Дело Адель

      — Повтори, что ты только что сказал.       — Не строй из себя идиота. — я облокотился о спинку кресла. — Ты все прекрасно слышал.       — Надеялся на твое благоразумие, поэтому и переспросил. — Оби сел за стол напротив меня. — Ты реально хочешь использовать бедную девочку ради своих интересов?       — Мои интересы — это моя работа. Если эта Шираюки поможет мне найти убийцу брата, я пойду на что угодно.       — Какой же ты кретин, Вистериа. — Накамура закинул ногу на ногу, отворачиваясь от меня, будто я стал врагом народа. — Знай, чтобы ты не задумал, я к этому не причастен.       — Я тебе ничего и не предлагал. — эта моя фраза лишь раззадорила Оби. Пришлось слушать его нравоучения еще порядка получаса, прежде чем он понял, что я не отступлю.       Возвращаясь вечером домой, я вновь застал очередной скандал. Отец с матерью грызлись на кухне. Еще немного, и кто-то точно прирежет кого-то ножом. Этот дурдом не мог не действовать на нервы.       — Это из-за тебя Изуми стала по клубам шататься! Твоя дурная натура! Хочешь, чтобы наша дочь стала проституткой?!              — Ты себя слышишь?! Что ты несешь? Я прошел на кухню, делая вид, что ничего этого не замечаю. Набрал стакан воды и залпом осушил его, с громким стуком оставляя в сторону. Мать обернулась на меня, словно увидела призрака.       — Забери Изуми. — игнорируя все манеры приличия, приказным тоном обратилась ко мне мать. — Твоя сестра потеряла ключи от дома и кажется вусмерть напилась. — она покосилась на отца. Тот лишь закатил глаза ей в ответ, удаляясь прочь с кухни. — Быстрее, пока с ней чего не случилось.       Ладонь непроизвольно сжалась в кулак. Со смертью брата наша семья будто развалилась. Отец снова начал пить, мать стала срываться на него по любому поводу, а сестра слетела с катушек. Смотреть на то, как пятнадцатилетний подросток сходит с ума, пичкая себя всякой гадостью было хуже всего в сложившихся обстоятельствах. Компания отца понесла убытки. Некоторые из агентств высказали вместо соболезнования, свое ненужное пренебрежение, обвинив отца в том, что тот неправильно воспитал сына, раз тот умер непонятно где и при каких условиях.       Ярость кипела во мне со всех сторон. Только я, в отличие от остальных, мог держать себя в руках. Профессия дисциплинировала.       Выйдя на улицу в расстегнутой куртке, я завел машину, вспоминая маршрут. Изуми кутила лишь в одном клубе. Барменом в том месте работал парень из ее школы, в которого она была влюблена. Пыталась проявить на него впечатление своими выступлениями, но, я был уверен, что неудачно.       — Алло, — я сделал глубокий вдох, стараясь говорить наиболее спокойным голосом.       — Зеннушка, привет, — сестра икнула, крича в трубку. На фоне басами била музыка. — Ты чего так поздно звонишь? — сестра была вдрызг пьяна.       — Какого черта ты там делаешь?       — Устала слушать ругань матери. — она пьяно захихикала. — Ее нравоучения у меня в печенках. Захотела развеяться.       — Изуми, ты совсем дура? — пальцы сильнее сжали руль. Из всех ругательств скопившихся в голове я старался выбирать наиболее щадящие.       — Вот только ты не начинай, ок? Твоя красотка между прочим тоже тут отдыхает.       — Какая красотка, ты что несешь?       — Ну эта, с красными волосами которая. У тебя весь рабочий стол в ее фотках. Я все видела. Она кстати, ничего такая. Симпотяжка. И фигурка у нее классная.       — Изуми, я буду у тебя через семь минут. Чтобы к этому времени ты стояла одетая у входа, ясно?       Я пропустил часть ее слов мимо ушей. Разберусь с этим утром.       — Меня Кито заберет. Останусь на ночь у него.       — Еще одно слово, и я запру тебя в камере на несколько суток. — для пятнадцати лет Изуми пыталась казаться слишком взрослой. Спасибо за это матери.       — Пошел к черту,       Гудки из динамика телефона оглушили, заставляя меня ударить руками по рулю. Вся жизнь в один момент рассыпалась на куски. Все вокруг слетели с катушек.       Припарковавшись, я встряхнул руками волосы, чувствуя полный хаос, взорвавшийся агрессией в голове. Нужно было прийти в себя. Нужно было…       Я случайно выцепил взглядом в бардачке, где лежали капли от заложенности носа, бархатную коробочку. Это украшение брат делал на заказ, чтобы кому-то подарить. В маленькую жемчужину на кулоне был вшит датчик gps. Я знал об этом, потому что это эта цепочка лежала в сумке брата. Я нашел ее на месте убийства. И исследовал, так как она была уликой. Датчик помог мне отследить путь Изаны, в день его убийства. Правда это не слишком мне помогло. Тем не менее, сейчас это могло пойти на руку. Я схватил коробочку, выбираясь из машины. Думать о нюансах буду потом.       Я прошел мимо охраны, растворяясь в толпе сумасшедших подростков. Как люди могли находить кайф в том, чтобы напиваться и танцевать в свете эпилептических ламп, я не мог понять. Ничего кроме раздражения подобная обстановка у меня не вызывала. Пробравшись к бару, где по-моему мнению, могла быть сестра, я тут же выцепил ее силуэт. Изуми сидела на барной стойкой, целуясь с, вероятнее всего, Кито. Нет, я не был тираном, чтобы ненавидеть ухажеров сестры. Сам был отбитым в школьные годы. Но половой признак в данном случае играл роль. И я не мог не переживать. Учитывая то, что подобным поведением Изуми пыталась закрыть дыру в сердце.       Я знал, что она боится. Что ей страшно оказаться на том же месте, что и Изана. Ее пугает неизвестность. Подобным поведением Изуми пыталась найти утешение, которое ей не давали родители. Их привычная любовь обратилась агрессией, скрывая страх и собственную уязвимость под коркой гнева.       — Домой, — я схватил Изуми за ворот ее полупрозрачной кофточки, отталкивая от бармена. — Мама нервничает.       — Какого черта?! — Изуми попыталась вырваться, но силы очевидно были неравны. — Эта истеричка вечно психует!       — Рот закрой. — я дернул рукой, помогая Изуми держаться на ногах, и совершенно случайно заметил промелькнувшую перед носом алую макушку.       Странное ощущение коснулось грудной клетки.       — Вот ключи, иди в машину. Я скоро приду. — я протянул связку ключей Изуми, находя взглядом Кито. — Проводи ее. Смотри чтоб не убилась по дороге. Ошарашенный Кито, удивительно трезвый для такой тусовки, успел лишь кивнуть мне, уводя Изуми, ластящуюся к нему, к гардеробу.       Пробравшись к барной стойке, я слегка замешкался, но тут же занял место рядом с девушкой, имеющей прямое отношение к смерти моего брата.       Она копошилась в сумочке, ища купюры. Пальцы ее едва гнулись. Платье задралось вверх, чуть ли не оголяя ягодицы. Ее шатало.       Усмехнувшись непонятно чему, я извлек из кошелька несколько купюр, для вида заказывая себе виски, закрывая при этом и ее чек.       — Угощайтесь,       Особа нахмурилась, явно расценивая мой жест, как ухаживание.       — Это от чистого сердца. — я кивнул головой в сторону бокала. — Без каких-либо обязательств.       Особа помялась, но отказываться не стала, благодарно кивая.       Стараясь не таращиться на нее, я пытался делать вид, что не замечаю ее. Нужно было что-то делать, но я плохо понимал, как именно следует действовать. В ход пошла импровизация.       Внезапно зазвучавший медляк подкинул в голову отвратительную идею, вынужная меня развернуться к даме лицом.       — Может, потанцуем?       Она как-то неуверенно кивнула, позволяя мне взять над ней контроль. Танцевал я, откровенно говоря, плохо, но имитировать легкие покачивания, проворачивая в руках пьяное тело оказалось достаточно легко, чтобы справиться с задачей.       Пока Шираюки отдавалась внутреннему ритму, руками водя по моему телу в порыве пьяной страсти, я ловил себя на абсолютно дурных мыслях. Что если обманом сблизиться с ней и обо всем узнать? Отвратительная стратегия, но… был ли у меня выбор? Вероятнее всего был, просто я хотел пойти самым простым путем. Совершенно внезапно Шираюки куда-то рванула, позволяя потерять ее из виду. Я обошел весь клуб насквозь, прежде чем обнаружил ее рыдающую на улице, возле черного выхода.       Окинув ее скептически-уставшим взглядом, я легко смог догадаться о причине ее сегодняшнего запоя. Вряд ли девушка, у которой есть парень, пошла бы одна ночью в клуб, напиваться до отказа.       — Ты так сильно его любила?       Ее внимание вновь оказалось на мне. Я заметил, как она вздрогнула от неожиданности, а затем понял, что она просто безбожно замерзла. Кончики пальцев одеревенели и посинели. Она напоминала мне беспомощного котенка.       Моя «заинтересованность» видимо ударила ее по больному. Она принялась делиться собственными переживаниями, позволяя мне без особых усилий немного приблизиться к себе.       Я не был кретином. Наоборот, всегда старался обходительно относиться к девушкам, но сейчас… в ее истории я окажусь мудаком. К сожалению.       Шираюки все продолжала болтать, а я, чтобы избавиться от этого, достал из сумки бархатную коробочку, протягивая ее ей. Заметив это, Шираюки переменилась в лице. Мне даже показалось, что на мгновение она протрезвела.       — Что это?       Я ненавидел врать, но в тот момент насочинял красивую историю, надеясь, что эти речи коснуться ее потаенных глубин. Это было важно.       Шираюки покрутила коробочку в руках, а после благодарно поклонилась, убирая ее к себе. Ее пьяный мозг позволил мне провернуть данную авантюру.       — Поехали, провожу тебя, пока ты совсем в сосульку не превратилась. Чем только думала, когда в такой мороз собиралась ходить без штанов?       — Штаны с платьем плохо сочетаются. — она фыркнула, отворачиваясь от меня.       — Пф-ф-ф, — я шумно выдохнул и, взяв ее за запястье повел следом к машине. Она едва переставляла ноги, засыпая на ходу. И слава богу, потому что это помогло ей не заметить пассажиров на заднем сидении моей машины. Пока я возился с этой балбеской, сестра решила оторваться по полной, целуясь со своим недобойфрендом.       Оперев Шираюки о бампер машины, я за шкирку вытащил Кито, бросая ему в лоб пару небрежных слов. Он ответил мне колкостью и ушел, петляя по снегу.       — Поговорим дома, — прервал я попытку что-то сказать от Изуми. — Ложись и молчи, поняла? — я достал ей подушку из багажника. — Чтобы ни звука. Иначе расскажу Имани, куда пропала ее любимая помада.       — Отвратительно. — промычала Изуми, морщась. — Меня тошнит,       — Сочувствую, — я закрыл дверь, возвращаясь к Шираюки. Она топталась на месте, рассматривая носки своих ботинок, продолжая стирать с лица слезы.       Я взял ее под руку и попытался осторожно усадить на переднее пассажирское сиденье. Стоило ей уместиться, как она сразу же уснула, успев лишь назвать мне свой адрес.       Я довез ее до дома, довел до двери. Проследил за тем, чтобы она закрыла за собой дверь и вернулся в машину. Изуми на заднем сидении принялась извиваться змеей.       — Ты отвратительный человек. — донесся до меня ее тихий лепет.       — Уж кто бы говорил. — я завел машину, выезжая на шоссе. — Не я до отказа нажрался в свои пятнадцать лет сбежав из дома.       — А меня был выбор?       Я услышал, как Изуми шмыгнула носом.       — Я устала слушать как они ругаются. Почему они это делают? — алкоголь пробил Изуми к сентиментальности.       — По той же причине, по которой ты решила накидаться.       — Я делаю это из-за страха, а не ненависти! — в сердцах крикнула Изуми, лишь подтверждая мои догадки. — Мать ненавидит меня. И отца тоже. Да и тебя, наверняка. За то, что мы ничего не смогли сделать. Разве должно быть не наоборот? Она должна ценить нас!       Я потер рукой лоб. Не хотел отвечать на этот вопрос.       — Чего ты боишься? — спросил вместо это я, переводя тему.       Мы ничего подобного с Изуми ранее не обсуждали. Мне казалось, что я и без того прекрасно понимаю ее чувства.       — Что моя жизнь оборвется так же внезапно. — Изуми шмыгнула носом, а после и вовсе разрыдалась. — Что, если он придет и за нами? Что, если убьет меня? И тебя?       — И поэтому ты отрываешься каждый день?       — Я просто не хочу терять времени. Хочу быть с теми, кто понимает и любит меня. Хочу чувствовать себя свободной, а не выслушивать нравоучения матери о том, какая у нее ничтожная дочь! Я тоже потеряла Изану! Брата, которого любила! Неужели мать этого не понимает… Изуми зашлась рыданиями, утопая в собственной обиде. И я прекрасно ее понимал, хоть и порицал выбранные ею методы.       Заметив родительский дом в конце дороги, я резко сменил маршрут. Не стоит матери сейчас видеть сестру в таком виде. Очередной скандал никому из нас не нужен. Развернувшись, я направил автомобиль в сторону своего дома, протягивая Изуми пачку салфеток.       Клянусь, если Шираюки поможет мне выследить убийцу, я пойду на все.