В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 515 Следующие пол часа пути, Кеншин и Югито провели в относительной тишине. Он — был обязан осуществить безопасное возвращение домой, а она — оставшись практически без сил, пыталась привести свое тело и разум в порядок. — Почему я не чувствую чакру ветра? Как мы летим? — Внезапно спросила она, обратив внимание на неочевидную деталь. — Это одна из моих способностей. Остальное объясню, когда вернемся домой. — Спокойным голосом ответил он, мысленно готовясь к реализации очень непростого и затратного плана. — Домой?.. — Переспросила она, инстинктивно поморщившись от этого ненавистного ей слова. Положение Джинчурики Кумогакуре практически не отличалось от положения Джинчурики любой другой деревни, и будучи сосудом для хранения крайне опасного существа, Нии Югито была чужой в своем собственном «доме». Даже другие шиноби, которые на первый взгляд должны были относиться к Джинчурики с большим пониманием, всецело поддавались общественным веяниям, и веря в многочисленные предрассудки, делали жизнь Югито невыносимой. Слабые и малодушные шиноби — боялись сказать ей что-либо в лицо, но компенсировали это активными действиями за спиной, стараясь выместить всю злость, они не скупились на небылицы, еще сильнее демонизируя образ мрачной, белой как снег, чуждой для понимания темнокожих жителей Кумогакуре, девушки. Сильные и волевые — напротив, видели в ней извечного соперника, и цель для героического подвига. Победа «слабого» Чунина над «могущественной» и страшной Джинчурики в ранге генина, все еще являлась грандиозной доблестью для любого уважающего себя наследника крупных родов и кланов. Иллюзорный шанс на нормальную жизнь, представлялся для юной Югито в становлении Джонином или Элитным Джонином. Она надеялась, что становление одним из столпов защиты родной деревни, и одержание побед над внешними врагами, наконец откроет окружающим глаза, и поставит ее в один ряд с безумно популярным в народе Би. Однако этого так и не произошло. В то время, как названный брат Райкаге обрастал количеством легенд, поддерживаемых всем управленческим аппаратом Кумогакуре, доблесть Югито оценивалась, как нечто само собой разумеющееся, словно она являясь не более, чем говорящим орудием, всего-навсего исполняла свое прямое предназначение. Именно поэтому, слово «дом» вызывало у нее смешанные и противоречивые эмоции, ибо будучи одной из самых могущественных куноичи своей деревни, обладая множеством военных заслуг, Нии Югито все еще оставалась бездомной, ненавистной и никому не нужной «белой обезьяной». — Верно. Домой. — Уверенным голосом подтвердил Кеншин, послав сконцентрированный эмпатический импульс, усиливший вес его слов, и ошеломивший хлопающую глазами, девушку. ***** Резервной частью рискованного плана, выбранного в качестве пособия к действию — являлось запутывание возможного врага, и передислокация в резервную точку, в виде посещенного ранее и очищенного от всех внезапностей, города Миямото. Именно поэтому, Кеншин, занявший первоначальный курс на родную, восточную область Страны Огня, неспешно корректировал его, стараясь не вызывать излишних подозрений у возможных наблюдателей в лице сотен и тысяч рассредоточенных по всем уголкам земли, белых Зецу. Он прекрасно знал, что действия «Режима Патриарха» хватит едва ли на обратный путь до города Миямото, а по сему, в рамках полной секретности готовился к настоящему марш-броску. Поставленная задача была в высшей степени не тривиальной, и представляла собой огромное напряжение всех доступных сил, ибо скоростной полет на расстояние в шестьсот километров под раскинутой на них обоих невидимостью, обещал стать одним из самых изматывающих испытаний последнего времени. — Ч-что происходит?.. — Полушепотом проговорила Югито, чувствуя огромную усталость. — Тебе нужно отдохнуть. Спи… — Мягко сказал Кеншин, и приложив еще больше усилий, погрузил девушку в сон. Помимо того, что вся затея могла быть нарушена одним неверным движением пусть и лишенной чакры, куноичи в ранге Элитного Джонина, Кеншин предчувствовал скорое восстановление агрессивной Мататаби, пробуждение которой гарантировало срыв любых методов маскировки. «Пусть это окажется моей паранойей, но Зецу не оставит мне и шанса на побег!» — Сжав кулаки, подумал он, и сделав глубокий вздох, активировал «Невидимость» Пуф! В одно мгновение Кеншин и Югито стали невидимы, и не только их облики, но даже тепловые следы, запахи, и ни на что не похожие ауры — исчезли без следа, словно их присутствие секундой ранее, являлось не более, чем миражом. Едва оказавшись под воздействием «Невидимости», Кеншин незамедлительно изменил вектор направления, и стремительно полетел в сторону города Миямото, надеясь не только поспеть в срок, но и сохранить концентрацию на протяжении всего пути. За время непродолжительного контакта с многочисленными клонами Белого Зецу, он не переставал анализировать их поведение, и делать соответствующие выводы, ценность которых была относительно не высока, но позволяла уяснить несколько фундаментальных преимуществ и недостатков их существования. Причиной беспокойств в отношении на первый взгляд слабых и никчемных клонов Белого Зецу являлась отнюдь не их численность и сила. Все дело было в их непостижимой чувствительности. Каждый клон был словно огромный, мощный радар, способный покрывать своим вниманием десятки и даже сотни километров, передавая основному телу всю необходимую информацию о передвижении интересующих его людей, включая периодически улавливаемые разговоры не защищенных от сканирования, шиноби. Кеншин не знал, насколько эффективны методы этих клонов в отношении его формаций, но был уверен в их способности обнаружить некоторые изменения после внезапного окончания «Режима Патриарха». Именно поэтому, марш-бросок до города Миямото, являлся единственной возможностью относительно безопасно завершить рискованную операцию, и по совместительству последнюю запланированную вылазку на такие расстояния в ближайшие месяцы. ***** «Исчез и не появляется?..» — Глубоко задумался Зецу, по самые глаза сидя в каменном желобе, наполненном странной, абсолютно черной и предельно вязкой субстанцией. Получив крайне ценные сведения о конфликте Кеншина с Райкаге, а так же узнав о похищении Югито, Зецу очень хотел вмешаться и попытаться испортить врагу все планы, по возможности используя грубую силу Эя, для убийства двух зайцев одним единственным ударом. Тем не менее, последствия предыдущей схватки все еще не были исцелены в должной степени, а перспектива получить такие повреждения вновь, но уже без защиты многочисленных артефактов — была в высшей степени недопустимой для его монументальных планов, и даже потеря Двухвостой, не стоила тех самоубийственных рисков. «Продолжай следить за Райкаге. Сообщай о всех его передвижениях» — Отправив ответное послание единственному клону, которого с таким трудом удалось внедрить во внутренний периметр Кумогакуре, Зецу немедленно покинул целебный для себя, но предельно ядовитый для всех остальных, раствор, направившись прямиком в покои Нагато. — Кумогакуре. Будь готов выдвинуться завтра. — Холодным, и предельно неестественным для живого существа голосом, заявил появившийся из ниоткуда Зецу, до ужаса испугав ухаживающую за Нагато, Конан.