В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 251 — Позволь задать тебе один вопрос. Почему ты позволил мне уйти? — Сделав глоток высококлассного чая, спросил Мацубара Мэнэбу. — Потому что не считаю вас врагом. К тому же, в этом случае, вражда стала бы непримиримой. — Спокойным тоном ответил Кеншин, глядя в необычайно ясные глаза пожилого мужчины. На несколько минут в комнате воцарилась тишина. Не смотря на благожелательное отношение к Кеншину, Мэнэбу все еще был эксцентричным, и просто наблюдал, подмечая все странности, которые окружают этого загадочного юношу. — Я совсем не вижу линию твоей судьбы. Это очень странно… — Задумчиво пробормотал старый провидец, глядя будто бы сквозь собеседника. — Это плохо? — С интересом спросил Кеншин, стараясь узнать немного мудрости из уст настолько прославленного человека, чьи познания в области предвидения уступают лишь нескольким существам этого мира. — Не знаю… Я впервые сталкиваюсь с чем-то подобным. Даже будучи молодым и неопытным, я прекрасно видел невероятные нити судьбы вокруг Сенджу Хаширамы, но теперь, прожив долгую жизнь, и набравшись опыта, при взгляде на тебя, я не вижу ничего. — Покачав головой, ответил Мэнэбу. «Возможно это из-за наличия системы? Или моя судьба все еще не определена?» — Подумал Кеншин, внешне сохраняя полное безразличие к услышанному. — Я убежден, что ты один из самых важных людей своего поколения. Именно поэтому, вам с Масахидэ нужно помириться. — Серьезным тоном добавил провидец. — Помириться? Возможно вы, Мэнэбу-сан, и хороший провидец, но никудышный политик. — Со смехом ответил Кеншин, и добавил: — Чтобы «помириться» с Миямото Масахидэ, нужно быть, как минимум равным ему. Даже при желании, он не может проглотить пощечину со стороны «жалких, безродных наемников». — Он думает точно так же. А род Абэ и клан Накагава наперебой вопят о незамедлительной, кровавой мести. Поэтому нам необходимо найти способ мирного урегулирования этого бессмысленного конфликта. — Хмуро заявил Мэнэбу. — Род Абэ и клан Накагава? Так пускай приходят. Или подождут, когда я сам к ним приду. — Властно ответил Кеншин, чувствуя небольшое раздражение от их упоминания. — А какой реакции ты ожидал после убийства Кейташи и Такеши? — Возмущенно заявил провидец. — Именно потому, что мне ясна причина их недовольства, я все еще настроен на мир. Иначе их родовые кварталы ждал маленький, но очень удаленький сюрприз. — Сказал Кеншин, чувствуя огромное желание стереть их с лица земли. Он все еще не мог смириться с утратой ценных грузов, и потерей более десяти человек, от грамотно спланированного рейдерского захвата, устроенного родом Абэ, и кланом Накагава, при молчаливом согласии Дайме. — Ты еще вспыльчивее малыша Масахидэ… Потеря нескольких десятков миллионов рё, все еще гораздо ниже потери высокопоставленных членов клана… — Со вздохом сказал Мэнэбу, будучи в курсе всего происходящего. — По всем законам чести, я был в полном праве убить нацелившегося забрать мою жизнь Такеши. А кусок дерьма из рода Абэ, не стоит и волоса с головы невинно убиенных людей. — Начиная закипать все сильнее, ответил Кеншин. Продолжение переговоров вышло на редкость бесполезным. Мацубара Мэнэбу все больше и больше разочаровывал Кеншина, оказавшись типичным представителем аристократии этого мира, искренне не понимающим смысл переживаний Кеншина из-за десяти наемных работников. Кеншин в свою очередь полностью забраковал все условия компенсации, которые включали визит в столицу, и публичные извинения перед родами Абэ и Накагава. А так же, раскрытие секретных техник фуиндзюцу, в том числе и той, которая забрала жизнь Такеши. Мэнэбу уговаривал его сделать первый шаг, и предложить хоть что-то, дабы Дайме сохранил лицо, и Кеншин вполне был готов предложить кое-что важное. Однако старый провидец заранее забраковал «дружбу с Семьей Накаяма», как нечто, способное лишь насмешить весь высший свет. Так ни о чем и не договорившись, Мацубара Мэнэбу покинул территорию Семьи Накаяма, не забыв между делом расспросить о столь невероятных изобретениях, на что получил лишь дежурные фразы об «утерянных знаниях», на что ни капли не купился. ***** После ухода старого провидца, Кеншин всерьез задумался о взаимоотношениях со столицей. С одной стороны ему хотелось, чтобы Масахидэ оценил все перспективы, и добровольно пошел на сотрудничество. С другой — он едва ли не мечтал о том, чтобы род Абэ и клан Накагава вторглись в его владения. За прошедшие месяцы его амбиции стали лишь крепче, и его совершенно не смущали мысли о том, чтобы «позволить» нынешнему Дайме остаться в должности губернатора, в случае урегулирования конфликта. Он был полностью уверен в том, что менее, чем через год Семья Накаяма будет обладать мощью сопоставимой с несколькими шиноби уровня Каге, а еще через несколько лет, даже несколько великих деревень не будут помехой на пути к объединению мира. Прошедшие две недели оказались невероятно плодотворными, и подняли боевую мощь Семьи Накаяма на новый уровень. Большинство сыновей получили ценнейший опыт пребывания на грани жизни и смерти, закалившись в боях, и отточив свое мастерство. Благодаря информации полученной от Хирузена, и собственным наработкам, Кеншин выработал устойчивую методику совершенствования шарингана. По крайней мере так говорили множественные наблюдения за прогрессом развития этих загадочных глаз. Каждый выматывающий и смертельно опасный бой приносил свои плоды, и становился наковальней, на которой через множественные удары, ковалось мощнейшее оружие. Ичиро, совершенно загадочным образом прогрессировал быстрее всех. Его глаза с каждым днем покрывались все более густой вереницей из микроскопических каналов чакры, и Кеншин с нетерпением ждал завершение этой волнующей метаморфозы. Вернувшись в дом, он решил немного отдохнуть, и присоединился к Макото и Карин, увлеченно играющим в «MortalCombat» на игровой приставке. Будучи беременной, и не предрасположенной к подобного рода играм, Макото с радостью уступила Кеншину место, и обняв его сзади, принялась призывать к жесточайшей расправе над зазнавшейся Карин. Помимо того, что он находился буквально в шаге от очередного уровня, который обещал поднять «Создание Формаций» на десятый уровень, Кеншин чувствовал, что находится на грани пробуждения третьего потока сознания, и с нетерпением ждал новых возможностей, которые повысят боевую мощь, и позволят защитить тех, кого он любит всей душой. Глава 252 ***** Утро 511-го дня выдалось весьма напряженным, и впервые за очень долгое время, Кеншин чувствовал нервное напряжение. Погладив сладко спящую Карин по пышным красным волосам, он неспешно поднялся с кровати, и приступил к утреннему моциону. Приняв душ, и приведя мысли в порядок, он направился в столовую, где сидели не менее напряженные женщины, недовольные тем, что их муж вновь вынужден подвергать себя огромной опасности. После весьма молчаливого приема пищи, Кеншин принялся неспешно собираться в путь, в очередной раз проверив каждый узел формации в экзокостюме, а так же особо тщательно осмотрев исправность своего самого мощного козыря на случай непредвиденных обстоятельств. — Разве нельзя сделать, как раньше, и принять их посланника у себя? — Обеспокоенно спросила Касуми, обняв любимого мужа сзади. — Мы ведь уже это обсуждали… Хирузен четко дал понять, что иного варианта нет. Мне необходимо лично предстать перед советом, и убедить их в своей лояльности… — Со вздохом ответил Кеншин, поглаживая ее нежную руку. Касуми все еще чувствовала недовольство, однако не стала спорить с решением мужа. Она лишь надеялась, что его визит в Коноху пройдет без нежелательных происшествий. Ей безумно хотелось составить мужу компанию, и вновь посетить родные места, однако она прекрасно понимала, что еще слишком рано. Кеншин в свою очередь чувствовал желание своих женщин посетить главную деревню страны огня, и пообещал, что менее, чем через год ворота Конохи будут открыты для каждого члена Семьи Накаяма. Попрощавшись с членами семьи, и раздав важные указания на случай непредвиденных ситуаций, Кеншин отправился в путь. Телохранителями отца выступили Ичиро и Сорок Второй, как самые сильные представители Семьи Накаяма, способные вдвоем дать бой даже такому легендарному шиноби, как Хатаке Какаши. ***** Путь до Конохи занял не более полутора часов, и когда до ворот оставалось несколько километров, Кеншин приказал сыновьям снизить скорость, дабы не нервировать местную службу охраны, которая благодаря множеству невероятных фуиндзюцу, могла развязать небывалую боевую мощь. Стоило Кеншину представиться, и озвучить цель своего прибытия, как в ту же секунду взгляды проверяющих стали гораздо теплее. Они сразу же уведомили вышестоящее начальство, и спустя минуту Кеншин пожимал крепкую руку старого знакомого. — Здравствуйте, Накаяма-сан. Честно признать, не думал, что за столь короткое время, вы вспыхните, словно звезда. — С улыбкой сказал Абураме Тадао, тактично игнорируя факт изрядного «омоложения» Кеншина, который более не использовал маскировку. — Что вы, Тадао-сан. Какая звезда… Я просто делаю то, что должен, а все, что про меня говорят — это лишь слухи. — С легкой улыбкой отшутился Кеншин. — Не смотря на огромную власть, вы все так же скромны, как и в день нашего знакомства. — С ноткой похвалы, и восхищения сказал Тадао. — Власть не меняет человека. Она лишь позволяет ему раскрыться. — Ответил Кеншин, заставив собеседника глубоко задуматься. ***** По причине того, что встреча с высшим советом была назначена на вечернее время, Кеншин был вынужден ненадолго побыть «уважаемым гостем Конохи». Это его ничуть не беспокоило, а скорее наоборот, позволяло посетить многие достопримечательности. Абураме Тадао, как профессионал своего дела, вызвался быть гидом, и подходил ко всему очень ответственно. Он планировал показать множество знаменитых мест, и сводить его в дорогой ресторан, однако, к его удивлению, Кеншина это не интересовало. Вместо элитного ресторана, Кеншин попросил сопроводить его в «Ичираку рамен», на что получил лишь недоумевающий взгляд. После некоторых расспросов местных жителей, Тадао все же удалось узнать о весьма захудалой лавке, в которой питаются жители с достатком сильно ниже среднего. — Накаяма-сан, почему вы решили пообедать именно тут? — Удивленно спросил Тадао, увидев совершенно неказистую «уличную кухню» с небольшим навесом, закрывающим клиентов от солнечных лучей. — Я слышал об этом месте от одного знакомого, и всегда хотел попробовать местный рамен. — Ответил Кеншин, приоткрыв тканевую завесу, служащую в качестве «двери» в закусочную. — З-здравствуйте, уважаемые господа… Чем я могу быть вам полезна? — Очень вежливо, с нотками страха спросила молодая девушка в белом фартуке. — Здравствуйте. Мы бы хотели заказать четыре порции рамена. — Уважительно сказал Кеншин, окинув взглядом это необычное место. — Х-хорошо… — Удивленно ответила она, и скрылась за еще одной ширмой. — Вы уверены, что мы пришли именно туда, куда вы хотели? — Спросил Абураме Тадао, оглядев помещение. И хотя внешне все выглядело весьма чистым, всюду виднелись множественные потертости, и общая ветхость сооружения. Даже табуретка, на которой он сидел имела множественные сколы, и была очень неудобной. — Да, это именно оно. — С легкой улыбкой ответил Кеншин, чувствуя огромное удовлетворение от эмоций, навеваемых этим местом. Спустя несколько минут, девушка расторопно принесла четыре порции рамена, и услужливо встала неподалеку от стойки, демонстрируя готовность обслужить гостей по первому зову. И все же, она не могла сдержаться от того, чтобы изредка не поднимать взгляд на красивое лицо юноши. Кеншин тем временем приступил к дегустации рамена, и один лишь запах говорил о том, что заведение заслуживает гораздо большей популярности. Едва кусочек лапши оказался у него во рту, как все сомнения по поводу плохого вкуса Наруто, полностью улетучились. Даже весьма скептически настроенный Тадао, не мог не раскрыть глаза от удивления, после дегустации великолепного рамена. Он перевел взгляд на Кеншина, и в очередной раз изумился его проницательности. Благодаря тому, что все сохраняли молчание во время еды, было просто невозможно не услышать пару голосов с дальнего конца улицы, один из которых едва не заставил Тадао и Кеншина выплюнуть часть рамена обратно в тарелку. — За такое, старик, ты просто обязан угостить меня двумя… Нет, четырьмя порциями рамена! Иначе все узнают, что ты делаешь возле женских раздевалок! — Громко заявил один из них, совершенно не сдерживая свой юный, ломающийся голос. — Хорошо-хорошо, только не кричи! Тебя ведь могут услышать, и тогда милые девы подумают, что я какой-то негодяй… — С легким смехом сказал второй, и приоткрыл тканевую ширму. Глава 253 — Ого, Тадао, и ты здесь! — Похлопав его по плечу, сказал пожилой мужчина с копной абсолютно белых, жестких волос. — Д-Д… — Едва начал Тадао, но был грубо прерван, очередным похлопыванием по плечу, и острым взглядом со стороны жабьего отшельника. — Да-да, я тоже рад тебя видеть. — Резко сказал Джирайя, и перевел взгляд на Кеншина. — Сестрица Аяме, четыре порции рамена за счет этого старика! — Завопил желтоволосый мальчишка, абсолютно не замечая ничего, кроме стоящих на столе тарелок с ароматным раменом. — Значит это ты Накаяма Кеншин? — Спросил Джирайя, садясь аккурат рядом с ним, и глядя ему в глаза. Ошеломленному Кеншину не оставалось ничего другого, кроме, как кивнуть. Джирайя продолжал сверлить его взглядом, и спустя несколько секунд огорченно вздохнул. — Почему небеса так слепы, и благоволят лишь подлецам и проходимцам… — Глядя в потолок сказал Джирайя, а затем перевел взгляд на Кеншина, и добавил: — Ты самый счастливый человек в мире, поэтому сегодня платишь ты! — Со смехом заявил он, и похлопал его по плечу. Тадао, Кеншин, и двое его сыновей чувствовали чудовищное напряжение от нахождения рядом с настолько эксцентричным человеком, однако последнее утверждение заставило их расслабленно выдохнуть. — Конечно, я с радостью угощу новых друзей из Конохи. — С улыбкой ответил Кеншин, стараясь не провоцировать настолько эксцентричного человека. — Ого, значит я могу заказать больше рамена? — Невозмутимо спросил Наруто, на что Кеншин лишь со смехом кивнул. Джирайя в свою очередь заказал себе бутылку саке, и принялся пить алкоголь в самый разгар дня, заставив Аяме брезгливо поморщиться. Она, как и многие другие, была совершенно не в курсе личности этого старика, и относилась к нему, как к очередному пьянице и развратнику. Кеншина же не интересовало ничего, кроме сидящего рядом Наруто. Он долго думал, стоит ли так рисковать, но все же не смог сдержать своего любопытства, и посмотрел его «статус». Имя: Узумаки Наруто Возраст: 11 лет Уровень таланта: 25 (73) Качество чакры: 4 Количество чакры: 36400 Контроль чакры: 37% ***** Стоило ему взглянуть на «статус» Наруто, как перед глазами появилась информация об еще одном, гораздо более могущественном существе. Имя: Курама Возраст: 965 лет Уровень таланта: ??? Качество чакры: 14 Количество чакры: 650000 Контроль чакры: 94% ***** «Скажи этому идиоту — если не перестанет пялиться и мешать мне спать — я вырву его сердце и сожру его душу!» — В раздражении фыркнул, лежащий головой на своих лапах, огромный, девятихвостый лис. «Заткнись, лис! Не отвлекай меня от еды, иначе я изобью тебя до полусмерти!» — Недовольно крикнул Наруто, который больше всего на свете ненавидел, когда ему мешали есть любимый рамен. Услышав его слова, Курама лишь недовольно поморщился, и отвернув морду, продолжил свой блаженный сон, не желая вступать в споры с ребенком. ***** Тем временем Кеншин даже не подозревал о диалоге развернувшимся в шаге от него, и пораженно оценивал полученную информацию. Он был буквально шокирован запредельным количеством чакры девятихвостого, и его невероятными показателями «качества» этой самой чакры. Он давно изучил значения этих показателей, и знал, что каждый последующий уровень «Качества Чакры», увеличивает энергетическую ценность одной единицы чакры едва ли не в 5-10 раз от предыдущего значения. Размышляя о таких объемах чакры, Кеншин не мог не поежиться, представляя разрушительный потенциал настолько могучего зверя, и не мог не поразиться мощью великих шиноби прошлого, которые раз за разом побеждали настолько сильного зверя. К его удивлению, спонтанная встреча и последующий обед с одними из самых значимых людей своего поколения прошли весьма непринужденно. Наруто был слишком мал, и не интересовался ничем, кроме еды, а Джирайя из-за своей эксцентричности был сам себе на уме, и лишь молча пил, изредка поглядывая на сидящего слева Наруто, и сидящего справа Кеншина. — В-ваш счет, господин… — С покрасневшим лицом сказала Аяме, протянув небольшую дощечку с надписью, а затем добавила: — Для новых клиентов у нас предусмотрена скидка в пятнадцать процентов. — Тск, тск, тск… Почему небеса настолько слепы, и назначили своим любимчиком такого негодяя, как ты, когда есть такой великий герой, как я?! — Недовольно заявил Джирайя, заметив реакцию молодой девушки на Кеншина. — Пойдем, Наруто, я больше не выдержу и минуты рядом с ним. — Заявил он, и едва ли не силой утащил парнишку с собой. Кеншин совершенно не понимал, как реагировать на подобное, и решил просто промолчать, и поскорее попрощаться с человеком, чью небывалую мощь ни раз видел на арене. — Аяме-сан, у вас очень хорошая закусочная… Как вы смотрите на то, чтобы «Ичираку-рамен» стал полноценным рестораном? — С улыбкой спросил Кеншин, и положил на стол купюру номиналом в пять тысяч рё, а затем добавил: — Сдачи не надо. Ваш великолепный рамен стоит этих денег. Услышав его вопрос, и приняв пятитысячную купюру, Аяме на несколько секунд впала в ступор. Она не могла поверить в то, что кто-то предложил сделать «Ичираку-рамен» полноценным рестораном, и настолько щедрые «чаевые» были ярким показателем богатства этого господина, ибо такую сумму заведение зарабатывало более, чем за неделю. — Я… П-простите, я не могу принимать такие решения. В-вам нужно поговорить с моим отцом… — Заикаясь сказала юная девушка, не решаясь смотреть ему в глаза. — Хорошо. Передайте отцу, что я зайду завтра. — Ответил Кеншин, улыбнувшись ей теплой улыбкой, а затем перевел свой взгляд на молчащего спутника, и сказал: — Тадао-сан, нам пора. В Конохе еще столько мест, которые ждут нашего визита… ***** Кеншин получил огромное удовольствие от посещения различных памятных мест, и полностью выполнил годовой туристический план. Реальная Коноха сильно отличалась от того, что он видел на экране, однако множество знаковых мест оставались неизменными. Единственное место, куда ему так и не удалось подойти ближе нескольких километров — это величественная гора с высеченными лицами всех Хокаге. Тадао в свою очередь сильно извинялся, однако не имел право нарушать установленные правила, ибо ценность этой горы не поддавалась исчислению. Глава 254 Заседание совета Конохи было назначено на шесть вечера, и у Кеншина оставался лишь час, чтобы привести себя в порядок после целого дня хождения по весьма пыльным улицам великой деревни. Благодаря крохотным деталям, включающим весьма уважительное отношение, и великолепный дом, выделенный в его личное пользование, Кеншин был уверен, что это дело рук Хирузена, который пытался ему помочь. Приняв холодный душ, и немного отдохнув, Кеншин в сопровождении все того-же Тадао, выдвинулся к зданию высшего совета, благо оно располагалось всего в нескольких сотнях метров. После небольшой проверки и идентификации, Кеншина сопроводили в весьма уютный зал ожидания. За прошедшие часы, он практически полностью унял свое нервозное состояние, однако оно постепенно возвращалось обратно, ибо он знал, что в случае критического недопонимания, выбраться живым из Конохи будет практически невозможно. Спустя несколько минут напряженного ожидания, Кеншина все же пригласили внутрь, и он предстал перед лицом самых влиятельных людей Конохи. Не смотря на внутреннее напряжение, он вел себя предельно расслабленно, и в то же время вежливо, глядя в глаза этим старым волкам. Помимо сидящих на самых важных местах Хирузена и Данзо, он узнал лишь двоих глубоких стариков, являющихся друзьями их юности. Хомура имел очень не здоровый вид, и пигментные пятна по всему лицу. Кохару в свою очередь выглядела гораздо более живо, и не смотря на преклонный возраст, всеми силами старалась сохранить молодость. Ко всему прочему, Кохару была одной из не многих, чей взгляд был наполнен благожелательностью по отношению к Кеншину, от чего он мысленно поежился, впервые пожалев о том, что владеет «Обаянием Патриарха» Помимо шестерых членов высшего совета Конохи, в зале присутствовало еще двое людей. В одном из них он узнал нынешнего главу клана Абураме, а вторым был Нара Шикаку. Он никак не ожидал увидеть главу клана Нара на заседании совета по одному из не самых важных дел, однако старался не выдавать своих эмоций, сохраняя хладнокровие, и надеялся, что его присутствие в этом зале никак не связано с личной заинтересованностью. Время его знакомства с окружением, и размышлений, едва ли заняло секунду, и Кеншин проследовал к центру зала. В его поведении не было ни капли подобострастия и раболепия, но в то же время не было и высокомерия. Его походка была уверенной, а взгляд острым, и волевым. — Приветствую уважаемых господ Конохи. Мое имя Накаяма Кеншин. — Представился он, и занял свою позицию у небольшой трибуны. — Такой молодой… — Удивленно пробормотала Кохару, и несколько членов совета тихо зашептались. Его приветствие осталось незамеченным никем, кроме Хирузена, Шикаку, и Кохару, которые кивнули ему в ответ. Остальные же не считали нужным отвечать незнакомому, безродному человеку, не являющемуся даже жителем Конохи. — Приятно осознавать, что среди молодого поколения есть настолько разносторонний человек. Мы, старики, наслышаны о твоих достижениях, и давно хотели познакомиться с создателем вещей, которые прочно вошли в жизнь многих людей. — С легкой улыбкой сказал Хирузен, задавая тон всему процессу. Он в очередной раз обозначил свое отношение к Кеншину, и показывал пример остальным. — Спасибо, Хокаге-сама, вы меня перехваливаете… Создание вещей по утерянным знаниям лишь мое безобидное увлечение. — Весьма скромно ответил Кеншин, и поклонился, как того требовали правила этикета. — Убийство Накагава Такеши тоже часть твоих «безобидных увлечений»? — Саркастически спросил Данзо, буквально сверля его своим единственным глазом. На секунду во всем зале повисла гробовая тишина, и даже Хирузен не спешил осаждать старого друга, придерживаясь легенды о безразличии к этому делу. — Это стечение прискорбных обстоятельств… Накагава Такеши не желал ничего слышать, и нам не оставалось ничего другого, кроме, как защищаться… — С полным сожаления голосом ответил Кеншин, изрядно удивив присутствующих, ибо даже интриганы с многолетним стажем не чувствовали фальши в его словах. — Оставим моральный вопрос этого дела. Как тебе удалось убить Элитного Джонина? — Спросил Данзо. Его совершенно не интересовала смерть Такеши, однако, будучи самопровозглашенным патриотом Конохи, он обладал маниакальным чутьем на разного рода угрозы, к коим не переставал относить и Кеншина. — Все дело в одном артефакте. Это наследие древних времен, по чистой случайности попавшее в руки моему отцу. — Ответил Кеншин, не переставая по минимуму воздействовать на эмоции присутствующих, выискивая слабые места, и очень аккуратно улучшая их отношение к себе. — Артефакт?. — Нахмурившись, спросил Данзо. Он перебрал в голове все известные артефакты древности, способные уничтожить Элитного Джонина, но не вспомнил ничего похожего на эффект мощнейшей техники катона. — Этот артефакт требует невероятного мастерства в фуиндзюцу, и очень большую цену за использование. К сожалению, большего я сказать не могу… — Извиняющимся тоном ответил Кеншин, что ни у кого не вызвало удивления. Сидящие немного в сторонке от членов совета, лидеры кланов Абураме и Нара, были изрядно удивлены бестактности Данзо, и терпеливости Кеншина, ибо попытка выведать главные секреты клана, была одним из самых больших табу мира шиноби. Все остальные тоже понимали, что Данзо ведет себя слишком властно, поэтому поспешно взяли все в свои руки, и сменили направление вопросов. Кеншин же в свою очередь, лишь облегченно вздохнул. Лишь один вопрос про загадочного мастера фуиндзюцу, заставил его немного напрячься. Он решил придерживаться легенды о том, что все это дело рук его легендарного отца, который вот уже несколько недель находится в отъезде, на что получил весьма ясный намек о том, что высший совет Конохи рассчитывает с ним встретиться при первой возможности. И хотя последующие вопросы были очень утомительными, но все же гораздо более тактичными, и оставляли Кеншину пространство для маневра. Он без преуменьшения раскрыл свои бизнес планы, и поделился информацией о новых приборах. Однако, к его огромному удивлению, члены совета реагировали на это без особого интереса. Даже рассказ о механизме, способном за день перевезти сотни тонн груза через целый регион страны огня, был воспринят лишь с поверхностным интересом. Казалось бы никто из них совершенно не понимал значимости настолько огромных изменений. Кеншин подозревал, что все дело в их старости, закостенелости мышления, и огромном, непомерном даже по меркам кланов, кумовстве. Все члены высшего совета так или иначе относились к друзьям молодости Данзо или Хирузена, и получив свои места несколько десятков лет назад, знали, что покинут их только после смерти. Все административные и экономические вопросы решались отдельным комитетом, имеющим относительную свободу, а высший совет обсуждал лишь вопросы большой политики. Глава 255 Из всех присутствующих членов совета, лишь Утатане Кохару проявляла неподдельный интерес к словам Кеншина, и изредка задавала вопросы. Самой интересующей ее темой было все, что связано с поддержанием красоты. Стоило Кеншину упомянуть о невероятном парфюме, и идеях о разработке средств по уходу за кожей, как она словно с цепи сорвалась. Кохару полностью ошеломила всех присутствующих. Будто бы позабыв о своем статусе, правилах приличия, и о месте, в котором находится, она полностью сосредоточилась на весьма дружелюбной беседе с Кеншином. «Черт! Неужели обаяние патриарха действует даже глубоких старух?!» — В раздражении подумал Кеншин, но внешне сохранял благожелательное выражение лица, и продолжал отвечать на все вопросы. У него не оставалось выбора, кроме, как принять ее приглашение, и пообещать лично презентовать ей новые косметические средства. Хирузену пришлось вмешаться лично, чтобы прервать этот бесполезный разговор. Никто не понимал, почему всегда строгая, и очень ворчливая Кохару, внезапно начала относиться к Кеншину, словно к любимому внуку. После того, как формальная встреча с советом закончилась, Кеншин получил приглашение на личную встречу от глав кланов Нара и Абураме. Он был весьма удивлен, и с уважением принял их предложения, пообещав навестить их завтрашним утром. ***** — Что думаете о нашем новом, маленьком друге? — Мягко спросил Хирузен, без стеснения принявшись забивать табаком любимую трубку. — Ты как всегда слишком мягок. Нужно привлечь Ибики и Иноичи, и устроить основательный допрос. Коноха не должна иметь угроз под боком! — Заявил Данзо, чувствуя недовольство от расслабленной и добродушной атмосферы, сформированной по отношению к тому, кого он считал опасностью. — За все время за этой организацией не было замечено ни единого проступка, и ты это прекрасно знаешь. Так по какому праву ты решил применить настолько радикальные меры?! — Нахмурившись спросил Хирузен. — Прекратите. — Одновременно заявили Хомура и Кохару, не желая развития этого никому не нужного спора среди бывших друзей. — Раз уж вы расходитесь во мнении относительно этого человека, предлагаю решить все с помощью голосования. — Взвешенно заявила Кохару. Данзо ничего не ответил, однако выражение его лица говорило само за себя. Он ненавидел эту устоявшуюся систему, и желал поскорее перестроить Коноху в соответствии со своим видением. Однако в этот самый момент, у него не было выбора, кроме, как согласиться на бесполезную по его мнению процедуру голосования. И хотя в голосовании имели право участвовать только члены совета, коих было шесть человек, присутствующие на собрании главы кланов Нара и Абураме, имели право высказываться, и так или иначе влиять на мнение членов совета. — Пока вы не сделали окончательный выбор, я призываю вас отказаться от мысли о силовом воздействии на Семью Накаяма. Иначе это может стать одной из самых больших ошибок Конохи за всю историю. — Сказал Нара Шикаку, и заметив недоумевающие взгляды нескольких членов совета, продолжил. — По всей видимости вы совершенно не интересуетесь экономическими графиками, но я, и мои люди, тщательно следят за всем, что относится к экономическому сектору. И вот, что я вам скажу — Накаяма Кеншин, это Сенджу Хаширама нашего времени! — Отчеканил Шикаку, совершенно не стесняясь в выражениях. — Что это за чушь?! Вы сравниваете мальчишку, случайно заполучившего в свои руки артефакт древности, с Великим Первым Хокаге?! — Недовольно заявил один из членов совета, на что мгновенно получил грозный взгляд Шикаку, и немного осунулся. Хирузену в свою очередь очень понравились эти слова, и подтверждение от очень умного человека в правильности его выбора. Он все еще немного опасался будущего роста Семьи Накаяма, однако, чем больше информации о их делах поступало на его стол, тем быстрее развеивались эти сомнения. — Не нужно повышать голос, Икэда-сан. Возможно с точки зрения силы, этот юноша и не ровня первому Хокаге, но с точки зрения огромного множества прогрессивных реформ — он не только не отстает, но и превосходит молодого Хашираму. — Сказал Шикаку. Члены совета имели совершенно разное выражение лиц. Хомура и Икэда отнеслись к этому утверждению весьма скептически, но в глубине души приняли слова крайне умного человека на заметку. Кохару и Кондо в свою очередь были настроены куда более благожелательно. Пожилой женщине очень понравилось сравнение настолько необычайного юноши с первым Хокаге, и она не переставала думать о невероятных средствах для омоложения кожи, и не могла дождаться очередной встречи с Кеншином. — Реформы Сенджу Хаширамы осуществились только благодаря подавляющей силе, заставившей наших отцов на годы позабыть о войне, и построить нашу Великую Деревню. Сравнение мальчишки-фокусника с первым Хокаге, в высшей степени недопустимо! — Хриплым, от части зловещим голосом заявил Данзо. И хотя он очень не любил политику позднего Хаширамы, и при других обстоятельствах был бы рад раскритиковать его за мягкотелость, он все еще ощущал себя патриотом, и был готов уничтожить любого чужака, который посмеет принижать достоинство великого предка Конохи. К его сожалению, Нара Шикаку являлся членом одного из двух оставшихся великих кланов деревни скрытого листа, и одним из умнейших людей своего поколения. Он обладал огромным авторитетом, и имел право высказывать любую точку зрения, подкрепляя ее аналитическими выводами, и прямыми фактами. — Именно по этому, Данзо-сан, Коноха должна стать той самой силой, которая позволит этому человеку успешно провести экономические реформы. Наша прекрасная деревня уже не первый год испытывает кризис за кризисом. Спросите почему?.. Потому, что, вместо того, чтобы всеми силами собирать у себя лучших людей своего поколения, мы самолично даем санкцию на их казнь! — Едва ли не пылая от праведного гнева, заявил Шикаку. Данзо собирался ответить кое-что колкое, однако Хирузен, предвидя длинный, и во многом бесполезный спор, который в очередной раз ни к чему не приведет, инициировал голосование. — Достаточно. Шикаку-сан, мы вас услышали. А теперь, позвольте нам заняться голосованием. — Сказал Хирузен, чувствуя огромную симпатию к умному, и праведному человеку, который станет надежной опорой и советником будущего Хокаге. — Да, Хокаге-сама. — Уважительно отрапортовал Шикаку, и сел на свое место. — И так, кто ЗА то, чтобы применить силовое воздействие к организации «Семья Накаяма»? — В миг став серьезным, спросил Хирузен, оглядев всех членов совета зорким взглядом. В ту же секунду было поднято две таблички. Одну из них поднял Данзо, а другую Хомура. К всеобщему удивлению, изначально настроенный против Кеншина Икэда, воздержался, и продолжал сидеть. — Кто против? — С легкой улыбкой спросил Хирузен, и поднял свою табличку. Вместе с ним таблички подняли Кохару, Икэда, и Кондо. Тем самым исход голосования был очевиден. Хирузен был очень доволен, что этот вопрос был урегулирован даже без его, имеющего двойную ценность голоса. Данзо был настолько зол, что молча поднялся на ноги, и не смотря на состояние здоровья, быстрым шагом покинул помещение. Это заседание совета еще сильнее укрепило идею о необходимости смены власти, и стерло еще одну грань сожаления за готовящиеся планы. Глава 256 ***** После того, как Кеншин вернулся в свою временную резиденцию, он первым делом принялся расставлять многочисленные формации, дабы иметь небольшое пространство для маневра, на случай непредвиденных обстоятельств. Ичиро и Сорок Второй тем временем, продолжали неотступно следовать за отцом, находясь в полной боевой готовности. Им очень не нравилось находиться буквально в сердце вражеской территории, которая таила в себе огромную опасность. Закончив с установкой самых необходимых формаций, Кеншин принялся размышлять обо всем, что случилось за этот день. Прежде всего ему бросилось в глаза весьма панибратское отношение Джирайи, будто они давно знакомы. Переосмыслив все его действия, он ошеломленно открыл глаза. «Неужели старый дурак рассказал обо всем своему ученику?!» — Удивленно подумал Кеншин, вспоминая нелепые слова Джирайи о чудовищном везении. Решив не забивать себе голову бесполезными размышлениями о неуправляемом и эксцентричном человеке, Кеншин сосредоточился на характеристиках Наруто и Курамы. Ему все еще не давала покоя информация об уровне таланта желтоволосого паренька. «Почему у него два показателя уровня таланта? Двадцать пять, и семьдесят три… Возможно ли такое, что его уровень таланта непрерывно растет?..» — Подумал Кеншин, и принялся вспоминать все, что видел на экране своего ноутбука, будучи простым старшеклассником. «Если подумать… То Наруто и впрямь демонстрировал весьма посредственные результаты, однако раз за разом становился сильнее, не смотря на отсутствие гениальности… Неужели это и есть дар Ооцуцуки Хагоромо?..» — Размышлял Кеншин, поежившись от представления того, насколько могущественным может стать человек с уровнем таланта в 73 единицы, полностью реализовавший свой потенциал. ***** Проснувшись следующим утром, Кеншин почувствовал усталость. Ночь выдалась настолько тревожной, насколько он и ожидал. Несколько раз срабатывали формации обнаружения, и ему удалось уснуть лишь перед самым рассветом. Из-за того, что он отказался от слуг, завтрак пришлось готовить ему самому. Однако Ичиро и Сорок Второй были не привередливы, и без вопросов съели то, что приготовил их отец. После небольшой получасовой разминки в целях сохранения формы, Кеншин полностью погрузился в анализ, и разработку инфраструктурных решений во всем восточном регионе страны огня. Благодаря идеальной памяти, он без проблем моделировал перед глазами подробнейшую карту, и углубленно погружался в детальный анализ, стараясь не упустить ни единого момента. Однако идеальная память не гарантировала идеального интеллекта, от чего всегда оставались моменты, которые он не предусмотрел. Но даже так, этот подход был на голову выше всего, что практиковалось в этом мире. Спустя час он почувствовал приближение человека, и последующий стук в ворота. Ему не оставалось ничего другого, кроме, как закончить работу, и выйти поприветствовать уважаемого гостя, коим оказался Абураме Тадао. — Доброе утро, Накаяма-сан. Как прошла ваша первая ночь в нашей гостеприимной деревне? — С легкой улыбкой спросил Тадао, приветственно поклонившись. — Доброе, Тадао-сан. Этот дом — нечто. Давно так не высыпался за пределами родных стен. — Ответил Кеншин, и пригласил гостя внутрь. — Ха-ха-ха! Это все потому, что Коноха является олицетворением безопасности. — С огромным дружелюбием сказал Тадао. Будучи одним из верных помощников Хирузена, его слова несли весьма четкий намек о защите со стороны Конохи, в случае тесного сотрудничества. — Все именно так, Тадао-сан. — С улыбкой ответил Кеншин. После небольшого обмена любезностями и разговоров ни о чем, Абураме Тадао пригласил Кеншина в резиденцию главы клана, напомнив о вчерашней договоренности. Кеншин в свою очередь был только рад поскорее закончить все основные дела, и вернуться домой. Путь до кланового квартала Абураме не занял много времени, и уже спустя пять минут, Кеншин оказался внутри. Все вокруг выглядело очень странно, и прежде всего его внимание привлекло огромное множество копошащихся всюду насекомых. Насекомые клана Абураме долгое время вызывали повышенный интерес Кеншина. Они были настолько необычными существами, что он видел в этом огромную перспективу, и возможность создать действительно сильное оружие, благодаря передовым технологиям. Самые лучшие из насекомых клана Абураме могли без особых проблем уничтожить слабого Джонина. Благодаря тщательной подготовке, нынешний лидер клана ни раз лишал жизни пиковых Джонинов. И хотя Кеншин не знал о происхождении и разведении этих жуков ровным счетом ничего, у него было предостаточно информации о их способностях. Жуки делились на множество видов, и прежде всего славились способностью поглощать и нейтрализовать чакру. Существовало, как минимум четыре вида жуков, специализирующихся на поглощении чакры конкретных элементов, от чего техники врага становились буквально бесполезны. Так же, жуки были способны игнорировать физическую прочность шиноби, высасывая чакру из всех клеток тела на ограниченном участке, что в свою очередь позволяло без труда прогрызть совершенно обычную плоть. За размышлениями о невероятных жуках, и способе их легального получения, Кеншин не заметил, как подошел к самому центральному, а так же самому богатому дому этого квартала. — Доброе утро, Накаяма-сан. Нравятся наши жуки? — С легкой улыбкой спросил сидящий под навесом великолепной беседки. Ему очень понравился заинтересованный взгляд Кеншина, ибо большинство гостей клана Абураме смотрели на жуков с дрожью и опасением. — Доброе, Абураме-сан. Простите мое чрезмерное любопытство. Просто ваши жуки поистине великолепны. Это одни из немногих созданий, научившихся тесно взаимодействовать с чакрой… Иногда я им завидую… — С толикой меланхолии в голосе сказал Кеншин. Абураме Шиби с пониманием посмотрел на Кеншина, ибо невооруженным глазом видел отсутствие малейших признаков чакры в его теле. Будучи профессиональным сенсором, он полностью доверял своим глазам, и чувствам своих лучших насекомых. Однако он не спешил назначать Кеншина в «слабаки», ибо прекрасно видел мельчайшие проявления силы, будто то чудовищное восприятие, или не менее шокирующая скорость, равная скорости, как минимум пикового Чунина. Будучи главой одного из довольно крупных кланов Конохи, Абураме Шиби имел доступ к весьма секретной и не публичной информации. Он прекрасно знал, насколько высоко оценили боевое мастерство Кеншина в столице. Помимо весьма достоверного отчета о личном участии Кеншина в битве против Накагава Такеши, высокопоставленные шпионы Конохи сообщали о том, что перед использованием могучего артефакта, Накаяма Кеншин лишил Элитного Джонина руки. И если теоретическое участие Кеншина в бою против Элитного Джонина воспринималось, как небольшое преувеличение, то о вере в нечто настолько абсурдное, как лишение Накагава Такеши одной руки, не было и речи. Однако, даже так, глава клана Абураме не спешил списывать его со счетов, и относился к нему весьма настороженно, особенно, когда за его спиной стояли два пиковых Джонина. — Накаяма-сан, спасибо, что приняли мое приглашение. Прошу, присаживайтесь. — Любезно сказал Шиби. — Это вам спасибо за приглашение, Абураме-сан. — Ответил Кеншин, и с удовольствием сел на предложенное место. Глава 257 ***** Встреча с главой клана Абураме выдалась на редкость продуктивной. Кеншин был приятно удивлен готовностью Шиби к инвестициям в развивающуюся отрасль. И хотя Кеншин давно не нуждался в деньгах, он все еще испытывал кадровый голод, и некоторые договоренности с кланом Абураме, в перспективе, сильно облегчали жизнь. Абураме Шиби, как и многие, прежде всего был заинтересован в дефицитных товарах, включающих всеми полюбившийся шоколад, предметы моды и роскоши, а так же, огромных объемах совершенно не портящихся банок с тушенкой, способных обеспечить клан продовольствием в случае катастрофы. Это ничем не выделяло Шиби среди других, желающих присоединиться к прибыльному делу. Однако кадровые инвистиции, были восприняты Кеншином на ура. Более полутора сотен образованных, но не имеющих перспектив членов клана Абураме стоили гораздо дороже, нежели денежные инвестиции. Кеншин был полностью равнодушен к тому, что эти люди останутся верны клану, и при первой же возможности вернутся обратно, прихватив с собой ценные знания. Он совсем не считал это проблемой, а скорее наоборот — перспективой для зарождения независимых производств, способных выдавать конкурентоспособный продукт, и способствовать ускорению индустриализации. У него не было иллюзий относительно того, что даже с огромным количеством ресурсов и знаний, он способен в одиночку изменить этот мир. Даже имея два потока сознания, и идеальную память, он все еще не мог охватить и десяти процентов всех производств, необходимых для комплексной индустриализации. И первой проблемой в этом непростом деле было отсутствие высококвалифицированных работников, способных, словно лесной пожар, передавать навыки другим людям. ***** Возвращаясь в свою временную резиденцию, Кеншин обнаружил статного пожилого мужчину, спокойно ожидающего у ворот. Стоило ему увидеть приближение Кеншина, как его лицо тут же наполнилось приветливой улыбкой, а движения стали еще более утонченными. — Доброе утро, Накаяма-сан, мое имя Нара Ясуо, и я здесь, чтобы пригласить вас на встречу с главой клана. — Уважительно сказал мужчина, и низко поклонился. Кеншин был весьма удивлен его поведением, и не мог понять, в чем причина. Подобное низкопоклонство могло быть применимо лишь к дружественному главе клана, стоящего на одной ступени с кланом Нара. Однако, решив не забивать себе голову подобными вопросами, Кеншин поклонился Ясуо в ответ, демонстрируя свое отношение. — Я с радостью встречусь с Шикаку-саном. Ведите. — Ответил Кеншин, решив сразу перейти к делу, и как можно скорее завершить свое пребывание в Конохе. ***** Квартал клана Нара отличался еще большими размерами и богатством, нежели клановый квартал Абураме. Кеншин не спешил продвигаться вперед, и с интересом осматривал все вокруг, воспроизводя перед глазами истории рассказанные Касуми. Будучи одной из самых близких жен Кеншина, Накаяма Касуми очень любила делиться историями о жизни в родном клане. За прошедший год, она поведала множество историй, и очень тепло отзывалась об отчем доме. Впервые оказавшись в пределах территории клана Нара, Кеншин почувствовал странное родство, будто сам вырос в этих местах. Врожденный темперамент большинства членов клана Нара, сильно резонировал с его собственным взглядом на этот мир, от чего все вокруг казалось таким родным, и приятным. Нара Ясуо не мог не обратить внимание на странное поведение уважаемого гостя, и заметив его заинтересованность архитектурой, и дизайнерскими решениями в пользу умиротворения и единения с природой, лишь улыбнулся, и замедлил шаг, позволив гостю насладиться величием клана Нара. Кеншин в свою очередь наслаждался легкой прохладой, излучаемой множеством искусственных прудов, и густых деревьев, под которыми то и дело можно было заметить спящих членов клана Нара. Все это настолько сильно резонировало с его душой, что он загорелся идеей, соорудить нечто похожее у себя дома, и блаженно нежиться на берегу чистейшей реки с теплым течением. Находясь в глубоких размышлениях вперемешку с эйфорией от пребывания в столь приятном месте, Кеншин не заметил, как подошел к богато украшенному дому. Он был удивлен столь большим уровнем доверия, и допуском к дому главы клана, однако в глубине души был весьма доволен, ибо это означало высокую степень открытости и заинтересованности со стороны главы. — Накаяма-сан, мы на месте. Далее не могу пройти даже я, поэтому ваши люди могут побыть здесь. Надеюсь на ваше понимание… — Извиняющимся тоном сказал Ясуо, чувствуя себя немного неловко. — Хорошо. — Спокойным тоном ответил Кеншин, совершенно не страшась какой-либо западни, ибо при желании, Шикаку с отцом, могли уничтожить шиноби уровня Каге, не говоря уже о планах на засаду против человека, едва способного сразить Элитного Джонина. Оказавшись внутри, Кеншин с удивлением отметил стиль и роскошь. Весь фасад дома был выполнен в минималистичном стиле, однако роскошество было заметно невооруженным глазом. Вымощенная редкими камнями дорожка, аккуратно постриженные кусты, и гораздо более явный запах природной свежести. Проследовав по дорожке вперед, Кеншин увидел расслабленно стоящего главу клана Нара. Шикаку будто бы совсем не ощущал присутствие гостя, и продолжал смотреть на резвящихся в пруду рыб. — Спасибо, что приняли мое приглашение. — Не оборачиваясь сказал Шикаку, опередив Кеншина. — Что вы, Шикаку-сан… Ваше приглашение это честь для меня. — С улыбкой ответил Кеншин. — Прежде, чем мы перейдем к делу, позвольте задать вам один вопрос. Что вы видите, глядя на этот пруд? — Меланхоличным голосом спросил Шикаку, обернувшись, и глядя ему в глаза. Кеншин был сильно удивлен подобным вопросом, и внимательно всмотрелся в совершенно обычный на первый взгляд пруд. Помимо идеально выложенных в качестве мостика камней, а так же большой, явно лишней коряги, он не заметил ничего необычного. «И что, черт возьми, я должен тут увидеть?! Почему все сильные шиноби настолько эскцентричные?!» — Недовольно подумал он, чувствуя небольшое раздражение. Ему хотелось прямо заявить о том, что это совершенно обычный пруд, однако он знал, насколько важно создать впечатление умного, и глубоко интеллектуального человека. Именно поэтому, ему не оставалось ничего другого, кроме, как продолжать смотреть. Лишь задействовав стократное фокусирование, и подключив к делу оба потока сознания, он смог, как следует обдумать все, что видит, и выводы не заставили себя долго ждать. Его взгляд мгновенно остановился на двух карпах, плавающих вдали от остальных. Глава 258 — Эти карпы ведут себя необычно. Они, словно две половины одного целого. — Спустя несколько секунд после заданного вопроса, ответил Кеншин. — Как и следовало ожидать, Накаяма-сан, у вас очень острый ум… — С улыбкой похвалил его Шикаку, и продолжил: — Эти карпы не дают мне покоя более полугода. Большой карп является самцом, и после одного совершенно фантастического случая, он будто бы влюбил в себя эту маленькую самку… Невероятно, правда? — Добавил Шикаку, и посмотрел Кеншину прямо в глаза. — Д-действительно, звучит просто потрясающе… — Ответил Кеншин, ощущая себя так, словно его ударило током. «Н-неужели он на что-то намекает? Или это совпадение?!» — Подумал Кеншин, и ощутил огромный внутренний дискомфорт, стараясь сохранять внешнее спокойствие. — Простите, если этот вопрос вас смутил… У нашего клана есть традиция, проверять интеллект важного гостя. И вы, Накаяма-сан, справились с этим на отлично! — С радостной улыбкой похвалил его Шикаку. — А теперь, если не возражаете, пройдемьте в дом. Традиции требуют принять вас так, словно вы являетесь родственником клана Нара. — Добавил он, и будто бы не обращая внимание на дрогнувшего на долю секунды Кеншина, направился к дому. ***** — Если ты обо всем догадался, то почему не уничтожил его на месте, и тем более позволил ему уйти? — Тяжелым голосом сказал глубоко пожилой мужчина, чье лицо было изуродовано множеством шрамов. — Будто ты бы позволил мне это сделать… — Со вздохом ответил Нара Шикаку, потирая уставшие от разговора с Кеншином виски. — С чего ты решил, что я стану препятствовать поимке и убийству похитителя своей любимой внучки? — Изогнув бровь над ослепшим глазом, спросил Нара Шиничи, известный под именем «Теневой Дракон». — Потому что я расшифровал послание предка… — Устало ответил Шикаку, и поднял взгляд, взглянув отцу прямо в глаза. — Т-ты правда смог?! — Обрадовано переспросил бывший лидер клана. — Да… И меня мучает лишь один вопрос… Как он смог это предвидеть пятьсот лет назад?! — В неверии заявил Шикаку. — Я и сам хотел бы это знать… — Со вздохом сожаления ответил Шиничи. ***** Покинув дом главы клана Нара, Кеншин чувствовал себя очень странно. И хотя его приняли, как очень уважаемого гостя, однако все это время его не покидало чувство дискомфорта, словно он чего-то не понимал, и являлся пешкой в чужой игре. Шикаку не выказал никакого негативного отношения, и его эмоции выражали крайнее дружелюбие, без тени неудовольствия. К тому же, клан Нара выразил большое желание о сотрудничестве с Семьей Накаяма, пообещав привлечь инвестиции, а так же связи среди элит этого мира. Однако, не смотря на огромное количество плюсов от встречи с Шикаку, Кеншин совершенно не чувствовал радости. Он был настолько сильно поглощен анализом всего случившегося, что совсем не заметил, как добрался до последней точки в списке важных дел в Конохе. — Ох! Господин Накаяма, пожалуйста, присаживайтесь. — Вздрогнув от неожиданно вошедшего гостя, сказала Аяме, и глубоко поклонилась. — Добрый день, Аяме. Три порции рамена, пожалуйста. — Оправившись от состояния транса, с легкой улыбкой сказал Кеншин, заставив молодую девушку покраснеть, и в смущении отвести глаза. Девушка уважительно кивнула, и тут же скрылась за ширмой, ведущей на миниатюрную кухню, а затем разразилась взволнованным шепотом, пытаясь растормошить очень неторопливого отца. «Отец, пришел господин Накаяма… Да, тот самый!» — С помощью чуткого слуха услышал Кеншин, и не мог не улыбнуться, тому, насколько сильно поднялся в статусе за последний год. — Господин Накаяма, меня зовут Теучи, и я рад приветствовать вас в «Ичираку Рамен» — Уважительно поклонившись, отчеканил мужчина с вкраплениями седых волос. — Что вы, Теучи-сан, оставьте этот официоз для неуверенных в себе аристократов. У меня есть к вам дело, но оно подождет. А пока, принесите мне рамен вашего приготовления. — С благожелательной улыбкой сказал Кеншин. Услышав очень добрый и дружелюбный настрой весьма влиятельного и очень богатого господина, Теучи не мог не вздохнуть с облегчением. Морщины на его лице разгладились, и еще раз поклонившись, он удалился на кухню, чтобы в очередной раз сделать то, что долгие годы приносило ему несказанное удовольствие. ***** Возвращение Кеншина за стены родной крепости прошло на редкость празднично. К нему на встречу выбежали все женщины, и поочередно бросились в его объятия. Макото тихонько поскуливала от переполнявших ее эмоций, а Карин не стесняясь запрыгнула на шею отцу, дабы иметь возможность прижаться к его голове. — Девочки, я тоже безумно рад вас видеть, но давайте сперва зайдем внутрь. — С улыбкой сказал Кеншин, и приобняв Хитоми и Макото за талии, направился вперед. Он был настолько рад возвращению домой, что внутри него будто активировались все инстинкты, и даже неспешное шествие с идущими бок о бог женщинами, не оставило его равнодушным. Он не мог не обратить внимание на соблазнительные покачивания пышных бедер Хитоми, и на обольстительную красоту хрупкой малышки Макото. — Ах! — Синхронно взвизгнули обе, ощутив на своих попках крепкие руки Кеншина. — Пфф, кобель! — Недовольно фыркнула Норико, и демонстративно отвернулась. — Кеншин, ты чего?! — Шикнула Кейко, намекая на сидящую у него на шее Карин. — Кхм… Разве я не могу выказать проявление любви своим женам? — С легкой улыбкой ответил он, заметив заинтересованный взгляд Карин, и дабы выпутаться из ситуации, легонько шлепнул Кейко и Нацуми по их упругим попкам, скрытым за короткими, летними юбками. — Уууф, Кеншин, и меня… И меня! — Застонала в миг возбудившаяся Мэюми, и уперевшись руками в стену, задрала свою и без того короткую юбку, потрясывая упругой попкой. Стоило ему увидеть соблазнительные булочки упругой попки в сиреневых стрингах, как его глаза наполнились похотью, а разум практически полностью его покинул, уступив место небывалому возбуждению. Не думая ни о чем другом, он сделал шаг вперед, и как следует шлепнул Мэюми по заднице, заставив ее взвизгнуть, и тихонько поскуливая от переполнявшего ее возбуждения, свести свои длинные ножки вместе. — Моя очередь? — С легкой улыбкой спросила Касуми, и встала рядом с Мэюми, выпятив свою попку в обтягивающих, тренировочных штанах для йоги. Он машинально сконцентрировал свой взгляд на божественной, тренированной попке Касуми, и прежде чем шлепнуть, легонько провел по ней ладонью, наслаждаясь ее упругостью и нежностью, и лишь заметив заинтересованный взгляд Карин, немного пришел в себя, а затем как следует шлепнул. — Уууннгх! — Застонала Касуми, пробуждая самые лучшие воспоминания, и заставляя его член становиться все тверже и тверже. Глава 259 Он хотел было вздохнуть с облегчением, и закончить этот весьма странный, и показной «ритуал», однако у Норико было совершенно иное мнение на этот счет. — Ты и правда, самый настоящий кобель. Сделай это быстро, у меня много дел. — Нарочито деловым голосом заявила Норико, всем своим видом показывая, что делает одолжение. Под ошеломленными взглядами всех присутствующих, она деловито подошла к Кеншину, и повернулась к нему спиной, а затем выпятила свою попку. В следующую секунду раздался громкий хлопок, а лицо Норико на мгновение озарилось довольной улыбкой. Кеншин в этот момент практически утратил связь с реальностью. Его глаза заволокла пелена похоти, а соблазн накинуться на одну из своих ослепительно красивых жен прямо сейчас — был несказанно велик. Он желал поскорее закончить этот зашедший явно не туда спектакль, и уединиться с одной из красавиц, как внезапно, Карин спрыгнула с его шеи, и уперев руки в стену, выпятила попку. — Карин, а ну перестань! — Воскликнула Кейко, в миг ощутив стыд за поведение своей дочери. — Да, милая, это совсем не смешно. — Сказал Кеншин, чувствуя, что все зашло слишком далеко. — Почему ты шлепаешь всех, кроме меня?! Ты ведь сказал, что делаешь это со всеми, кого любишь! — Со слезящимися глазами заявила Карин, не двигаясь с места. — Да, но это проявление любви взрослых. Ты еще слишком мала… — Ответил Кеншин, и развернув малышку к себе лицом, погладил ее по голове. — Это не честно… — Сказала она хрупким, слезливым голосом. — Пообещай, что будешь шлепать меня каждый день, когда я вырасту! — Добавила она, решительно взглянув ему в глаза. Услышав ее заявление, Кеншин не знал, что ответить. Он хотел обрубить подобную мысль на корню, однако, глядя в жалостливые, малиновые глаза маленькой красавицы, не смог ей отказать. — Хорошо. Если ты не откажешься от этого желания к своему шестнадцатилетию, тогда я выполню твое желание. — Со вздохом сказал Кеншин, удивив всех присутствующих. — Ура! Я постараюсь вырасти поскорее! — Радостно воскликнула Карин, прижавшись лицом к широкой груди любимого отца. Ее заявление слегка рассмешило окружающих, и снизило градус напряжения. Однако Кеншин ощутил в ее словах нечто странное, и воспринимал их совсем иначе, нежели остальные. ***** После весьма странного разговора со своей любимой дочерью, Кеншин первым делом направился в душ, пригласив с собой соскучившуюся по ласке Макото. Она была поистине шокирована его пылким желанием, и лишь спустя час смогла покинуть ванную комнату на подкашивающихся ногах, но с довольным выражением лица. После душа, Кеншин чувствовал себя так, словно заново родился. Он неспешно проследовал на родительскую кухню, шлепнул наклонившуюся над столешницей Касуми, и поцеловал сидящую рядом Айю. — Ничего себе… Разве Макото не постаралась за нас всех? — С легкой улыбкой спросила Касуми. — Она невероятна, но не думайте, что у меня не осталось сил заняться вами! — Со смехом ответил Кеншин, и сел на свободный стул, притянув на колени черноглазую красавицу. — Ну же, Кеншин, расскажи, как прошел твой визит в Коноху, мы ведь умираем от любопытства! — Захныкала Касуми, желая услышать — Все прошло отлично. Через несколько дней нас должен навестить Абураме Тадао, и сообщить окончательное решение. Но судя по тому, что я покинул Коноху невредимым, они решили не принимать кардинальных мер. — С легким чувством удовлетворения сказал Кеншин, не переставая гладить нежную спину любимой женщины. Касуми и Айя не могли не улыбнуться, когда услышали, что их семье ничего не угрожает. Они радостно прижались к его груди, и наслаждались долгожданным моментом спокойствия и умиротворения. — Я виделся с Шикаку, и даже был у него дома. — Спокойным тоном сказал Кеншин, на что Касуми резко вздрогнула, и подняла голову, уставившись на него ошеломленным взглядом. — П-правда?! — В неверии спросила она, на что Кеншин утвердительно кивнул. — Меня тепло приняли, даже очень… Клан Нара изъявил желание о плотном и взаимовыгодном сотрудничестве, но все время, пока я сидел напротив Шикаку, я чувствовал, будто он видит меня насквозь… — Вновь погрузившись в свои размышления, сказал Кеншин. — Многие чувствует подобное, находясь под зорким взглядом дяди или дедушки. Не переживай, это его способ узнать тебя получше. — Успокаивающим тоном прошептала Касуми. Она была поистине счастлива от первого шага в сторону союза между двумя кланами. — Нет, это было нечто совершенно иное… Я думаю, он знает, что ты у меня. — Спустя несколько секунд очередных раздумий, заявил Кеншин. — ЧТО?! — Воскликнула Касуми, и буквально подпрыгнула с его коленей, а затем уставившись на него выпученными глазами, добавила: — К-как он может узнать? Откуда?! — Тшш… Успокойся, милая. — Ласково сказал он, и протянув обе руки, нежно притянул ее за попку, и вновь усадил к себе на колени. — Н-но это ведь невозможно! Никто и никогда не видел меня, или одного из наших сыновей использующих теневое подражание! — Все еще будучи шокированной, пробормотала Касуми. — Это всего лишь мои подозрения… Однако Шикаку вел себя уж слишком подозрительно, наполняя наши разговоры множеством аллюзий и подтекстов. Не все из них мне понятны, но чем большее я их осмысливаю, тем сильнее вижу их сходство. Суть предельно проста — член семьи покинувший дом, чтобы ринуться в неизвестность… — Поглаживая обеих девушек по гладким бедрам, сказал Кеншин. — Э-это… Тебе нужно быть на чеку. Если дядя Шикаку и правда узнал о том, что я здесь — ты можешь быть в опасности! — Серьезным тоном заявила Касуми. Она знала нрав Шикаку и Шиничи, и была уверена, что если у них возникли подозрения, рано или поздно они все выяснят, и будут действовать. — Не волнуйся, совсем скоро нам не нужно будет больше скрываться, и тогда, даже у Шикаку не останется выбора, кроме, как одобрить наш союз. — Решительно сказал Кеншин, глядя в темные, словно ночь глаза любимой женщины. Глава 260 После часа расслабляющего отдыха в компании своих ласковых жен, Кеншин решил вернуться к работе, и первым делом направился в спортзал, где довольно быстро нашел тренирующегося Пятьдесят Седьмого. — Отец! — Радостно воскликнул он, и бросился в его объятия. — Вижу, ты достиг небольших успехов. Молодец! — С довольной улыбкой сказал Кеншин, от чего парень гордо выпрямил спину, наслаждаясь похвалой уважаемого отца. — Угу, я наконец смог немного улучшить свою способность! — Гордо заявил Пятьдесят Седьмой, и заметив расширившуюся улыбку отца, стал еще довольнее. Имя: Пятьдесят Седьмой Возраст: 20 лет Уровень таланта: 38 Качество чакры: 3 Количество чакры: 4400 Контроль чакры: 37% Контроль над гравитацией Ур 2 ***** — Действительно… И чему же ты научился? — С интересом спросил Кеншин, в предвкушении ожидая демонстрации настолько необыкновенной способности. — Теперь я могу делать вещи более тяжелыми. — Ответил Пятьдесят Седьмой, и после небольшого кивка со стороны отца, продолжил: — Ичиро проверил силу утяжеления, и сказал, что она примерно в пятнадцать раз выше обычной… — Пятнадцатикратное утяжеление всего за неделю с начала тренировок? Это же замечательно! — Радостно заявил Кеншин, и повел сына на полигон, дабы убедиться во всем самому, и протестировать все грани этой удивительной способности. ***** После получасового теста способностей Пятьдесят Седьмого, Кеншин был в полном восторге. Помимо того, что власть над гравитацией позволяла полностью избавиться от силы притяжения, и ускориться более, чем в несколько раз, Пятьдесят Седьмой спешно пытался освоить способность локального увеличения или уменьшения гравитации, дабы иметь огромное преимущество в бою. Однако, на данный момент он не имел большого опыта во всем, что касалось боевых искусств, и не мог разрабатывать новые, эффективные приемы. Кеншин в свою очередь совершенно не давил на любимого, избалованного «двумя мамами» сына. Социальный аспект взаимодействия взрослого Пятьдесят Седьмого, с маленькой Карин, и юной в душе Макото не мог не интересовать Кеншина, и во время взросления сына, он не переставал следить за его психо эмоциональным развитием. Однако, как бы он не переживал о побочных эффектах подобного воспитания, Пятьдесят Седьмой совершенно не имел отклонений в развитии, и лишь в небольшой степени унаследовал тонкую, чувствительную натуру, которая без особых проблем могла быть скорректирована под чутким вниманием отца, и невероятной Ареной Патриарха. ***** Дни продолжали свой неспешный ход, а Семья Накаяма становилась все крепче и сильнее. На 513-й день Кеншин вновь оплодотворил Касуми и Нацуми, вплотную подобравшись к повышению уровня. 514-й день принес собой рождение двоих малышей. Шестьдесят Седьмой был совершенно обычным сыном Мэюми, и ничем не выделялся. Однако от этого, Кеншин не переставал его любить. Шестьдясят Восьмой в свою очередь имел весьма высокий, среди сыновей Норико, показатель таланта в 46 единиц, что в свою очередь давало неплохие шансы на становление Каге. ***** 515-й день. Окраина поселения Накаяма. Получив распоряжение от начальства, Шибито Азума считал, что поездка в далекие края, на встречу с незначительной организацией наемников является не более, чем огромной тратой времени. Однако находясь перед внушительным сооружением посреди абсолютно черной дороги, и глядя на проезжающие мимо огромные повозки, он все больше задумывался о том, что не все из слухов о загадочной Семье Накаяма являются ложью. — Доброе утро, господин. Пожалуйста, представьтесь, и назовите цель своего визита. — Уважительно сказал вышедший из небольшого здания мужчина. — Мое имя Шибито Азума, и у меня дело к вашему господину. — Равнодушно ответил Азума, не переставая с интересом оглядывать весьма необычную, одинаковую форму всех присутствующих людей, и мысленно отметил внушительные богатства этой организации, способной снарядить одеждой высокого качества даже столь незначительных работников. — Одну минуту. Мне нужно известить начальство. Вы можете зайти внутрь, и немного отдохнуть. — С некоторой долей подобострастия ответил мужчина, все еще чувствующий некоторый страх перед стоящим напротив него шиноби. Будучи высоким, широкоплечим мужчиной с проблесками седины, Шибито Азума не первый раз вызывал подобную реакцию у окружающих, и совершенно перестал обращать на это внимание. Напротив, он считал приглашение зайти внутрь, не соответствующим его статусу, и лишь благодаря весьма важному делу, не спешил давить на местных работников. Однако, стоило ему зайти внутрь весьма странного здания из необычного камня, как его глаза расширились сами собой. Ожидая увидеть привычный нищий интерьер любого пропускного пункта, с запахом дешевого табака, и грязных носков, а так же следами копоти и въевшимся в стены запахом дыма от печи, он был несказанно удивлен, когда перед его глазами образовалась совершенно иная картина. Здание хоть и не было большим, однако удивило его своим интерьером. На стенах не было ни следа копоти, а запаху внутри могли позавидовать дома многих, не зажиточных аристократов. Пройдя по небольшому коридору, он оказался в маленькой комнате, с весьма роскошным диваном и парой кресел. — Господин, желаете что-нибудь выпить? Для уважаемых гостей у нас есть «Клинок Самурая» тридцатилетней выдержки. — Уважительно сказал сопровождающий его мужчина. — Хм? Хорошо, неси. — Немного подобрев, ответил Азума. Усевшись на удобное кресло, Азума принялся осматриваться по сторонам, с похвалой отмечая здешний интерьер, и убеждаясь, что эта поездка не настолько бесполезна, как ему представлялось ранее. Помимо отличной мебели, и качественной побелки и покраски стен в насыщенные цвета, доступные лишь для очень богатых людей, в комнате была красивая картина, а так же необычный стеклянный светильник, вмонтированный в потолок. «Не пожалели денег даже на фуиндзюцу освещения… Куроцучи и впрямь имеет чутье на огромную выгоду…» — Удивленно подумал он, оценивая огромные богатства, затраченные на совершенно незначительный пропускной пункт, и удобство обычных работников. Он не переставал осматривать все элементы этой комнаты, и на секунду его взгляд задержался на необычной, весьма длинной бумаге. Он не желал подсматривать в чужие документы, однако, обладая невероятным зрением, даже с расстояния в несколько метров, он без проблем прочитал кусочек виднеющегося текста, и не смог сдержать своего любопытства. Взяв в руки эту небольшую газету, он был очень удивлен ее содержанием. Газета имела весьма странное название «Вести Накаяма», и пестрила разнообразными достижениями и новостями.