В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 777 Четвертый день от начала Великого Турнира Накаяма, Кеншин решил провести сбалансировано. Все утро посвятил медитации и кропотливой подготовке к прорыву на стадию Создания Ядра, и лишь после обеда осчастливил нетерпеливых девушек. Он и сам не до конца понимал, как так получилось, но Ино и Ханаби абсолютно не насытившись развлечениями прошлого дня, в ультимативном формате заявили готовность к продолжению. И мнение Кеншина в этом вопросе, соперничающих девушек абсолютно не интересовало. Впрочем, им все еще пришлось смириться с его утренней занятостью, и томительно дожидаться его освобождения к двум часам дня, после чего, Кеншин был вынужден заглаживать свою вину за то, что заставил девушек ждать себя более трех часов. И, как и подобает избалованным девочкам, ни одна из них не желала обращать внимание на то, что пришла на три часа раньше назначенного времени. Хиаши и Иноичи могли только улыбаться и с сочувствием качать головой, видя, в какой глубокий капкан собственноручно попал Кеншин. Ино и Ханаби обладали схожими характерами, и в понимании своих отцов, абсолютно «не знали меры» в своих желаниях. И полное потакание всем их прихотям со стороны Кеншина — ожидаемо прогнозировалось двумя отцами, как собственноручное выкапывание им, глубокой ямы. Выбраться из которой, со связанными руками, и сидящими на шее озорными девочками — будет абсолютно невозможно. В понимании самих Ино и Ханаби, Кеншин был кем-то вроде «всемогущего волшебника», превратившего их пребывание рядом с ним в самую настоящую сказку. Никогда в жизни они не чувствовали себя настолько счастливыми, как за последние несколько дней, и вкупе с воздействием Обаяния Патриарха, это не могло не растопить их юные, пылкие сердца. Хоть Ино и Ханаби желали провести вторую половину дня с Кеншином наедине, у Карин были совершенно иные планы. Она ни в коем случае не желала упускать из виду двух молоденьких вертихвосток, на собственном опыте зная хрупкость и слабость волевого стержня Кеншина. Таким образом, после обеда Кеншин попал в крепкие сети троих девушек, изящно борющихся за его внимание, и столкнулся с необходимостью срочно их чем-нибудь занять, дабы канализировать их бурную активность в иное направление. Рьяный огонь соперничества в их глазах был виден невооруженным взглядом, и Кеншин не нашел ничего лучше, кроме, как занять девочек спортивными играми, научив их играть в волейбол. Для формирования двух полноценных команд их численности было недостаточно, поэтому Карин позвала Макото, Ханаби попросила позвать маленькую Рэй, с которой хорошо подружилась, а Ино, оставшись без поддержки, все же была вынуждена пригласить Кими. Мисаки, в свою очередь, позвал уже сам Кеншин. В итоге, то, что задумывалось тремя девушками, как некоторое подобие свидания с Кеншином, переросло в миниатюрные олимпийские игры, с играми в волейбол, футбол, конькобежные соревнования, и даже лыжные гонки. Благо широчайшие возможности мгновенного терраформирования, позволяли воплотить любое желание. Лишь к семи часам вечера, когда младшие девочки были окончательно вымотаны, а у старших не оставалось энергии для излишних дурачеств, Кеншин решил уделить два часа своего времени просмотру турнирных соревнований, чем изрядно осчастливил, как участников, так и зрителей, увеличив своим присутствием заполненность трибун на сто процентов. Остаток вечера, вся компания девушек провела за ужином и различными виртуальными активностями, будь то видеоигры или просмотр телевизионных шоу. Каждая из трех групп тяготела к чему-то своему. ***** Пятый и шестой день были схожими с четвертым, и прошли по той же самой схеме. За исключением частностей, Кеншин все утро проводил за тренировками, а после обеда, и до позднего вечера, отдыхал душой с озорными, неугомонными девочками. За прошедшие дни, Ханаби и Ино настолько сильно к нему привязались, что возвращаясь к семьям поздним вечером, они устраивали своим отцам настоящий «разнос», с требованиями не бездействовать, и придумать способ приходить в гости к Клану Накаяма после завершения турнира. Мисаки, хоть и не превратилась в охочую до его внимания бестию, все же значительно изменила модус поведения, и была рада проводить с Кеншином побольше времени, с удовольствием согласившись на его приглашение в Академию Накаяма. Не только они, но и малышка Рэй значительно сильнее привязалась к Кеншину. За все время это был их первый, настолько продолжительный контакт, что крайне благотворно сказалось на социализации малышки, раскрепостив ее настолько, что в порыве радостных чувств, она несколько раз крепко его обняла. Чего ранее, никогда не происходило. Таким образом, совершенно незаметно, наступил седьмой, и заключительный день Великого Турнира Накаяма, который собрал в себя все ожидания зрителей, и обещал стать самым невероятным из всех. ***** — Император! Император! Император! — Хором скандировала толпа, завидев Кеншина на императорском балконе. — Тщеславие — очень дурное качество. — Видя реакцию Кеншина на овации толпы, покачал головой Мадара. — Вы правы, Учиха-сан. Я это учту. — Уважительно поблагодарил его Кеншин, проявив смирение, и оказав хорошее впечатление на окружающих. На самом деле, слова Мадары его ни в коем разе не задели, ибо неконтролируемое чувство удовлетворения на его лице, было вызвано отнюдь не тщеславием, а дурманом плывущих к нему по воздуху, невидимых нитей от каждого, скандирующего человека. — Подвинься, моя очередь… — Послышалось грозное, тихое шипение. За последнее время многие уже привыкли к излишней активности игривых девочек, чему Кеншин всячески потворствовал, и вынудил окружающих проигнорировать эту его, совершенно безобидную особенность. Однако, картина того, как кроткая и тихая Хьюга Ханаби, показавшая себя таковой в первый день турнира, внезапно проявила себя, как властная и умеющая добиваться своего, девочка — шокировала многих. В особенности ее собственного отца. Хьюга Хиаши все еще с трудом мирился с тем, насколько сильно его дочь потеряла голову от Кеншина, но памятуя несколько продолжительных разговоров со своим старым отцом, глава клана Хьюга, был вынужден смириться с естественным ходом бытия, отпустив свою дочь в новую семью. Разговоры с Хироши, помимо всего прочего, все же вынудили его задуматься над тем, что долгое время он считал не нужным, и излишним. А именно — к рождению еще одного ребенка. Будучи приверженцем семейных ценностей, Хиаши не желал своим потомкам сгинуть в борьбе за позицию главы клана, и до сих пор, намеревался ограничиться двумя дочерьми, одна из которых должна была занять кресло главы. Хината изначально не обладала должными качествами для становления главой клана, а дружба, перетекшая в романтические отношения с Джинчурики, окончательно поставила крест на ее кандидатуре. Ханаби, в свою очередь обладала отличными задатками на роль уверенной, строгой, и очень прозорливой главы, и до недавнего времени являлась фактически утвержденной на эту роль. Пока, на горизонте не засияла куда более ошеломительная перспектива. Таким образом, вчерашняя ночь стала пятой ночью кропотливых и усердных стараний Хьюги Хиаши над воспроизводством наследника. Он едва ли не молился о зачатии мальчика во время всего процесса, и намеревался спросить мудрости у Гамамару, после окончания Турнира. — Сейчас! Сейчас он объявит! — В нетерпении прошептала Карин, сжимая кулачки. — Не стоит так волноваться. Он сумеет за себя постоять. — Уверил ее сидящий неподалеку Наваки. Тем временем на середину арены вышел Майто Гай, и угомонив толпу грозными выкриками, вальяжно оглядев трибуны, приготовился к оглашению старта первого, и одного из самых важных поединков на сегодня. — Учиха Саске против Пятьдесят Седьмого! — Громогласно объявил он, погрузив трибуны в тишину.