать идеальным дополнением к поджаренному хлебу. – Извини, что разбудил. Думал, смогу тихонько приготовить завтрак, но… как видишь, утро получилось немного шумным. Подойдя ближе, Джисон нежно обнял Минхо за тонкую талию, мягко, но уверенно сжимая, и притянул к себе для самого желанного, самого ласкового утреннего поцелуя. В ход сразу же пустился язык, сплетаясь в страстном, затягивающем танце. Минхо едва успевал за напором Джисона, чувствуя, как горячие губы любимого исследуют нежную кожу шеи. Он, однако, мягко, но решительно оттолкнул немного растерявшегося, но все еще полного желания Хана. – Ты, правда, думаешь, что я сейчас променяю свои планы на весь день, которые я так долго строил, на сон и фильмы, на утренний секс? – спросил он, заглядывая в глаза Джисона. – Я думаю, детка, что да. Ведь планы, милый, они такие… имеют свойство меняться, – Джисон снова припал к чужим губам, очерчивая то одну, то другую. Минхо мысленно взвешивал все «за» и «против», анализируя ситуацию, и пришел к неожиданному для себя выводу: некоторые изменения в планах не так уж и страшны. Особенно, если учесть, что в последний раз они были близки где-то три недели назад, из-за их обоих плотного, изматывающего графика. Немного отстранившись, он попытался поймать ускользающий, чуть потерянный взгляд своего парня. – Ты… правильно думаешь, – кое-как, с трудом проговорил Ли, когда его подхватили под бедра и, словно пушинку, понесли в спальню, по пути, впрочем, спотыкаясь обо все углы, что только добавляло комичности моменту. Осторожно уложив Минхо на мягкие, утопающие подушки, Хан помог ему снять футболку, которая теперь казалась лишним слоем. Затем он припал к его груди, жадно всасывая кожу и оставляя на ней новые, горячие засосы, вызывая у лежащего под ним парня глубокие, протяжные стоны. Минхо оставалось лишь полностью отдаться процессу, наслаждаясь каждым прикосновением и ища те самые, нужные ему, трения, которые могли бы довести его до пика блаженства. Чувствуя приближающуюся разрядку, Минхо слегка оттолкнул чужую голову. – Хани, если ты продолжишь, я кончу раньше времени, не почувствовав в тебе твоего члена, – Ли подцепил пальцами чужой подбородок, заставляя смотреть себе в глаза. – А мы же не хотим испортить наш выходной, верно, милый? Уверенный кивок послужил ответом. Хан отодвинулся, потянулся к тумбочке и достал лубрикант. Сняв мешающие спортивки, Джисон наконец-то смог спокойно выдохнуть. Выливая на пальцы вязкую субстанцию, он обвел ими кольцо мышц, притягивая возлюбленного в тягучий поцелуй и медленно проталкивая первый палец внутрь. – Детка, как думаешь, в твой следующий выходной мы сможем поехать к моим родителям? – все еще растягивая тугие стенки, он добавлял медленно палец за пальцем, тщательно подготавливая. – Моя мама недавно звонила, спрашивала, когда мы приедем. Она ужасно соскучилась. Как тебе эта идея? – В Ли уже находились три смазанных пальца, которые медленно двигались, вызывая все более сильные ощущения. – Я подумаю, но позже, – Минхо был на грани того, чтобы не закричать от переполняющих его ощущений. – Давай, вставь уже, я готов, – почти хныкал он, не веря собственному голосу. – Хорошо, нетерпеливый ты мой, – Джисон пристроился к нужной точке, неспешно входя наполовину, давая привыкнуть. – Ты так и будешь стоять, не шевелясь? – злобно процедил Минхо, сжимая простыни под собой. – Двигайся, пожалуйста… После этих слов Хан действительно начал двигаться, но в бешеном темпе, каждый раз попадая точно по нужному нерву. Ли перекрестил ноги на его пояснице, притягивая Джисона к себе, чтобы быть еще ближе. Спальня наполнилась громкими стонами Минхо и чередующимися рыками Хана. Особый, глубокий толчок по простате – и Минхо кончил себе на живот, притягивая Джисона в мокрый поцелуй, продолжая чувствовать глубокие, ритмичные толчки. Сделав еще несколько движений в размякшее тело, Хан быстро вышел, закончив на чужом животе. Он упал рядом с любимым парнем, притягивая того в объятия. Они лежали, не зная сколько времени, грязные, испачканные в их собственном семени, но ужасно счастливые. Джисон оставлял мелкие поцелуи на макушке, вдыхая родной запах. – Ну так что, детка, – прервал тишину Хан, опираясь на локоть, чтобы видеть лицо собеседника. – Как насчет поездки к моим родителям на выходные? – Если эти выходные будут начинаться так же, как и сегодня, то я на все согласен, – Минхо повернулся к Джисону, беря лицо парня в руки и притягивая для нежного, полного любви поцелуя. Ли был готов даже поменять планы на единственный выходной, лишь бы провести больше времени с Ханом.