В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 768 Следующие три часа прошли в обычном режиме. Присутствующие на императорском балконе, откровенно скучали от просмотра битв беззвестных юниоров, изредка находя интерес в битвах их собственных земляков. Единственным развлечением, и по совместительству полезным делом — стали разговоры. Будучи во многом поборниками, а во многом и заложниками аристократических принципов статуса и чувства ранга, представители высших элит могли вести продуктивные беседы и обмены мнениями лишь с себе подобными, от чего давний голод по взаимо-уважительному общению, нашел отдушину в сегодняшнем мероприятии. Помимо приятного и во многом бессмысленного общения, на императорском балконе так же заключались весьма масштабные, предварительные договоры. Будь то весьма заманчивые медицинские контракты между кланом Хьюга и заместителем Четвертого Райкаге, Даруи, или еще более специфический договор между Хирузеном и Гаммамару, об обмене опытом с горой Мьёбоку, при посредничестве Клана Накаяма. Кеншин так же подвергся весьма активной «бомбардировке» различными предложениями и просьбами, часть из которых сразу отмел, часть отправил в «долгий ящик», а на часть, и вовсе, дал предварительное согласие. Бои на арене, так же, как и остальным, были ему не очень интересны. Лишь изредка его внимания удостаивались представители молодого поколения. В остальном же, он интересовался лишь боями своих дальних родственников из кланов Хьюга, Инузука и Нара. Бой Неджи против талантливого юниора из Киригакуре, его не впечатлил. Самый талантливый член побочной ветви клана Хьюга, без особого труда одолел своего противника. Битва Хинаты с молодой, и очень дерзкой девочкой из клана Миура, вышел куда более интересным. Мягкость и нежность столкнулись с твердостью и жесткостью, устроив незабываемый бой, победительницей из которого, вышла Хьюга Хината. Во время боя Кибы, Кеншин чувствовал себя слегка неловко. Он непременно желал своему формальному пасынку победы, но их отношения, с момента первого знакомства, пребывали в очень натянутой форме. У Цуме были весьма специфические отношения с Кибой, что выражалось в минимизации общения, и практически полного отсутствия интереса матери к судьбе собственного сына. За полтора года, Кеншин виделся с Кибой всего несколько раз, и даже тогда, их встречи носили нецелевой и формальный характер, что затрудняло установление прозрачных, дружеских отношений. И хотя, получив отложенную роль главы цветущего, и ныне богатого клана Инузука, Киба не имел права жаловаться на несправедливость, Кеншин все еще чувствовал себя недостаточно щедрым и справедливым к первому сыну одной из своих любимых женщин, намереваясь в ближайшем будущем это исправить. Битва Шикамару с очень талантливым юниором из Страны Земли, была похожа на один большой, остросюжетный детектив. Наследник клана Нара в очередной раз продемонстрировал огромный талант в искусстве стратегии и тактики, собрав невероятные симпатии с трибун. Стрелка часов неумолимо приближалась к двум часам дня, что знаменовало собой часовой перерыв на обед для всех, включая присутствующих на Императорском балконе. Однако, турнирная сетка специально была выстроена так, чтобы уходя на обед, народ был всецело заряжен бушующими эмоциями от предшествующего этому, боя. ***** — Миура Рью против Пятьдесят Седьмого! — Послышался громогласный возглас Майто Гая, от чего все люди на трибунах мгновенно отвлеклись от разговоров друг с другом, повернув головы. — Ха?.. — Удивилась молодая куноичи: — Разве числовое имя это не?.. — Точно-точно! Это наверняка сын Императора! — Прервал ее толстый мужчина средних лет, спешно закивав пухлой головой, всколыхнув дряблые щеки и подбородок. — Пятьдесят Седьмой?.. У Императора так много сыновей?.. — Удивился Джонин из Кумогакуре. — Двадцать Второй и Двадцать Шестой часто бывают в медицинском центре. Они очень сильны и влиятельны! Но, не думаю, что их младший брат такой же. Он слишком юн… — Прокомментировал главный врач третьей больницы города Накаяма. — Верно! У меня есть шестнадцать братьев, и разница между старшим и младшим, непреодолима! — Поделился своими наблюдениями юноша из Киригакуре. — Какая жалость… Рью будущий наследник клана Миура, и самый любимый внук Мифуне. Если бы его противником был Наваки, но Пятьдесят Седьмой… — Сочувствующе покачал головой пожилой, белобородый мужчина, являющийся одним из старейшин Кумогакуре. На императорском балконе, тем временем царили схожие настроения. Имя Миуры Рью было известно всем, в то время, как имя Пятьдесят Седьмого, впервые прозвучало лишь здесь. Однако, благодаря тому, что он являлся одним из сыновей Кеншина, никто из высших элит, не спешил списывать его со счетов. — Хм? Пятьдесят Седьмой?.. Он силен? — Не сдержавшись, вслух пробормотал Наруто, обратившись к единственной, лояльной к нему сверстнице. — Конечно! Он сильнейший из моих братьев, после Наваки и Ичиро! — Уверенно заявила Карин, чувствуя гордость за малыша, которого они с Макото, фактически воспитали вместе. Ее слова автоматически всколыхнули уши практически всех присутствующих, вынудив охочих до сплетен, представителей элит, обратить повышенное внимание на разговор двух подростков. — Даже так?.. Накаяма-сан, почему вы скрывали такой талант, если все это правда?.. — С прищуром поинтересовался Миура Мифуне, не в силах пропустить все, что так или иначе касалось предстоящего боя его внука. — Скрывал?.. К счастью, Мифуне-сан, мой клан это не выставка породистых скакунов. Нет нужды трубить о достижениях моих сыновей на каждом углу. — Брезгливо фыркнул Кеншин. — Ваша правда, Накаяма-сан… — Дружелюбно улыбнулся Мифуне, тактично обрубив эту тему. К этому моменту, Миура Рью уже вышел на арену, и замер в неподвижности, являя собой образ заточенного клинка, готового к атаке. И это стало дополнительным триггером соотношения сил бойцов, ибо скорость прибытия на арену, значила очень многое. — Кажется это он! — Едва заметив второго человека на арене, громко воскликнул юноша с трибуны на втором этаже. — Такой худой и хрупкий… — С сочувствием покачала головой опытная куноичи в ранге Джонина. — Что с его глазами?.. — В сомнении пробормотал мужчина средних лет с трибуны на третьем этаже. — При всем уважении, Накаяма-сан, но он не выглядит равным двум безусловным тиграм вашего клана… — Покачал головой Мифуне, с первого взгляда оценив телосложение, осанку, и походку Пятьдесят Седьмого, определив его, как не прирожденного бойца ближнего боя. — Неужели?.. — Улыбнулся Кеншин, после чего, во всеуслышание добавил: — Пятьдесят Седьмой! Покажи доблесть нашего Клана Накаяма! Шух! Стоило Пятьдесят Седьмому обернуться, и посмотреть вверх, в направлении императорского балкона, как все разговоры и перешептывания мгновенно стихли, а лица всех, без исключения, элит, наполнились шоком. — Кха-кха… — Мгновенно закашлял Хьюга Хиаши, схватившись за грудь. Он едва нашел в себе силы, чтобы разорвать взгляд с Пятьдесят Седьмым, и спешно закрыл глаза своей младшей дочери. — Э-это… — Затаив дыхание, не в силах произнести это в слух, прошептал Хирузен. — Тенсейган! — Синхронно изумились Джирайя и Шикаку, вскочив на ноги. — Да, отец! — Насладившись реакцией элит, решительно кивнул Пятьдесят Седьмой, и обернулся к своему противнику. Императорский балкон был изолирован от остальных трибун, и не передавал лишние, не направленные звуки, от чего никто из простых зрителей не имел ни малейшего понятия о свойстве глаз Пятьдесят Седьмого, увидев в них лишь нечто похожее на Бьякуган. Однако, даже этого было достаточно, чтобы приятно удивить и восхитить многих. — Бойцы, готовы?.. — Спросил Гай, и получив два утвердительных кивка, громко прорычал: — БОЙ!