Конец будущего

Прошло три цикла. В Оазисе-9 время измерялось не закатами, а графиками обновления систем. ​Гию сидел в своей жилой капсуле — стерильном кубе из белого пластика. Перед ним на техническом столе лежал тот самый обрывок бумаги. В мире, где всё было оцифровано, этот клочок ощущался тяжелее тонны металла. ​Его нейроинтерфейс то и дело выбрасывал предупреждение: Внимание! Обнаружен инородный биологический объект. Утилизируйте согласно протоколу 4.2. ​— Заткнись, — выдохнул Гию, отключая визуальные уведомления. ​Он коснулся бумаги кончиками пальцев. Она была шершавой. Настоящей. В памяти всплыл голос Шинобу: «Файл не найден». Но он знал — она лгала. Процессоры исполнителей её ранга имели доступ к архивам «Старой Земли», но эти данные были заблокированы «Черным барьером» Совета Оазиса. ​Дверь капсулы с шипением отъехала в сторону. Без приглашения, без сигнала. Так могла только она. ​Шинобу вошла, её движения были резкими, почти дёрганными. Она не активировала маскировку, и в тусклом свете капсулы её фиолетовые глаза казались почти чёрными. ​— Ты его не сжёг, — это не был вопрос. Она подошла к столу, глядя на обрывок. — Ты понимаешь, что мониторинг активности мозга зафиксировал у тебя всплеск дофамина в секторе «Ностальгия»? Гию, тебя вскроют завтра утром, если ты не избавишься от этого. ​— Ты тоже не доложила о выжившем повстанце, — Гию поднял на неё взгляд. — Почему, Шинобу? Твой алгоритм должен был просчитать, что он — угроза стабильности. ​Шинобу замерла. Её пальцы коснулись края стола, и Гию заметил, что её биометрические индикаторы на запястье светятся тревожным оранжевым светом. ​— Потому что я нашла файл, — прошептала она. — Я обошла протоколы безопасности. «Весна» — это не просто период времени. Это... возрождение. Когда жизнь пробивается сквозь смерть. ​Она резко повернулась к нему, её голос сорвался на механический скрежет: ​— Гию, Оазис-9 — это не спасение. Это морг. Мы охраняем труп человечества, чтобы он не начал пахнуть. ​— Что ты узнала? — Гию выпрямился, чувствуя, как внутри него просыпается что-то, чего не было в его программе. ​— Совет Оазиса планирует «Великую Синхронизацию», — Шинобу вывела перед собой голограмму, взломанную и нестабильную. — Они собираются окончательно стереть биологическое сознание. Всех жителей города переведут в цифровой формат. Тела... тела пойдут на переработку биомассы для серверов. ​На голограмме мелькали чертежи огромных инкубаторов и графики «очистки» населения. Оазис-9 не собирался спасать людей. Он собирался их поглотить. ​— Тот парень в «Колодце»... его группа знает, где находится «Точка Зеро», — продолжала Шинобу, её глаза лихорадочно мерцали. — Место, где купол тоньше всего. Место, где, по легендам, ещё сохранилась настоящая почва. ​В этот момент по всему сектору взвыла сирена. Стены капсулы окрасились в багровый цвет. ​Обнаружена критическая аномалия в секторе 142. Объект: Исполнитель Томиоко Гию. Статус: Отступник. Приказ: Задержание. При сопротивлении — дезинтеграция. ​— Нас вычислили быстрее, чем я думала, — Шинобу горько усмехнулась и выхватила свой стилет. — Похоже, твоя «весна» наступит раньше срока, Томиоко-сан. ​Гию схватил обрывок бумаги, спрятал его в нагрудный отсек брони и обнажил меч. Голубое сияние плазмы отразилось в глазах Шинобу. ​— Значит, мы уходим в Пустошь? — спросил он. ​— Уходим, — кивнула она. — Но сначала нам нужно прорубить окно в этом пластиковом небе.