В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 575 — Ну что вы, конечно же я не в обиде. В конце концов, это всего-лишь невинная ссора детей. — Сказал Кеншин, неспешно шагая в сторону основного банкетного зала. — Верно. — Кивнул Гай: — Не смотря на силу и смелость, Ли все еще слишком юн, и не всегда может оценить последствия своих действий. К тому же, судя по всему, он где-то раздобыл алкоголь… Услышав его выводы, Кеншин вопреки ожиданиям Гая, ничего не ответил, и лишь понимающе кивнув, продолжил неспешное шествие по роскошному коридору, с высоко поднятой головой. Гай, понимая, что его незначительное примечание было попросту проигнорировано, странным образом воспринял это совершенно беззлобно, словно подсознательно осознавая особый статус Кеншина, и посчитав подобное поведение чем-то обыденным. Таким образом их взаимное молчание продолжалось длительные для их восприятия десять секунд, пока, наконец они оба не вернулись в главный зал, и не присоединились к группе самых могущественных людей всей Страны Огня. Кеншин же, глядя сверкающим взглядом на испытывающих явны дискомфорт гостей, едва сдерживал улыбку. Его искренне забавляло то, насколько нелепо властные шиноби и богатейшие люди этого мира, вели себя в новом формате непривычных для них встреч. Отдельным, вызывающим хохот кадром был Великий Третий Хокаге, не знающий как себя вести в ситуации, где большая часть привычного ему этикета грубым образом нарушалась, а окружающие, казалось, даже не видели в этом проблемы, наслаждаясь редчайшими деликатесами, и не сводя взгляд с огромного экрана в противоположной стороне стены, на котором беспрерывно сменялись кадры. Идея установить огромный экран в главном зале — пришла Кеншину всего за несколько дней до утверждения основного плана на мероприятие, и чем дольше он ее обдумывал, тем больше убеждался в ее полезности. Со съемкой нескольких пафосных короткометражных роликов возникли небольшие сложности, однако результат того стоил, и выражения лиц, вкупе с восторженными мыслями людей, в шоке наблюдающих за воинской доблестью Клана Накаяма — говорили сами за себя. В остальном приготовления к торжеству выдались на редкость простыми, и единственным, что требовалось помимо воссозданной за пол часа материальной части роскошного приема — была организация пафосного подвоза гостей на роскошных автомобилях. Спешная прокладка дорожного покрытия до самой Конохи, во многом являлась блажью Кеншина перед одним единственным действом, которое, как он и предполагал — чуть было не свело с ума восторженную публику Конохи, включая большую часть элит. Глядя на лица глав кланов и родов, он едва сдерживал ехидный смех от представления неизбежных ситуаций, когда жены, любовницы и дети не только попросят, но и потребуют себе дорогую и чрезвычайно удобную «игрушку», и невольно создадут дополнительное давление на своих близких, не позволяющее опрометчиво разрывать дружественные связи с Кланом Накаяма, не взирая на собственное недовольство грядущим ультиматумом. — Ох! Накаяма-сан, наконец-то вы вернулись! Я уже подумала, не случилось ли чего плохого! — Радостно воскликнула молодая и красивая женщина, стоило Кеншину едва ступить на середину зала. — Старик Фумио совсем не воспитывает свою жену… — С явным осуждением прошептал Хьюга Хиаши, вынудив Фумио Казухиро, не смотря на смуглую кожу, покраснеть от стыда. — Ха-ха-ха, мы и сами рады вернуться, верно, Майто-сан? — Переведя все это в шутку, с легким смешком ответил Кеншин, на что Гай уставился на него непонимающим взглядом, и лишь спустя долгие две секунды, додумался ему подыграть. Кеншин прекрасно знал намерения молодой и пылкой жены глубокого старика, но даже с учетом ее обворожительной красоты, все еще имел голову на плечах, не желая устраивать из важного мероприятия настоящий цирк с громким скандалом, основой которого мог стать примитивный, любовный треугольник. А с учетом присутствия на этом празднестве более тридцати влиятельных людей своего поколения, перспективы и вовсе выглядели крайне удручающими. — Верно-верно! Юниоры слегка повздорили, но нет нужды для волнений. — Серьезным тоном ответил Гай, усевшись на свое прежнее место, и взглянув на молодую женщину, добавил: — Я искренне рад, что даже далекая от жизни шиноби особа волнуется за здоровье наших юниоров! Сила юности, воистину не знает границ! «Да кому есть дело до твоих юниоров?!» — Мысленно оскалилась Фумио Мияко, но внешне лишь любезно улыбнулась, и поспешила перевести этот диалог в нужное русло: — Ох! Правда?! Надеюсь вашим деткам, Накаяма-сан не требуется медицинская помощь? Я немного владею ирьениндзюцу, и могла бы осмотреть их раны! Цинь! Услышав странный звук, все немедленно повернули головы в его сторону, и увидели необычайно зловещую картину. Весь вечер улыбчивая Цунаде, улыбалась и в этот самый момент, но от этой улыбки веяло холодом, а сломанная в нескольких местах металлическая вилка, не оставляла сомнений в ее настроении. «Не вздумай! Проигнорируй ее!» — Мысленно скомандовал Кеншин, чья спина покрылась холодным потом от вспышки эмпатического импульса со стороны разъяренной женщины. Цунаде в этот момент понадобилась вся многолетняя выдержка, и чудовищный самоконтроль, дабы не разорвать на куски «мерзкую шлюху», что по ее мнению, ошибочно считалась уважаемой женщиной. — Ха-ха-ха, вечер становится все лучше и лучше! — Опрокинув очередную стопку сакэ, с покрасневшим лицом, громко расхохотался Джирайя. — К счастью, все хорошо, и медицинская помощь никому не требуется. К тому же, Фумио-сан, кажется себя неважно чувствует. Приберегите свои силы для него… — Соблюдая формальное уважение, сказал Кеншин, оглядев при этом старика едва ли не с презрением. «Слишком стар даже для того, чтобы усмирить собственную жену?..» — Мысленно воскликнул Кеншин, и собрав из мыслей эмпатический пучок эмоций, направил его главе одного из самых престижных родов Конохи, чей дед был одним из лучших друзей Первого Хокаге. Впервые, под пылкими взглядами роскошных женщин, Кеншин ощутил себя крайне некомфортно, и всерьез заопасался аналогичных несдержанных реакций со стороны прекрасной половины присутствующих гостей. «Какой ужас…» — Поежился Кеншин, заметив не только любопытные взгляды не только от жены Хиаши, но и от старушки Бивако. А изучающий взгляд и соответствующие эмоции со стороны Нара Ёшино, окончательно вынудили его поспешить с завершением всей церемонии, пока Обаяние Патриарха не сыграло с ним злую шутку, и не развязало такой конфликт, при котором нападение Акацуки могло показаться незначительной шуткой.