В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 633 Неожиданное нападение Зецу, не смотря на грандиозный успех в виде уничтожения его белой половины, заставило Кеншина испытать страх. После того, как опасность миновала, он всерьез задумался над тем, насколько близко оказался к смерти. И хотя после сотен кровопролитных сражений с копией Зецу, Кеншин был уверен в своей подготовленности к любому нападению с его стороны, но это все еще было чрезвычайно опасным событием, вынудившим его значительно пересмотреть свои принципы относительно постоянного сопровождения «охраны», которая при использовании им «Режима Патриарха», сама могла затребовать защиты с его стороны. Тем не менее, его возможности к обнаружению и реагированию на угрозы, вне «Режима Патриарха», оставляли желать лучшего, и даже любой Элитный Джонин с Бьякуганом, имел значительно более внушительную зону обнаружения всевозможных угроз. Спустя пол часа после окончания сражения, всплеск эйфории от уничтожения Белого Зецу, практически спал, а боль от регенерации костей и сухожилий, вкупе с гнетущими размышлениями, во время полета над бескрайними просторами Океана Хокубу, свели его радостное настроение на нет. К тому моменту, когда он оказался над островом Яку, его отсеченная рука полностью восстановилась, но до окончания действия «Режима Патриарха» оставалось менее двух часов, что и вынудило его ускориться в своих планах, дабы не оказаться «маленьким кроликом» в глазах Белого Змея Мудреца. — Передайте своему господину — прибыл Накаяма Кеншин. — Властно заявил он, зависнув в сотне метров от тщательно спрятавшихся в ущелье, крупных белых змей. — Сссссс! — Гневно зашипела одна из змей, выражая яростное неприятие приказного тона со стороны человека. Пуф! Внезапно тело Кеншина «вспыхнуло» чрезвычайно могущественной аурой, от чего две змеи задрожали от ужаса, ибо плотность и насыщенность его чакры, была сравнима лишь с их Великим Предком. Шух, шух, шух… Обе змеи, испугавшись столь грозного хищника, незамедлительно пустились в бегство, параллельно подняв тревогу, и всполошив практически все змеиное гнездо, расположенное в горном массиве Пещеры Рьючи. Кеншин в свою очередь, лишь ухмыльнулся, и приземлившись на самую высокую точку горной гряды, выражая крайнюю степень доминации, принялся ждать, ни сколько не опасаясь агрессивных действий со стороны обитателей острова, ибо в Режиме Патриарха, он не опасался даже внезапного нападения от самого Белого Змея, чувствуя присутствие всех живых существ в радиусе десяти километров. — И так, зачем ты пришел? — Холодно и безэмоционально, с небольшим шипением в голосе, сказал неспешно выползший, гигантский Белый Змей. — Два тигра, хоть и не могут ужиться на одной горе, должны все же очертить границы своих владений… — С улыбкой ответил Кеншин, глядя на змея Шаринганом и Бьякуганом одновременно. Мощь, сокрытая под старой, но чрезвычайно прочной чешуей, удивила даже готового к подобному, Кеншина, и намного превосходила таковую, даже в омоложенном теле Гамамару. — Разумно. — Едва заметно кивнул Змей: — И что ты хочешь обсудить? Кеншин был удивлен подобным равнодушием и хладнокровием столь могущественного, и по слухам, чрезвычайно агрессивного существа, но подобный стиль поведения, его более, чем устраивал. — Условия твоей присяги. — Уверенным тоном заявил он. — Провоцируешь? — Все так же хладнокровно спросил Змей. — Нет. — Покачал головой Кеншин: — Я хочу, чтобы твой клан поддерживал меня. — Поддерживал, или подчинился? — Поддерживал. От тебя требуется лишь политика невмешательства, и силовая поддержка в грядущем вторжении Ооцуцуки. — Увы, это невозможно. — Впервые демонстрируя эмоцию, усмехнулся Змей, и добавил: — Если ты конечно не владеешь способом стереть клеймо с моей души… — Клеймо? — Удивился Кеншин, впервые услышав о подобном. — Разве старая жаба тебе не рассказывал? — Ответно удивился Змей. — Нет. Гамамару слишком сильно помешан на парадоксах судьбы… — Поморщился он, все еще испытывая раздражение от подобного отношения его главнейшего союзника. — Вот как… Тебе повезло, что я не подвержен суеверию старых, малодушных жаб. — Злорадствовал Белый Змей: — Клеймо Души, это могущественная техника, которой Хагоромо принудил нас троих к покорности. — Что это за техника, которую вы втроем, не можете развеять даже спустя почти тысячу лет? — Нахмурился Кеншин, впервые услышав о чем-то столь могущественном. — Мы пытались, и не раз. — Поморщился Змей: — Но искусство клана Ооцуцуки, многократно превосходит наши знания о чакре. — Вот как? Звучит, как что-то предельно гадкое… — Поежился Кеншин: — Хорошо. Дай мне взглянуть, и возможно я смогу помочь. Белый Змей хотел возразить, и усомниться в адекватности Кеншина, просящего «показать» метку на аморфной и абстрактной «душе», но слова так и не успели вылететь из его рта, когда желтые, вертикальные зрачки расширились при виде ошеломившей даже его, картины. Пуф! Внезапно, перед Белым Змеем Мудрецом предстал грозный силуэт «второго Кеншина». Этот силуэт был намного более высоким и «могучим», но его рябь, и сложность поддержки зрительной концентрации даже для столь опытного в этом деле, Змея, говорили о том, что силуэт был не материальным. «Т-такая плотная структура…» — Мысленно изумился Змей, с ужасом осознав, что за более, чем девять сотен лет жизни, это был первый раз, когда он видел душу человека столь явно. Кеншин же в свою очередь, не терял времени даром, и помимо осмотра крайне заметной «метки», не преминул возможностью оценить силу духовного тела Змея Мудреца, оказавшись крайне довольным результатом ненавязчивого сканирования. «Как я и думал… Души разумных зверей, похоже лишь слегка более могущественны, чем ёкаи второго типа…» — Мысленно констатировал он, сделав крайне полезный вывод. «Жаль, что мое Ядро Души недостаточно большое для духовных атак. Но еще сотня-другая поглощенных ёкаев, и…» — Удовлетворенно подумал он, и полностью сосредоточился на метке. Сама метка, помимо абстрактной формы и едва ли поддающихся описанию ощущений, пугала душу Кеншина даже при незначительной концентрации внимания, от чего соприкасаться с ней, за пять минут осмотра, он так и не решился. — Хм… Клеймо очень могущественно. — Задумчиво пробормотал Кеншин, вынудив Белого Змея, саркастично фыркнуть: — Думаю, даже Узумаки, известные своей тягой к знаниям, не смогли бы его снять. — Конечно не могли! Думаешь я не обращался к ним на пике могущества? — В раздражении пробурчал Змей: — Узумаки Джинтаро потратил кучу моего времени, пытаясь разгадать ее тайны, дабы наконец получить способ пленения сильнейших ёкаев… Если ты так же, как и он, хочешь потратить мое время — лучше уходи! Кеншин чувствовал, что отношение Белого Змея, после того, как ему не удалось решить его проблему, значительно изменилось. Однако, дабы не портить отношения, он поспешил забросить несколько «когнитивных приманок» — Метка безусловно сильна. Но я не говорил, что не могу с ней справиться. — Улыбнулся он, от чего в усталых глазах старого змея, вновь вспыхнул огонь надежды. — Может быть примешь меня, как гостя, и мы обсудим это за столом?.. — Продолжил он, бессовестно напрашиваясь внутрь. Однако Белый Змей был так воодушевлен призрачной, но перспективой, что незамедлительно согласился.