В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 474 Окончание Собрания Пяти Каге, как и враждебная позиция Кумогакуре, стали для Кеншина весьма ожидаемым исходом. Тем не менее, результаты все еще были далеки от нулевых, и в перспективе могли стать крайне существенными. Даруи на отрез отказался обсуждать какие-либо идеи общего альянса, и проведя несколько непродолжительных личных бесед с представителями Конохи, Ивы, и Кири, решительно отбыл, принципиально отказавшись от контактов с Кеншином. Мифуне все еще занимал позитивный нейтралитет, и не давая согласие на вступление в возможный альянс, был настроен на борьбу с Акацуки, пообещав выделить группу специалистов для расследования их деяний, в том числе и причины гибели Утакаты. Теруми Мей в свою очередь стала самой главной победой Кеншина в этот день. И речь была вовсе не в ее лояльности, а в том, каким взглядом она одаривала его фигуру. С каждой минутой проведенного в непосредственной близости времени, одна из самых великолепных красавиц этого мира смотрела на него со все большей теплотой. Ее позиция в отношении создания общего альянса была не столь однозначной, и Кеншин, не гнушаясь пользоваться «Обаянием Патриарха», призвал ее отложить этот вопрос на последующее, гораздо более глубокое обсуждение. Помимо личных успехов, к которым он относил знакомство с обворожительной Теруми Мей, Кеншин впервые озвучил свои геополитические планы, буквально поставив Мифуне и Мей перед фактом планируемого создания Империи Накаяма. Сперва это заявление было воспринято ими, как какая-то шутка, но затем, видя одобрительную реакцию Хирузена и Ооноки, Мифуне резко осудил подобные порывы, на что получил достаточно прохладный игнор. Мей в свою очередь, так же была не готова одобрить подобную идею, но так же, не испытывала большого негатива к Кеншину, чего нельзя было сказать о ее озверевших от гнева подручных. Для Кеншина этот процесс был настолько простым и будничным, что в очередной раз демонстрировало степень его ментальных изменений, ибо всего несколько дней назад он очень сильно переживал по поводу основания своей империи. Сейчас же — он воспринимал это, как нечто само собой разумеющееся, ибо ничто было неспособно преодолеть чистую, всеобъемлющую силу. Возвышенные игры, политические речи, хитрые многоходовки, и тщательно устроенные заговоры — все это в миг стало восприниматься им, как бессмысленные, и крайне трудозатратные игры, от чего важнейший исторический момент оглашения своих намерений был похож на будничный разговор о погоде. ***** После завершения Собрания, и заключения нескольких базовых военно-политических договоренностей, Кеншин ненавязчиво вызвался сопроводить Мизукаге, сославшись на давнюю мечту узреть Долину Туманов в прекрасной Киригакуре. Теруми Мей была не то, чтобы сильно рада подобному наглому переходу границ, но будучи очарованной его харизмой, все же согласилась. Чоуджуро и Ао в свою очередь были радикально против этой затее, но их, к сожалению, никто не спрашивал. — Теруми-сан, такая красивая и чувственная женщина, как вы, наверняка любит невероятные по своей красоте пейзажи? — Очень мягким тоном сказал идущий рядом с ней Кеншин. — Хм? Конечно, и моя Долина Туманов является одним из таких мест. — Уверенно кивнула она, чувствуя себя немного смущенно от близости с Кеншином, который словно не замечая ничего странного, держался на неприлично близком расстоянии. — Значит вы будете не против, если я покажу вам красоту природы с высоты птичьего полета? — Сказал он, и не дожидаясь ответа, нахально приобнял ее за талию, прошептав: — Расслабьтесь, госпожа Мей, это не больно… Оказавшись в зеркально противоположной ситуации тем, что она устраивала всем окружающим, Мей оказалась в ступоре. Она не могла поверить в то, что кто-либо сможет обходиться с ней так, как она годами обходилась с другими мужчинами. — Т-ты! — Гневно воскликнул Ао, и попытался атаковать Кеншина, но было слишком поздно, ибо тот взмыл в воздух настолько быстро, что всего через несколько секунд оказался на километровой высоте. — Ч-что ты делаешь?! Быстро отпусти меня! — Возмущенно воскликнула Мей, чувствуя себя в некотором смысле униженной. — Простите, госпожа Мей, но ваша безопасность для меня самое главное. Я отпущу вас сразу, как только мы завершим полет. — Мягко прошептал Кеншин, приблизив губы к ее миниатюрному уху. Его ласковый тон, сводящий с ума количеством феромонов, запах, а так же ощущение крепкой хватки на ее талии, возвели Теруми Мей в странное, ни на что не похожее состояние, подавив большую часть недовольства. Кеншин в свою очередь так же, наслаждался близостью, предвкушая, насколько великолепно она будет смотреться в качестве его жены. Ее чудесный запах, мягкость талии, и прекрасный вид на декольте едва не лишили его самоконтроля, и лишь чудом не устроили бурную эрекцию. — И правда, красиво… — Глубоко вдыхая разряженный воздух, зажмурившись от прекрасных ощущений, прошептала Мей, глядя на горы, леса, и реки с высоты в тринадцать километров. Для их нынешних организмов подобная высота не являлась чем-то критичным, и легкие Мей без труда справлялись с настолько непригодным для дыхания воздухом, в то время, как глаза, с легкостью видели каждый объект, вплоть до следующих за ними внизу отрядов. — Мей, хотите увидеть то, чего не видел ни один из ныне живущих людей? — Слегка сильнее прижав ее к себе, ласково спросил Кеншин, и не дожидаясь ответа, взмыл вместе с ней еще выше. — Ах! — Со сбившимся дыханием, удивленно воскликнула она, как только они оказались на высоте в двадцать два километра. — Т-ты уверен, что это безопасно?.. — Словно беззащитная молодая девушка, спросила она, в мгновение позабыв о своей величественности и тяжелом, властном характере. — Конечно! Доверься мне. — Уверенно ответил он, и пользуясь ситуацией, не только перешел на «ты», но и провел рукой по ее талии вниз, практически коснувшись верха бедра, после чего, так же незаметно вернувшись обратно. На самом деле он был не настолько уверен в своей затее, но не считал правильным показывать сомнения или слабости перед лицом даже такой могущественной, но все еще женщины. Порыв отправиться в столь необычный и отчасти рискованный полет был незапланированным, сиюминутно возникшим желанием, побудившим его впервые покинуть пределы не только стратосферы, но и мезосферы, отправившись в верхние слои термосферы, и соприкоснувшись с открытым космосом. Уже на высоте восемьдесят пять километров Мей начала ощущать нехватку кислорода, ибо даже могучие легкие Каге не могли так быстро адаптироваться к практически полному отсутствию кислорода, что вынудило Кеншина заняться созданием кислорода при помощи псионики. — НЕВЕРОЯТНО! — С десятой попытки смогла выкрикнуть она, приложив все силы для воспроизводства звуков в столь неподходящей для этого атмосфере. «И правда, невероятно…» — Мысленно сказал Кеншин, глядя отнюдь не вниз. То, что он увидел с высоты в сто десять километров, повергло его в настоящий шок, и полностью перечеркнуло все впечатления о красоте планеты, просматриваемой с этой, непостижимой для всех высоты, вынудив его в мгновение переосмыслить все теории о возможном местонахождении этого мира.