В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 671 В момент, когда последняя черная дымка, оказавшись нетронутой, все же ворвалась в его тело, Учиха Мадара испытал неподдельный страх. Время вокруг него словно остановилось, а перед глазами возникла кромешная тьма. Его разум судорожно принялся искать выход из сложившейся ситуации, однако ни физическое тело, ни даже частицы его собственной чакры, не поддавались контролю, словно сознание оказалось запечатанным. Шух! Внезапно, вся тьма перед его глазами, начала стягиваться в одну точку, формируя гуманоидный силуэт. С каждой секундой, силуэт становился все крупнее и крупнее, а Мадара, полностью лишенный возможности противодействия, был вынужден лишь гневно за ним наблюдать. Пуф! В этом состоянии духовного средоточия, понятие времени утрачивало свой первоначальный смысл, и мгновение могло показаться вечностью, в то время, как вечность — одним мгновением. Потеряв связь с реальностью, Мадара не знал, как долго смотрел на формирование силуэта из тьмы, но, как только силуэт был сформирован, Мадара увидел в нем признаки женственности, мгновенно осознав, кем является владелица этого, духовного отпечатка. Он пытался что-то сказать, но его губы попросту не двигались. И более, того, в нынешнем состоянии, губ у него и не было. Он пытался передать силуэту мысленное или духовное послание, но даже так, ничего не получалось. Пуф! Окончательно сформировавшись, силуэт устремил взор в его сторону, от чего великий шиноби прошлого, непревзойденный Учиха Мадара, впервые за десятки лет, испытал истинный, неподдельный ужас. Шух, шух, шух… В месте, в котором оказалось сознание Мадары, не существовало звуков. Однако, он мог поклясться, что слышал каждый «шаг» сделанный силуэтом женщины, которая неуклонно приближалась к его местоположению. Шух, шух, шух… С каждым последующим шагом, ужас в душе Мадары усиливался экспоненциально, буквально сводя его с ума в ожидании неизбежной, мучительной смерти. Его душа, чьими «глазами» он смотрел на силуэт, вовсе не была такой же закаленной и опытной, как он сам, а по сему — билась в истерики и беззвучно молила о пощаде, словно она являлась жертвой, а силуэт, самым ужасным хищником. Шух, шух, шух… Когда силуэт женщины подобрался к нему на расстояние вытянутой руки, время в очередной раз застыло, а сам Мадара, лишенный возможности даже размышлять, оказался вынужден раз за разом пропускать через себя истерику его дрожащей души. Шух! Время вновь пошло своим чередом, и силуэт женщины решительно вскинул руку, по направлению к душе Учихи Мадары. Страх, испытанный им в этот момент, многократно превысил все, что он испытывал за всю свою жизнь, от чего даже волевой стержень в его сознании, дал трещину. Его душа, была словно беззащитным и наивным ребенком, одержимым лишь самыми примитивными инстинктами, и столкнувшись с вражеской атакой, могла лишь биться в ужасе, даже не пытаясь защититься или атаковать в ответ. Оказавшись целью нападения ужасающего «хищника», его душа не имела никаких сомнений в том, что атака будет стоить ей развоплощения, от чего сознание Мадары вновь подверглось мощнейшему воздействию паники и глубинного, ни с чем не сравнимого ужаса, справиться с которым, не позволяла даже многолетняя закалка воли. «Конец?..» — Увидев перед «глазами» скрюченные пальцы, подумал он, и вместо того, чтобы впасть в отчаяние, приготовился к сопротивлению, надеясь, что сумеет нанести врагу хоть какой-то урон перед смертью. Пуф! Окутанная тьмой рука, беззвучно вошла в духовный силуэт Мадары, от чего сама душа, завизжала в ужасе, в то время, как он сам, спешно принялся анализировать обстановку и возможность противодействия. Внезапно, силуэт женщины вздрогнул, а уверенного и молниеносного уничтожения души Мадары, так и не произошло, что дало ему несколько ценных мгновений по успокоению собственной души. «Ну же, сражайся!» — Озлобленно прорычал он, гневаясь на абсолютно «бесполезную», и крайне трусливую душу. Его душа, не так давно начавшая процесс бурной эволюции, все еще была крайне примитивной с точки зрения реакции на внешние раздражители. Однако, именно этот примитивизм, в значительной мере облегчил Мадаре задачу по сопротивлению. Ощутив, что страшный и экзестенциональный хищник, не разорвал ее на куски и не поглотил, а страшный удар нанес лишь небольшую травму, душа Мадары, словно загнанная в угол, мышь, принялась сопротивляться изо всех сил. Пуф, пуф! Неумелые духовные атаки души, для черного силуэта были столь же малоэффективными, как и его собственные. Однако, в завязавшейся «драке», обе стороны лишь расходовали свои силы, и не могли уничтожить друг друга. Осознав, что его атака не привела к мгновенной победе, силуэт Кагуи, решил отступить. Однако, подверженная инстинктам, душа Мадары, впала в раж, и не собиралась отпускать своего врага, втянув его в очередную серию взаиморазрушительных схваток. Пуф, пуф, пуф, пуф… Духовные атаки черного силуэта, были крайне искусными, но ослабленными более, чем в семь раз, и не могли нанести катастрофического ущерба душе Мадары, которая в свою очередь, хоть и абсолютно не умела сражаться, но компенсировала это за счет собственной силы и живучести, сведя силы обоих сторон к паритету. Пуф, пуф, пуф, пуф… Спустя десяток «раундов», и множество взаимных, крайне болезненных ударов духовный отпечаток Ооцуцуки Кагуи, все же сумел вырваться из крепкой хватки, и издав рев ярости и несогласия, попросту исчез. Увидев побег страшного врага, Мадара испытал небывалое облегчение, и понадеялся, что на этом их битва закончена. Однако, его душа, словно пройдя качественные изменения, решительно рванулась в неизвестном направлении, так же «исчезнув» из прежнего места. Пуф! Оказавшись в неизвестном месте, Мадара только и мог, что смотреть по сторонам, поражаясь странности интерьера. Однако, всего через несколько мгновений, он осознал, где находится. Посреди пустоты стояла огромная клетка, внутри которой сидел и рычал Десятихвостый, не в силах сломить мощную печать. Однако, увидев приближение неизвестного существа, которое сосредоточилось на сломе печати, Десятихвостый испытал восторг, и принялся неистово бить десятью хвостами по окружению. «Не дай ей сломать печать!» — Мысленно воскликнул Мадара, спешно предупредив свою «глупую» душу. Шух! Его душа, претерпев множество изменений, словно хищник, стремительно ринулась к черному силуэту, и безрассудно ввязалась в очередную разрушительную для них обоих, бойню. По поведению духовного отпечатка Кагуи, было видно, насколько сильно она не хочет ввязываться в очередную драку. Бездумные, и по большей части бездарные духовные атаки души Мадары, все еще могли нанести серьезный урон, что вкупе с отсутствием сил, могло закончится для Кагуи настоящей катастрофой. Именно поэтому, для гениального боевого тактика, коим являлся Учиха Мадара, попытки Кагуи сперва ускорить снятие печати, а затем попроту вырваться из схватки и сбежать — не были удивительными. «Уничтожь ее!» — Гневно подначивал Мадара, оценив истинную слабость крайне опасной женщины, и даже если это могло нанести ему ощутимый вред, решил рискнуть, и уничтожить ее любой ценой. Пуф, пуф, пуф, пуф! Взаимные, хаотичные, безжалостные духовные атаки наносились в обе стороны, и спустя некоторое время, их интенсивность вышла на путь безрассудного, взаимного уничтожения, чего, прозорливая Кагуя, позволить себе не могла. Шух! Все былые попытки слома печати были прекращены, а ворота клетки, приоткрытые лишь на малую часть, начали неспешно закрываться. Мадара хотел было обрадоваться этой победе, но в следующее мгновение ощутил страх. Шух! Не взирая на несколько болезненных ударов, нанесенных неумелой, но все еще очень сильной душой, духовный отпечаток Кагуи вырвался из схватки, и стремительно ворвался в небольшую брешь в печати, крепко схватив кончик мельтешащего хвоста, глупого Десятихвостого. ПУФ! «Нет! Не позволяй!» — Испуганно воскликнул Мадара, и в следующее мгновение, едва ли не самолично нанес несколько духовных атак по беззащитному силуэту Кагуи. Тем не менее, духовный отпечаток Кагуи, лишь немного скривился от болезненных ударов, и схватив Десятихвостого покрепче, решительно потянул на себя, выкачивая огромное количество черного тумана. Пуф, пуф, пуф, пуф! Каждое мгновение, и каждая частичка поглощенного, черного тумана, имела свою цену ввиде болезненных атак со стороны духовного тела Мадары, что сильнее и сильнее ослабляло поблекший и ослабший, духовный отпечаток. Спустя некоторое время, ситуация перешла в стадию, где каждый последующий удар, мог стать последним. И Кагуя, чье блеклое сознание все еще управляло духовным отпечатком, решив не рисковать сверх меры, поглотив едва ли половину от всего имеющегося черного тумана, воспользовалась неопытностью души Мадары, и получив всего несколько атак, покинула это крайне неблагоприятное место.