В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 773 Обсудив с гостями ключевые детали дальнейших действий, Кеншин вернулся на императорский балкон, и продолжил просмотр турнира. Без его внимания остались девять боев, но турнирная сетка заранее была сформирована с учетом плана занятости, и послеобеденные сражения включали в себя безынтересные бои между юниорами в ранге Генина или Чунина. Цунаде, Темари, и Карин, так же, без раздумий вернулись с ним на балкон, а вслед за ними, подгоняемые своими отцами, помчались Ино и Ханаби, строго проинструктированные, в этот раз занять как можно более близкое место к Кеншину. Планы Кеншина по изменению мироустройства, и его официальное признание в происхождении из другого мира, не только не повлияли на настроения Иноичи и Хиаши в сватовстве своих дочерей, но и значительно увеличили их убежденность в правильности выбранной стратегии. Главы кланов Хьюга и Яманака не были глупцами, и видя боевую мощь Клана Накаяма, включающего в себя множество Элитных Джонинов, и нескольких Каге, с главой, близким к рангу Мудреца — не имели никаких иллюзий о скором завершении «Века Накаяма», с возвратом к старым порядкам. Именно поэтому, обоим любящим отцам, и ответственным главам своих кланов, оставалось лишь подстраиваться под имеющуюся действительность, и стараться занять первые места в вагоне поезда, несущегося в светлое будущее, сделав своих дочерей влиятельными проводницами, способными обеспечить своим кланам, лучшие места. Сам же Кеншин, воспринимал все это достаточно спокойно. Интересы глав обоих кланов, совпадали с его собственными. За исключением лишь временных рамок. Ибо если Ино и была готова вступить в брак, то брачный возраст Ханаби, даже по весьма «свободным» законам этого мира, наступал лишь через два года. А в рамках личного мировоззрения Кеншина, и вовсе — через четыре. Тем не менее, он очень любил проводить время с детьми, и был рад побаловать малышку Ханаби, испытывая большую радость от ее задорного, детского смеха, и чувствуя себя великолепно от дарения очередных, удивительных для нее, вещей. За последние несколько лет он мог смело признаться в том, что перенасытился вниманием взрослых женщин. Но не мог сказать то же самое о юных девушках. Ибо, если первые зачастую являлись расчетливыми, лицемерными, и «испорченными» жизнью особами, то вторые, в силу своего юного возраста, зачастую оставались кристально прозрачными, и ментально девственными. Даже откровенно меркантильное отношение Ино, воспринималось им с веселой улыбкой, ибо желая получить от него больше подарков, она нисколько не скрывала своих истинных эмоций, демонстрируя абсолютно беззлобную натуру, что качественно выделяло ее на фоне множества «засланных» девушек и женщин из других родов и кланов. Чем больше он находился в компании белокурой красавицы, тем сильнее убеждался в правильности своих предварительных выводов. Ему нравились все ее ужимки и поведенческие особенности, что вкупе с ее цветочной красотой, в считанные годы превратило бы Ино в утонченную, роскошную женщину, достойную находиться рядом с самим Императором. ***** Дальнейшие бои на арене выдались скучными и безынтересными практически для всех гостей на императорском балконе. Мало кого интересовало состязание Генинов, Чунинов, и даже редких Джонинов, на фоне тревожных новостей о скором бедствии планетарного масштаба. Даже зрелищный, и невероятно насыщенный бой Рока Ли, с очень умелым молодым человеком из Амэгакуре, прошел без особого внимания со стороны сильных мира сего, а открытие пяти врат, привлекло лишь небольшое внимание. Куда больше интереса вызвал бой Ино и талантливой девочки из Сунагакуре. Две девочки-подростка сражались очень упорно, однако цветочный, и миролюбивый характер Ино, не смотря на ее выдающийся талант, не позволил ей одержать верх над закаленной в боях, маленькой волчицей. Турнирная сетка изначально была составлена так, чтобы по возможности исключить сражения мужчин и женщин, что вносило некий шарм в сражения девушек, и особенно нравилось публике. Впрочем, сам Кеншин не испытывал восторга от того, что красивые лица не менее красивых девушек окрашивались красным цветом, и, пусть и ненадолго, обзаводились синяками. Ино показала себя очень достойно, и вернувшись на балкон в удрученном состоянии, получила лучшую поддержку, немедленно выторговав себе послабления в распорядке дня от отца, а так же обещание подарить ей роскошный, скоростной мотоцикл от Кеншина. Подобный уровень щедрости, не на шутку раззадорил сидящую рядом Карин, пробудив в ней огонь ревности. Однако, так и не успев в полной мере передать свое недовольство отцу, она была вынуждена направиться на свою собственную битву. ***** — Накаяма Карин против Мацуо Мисаки! — Как гром среди ясного неба, раздался громкий клич Майто Гая. — Ха?.. — Удивилась она, мгновенно позабыв о претензиях к отцу. — Помнится, ты очень хотела принять участие на всех этапах турнира?.. — Усмехнулся Кеншин, искренне наслаждаясь столь дивным совпадением. — К-конечно! — Кивнула Карин, гордо задрав подбородок. — Тогда — вперед. Но, предупреждаю: будь осторожна. Мисаки очень опасна. — Серьезным тоном предупредил ее Кеншин. — Хмф! Вот и проверим, кто из нас действительно заслуживает статус «будущей сильнейшей куноичи этого мира» — Решительно заявила Карин, и не дожидаясь ответа, перемахнула через бетонные перила, устремившись прямо на арену. Тем временем, веселая улыбка на лице Кеншина, плавно сменилась гримасой серьезности, а сам он, даже не думал как-либо веселиться и иронизировать, ибо прекрасно понимал, насколько непростой являлась соперница его любимой дочери. В свои не полные семнадцать лет, Мацуо Мисаки уже имела репутацию грозной и очень опасной куноичи. А в Киригакуре, ее называли второй Теруми Мэй, из-за схожести их пути становления. И хотя взросление Мисаки проходило уже после упразднения губительной практики кровавого обучения, которая нанесла чудовищный удар генофонду Киригакуре, но воспитала могущественных шиноби, Мисаки фактически стала наглядным примером возможности еще более ошеломительного роста, без уничтожения множества перспективных юниоров. За пределы Киригакуре, имя Мацуо Мисаки распространилось всего год назад, но ее послужной список был настолько большим, что это имя прогремело по всему миру, породив множество слухов, и сравнений ее с величайшими женщинами предыдущих поколений, две из которых, являлись официальными женами Кеншина, и возникновение новой «звезды» закономерно привлекло его живой интерес. Имея огромное влияние на Киригакуре, Кеншин имел полный доступ ко всей известной информации о Мисаки, начиная от ее весьма внушительного происхождения, заканчивая в его понимании, проявлениями излишней жестокости. Излишне агрессивное воспитание, вылившееся в «неправильное» поведение юной девушки, и было основной причиной его скептицизма в рассмотрении ее кандидатуры на роль одной из будущих жен. Мисаки была крайне талантливой девушкой, имея при этом весьма привлекательную внешность. При росте в 175 сантиметров, она имела грудь второго размера, миловидные черты лица, и необычайно стройные, «модельные» ноги. Однако, ее красоту бессовестно портил «послужной список» из более, чем сотни убийств, включая безжалостные расправы над раненными и поверженными врагами, а так же, совершенно безобидными, «попавшими под руку», людьми. Таким образом, Великий Турнир Накаяма, в случае с Мисаки, имел цель не только продемонстрировать ее боевую доблесть, но и определить ее «годность» на статус полноценной жены Императора Накаяма.