В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 424 Кохару родила ближе к вечеру 587-го дня. Это событие хоть и стало большим праздником для всего клана, но все еще даже близко не дотягивало по масштабам, в сравнении с рождением Наваки. Восемьдесят Третий родился очень крепким малышом с небольшим черным пушком волос на голове, и имел уровень таланта в немыслимые для этого мира семьдесят четыре единицы. Это не могло не радовать многодетного отца, и Кеншин принял решение лично обучать столь талантливого малыша наравне с Наваки. Последней, кто удостоилась этой безусловно завидной участи — была Карин, которая на данный момент была на грани прорыва в ранг Джонина, и могла без проблем побеждать большую часть Джонинов на Арене. Не смотря на давние конфликты и ссоры, начав жить под одной крышей и под властью одного мужчины, Цунаде и Кохару оставили все обиды, и стали в некотором роде подругами. Именно поэтому Цунаде сильно помогла своей старой сопернице и новой подруге с родами, позволив той сохранить силы и способность задействовать небольшой барьер фуиндзюцу, развернутый над особняком Клана Накаяма. Кеншин в свою очередь проводил с Кохару и малышом столько времени, сколько могла позволить ситуация, не забывая о том, чтобы уделить время для игр с маленьким Наваки, который был безумно рад рождению младшего брата, и бегал, словно заведенный. День был закончен тем, что Кеншин в очередной раз позволил Цунаде и Наваки спать в его комнате и на его кровати, что до недавнего времени являлось абсолютным нонсенсом, и в очередной раз демонстрировало степень его отношения к жене и сыну. ***** Пока Клан Накаяма жил размеренной жизнью, в других уголках земли происходили бурные изменения. Хирузен с относительной легкостью пресек все протестные настроения на корню, и всерьез готовился к тяжелым временам. Помимо военной составляющей, которая была безусловно важна, любое поселение нуждалось в гуманитарных запасах, как продовольствия, так и необходимых инфраструктурных ресурсов. Прислушавшись к брошенному вскользь совету Кеншина, Хирузен решил изменить некоторые концепты достаточно примитивной экономики Конохи, назначив Шикаку не просто военным стратегом и главой штаба, но и ответственным за проработку экономических стратегий, убив тем самым двух зайцев. Гражданские управленцы, будучи выходцами из очень богатых торговых родов были крайне недовольны вмешательством в их дела, по их мнению необразованных и ничего не понимающих в столь тонких делах, шиноби. Тем не менее, во всей Конохе не было ни одного человека или сколь-нибудь значимого союза элит, которые были бы способны идти наперекор решениям Хокаге. Все, что они могли себе позволить — это услужливо улыбаться в лицо Шикаку, и писать многостраничные жалобы и доносы на его «кощунственные и губительные» реформы. В клане Хьюга тем временем так же, копилось напряжение, и возвышение клана Нара, воспринималось ими с огромными опасениями. Бывшему главе клана даже пришлось на время вернуться в строй, и заняться укреплением позиций клана. С течением времени, все больше и больше жителей Конохи узнавало о подвиге клана Нара, и жертве со стороны Нара Шиничи в битве с превосходящим по силе врагом, что повышало их престиж, и неимоверно раздражало Хироши. Произошедшее на «экзамене» было известно общественности лишь в широких мазках, и официальная позиция властей Конохи была таковой, что даже Хьюга Хироши имел сущие крохи информации. Многие видели загадочного юношу, который в считанные секунды уничтожил одного из шпионов в лице Хошигаке Кисаме, но абсолютно никто не связывал этого юношу с официально присутствовавшим в элитной ложе, Кеншином. Даже Хироши не задумывался о том, что незначительный глава торгового клана, являющийся пешкой Хирузена, мог быть тем самым юношей, вступившим в схватку на стороне Конохи. Сам же Клан Накаяма не вызывал у элит Конохи ничего, кроме небольшого удивления тем, насколько хорошо у них идут дела. Никто, включая Хироши не задумывался об их военном потенциале. Инцедент с Накагава Такеши был стечением обстоятельств, а недавняя шумиха с отречением Кадзоку Ишимуры от рода Миямото, была воспринята, как теневая игра Хирузена, решившего действовать через свою «темную лошадку». Немного прояснить этот вопрос помог бы Хиаши, но нынешний глава клана Хьюга попросту выбросил тот досадный инцедент из головы, не связав его со всем произошедшим, и появлением нового, полноценного игрока на этом, и без того тесном «поле». Тем временем экономические связи Клана Накаяма и всей Конохи, а так же близлежащих поселений нарастали стремительными темпами. Прежде всего упор делался на прокладку железнодорожного полотна, и в этом вопросе превосходство Шикаку над остальными управленцами, мыслящими старыми категориями, стало очевидно. Нара Шикаку не только реформировал и перестроил все подходы к делу организации столь необычной для этого мира логистики, но и сумел организовать привлечение на работу множество шиноби, которые благодаря сверхчеловеческой силе и скорости могли работать лучше любого парового механизма. Будучи сорокапятилетним мужчиной, Шикаку не переставал стремиться к знаниям, и большую часть свободного времени читал переданную Кеншином литературу по стратегическому планированию, почерпывая оттуда множество новых концептов. Не забывал он и о молодых членах клана, которые постепенно направлялись в город Накаяма для обучения и обмена опытом. Кеншин не скрывал своих намерений, поэтому Шикаку был осведомлен о том, что у нового поколения клана Нара есть огромные шансы занять множество высоких постов на формируемых ныне предприятиях или даже целых отраслях. Это наводило его на мысль о возможном привлечении не только членов побочных ветвей клана, но и потомков старейшин, и даже своего собственного сына. Тем не менее, на данный момент это были всего-лишь мысли. ***** В столице Страны Огня, городе Миямото ситуация во многом не отличалась от того, что происходило в Конохе. Большинство людей жили мирной жизнью, элиты среднего и средне-высшего звена, как и ранее — вели размеренную, и очень комфортную жизнь, и лишь действительно высшие элиты, словно предчувствовали грядущие перемены, от чего их жизнь была не настолько радостной, как раньше. Власть рода Миямото была непререкаемой, и Масахидэ лишь на первый взгляд казался достаточно посредственным бойцом в ранге Джонина, но никто из действительно опытных и крайне прозорливых представителей элиты не смел даже помыслить о насильственной смене власти. Единственное, что им оставалось — это шептаться в кругу своих друзей, и сетовать на то, что казавшийся еще два месяца назад весьма предусмотрительным и здравомыслящим, Дайме, ныне — просто сошел с ума. Эти слухи активно разгонялись кланом Накагава и родом Абэ, формируя выгодный информационный фон, в то время, как самые недовольные текущей политикой, Накагава Сэтоши и Абэ Мэсайоши, пытались придумать хоть какой-нибудь план для своего спасения. То, что их в прошлом любимый и покровительствующий им во всем, владыка, в лице Миямото Масахидэ, внезапно тронулся рассудком и уступил восточный регион Страны Огня их злейшему врагу выбило их из колеи, но все же было объяснимо закулисной игрой с Хирузеном. Однако тайная встреча с загадочным человеком, прошедшая менее недели назад, поставила крест на их доверии к Масахидэ, ибо после его возвращения, Сэтоши и Мэсайоши сразу поняли — им не жить. Они не могли доверять лишь своей паранойе, и делать ставку на незначительные, ничего не доказывающие, косвенные факты. Однако то, что после своего возвращения Масахидэ всего за сутки отправил в отставку несколько высокопоставленных людей из клана Накагава и рода Абэ, говорило лишь об одном. Поняв, что Масахидэ вознамерился от них избавиться, Сэтоши и Мэсайоши впали в уныние, и не найдя ни одного позитивного для себя и своих близких решения, практически смирились со своей участью, но словно сама судьба не желала их гибели, и после полного отчаяния, их обоих посетил таинственный, и безусловно могучий человек, предложивший обоим старикам помощь.