В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 615 После того, как все схожие инциденты были благополучно решены без мордобоя и поножовщины, все заняли свои места, и принялись с интересом ждать начала запланированного мероприятия. Все присутствующие люди, за время пребывания и работы в городе Накаяма, получили очень сильную «прививку» дисциплины, и не выказывали особого недовольства, даже когда начало мероприятия задержалось на десять минут. Было слышно, как за ширмой, и за дверьми технических помещений звучит ругань, и угрозы увольнением, и многие начали задумываться о том, что мероприятие и вовсе будет отменено, пока наконец, в зрительном зале не наступила кромешная тьма. — Ч-что происходит?.. — Нервно прошептала одна из особо впечатлительных женщин, чувствуя иррациональный страх от нахождения в полной темноте. — Уважаемые зрители. Прошу вас оставаться на своих местах, и воспринимать происходящее, как развлечение… Все, что вы увидите — не реально, и не причинит вам вреда. — Раздался уверенный, спокойный голос, и прежде чем присутствующие успели приступить к обширным обсуждениям, произошло нечто. — Ого! Большая лампа так ярко светит… — Удивленно прошептала Кими, глядя на свет от проектора, падающий на огромное полотно. — Ничего особенного. Несколько дней назад, в мой паровоз установили такую яркую лампу, что даже ночью там светло, как днем! — С улыбкой прошептал Садао, чувствуя гордость за причастность к управлению бесспорно вершины технического искусства всего человечества. Кими хотела было с интересом продолжить расспросы про любопытный быт машиниста паровоза, но уловив краем глаза странные «вспышки», пораженно обернулась на заветное полотно, которое в эту секунду, казалось полностью изменило свои свойства, буквально ожив. — Ч-что это?! — Послышался напуганный возглас щуплого юноши. — Я-я схожу с ума?.. — Тщательно протерев глаза, прокомментировал пожилой мужчина. — Ах! Э-это… К-картины движутся! — Испуганно охнула молодая женщина, и схватилась за сердце. — Пожалуйста, успокойтесь. Все что вы видите — это не более, чем запись быстро движущихся изображений. Император Накаяма лично изобрел эту технологию, превзойдя легендарное Радио! Если вы покинете зал — это будет ужасным неуважением к нашему Императору! — Грозно предупредил голос организатора, слышимый из нескольких мегафонов на стенах. — П-поразительно! Невероятно! — Выпучив глаза, в неверии восклицал Маэда Садао, заворожено наблюдая за кадрами гор, рек, и бескрайних равнин, снятых с высоты птичьего полета. У всех остальных зрителей были схожие реакции на происходящее, но очень быстро, каждый из присутствующих был настолько заворожен картинами на экране, что попросту не мог вымолвить и слова. Кадры высококлассной съемки полета над бескрайними просторами близлежащих от города Накаяма областей, сопровождались не менее грамотными вплетениями закадровой озвучки, с возвышенными лозунгами о единстве, и великом будущем всех подданных Империи Накаяма. Несколько минут, никто из зрителей не мог даже моргнуть, пораженно наблюдая за головокружительными картинами величия их славного региона, и превосходно ложащимся на благодатную почву, посылом, озвученным диктором. Кадры включали в себя не только величие природных красот, многократно превосходящих незначительных людей, но и творения самого человека в виде фабрик, заводов, многоэтажных зданий, и великолепия бурной жизни в городе Накаяма. После того, как вступительный видеоряд был завершен, Садао, ровно как и все остальные зрители, еще около десяти секунд смотрел на экран с открытым ртом, не в силах справиться с шоком от увиденного. Видеоряд с грамотно вплетенным посылом, нанес настолько сильный пропагандистский удар по неподготовленному разуму присутствующих, что переварив поступившую информацию, из глаз многих людей полились слезы, и не будь они стеснены в движениях, некоторые и вовсе желали рухнуть на колени, выказав уважение Императору. — Так вот что видят птицы… Это было так волшебно… — Мечтательно пробормотала Кими, все еще видя перед глазами те невероятные образы. — Ага… Не думал, что когда-нибудь увижу свое депо с высоты птичьего полета… Даже мой огромный поезд, выглядел таким маленьким и незначительным… — Зажмурившись пробормотал Садао, как и все, увидев в кадрах что-то свое. — Вы просмотрели послание, сказанное самим Императором Накаяма! Это большая честь, услышать его наставления своими ушами! — Возвышенно заявил директор: — Давайте же вместе поблагодарим его за старания, и обязуемся усердно работать на благо Империи!!! — Слава Императору! Ура! — Громко прокричал Садао, будучи первым, кто успел среагировать, но далеко не последним. — Император Накаяма! Ура! — Послышался громкий визг от впечатлительной женщины, что игнорируя все нормы приличия, буквально завопила на все помещение. — Спасибо, Император!!! — Неуклюже прокричал застенчивый работяга, сидящий рядом с Садао, сжав покрытые мозолями, кулаки. Одобрительные крики, возгласы, и пожелания, продолжались около пяти минут, и были прерваны лишь громким объявлением директора, выразившим благодарность, и заявившим о начале показа документального фильма. — А? Н-нам покажут что-то еще?! — Удивленно пробормотал один из молодых парней, не ожидав столь приятных новостей. — Ха-ха-ха, Великий Император очень щедр, и очень сильно заботится о нас… — С улыбкой заявил пожилой мужчина, полностью проникнувшись идеологическим зарядом. — О, мой Император… Вы слишком щедры… Каюми-чан не заслужила… — Мечтательно зажмурившись, пробормотала юная девушка, попав в плен чарующих изображений, и не менее чарующего голоса Императора. — Тшш, началось! — Шикнул сидящий неподалеку старик, и все мгновенно замолчали, сосредоточившись на большом экране. Фильм начался с кадров самой обычной тренировки группы шиноби в ранге Чунина, и сопровождался закадровым голосом принадлежащим явно не Кеншину. Сперва этот досадный факт изрядно расстроил зрителей, но спустя несколько секунд, все были вновь поглощены просмотром, в то время, как закадровый голос продолжал рассказывать о доблестных намерениях членов Клана Накаяма, и о нелегкой ноше по защите самых уязвимых слоев населения Империи. «Перед вами доблестный генерал, и достойный сын своего отца, Накаяма Ичиро! От его взора не скроется ни один преступник. Он жесток с врагами, и очень строг с подчиненными. Единственным его недостатком, является огромная любовь к простым жителям Империи! Поклявшись выкорчевать все зло, он день и ночь борется с врагами Империи, дабы простой народ мог спать спокойно… Поблагодарите его за доблесть!» — Возвышенно заявил закадровый голос, в то время, как камера виртуозно выбирала лучшие ракурсы, дабы запечатлеть фигуру Ичиро в самом лучшем виде. — Спасибо, Ичиро-сама! Спасибо! — В слезах прокричал пожилой мужчина, будучи тронутым столь возвышенным описанием. — И-Ичиро-сама, простите, что я недостаточно стараюсь, чтобы отблагодарить вам и вашему отцу за доброту… — Утирая слезы из глаз, воскликнул крепкий молодой мужчина, с широкими плечами, и огромными руками. Все принялись так или иначе благодарить Ичиро, и обсуждать его величественный лик, поражаясь воинственной красоте его доспеха, и ни сколько не сомневаясь в том, что все из сказанного, является чистейшей правдой, без преувеличений. Минуту спустя, словно по заранее согласованному таймеру, фильм вновь был запущен, и все зрители немедленно замолчали, сосредоточив свое внимание на кадрах подошедшего к Ичиро мужчины, со странной черной палкой в руках. — Приветствую, Ичиро-сама… Благодарю, что вы нашли время, чтобы показать нашим зрителям, насколько непросто обеспечить их безопасность. — Уважительно сказал репортер, низко поклонившись, как того и требовал этикет. — Хм! Мне не нужно, чтобы люди знали о сложности моей работы. То, что мне и моим ребятам удается спасти хоть одну жизнь — уже достаточная награда за наши старания. — Возвышенно заявил Ичиро, с трудом поддерживая каменное выражение лица при съемках столь непривычной пропаганды. — Ох, Ичиро-сама, мы не достойны… — Послышался слезный вой одной из девушек из зала, в то время, как большинство мужчин, так же, едва сдерживали слезы гордости за служение столь великому клану. — Это именно то, чего мы все ожидали услышать. Разве сын великого отца, может мыслить иначе?.. — Философски прокомментировал репортер, и сменившийся кадр демонстрировал уже слаженную подготовку бойцов к заданию. На этот раз, отряд Ичиро оказался посреди скалистых гор, и каждый из бойцов стоял в сугубо фотогеничных позах, демонстрируя высшую воинскую доблесть, и готовность отдать жизнь за мирный сон простых людей, что и было озвучено закадровым голосом. «Едва услышав о том, что в горах, неподалеку от города Тоба скрываются злостные преступники в ранге Джонина, и до смерти мучают простых людей, генерал Ичиро-сама не смог остаться в стороне, и решил лично выкорчевать зло, отравляющее Империю» — Все так же возвышенно проговорил закадровый голос, под демонстрацию хмурого лика Ичиро, чьи волосы развевались под легким дуновением ветра, а солнечные блики отражающиеся от его стильных доспехов, словно искры, изредка попадали в объектив камеры. Основную битву Ичиро против троих Джонинов, полноценно заснять на камеру не удалось, ибо даже нацеленность на съемки, не позволяла ему игнорировать боевые задачи, и окончательно превратить все происходящее в фарс. Однако, даже так, камера сумела запечатлеть несколько фрагментов сражения, и вовремя подоспевший оператор, сумел снять самую важную часть, на фоне которой, даже бой могущественных шиноби, был менее полезен. — Где пленники?! — Властно вопрошал Ичиро, возвысившись над стоящим на коленях, и поверженным врагом. — Мертвы. — С плевком крови из разбитого рта, заявил поверженный Джонин, и в то же мгновение лишился головы. Самые впечатлительные зрители начали охать и ахать, поражаясь показанной жестокости, но будучи людьми средневековых нравов, никто из зрителей не упал от такого в обморок. Следующий коллаж из непродолжительных сцен, поразил всех зрителей до глубины души, ибо кадры запытанных людей, с последующими кадрами казни всех захваченных бандитов, и скорбь на лице Ичиро во время собственноручных похорон обычных людей, произвели на всех настолько мощное впечатление, что в этот раз, даже Садао и сидящая рядом Кими, не смогли сдержать слез. — С-спасибо, Ичиро-сама… — Послышался скорбный рёв от седого мужчины. — Ичиро-сама, мой будущий сын будет назван в вашу честь! — Решительно заявил молодой мужчина, сжав кулаки. — Спасибо Императору, что произвел на свет такого замечательного героя… — В слезах прокомментировала пожилая женщина, чувствуя непередаваемую смесь из скорби, восхищения, и благодарности. — Если я буду хотя бы на один процент таким же, как Ичиро-сама, то жизнь определенно будет прожита не зря! — Решительно глядя в потолок, заявил Маэда Садао, словно давая обещание самому себе, стать лучшим человеком, чем он есть сейчас.