В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 793 ШУУУУУХ! Вихрь из первородной Ци усилился еще сильнее, словно гневный рык Кеншина не возымел никакого эффекта. Отныне, его прорыв считался проваленным, а Небеса возжелали забрать его тело и душу. — Хочешь меня уничтожить?! Еще чего! — Разъяренно прорычал Кеншин, и взмахнул рукой. ПУФ! В следующее же мгновение, все окружающее пространство буквально замерло в неподвижности. Физическое тело Кеншина было лишено всякого давления, а его жизненные концепции перестали дрейфовать в сторону вихря. — Проваливай! — Решительно заявил Кеншин. Он не тешил особенных надежд на то, что Небеса, и их законы имеют какое-либо сознание, но все еще мечтал о том, чтобы все это закончилось здесь и сейчас. Сильнее всего на свете ему хотелось отмотать время на несколько часов назад, и не допустить критической ошибки. Погнавшись за собственной жадностью, он глубоко сожалел о том, что теперь, даже Золотое Ядро является недостижимой целью, и выход из этого кризиса живым — уже будет являться огромной удачей. На несколько секунд воцарилась абсолютная тишина. Казалось, что сил могущественной души Высшего Демона оказалось достаточно для противодействия бедствию, призванному уничтожать неудачливых культиваторов на пике Возведения Основания, но стоило Кеншину поверить в успешное сопротивление кризису, как реальность ударила его по голове. ШУУУУУУХ! Пространство внезапно задрожало, и из ниоткуда, в мир начали просачиваться гигантские потоки Первородной Ци, в считанные мгновения усилив вихрь в десять раз. Его всасывающая мощь поднялась на совершенно новый уровень, а Кеншин ощутил огромное давление. — Думаешь, я сдамся?! — Сдерживая давление на пределе собственных сил, прорычал Кеншин. С каждой секундой ему становилось все сложнее и сложнее выдерживать напор Первородной Ци, используемой незримым провидением для наказания несносного и жадного смертного. Будь это физическая, магическая, или даже духовная атака, он бы сумел отразить любое бедствие посланное Небесами. Однако, мощь вихря из Первородной Ци, выходила далеко за пределы этих концепций, и фактически являлась мощью Первородного Закона. В то же время, мощь этого бедствия была рассчитана на обыкновенного культиватора на пике Возведения Основания, и будь на месте Кеншина кто-либо другой, без Демонической Души — его сопротивление было бы растоптано в считанные секунды. «Что же делать…» — С трудом уняв естественный страх перед лицом Первородного Закона, мысленно восклицал Кеншин. С трудом сдерживая напор громадного вихря, Кеншин расходовал огромное количество духовной энергии по совершенно «невыгодному курсу». При этом, сила вихря отнюдь не ослабевала, и даже постепенно увеличивалась. — Какая-то Ци хочет меня поглотить?! Смешно! — Разъяренно прорычал Кеншин, как Высший Демон, испытывая искреннюю злобу от осознания столь унизительного факта. ШУУУУУУХ! Вихрь, как и следовало ожидать, не обладал разумом, и ничего ему не ответил. Однако, будь то совпадением, или осознанной издевкой Незримого Провидения, именуемого Небесами — мощь вихря увеличилась еще сильнее. С самого начала этого бессмысленного противостояния, в разуме Кеншина витала чрезвычайно опасная идея. Однако, будучи крайне осторожным человеком, он не спешил ставить на кон всё. И лишь теперь, испробовав все способы противостояния, он мог лишь в очередной раз отдаться воле случая. «Как же ненавижу…» — Мысленно проговорил он, чувствуя огромное раздражение от попадания в очередную, никак не прогнозируемую ситуацию. — Хочешь меня поглотить?! Отлично! Посмотрим, кто кого! — Властно заявил Кеншин, обращаясь не к неодушевленному вихрю, а к самим Небесам. В следующее же мгновение его демоническая душа, растекшаяся сплошным куполом, и защищавшая физическое тело от воздействия вихря — внезапно вновь собралась воедино. Вихрь незамедлительно принялся за старое, и начал вытягивать Сущность Кеншина, намереваясь поглотить и стереть его из бытия. Однако, тем же временем, душа Кеншина вспыхнула могучей аурой, и устремилась вперед. Со стороны это выглядело, как попытка отчаянного самоубийства, и желание поскорее завершить чрезвычайно болезненные мучения. Но при этом, лик Кеншина выглядел так, словно он совершенно не собирался умирать, и напротив — намеревался дать смертный бой. ПУФ! Ворвавшись в вихрь Первородной Ци, душа Кеншина первые несколько мгновений выглядела так, словно была готова разорваться на части, а выражение его лика — было крайне неприглядным и болезненным. — Я уже удил Ци… — Прошипел Кеншин: — И эта Ци, ничем не отличается от всех других! Внезапно его духовное тело раздулось словно парус, и перекрыло собой треть от всего вихря, чем значительно ослабило давление на физическое тело. Однако, даже так, жить его телу оставалось считанные секунды. Сидящее в позе лотоса, физическое тело Кеншина иссыхалось и дряхлело на глазах, выглядя, как высушенная мумия. Все жизненные силы и концепции, включая карму и нити судьбы — находились на волоске от полного разрыва и уничтожения, пока не случилось невероятное. Пуф! Пуф! Пуф! Душа Кеншина, сперва натянувшись, как парус, и охватив собой солидную площадь вихря, внезапно расслоилась на множество лоскутов, каждый из которых захватил свой кусок Первородной Ци, и незамедлительно направил ее в физическое тело. Этот ход мог по праву считаться настоящим самоубийством, ибо попытка не просто поглотить Первородную Ци, но и сделать это без малейшей подготовки, находясь на грани истощения и гибели — выглядела сущим безрассудством. Кеншин все это прекрасно понимал, и случись ему столкнуться с непостижимой Первородной Ци при иных обстоятельствах, он бы определенно обошел ее стороной, не рискнув потерять жизнь в малейшем взаимодействии с ней. Однако, не имея иного выхода, он намеревался не просто выжить, но и победить. В этот момент его разум был абсолютно чист от былых страхов и дрожи, а все сомнения, присущие человеку, но не Демону — попросту исчезли. И не смотря на откровенное безрассудство этой идеи, в этот момент Кеншин иррациональным образом считал себя хозяином положения, как и подобает Высшему Демону. — ПОДЧИНИСЬ! — Взревел Кеншин, породив немыслимой силы псионический вопль, от которого задрожало все пространство. ШУУУУУУХ! Мгновение спустя вновь послышался гулкий звук бушующего вихря. Однако на этот раз, вместо увеличения размера и силы давления, вихрь начал стремительно уменьшаться, иссушаясь множеством небольших ручейков, за каждым из которых стоял лоскут души Кеншина. Момент истины был томным и непредсказуемым, от того и ошеломительно радостным. Физическое тело Кеншина, после краткого промедления, когда даже его демонический настрой на мгновение дрогнул — все же сумело принять в себя эту необычайную Ци. — ХА-ХА-ХА-ХА! — По демонически захохотал Кеншин, испытывая несказанное наслаждение от подавления соперника. Пуф, пуф, пуф! Его физическое тело, словно сухая губка, принялось поглощать каждую каплю насильно притянутой Первородной Ци, в мгновение ассимилируя ее со всем организмом, и вновь насыщая десять Дао Колонн, в считанные секунды устранив все трещины, и вновь воздвигнув их до самых небес. ШУУУУУУХ! Вихрь, словно являясь не природным явлением, а разумным существом — принялся вновь увеличиваться и наполняться еще большим количеством Первородной Ци, в считанные мгновения увеличив объем в пять раз от первоначального. ***** — Давай! Этот мир очень скуден на Ци! Мне нужно, как можно больше! — Радостно смеялся Кеншин, не испытывая больших проблем по сдерживанию вихря. Будь это минуту назад — его физическое тело было бы разрушено в одно мгновение. Однако, теперь размер и объем вихря практически не имел никакого значения. К этому моменту, Кеншин чувствовал в своем теле такое огромное количество Ци, что даже верх мечтаний каждого культиватора, а именно — Золотое Ядро, могло быть сформировано несколько раз. Тем не менее, парадоксальным образом, его тело все еще напоминало сухую губку, и без остатка впитывало всю поступающую Первородную Ци, иссушая казалось бы бездонный вихрь. «Пять… Шесть… Восемь…» — Мысленно фиксировал он превышение объема, необходимого для создания Золотого Ядра, испытывая трепет. «Девять…» — Впервые ощутив тяжесть и наполненность от такого количества энергии, подытожил он, но собравшись с силами, продолжил поглощать Первородную Ци. «ДЕСЯТЬ!» — Едва не закричал Кеншин, чувствуя, как его физическое тело затрещало по швам. — Достаточно! — Зарычал он, бесцеремонно отвергнув всю оставшуюся Первородную Ци, и нанеся ощутимый урон вихрю. Пуф! Душа Кеншина вновь сформировала собой огромный парус, и заслонила собой физическое тело, приняв давление вихря на себя. Защитившись от назойливого вихря, Кеншин вернул большую часть сознания в физическое тело, и принялся настраивать себя на прорыв. Сделать это было крайне непросто, и даже выровнять дыхание в условиях переполненности Первородной Ци, и внешней опасности в виде вихря — уже представляло из себя серьезную задачу. Тем временем, десять величественных Дао Колонн пришли в движение. Каждая из них увеличилась, как минимум в десять раз от изначального размера, и приобрела величественный, платиновый оттенок. Шух, шух, шух, шух… В следующее мгновение, десять равноудаленных друг от друга, Дао Колонн, устремились друг к другу, столкнувшись воедино, и сформировав собой единую, монолитную структуру. Кеншин очень давно ждал этого момента, и тщательно готовился к прорыву, чтобы даже некоторые внештатные процессы не позволили прервать общий прорыв на стадию Создания Ядра. ***** Несколькими минутами ранее — Сохраняем спокойствие и ждем… — Размеренно дыша прошептал Ичиро в небольшой наушник. — Так точно… — Послышалось в ответ от Сорок Девятого. Сыновья Кеншина, находясь на своих оборонительных постах на некотором удалении от залива Ханси, но даже сквозь километры, они все еще чувствовали чудовищную мощь жуткого, неподдающегося описанию, вихря из Ци. Даже не являясь культиваторами, и не имея чутья на Ци, Ичиро все еще мог почувствовать концентрацию чрезмерного количества странной энергии в одном месте, и всерьез забеспокоился о безопасности отца. Однако, даже так, ему оставалось лишь скрипя зубами приказать своим братьям не вмешиваться, и молча дожидаться развития ситуации. Он не имел возможности помочь Кеншину, и глядя на бушующий в заливе, вихрь — чувствовал себя полным ничтожеством. Время шло, и сыновья Кеншина продолжали молча наблюдать за развернувшимся хаосом, находясь в режиме повышенной боевой готовности, и намереваясь отразить любое вмешательство извне. Спустя десять минут, Ичиро начал замечать нечто необычное. Ставший уже привычным, гул странного вихря постепенно угас, но давление на само пространство лишь возрастало. Словно паук, идеально чувствующий малейшие колебания на своей паутине — Ичиро ощущал малейшие изменения в пространстве, и использовал это, как дополнительный ориентир и даже орган чувств. Звуки исходящие из залива Ханси, как и все внешние признаки угрозы — постепенно стихали. Однако, чем спокойнее все становилось на первый взгляд, тем тревожнее чувствовали себя сыновья Кеншина. Ибо даже самому слабому из них, хватало природной проницательности, чтобы ощутить «затишье перед бурей». И буря произошла. Пуф! Пуф! Пуф! Пристально и неотрывно глядя на расположенный вдали, тот самый грот в заливе Ханси, Ичиро мгновенно узрел вырвавшийся из скалы, яркий луч света, пробивший километровую, туманную завесу. Вслед за первым лучом последовали еще несколько. И каждый, по степени яркости превосходил любой световой объект из когда-либо им виденных. А один лишь взгляд на прорывающиеся сквозь скалы, платиновые линии — вынуждал тело Ичиро дрожать, и безумно опасаться того, чтобы оказаться на пути у одного из лучей. — Будьте осторожны! Ни в коем случае не оказывайтесь на пути у этих вспышек! — Решительно предупредил он братьев, не отзывая их с постов, и намереваясь, во что бы то ни стало, выполнить задачу по защите отца. Пуф! Пуф! Пуф! Лучей становилось все больше и больше, и каждый из них прожигал дыры в камнях и скалах, углубляясь на многие десятки километров во все стороны, не встречая никакого сопротивления. С каждой секундой, волнение и напряжение Ичиро лишь увеличивалось, а лучи тем временем продолжали множиться в геометрической прогрессии, постепенно повышая фатальную опасность пребывания в зоне их досягаемости. Тем не менее, тревожным и ужасающим домыслам Ичиро и остальных — не суждено было сбыться. Спустя менее тридцати секунд после появления первого луча, все они исчезли, и всеобщее внимание приковала совершенно иная картина. ПУФ! Внезапно, из грота, полностью игнорируя горную породу — вылетел платиновый шар. Его яркость была настолько высока, что даже высокоранговые шиноби, коими являлись сыновья Кеншина — были вынуждены щуриться и отводить глаза. А все животные, коим не посчастливилось узреть этот платиновый шар — в мгновение лишались своих глаз, издавая болезненные вопли. Лишь Ичиро, будучи самым сильным из присутствующих братьев, мог с трудом вглядеться в этот платиновый шар, узрев в нем фигуру обнаженного мужчины. — Я победил! И вам не остается ничего другого, кроме, как принять это! — Послышался гневный, и в то же время чрезвычайно решительный вопль, и Ичиро наконец смог узреть лик Кеншина, эмоции на лице которого, стремительно менялись. От восторга, до настороженности, а затем и вовсе — до страха. «УХОДИТЕ! НЕМЕДЛЕННО!» — Разом услышали все сыновья Кеншина его голос в своих головах, и вздрогнули. Их тела, словно повинуясь незримой силе, вопреки всем мыслям о защите отца, совершенно не подчинялись разуму, и даже Ичиро обнаружил себя спешно отступающим прочь. «Помоги братьям! Телепортируй их!» — Раздался голос в его голове, и Ичиро был вынужден подчиниться, спешно собрав всех братьев, и телепортировав их прочь на несколько километров за каждый прыжок.