В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 545 — Джонин на середине ранга?!.. Кхм-кхм…… — Ошеломленно воскликнул Фукасаку, во время спохватившись, после чего добавил: — Не плохо, не плохо… Кто твой учитель? Увидев собственными глазами беспрецедентно легкое высвобождение чакры Наваки, и ощутив то, чего глазами было увидеть нельзя, Фукасаку, как никто другой осознавал уникальность этого юноши, и проявил несвойственный ему интерес к людским экспертам. — Хм! Конечно же мой отец! Накаяма Кеншин! — Гордо заявил Наваки, чувствуя благоговение перед своим героическим отцом. — Вот как? Хорошо… Следующий. — Задумчиво пробормотал Фукасаку, не желая давать какую-либо характеристику человеку, заслужившему уважение у его Великого Предка. — Ты. Выпусти чакру. — Отряхнув с указки проросшие листья, заявил он, указав на Восемьдесят Третьего. Пуф! Всплеск чакры Восемьдесят Третьего хоть и не вызвал того же фуррора, как у его старшего брата, но все еще был удивительным для старой жабы, решившей, что гениев сравнимых с Наваки увидит еще не скоро. — Еще один Элитный?.. — Поразился Фукасаку: — О-откуда столько талантов в одном неизвестном клане?! — Пфф… Эти двое всю жизнь только и учились, что исполнять красивые трюки. В реальном бою я уничтожу их одним движением! — Презрительно прокомментировал Саске, чувствуя несвойственную ему ревность, ибо в этот раз непревзойденным гением назвали вовсе не его. — Отец предупреждал, что поладить с тобой будет тяжело. Тем не менее, мы все союзники, и должны быть терпимее друг к другу, а не конфликтовать на радость врагам. — Сдержанно ответил Наваки, чувствуя необходимость разрешить бессмысленные противоречия. — Не конфликтовать? Что может знать о конфликтах такой «клановый цветок», как ты? Я слышал, что даже здесь все следят, чтобы ты не поранился! — Брезгливо поморщившись, заявил Саске, и демонстративно отвернулся. — Прекратить споры! Решайте свои обезьяньи проблемы за пределами Горы Мьёбоку! — Властно скомандовал Фукасаку, придав своему голосу дополнительную силу с помощью природной чакры. Наваки был изрядно оскорблен бессовестными выпадами Саске в его сторону, но получив четкие инструкции постараться не вступать в конфликты, решил пропустить все мимо ушей, и сосредоточиться на тренировках. Завершив этап знакомства и небольшой экзамен, все присутствующие были поделены на пары по двое, состоящие из жабы и человека, и приступили к выполнению упражнений новичка, заключающихся прежде всего в правильном дыхании, и методике повышения чувствительности тенкецу, путем удержания чакры на грани извержения. Наруто, будучи частично знакомым с жабьим племенем, ожидаемо получил в напарники гораздо более опытного, чем остальные жабы — Гамакичи, в то время, как Наваки досталась молодая жаба по имени Нума, которая не смотря на откровенную враждебность к чужеродным людям, буквально липла к своему новому товарищу. — Не получается? Давай я покажу. Вот так… — Начала было пухлая, покрытая множеством бородавок жаба, пытаясь дотронуться перепончатой лапой до груди Наваки. — В-все в порядке, Нума-сан, я справляюсь. — Спешно отстранившись от неприятной, покрытой слизью лапы, ответил Наваки, чем изрядно оскорбил молодую, красивую по меркам своего племени, жабу. — Хм! Хорошо. Только не нужно винить меня, когда старый окунь Фукасаку обнаружит пробелы в твоем обучении! — Нахмурившись, заявила Нума, и демонстративно отвернувшись, пошла на свою часть тренировочного полигона. Будучи одной из самых завидных и привередливых красавиц молодого поколения жаб Горы Мьёбоку, Нума привыкла к куда более уважительному и услужливому обращению, и в особенности ждала его от одного из отвратительных безволосых обезьян, который хоть и был привлекательнее остальных, но все еще являлся существом низшего порядка в глазах большинства гордых жаб. Наваки в свою очередь даже не задумывался о чем-то столь неочевидном и не имеющим практической пользы, и полностью погрузился в отработку методик подготовки к этапу освоения «Режима Мудреца» К его удивлению, освоение всей программы предназначенной для трехмесячного изучения талантливыми жабами, Наваки освоил менее, чем за полтора часа, и натренировал свои тенкецу до немыслимых величин, позволяющих удерживать в одной точке практически весь объем чакры среднего Генина. Оставшиеся четыре часа тренировки он оттачивал упражнения до идеала, параллельно следуя врожденной интуиции, открыв грань следующей, гораздо более требовательной к таланту и мастерству, методике. Словно имея внутренний компас, Наваки инстинктивно чувствовал направление дальнейшего развития, и одновременно с напряжением всех тенкецу, принялся расширять точки напряжения. Таким образом, весьма легкая задача по напряжению 361 точек тенкецу, превратилась в намного более сложный вызов, по напряжению 722 точек тела, включая гораздо менее приспособленные под эту задачу точки. Погрузившись в умиротворенное состояние познания, Наваки даже не подозревал, что его интуитивно выбранный путь развития с трудом подвластен даже его временному учителю, ибо Фукасаку, лишь изредка удавалось входить в «Режим Мудреца», используя около 1500 точек напряжения. Наваки же, к концу шестичасового обучения, удалось установить контроль над 722 точками, и даже грубое прерывание глупыми вопросами от Нумы, приводило лишь к частичной утрате контроля в течении нескольких секунд, что было просто немыслимо для всех, кто хоть немного понимал в древнем искусстве жабьего клана. — Ква-ха-ха-ха! Ты правда сравнил его с саранчой, и он это проглотил? — Раздался громкий, раскатистый смех, вынудивший Наваки ощутимо поморщиться. — Эй! Нума, ты здесь?! — Прокричала отвлекшаяся от увлекательной беседы, крупная жаба. — Отстань, Гамахиба! Мы с партнером заняты совместной тренировкой! — Возмущенно крикнула Нума, словно была отвлечена от чего-то гораздо более важного, чем тренировка. — Ква-ха-ха-ха! Партнером! — Не удержавшись от жабьего кваканья, воскликнул один из товарищей Гамахибы, высмеяв его унижение. Бум! Толстая деревянная дверь была немедленно выломана решительным ударом лапы большой жабы, и крупные, желтые глаза, разъяренно уставились на Наваки, рядом с которым неожиданно оказалась поправляющая одежду, Нума. — Т-ты! Жалкая муха! Как ты посмел! — В ярости взвыла крупная, двухметровая жаба, и совершила решительный прыжок в сторону Наваки. — Ч-что?! — Удивленно воскликнул Наваки, ощутив небольшую опасность от неимоверно мощного в ближнем бою, бойца равного Джонину. Фух, фух, фух! Ожидаемого удара и грохота от приземления трехсоткилограммовой туши, так и не последовало, и все присутствующие с изумлением уставились на поразительную, и немыслимую картину. Шесть крупных, крайне эластичных веток, внезапно вырвались из-под земли, и виртуозно сковали огромную, крайне могущественную жабу, которая только и могла, что хлопать большими, желтыми глазами, не имея возможности даже шелохнуться. Бум! — Кхва! — Последовал стремительный удар кулаком в грудь, и Гамахиба болезненно вскрикнул, выплюнув из пасти кровь. Его глаза, вместо былой ярости, наполнились истинным ужасом, а горло пыталось выдавить крик о помощи, но получалось лишь тяжелое харканье. — Кхва-кхва… У-убивают! П-помогите! — С трудом выкрикнул Гамахиба, внутренне молясь, чтобы сумасшедший враг не совершил подобный удар по его голове. — Идиот. Зачем пытаешься кого-то убить, если не готов умереть сам? — Презрительно сказал Наваки, и отпустил жабу из древесных пут. — Ах! Наваки-кун, ты меня защитил от этого негодяя! — Максимально мягким, насколько это возможно для гнусавой жабы голосом, проквакала Нума, и попыталась обнять его склизкими лапами. Бум! — Не трогай меня, грязная тварь. — Отбросив ее на несколько десятков метров решительным ударом кулака в грудь, поморщившись заявил Наваки. — Кхва-кхва… Аааааа! — Завыла Нума, едва осознавая, что случилось, и почему ей внезапно стало настолько невыносимо больно. Прихвостни Гамахибы немедленно ринулись в разные стороны, опасаясь ударов мести от «человеческого монстра», но потерявший всякое настроение от прерванной тренировки Наваки, молча направился к выходу, не считая случившееся чем-то особенным, а троих трясущихся от ужаса жаб, достойными внимания.