В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 651 Полет на экспериментальном шаттле, являющимся воплощением технологического прогресса, далекого будущего, хоть и являлся во многом авантюрным и рискованным, но все же, воспринимался Кеншином, как приемлемый уровень риска. Достигнув нынешних высот в личной силе, он не сомневался в собственной возможности добраться до земли при помощи левитации. А в связке с Завершенным Сусаноо Мадары, которое могло выступить в качестве замены оболочки шаттла, и защиты от вредоносной среды глубокого космоса, вопрос возвращения на Землю, и вовсе перестал входить в первый десяток приоритетов. После выхода на орбиту, сопровождаемого незначительной турбулентностью, Кеншин выбрал финальную точку маршрута, и дальнейший полет требовал от пассажиров только терпения и спокойствия, что в условиях нахождения на борту Учихи Мадары, само по себе являлось одной из задач, требующих внимание. Отдельным испытанием для Кеншина, стал неустанный присмотр за парадоксально большим, и даже слишком старым «ребенком», коим по своему искреннему любопытству являлся могущественный и легендарный шиноби из клана Учиха. Мадара настоль поразил Кеншина своим любопытством, что ему пришлось забыть о намерении пробыть все время полета в высокоактивной фазе медитации, и вынужденно взять на себя обязанности надзирателя. — Твой мир достиг невероятного мастерства в этом магическом искусстве… — В восхищении вздохнул Мадара, нажав пальцем на голографический экран, изображение на котором, сменилось картиной поверхности Луны крупным планом. — Во всем, что ты здесь видишь — нет ни капли магии. Только достижения науки, полученные трудом бесчисленного количества людей, и бесчисленного количества часов исследований. — С нескрываемым уважением к вершине человеческого гения, заявил Кеншин. — Нет магии? Тогда что приводит в движение этот «шаттл», и что, если не плод магического искусства, парит перед моими глазами?.. — Саркастически поинтересовался Мадара. — В движение, шаттл приводит сложнейшая цепь соединенных между собой механизмов, главнейшим из которых, является термоядерный двигатель пятого поколения. А голографический экран, лишь проекция со множеством датчиков, в основе которых лежит примитивное логико-арифметическое устройство, созданное на передаче электрических импульсов в отдельные ячейки памяти. — Пытаясь свести цепь сложнейших технологий до уровня основ, не вдаваясь в детали, ответил Кеншин. — И вновь, множество неизвестных слов, и формулировок… — Поморщился Учиха Мадара: — Упомянутый «термоядерный двигатель» как-либо связан с ядерной бомбой?.. — Осторожно переспросил он, зацепившись за знакомый термин. — Связан. Но лишь опосредованно. — Спокойным тоном ответил он, и в пару кликов по экрану, вывел на две части экрана, короткие фрагменты взлета шаттла со стороны, и замедленную съемку детонации термоядерного заряда. — Поистине страшное оружие… — Поморщился Мадара: — И что в этих кадрах общего?.. — Ты мне скажи. — Усмехнулся Кеншин, довольствуясь возможностью объяснить самому Учихе Мадаре, прописные истины. — Взрыв?.. — Задумчиво протянул бывший член клана Учиха: — Шаттл приходит в движение из-за множества небольших взрывов, подталкивающих его вверх? — Ха-ха-ха. — Удовлетворенно рассмеялся Кеншин: — Почти верно. Тритий, являющийся основой термоядерного синтеза, в обоих случаях вступает в реакцию с дейтерием. Разница лишь в скорости этой самой реакции, и единоразовом выделении энергии. Учиха Мадара, будучи очень умным и прозорливым человеком, даже в свои годы, был не чужд освоению новой, концептуально иной информации. Однако, даже так, услышанное с трудом укладывалось у него в голове, и складывалось в единую, представимую структуру. — Значит… Выделяемую энергию можно использовать как угодно? В том числе, как тягловую, или ударную силу?.. — Задумчиво пробормотал он, открыв для себя совершенно новый концепт, о котором даже никогда не задумывался. — Да. Вся сложность в том, чтобы найти эффективный способ преобразования энергии, в нужный тип действия… В конечном итоге, энергия является основой всего. И в теории, если подчинить себе энергию звезды, то можно сотворить поистине чудовищное оружие, способное превращать Мудрецов и Полубогов в пыль! — Пафосно заявил Кеншин, делясь со временным союзником, новыми концептами. Он чувствовал, что подобного рода информацию, даже в виде «малых зерен» для размышлений, все еще не стоит давать потенциальному врагу, но по какой-то причине, после многочисленных видений, Учиха Мадара воспринимался им, как один из самых важных союзников, и более того, один из самых достойных людей. — В твоем мире нашли способ подчинить звезду?.. — Осторожно поинтересовался Мадара. — Нет. И сомневаюсь, что найдут его в ближайшую сотню лет… Это настолько сложное мероприятие, что у меня нет даже представлений, как сделать первый шаг… — Тяжело вздохнул Кеншин, выразив свое разочарование тем, что среди обилия технологий, дарованных новым уровнем Убежища, не было ничего, что бы позволило в ближайшие годы, вывести часть технологических аспектов на пик цивилизации первого уровня по шкале Кардашёва, к чему стремился сам Кеншин, воодушевившись вскользь увиденной из жизней других патриархов, мощью технологических цивилизаций. — Эти, как ты их называешь, «технологии», одна из самых удивительных вещей, которые я встречал за всю жизнь. Однако, даже самые мощные из них, позволяют действовать крайне ограниченно, и платить собственной жизнью за малейший просчет… — Прокомментировал Мадара, покачивая головой: — Только личная сила позволит тебе действовать независимо от обстоятельств. Любой, даже самый могущественный технологический прибор, может быть с легкостью уничтожен, в то время, как ты сам, не ограничен подобной хрупкостью. Кеншин был поражен подобной степенью вовлеченности старого, хитрого лиса в разговор, и проникся к Мадаре еще большим уважением, ибо, будучи превосходным эмпатом, чувствовал искренность его эмоций, и ценил его честность. Конечно, все еще существовал шанс хитрого обмана, и гениального притворства на грани «невозможного», но Кеншин попросту отказывался верить в нечто настолько немыслимое, даже когда речь шла о человеке, который был олицетворением «немыслимого». Следующие несколько десятков минут прошли в тишине. Каждый из вынужденных спутников и пассажиров шаттла, молчал, обдумывая слова и позицию друг друга, почерпывая для себя что-то новое, или укрепляя свои прежние убеждения. Спустя какое-то время, Кеншин решил прекратить эту бесполезную в данный момент рефлексию, и приведя разум в порядок, сосредоточился на корректировке существующих вариантов плана, под реалии существующей действительности. ***** — … Взорвать Луну?! — Ошеломленно переспросил Учиха Мадара, впервые услышав о столь безумной идее. — Думаю, это не понадобится. Однако, на всякий случай, я взял с собой эту штуку. — Улыбнулся Кеншин, и достал из свитка хранения небольшую металлическую колбу, весом чуть более, чем два килограмма. Шух! Едва увидев эту металлическую колбу, Учиха Мадара инстинктивно отпрыгнул в сторону, и едва было не пробил дыру в обшивке шаттла, ибо испуг, испытанный им при взгляде на чудовищно опасную вещь. — Что ты делаешь?! — Возмутился Кеншин: — Я ведь не собираюсь ее применять, и убивать нас обоих! — Инстинкты. — Поморщился Мадара, чувствуя огромный стыд за свои действия. — Забыли… — Отмахнулся Кеншин, и продолжил: — Таким образом, если все пойдет в рамках трех первых вариантов, то… Шух! Внезапно, настала пора «пугаться» самому Кеншину, и отшатнувшись на несколько шагов назад, его глаза засветились ярко-голубым светом, после чего, расслабленная ухмылка на лице, резко сменилась гримасой огромного разочарования и неприятия. — Поздно… Ублюдок нас заметил, и через тридцать секунд уничтожит шаттл! — Гневно прошипел Кеншин, в миг перейдя в состояние максимальной боевой готовности, и приготовившись к не самым приятным последствиям.