В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 743 Всю следующую неделю Кеншин решил посвятить тренировкам и медитациям. Он чувствовал, что готов возвести шестую Дао Колонну, но для этого ему требовались не только огромное количество Ци, но и закрепление своего успеха в сражениях. Первую половину дня он медитировал, и собирал всю Ци в округе сотни километров, что было особенно эффективно ранним утром. Вторую же половину дня, он проводил на Арене. Согласно Учению Безбрежных Просторов, он воспринимал свое тело и разум, после успешного перехода на новый этап культивации, как вновь выкованное орудие, требующее изнурительной закалки. Этот процесс назывался «Закреплением Основ», и он являлся неотъемлемой частью большого успеха на пути к становлению Бессмертным. В среде культиваторов «Бессмертными» назывались лишь те, поистине богоподобные фигуры, достигшие «Бессмертного Вознесения». Однако, для, ничего в этом не понимающих, смертных «Бессмертным» мог считаться культиватор любой стадии. Ибо демонстрируемая им мощь, была за гранью их понимания. Более того, сам термин «Бессмертный», вовсе не означал вечно живущего, и тем более не подверженного насильственному умерщвлению, практика. Однако, колоссальная продолжительность жизни культиваторов стадии «Бессмертного Вознесения», и практические полное отсутствие более сильных врагов, производило на цивилизации смертных, совершенно неизгладимое впечатление, неизбежно приводя к обожествлению и мифологизации всего, что связано с этими существами. Сам Кеншин, так же был подвержен положительной пропаганде со стороны Магистра Схенея. Ибо, услышав о том, что Верховный Владыка Хазор, способен «тушить звезды рукой», он был шокирован до глубины души. Тем не менее, всецело доверять пропагандистской байке старика, он не спешил. В равной степени, как и оценивать реальную силу подобных существ на основании крох информации. Не поддавалось сомнению лишь одно. А именно, что непререкаемый владыка леодийской расы, по имени Хазор — является самым могущественным существом, о котором он только слышал. ***** Помимо собственной программы усиленных тренировок, Кеншин составил индивидуальную программу тренировок для своих сыновей, приказав им отложить все свои дела, и на следующие три недели посвятить себя подготовке к предстоящим событиям. Ичиро, как самый первый, и по совместительству самый влиятельный его сын, получил весьма мягкий, не вовсе необязательный к исполнению призыв сосредоточиться на контроле Завершенного Сусаноо. Вкупе с «Контролем Пространства», способность Завершенного Сусаноо позволяла ему развязать невероятную боевую мощь, и давала возможность на равных сражаться с любым Элитным Каге. Более того, в этом состоянии Ичиро мог около минуты сдерживать натиск Мадары, что очень высоко оценивалось Кеншином. Проблема заключалась в том, что использовать Завершенное Сусаноо без вреда для здоровья, он мог лишь на незначительные десять секунд. И впоследствии, каждая дополнительная секунда использования, накладывала на его организм тяжелые травмы. Спустя пол минуты слеп и закрывался один его глаз, спустя еще пол минуты слепли оба глаза. Сам Кеншин, так же испытывал огромные перегрузки от использования Завершенного Сусаноо, и временно исключил эту способность из своего арсенала. Именно поэтому, результаты тренировок и исследований в этой области со стороны Ичиро, были ему крайне важны. Двадцать Первый, в свою очередь получил полноценный приказ отложить все свои дела на поприще разведки и контрразведки, переложив их на плечи заранее набранных заместителей, и всецело сосредоточиться на улучшении свойств «Невидимости» Кеншина совершенно не интересовали заслуги Двадцать Первого, как шиноби. И, со временем, даже его «Невидимость» начала утрачивать смысл. До тех пор, пока не было обнаружено ее дополнительное свойство. Двадцать Первый не знал, как так получилось, но однажды, в момент наивысшей опасности, когда ужасающий всполох адского пламени Аматэрасу уже был готов объять и сжечь его тело, произошло невозможное. А именно — всполох пламени, пролетел сквозь его тело, не нанеся никакого ущерба. Кеншин и ранее рассчитывал на то, что помимо фотонов света, свободно проходящих сквозь его тело в состоянии «Невидимости», получится пропускать через себя и более массивные элементы, но с каждым месяцем, терял надежду на такой исход. Однако теперь, Двадцать Первый вновь вырвался в первые ряды самых уникальных сыновей, и пообещал оправдать вложенные в него ожидания. Сорок Седьмой, необоснованно долго остававшийся за пределами всевозможных оценочных списков талантливых, перспективных, или уникальных его сыновей, в последнее время радовал отца все больше и больше. Как и подобает потомку рода Узумаки, он получил в наследство от своей крови крайне медленное развитие, как контроля чакры, так и контроля различных техник. Однако, благодаря Кеншину, этот период, который члены клана Узумаки проходили, как минимум десять лет — он прошел менее, чем за год. Тяжелым и упорным трудом повысив чрезмерно низкий контроль чакры, он сумел не только догнать, но и перегнать многочисленных братьев, шокируя всех своей выносливостью, объемом чакры, и неплохим контролем над Несокрушимыми Цепями. Именно их, Кеншин и поручил ему развивать в следующие три недели, параллельно настояв на изучении Искусства Мудреца, чтобы уравновесить каждый аспект его бытности, как шиноби. Сорок Девятому, в свою очередь в отличии от всех остальных, Кеншин строго настрого запретил упражняться в силовых показателях, и начать делать шаги в изучении Бьякуго. Ибо стиль «разъяренного берсерка», рано или поздно мог привести к крайне плачевным, для всей семьи, результатам. На данный момент Сорок Девятый стал настоящей гордостью Норико, и его невероятные битвы в режиме Буйства, а так же открытых Семи Вратах, были способны удивить и искренне восхитить даже Кеншина. Он был способен с легкостью убить практически каждого из известных Элитных Каге, но плата за такой результат, по мнению Кеншина, была приемлемой лишь на Арене Патриарха. А по сему, Сорок Девятый был единственным, кому запрещалось использовать всю свою силу. Пятьдесят Седьмой, хоть и являлся на данный момент одним из важнейших сыновей Кеншина, не получил ни одного приказа. Лишь мягкое пожелание больше отдыхать, и не перенапрягаться. Ибо простое использование Тенсейгана, все еще его выматывало. Тем не менее, у Кеншина давно был сформирован план по исправлению этого недостатка, и единственное, что требовалось от Пятьдесят Седьмого — это сохранить свое здоровье. Наваки, наравне с Ичиро, совершенно справедливо считался любимым сыном своего отца. И так же, как Ичиро, не было ни единого случая, когда он бы разочаровал Кеншина, что не оставляло никаких причин, давать ему строгие приказы. Более того, Наваки уделял тренировкам практически все свое свободное время, от чего Цунаде приходилось силой тащить его в зону отдыха, и буквально заставлять его развлекаться так же, как это делали все остальные. А именно — смотреть фильмы, и играть в видеоигры. Нынешние достижения, в области ниндзюцу и тайдзюцу, вкупе с достаточно глубоким освоением Бьякуго и Режима Мудреца, делали из Наваки одного из самых боеспособных и опасных членов Клана Накаяма, уступающего в прямой силе лишь нескольким своим братьям, не взирая на фактическое отставание от них на целый ранг. Восемьдесят Третий, имел куда менее внушительные успехи, чем его друг и брат, и отказался от идеи изучать все дисциплины разом, сосредоточив все усилия на изучении Фуин и Искусства Формаций, которым его обучала Кохару. Кеншин был удивлен, что Восемьдесят Третий, не смотря на ошеломительно короткий срок обучения, уже освоил возведение барьера Четырех Багровых Огней, находясь в шаге от того, чтобы превзойти собственную мать. Тем не менее, даже столь внушительные достижения, фактически были неспособны повлиять на грядущие события, и даже освоение барьера Шести Багровых Огней, могло бы помочь лишь ситуативно. А по сему, строгих указов, Кеншин решил ему не давать. Восемьдесят Пятый был последним, кому Кеншин дал персональные поручения. Однако, исходя из его нынешнего статуса, как Пятого Цучикаге, и фактического главу всей Страны Земли, поручения имели лишь рекомендательный характер, и заключались в работе над исправлением своих слабых сторон, и как можно более быстром освоении Искусства Мудреца.