В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 61 С подавленной чакрой, она была не сильнее обычной девятнадцатилетней девушки. И если бы не огромное истощение организма, возможно ее сопротивление было бы частично успешным, но сейчас она не могла найти в себе сил, чтобы пересилить хватку крепкого парня, который сжал ее руки, и силой прижал к кровати. — Прости, Касуми. Я не причиню тебе вреда, не вырывайся… — Прошептал Кеншин, но это не сработало. Девушка зарычала и стала вырываться еще сильнее, впав в истерику. Кеншину пришлось держать ее еще около десяти минут, пока она наконец не перестала биться в истерике, и наконец услышала его предложение: — Успокойся! Я обещаю, что тебя здесь никто и пальцем не тронет! Ты станешь свободна через неделю. Если захочешь — уйдешь куда глаза глядят, обещаю! — Ты подлец, как я могу тебе верить?! — Прорычала Касуми из последних сил, будучи прижата к кровати. — Пока ты была без сознания, я не сделал с тобой ничего непристойного. Через неделю ты будешь абсолютно свободна, и сможешь уйти куда захочешь. — Еще раз повторил Кеншин, пытаясь успокоить девушку. Выбившаяся из сил Касуми наконец немного успокоилась, и решила, что у нее нет выбора, и следует подождать, как минимум до тех пор, пока не вернет себе форму, и как следует не отдохнет. К тому же, вопреки здравому смыслу, Касуми в глубине души вновь поверила Кеншину. Она сразу же мысленно себя отругала, но дружелюбие проявленное к нему с самого начала так до конца и не прошло. Как только девушка успокоилась, Кеншин отпустил ее, и отсел в сторону. Он взял стакан с водой, и сказал: — У тебя обезвоживание, вот, попей. Девушка несколько секунд молча пялилась на юношу, и после того, как он сделал глоток, все-таки приняла протянутый стакан, и аккуратными глотками его опустошила. — Тебе нужно отдохнуть. Не волнуйся, тебя никто не потревожит. Вот, здесь есть защелка, и ты можешь закрыться сама. Безшумно сюда никто не войдет, и ты сможешь как следует отдохнуть. — С улыбкой сказал Кеншин, стараясь выглядеть максимально дружелюбно. Ему было противно от самого себя за то, что заставил такую красивую девушку плакать, поэтому он планировал сдержать свое слово, и не брать ее силой, и даже отпустить ее через неделю, если она захочет уйти. В этом он немного лукавил, и надеялся на то, что обаяние Патриарха сыграет свою роль. К тому же, он был уверен в своих умениях обращения с девушками, и надеялся, что все это сработает. Как только Кеншин вышел за дверь, Касуми с трудом поднялась, и задвинула защелку, дабы чувствовать себя хоть в каком то подобии безопасности. Ей было не до сна, поэтому она принялась рыться в комнате в поиске того, что поможет ей сбежать. К сожалению в комнате не было никаких острых металлических предметов, но она не отчаивалась и продолжала осматривать всю комнату. Но как только она заглянула в гардероб, то сразу же забыла свою первоначальную цель. Внутри было огромное количество невероятно красивой и стильной женской одежды из прошлого мира Кеншина. Молодая куноичи впервые видела такой материал, фасон, и стиль, но все увиденное ей безумно нравилось. Касуми хоть и была профессиональной куноичи, но как и многие девушки — обожала все прекрасное, особенно красивую одежду. Даже в таком подавленном состоянии она не могла удержаться от того, чтобы не приметить красивую розовую маечку с рисунком сердечка на груди, и короткие летние шорты, которые она бы никогда не стала носить на людях из-за своей природной стеснительности. Но как только она наткнулась на маленький шкафчик с разнообразными трусиками, то мгновенно задвинула его обратно, и покраснела. Увиденные прозрачные трусики были самым откровенным предметом нижнего белья, которое она когда-либо видела. Отвлеченная от прошлых страхов, девушка сама не заметила, как расслабилась и захотела спать. Для большей безопасности она подперла стулом ручку двери, и только после этого смогла лечь в кровать, впервые за все время обратив внимание на мягкость и невероятный комфорт этой поистине царской кровати. Будучи членом основной ветви клана Нара, Касуми была привычна к роскоши, но никогда не видела ничего подобного этой комнате. Все было выполнено в совершенно незнакомом этому миру стиле, и из совершенно неизвестных материалов. Если бы все не выглядело так реалистично, она бы давно подумала, что спит. Но тренировки клана Нара по распознаванию измененных состояний и определению простейших гендзюцу не прошли даром, поэтому девушка была уверена, что все вокруг — абсолютно реально. Погруженная в свои размышления, девушка сама не заметила, как погрузилась в сон. Сказывались три бессонные ночи, и общее истощение организма. В то же самое время, в гостиной, Кеншин сидел на кресле главы семьи, а напротив него на диване сидели две его великолепные жены, с виднеющимися животами. — Кеншин, ты уверен, что стоило приводить домой эту опасную куноичи? — Спросила Айя, будучи явно недовольной тем, что муж привел в дом очередную женщину. — Да, Кеншин, она права. Если уж решил привести в дом эту невероятную хитрую сучку из клана Нара, то ее нужно, как минимум связать, и вообще бросить в подвал! — Возмущенно добавила Нацуми, совершенно не обрадованная тому, что в доме появилась третья женщина. — Успокойтесь, обе. Во первых у нас нет подвала. А во вторых, она не такая плохая, как вы о ней думаете. К тому же на ней те самые манжеты, и если она попытается их вскрыть, то даже с помощью куная это займет определенное количество времени, и я сразу же это почувствую. А в третьих, Нацуми, как ты можешь такое говорить? А что, если бы при нашем знакомстве я точно так же похитил тебя, и связал в холодном и сыром подвале? — Хм… — Удивилась Нацуми, не зная что ответить, а затем добавила: — Ну… Я была бы не против, если бы ты связал меня прямо сейчас, и… — Нацуми, прекрати! — Возмутилась Айя, удивленная тем, насколько откровенной и пошлой может быть ее лучшая подруга. Глава 62 Кеншин лишь просто улыбнулся, и привстав, притянул Нацуми к себе за руку, усадив ее себе на колени. Девушка довольно мяукнула, и поцеловала мужа в губы, наслаждаясь его ласковой ладонью, блуждающей по ее крупному животу. — Не волнуйтесь, девочки. Касуми никак не повлияет на мою любовь к вам, и не сможет никому навредить. Мы обсуждали это множество раз, и вы должны были понять, что наша семья время от времени будет пополняться новыми женщинами, но от этого я никоим образом не перестану любить вас. — Ласково сказал Кеншин, и вновь поцеловал сладкие губы любящей жены. Глядя на воркующих голубков, Айя закусила губу, и позавидовала своей более решительной подруге. Ей тоже хотелось ласки от любимого мужа, и собравшись с силами, она решительно встала, и шагнула вперед, взглядом попросив Нацуми уступить ей место, и спустя несколько секунд комната наполнилась довольными стонами получившей свое молодой девушки. **** Касуми была настолько вымотана, что проспала весь вечер и всю ночь. Проснувшись на следующее утро, ее первой мыслью было желание сходить в туалет. Прошлым вечером девушка выпила так много воды, что уже не могла терпеть. Сперва она думала позвать кого-нибудь, и попросить отвести ее в туалет, но затем заметила дверь в еще одну комнату, которую она вчера вечером тщательно исследовала. Вспомнив про непонятное на первый взгляд приспособление, она сразу же догадалась для чего оно нужно. Войдя в небольшую ванную комнату, Касуми стянула штаны, и неловко села на весьма удобное сидение. Она была сообразительной с самого рождения, поэтому без труда поняла для чего нужен этот «белый трон» Сделав свои дела, девушка заозиралась в поисках ведра воды, а когда его не нашла, то задействовала свой интеллект на максимум, и спустя минуту додумалась нажать на небольшую кнопочку на большой белой емкости, расположенной поверх белого трона. Она довольно быстро пришла к выводу, что эта емкость служит для хранения воды для смыва, но не могла понять, как эту воду извлечь. Как только произошел смыв, девушка в очередной раз поразилась гениальности этого изобретения, и решила взять эту концепцию на заметку, чтобы установить такие же штуки во всем клане. Не удержавшись, черноволосая куноичи еще раз нажала на кнопку смыва, и не смогла сдержать радостную детскую улыбку, будто бы сделала что-то запретное. Затем она повернула свою голову в сторону водопровода, и виднеющегося вверху большого бака. Она с первого взгляда догадалась о предназначении этих металлических труб, и с изрядным любопытством уставилась на необычный водопроводный кран. Минута потребовалась сообразительной девушке, чтобы понять устройство этой штуки для подачи воды. Она весьма быстро догадалась поднять ручку, и вызвать большой напор холодной воды. Девушка сразу же опустила ручку немного вниз, и напор заметно стих. Мысленно она подивилась этому хитроумному изобретению, и двинула ручку вправо, а затем была буквально ошеломлена от того, что холодная и горячая вода регулировались таким удобным способом. Обнаружив душистое мыло, Касуми сразу же помыла руки в теплой воде, и вдохнула приятный цветочный аромат. Увидев рядом небольшую ванну, она немедленно захотела искупаться, и смыть с себя трехдневный налет грязи и пыли. Переведя взгляд на длинную, и гибкую, как змея штуку с кучей маленьких дырочек на конце, она мгновенно догадалась для чего нужна эта штука. Похожий принцип был у простой лейки, которой ее почившая мать поливала благоухающие цветы. Быстро разобравшись в этом неочевидном на первый взгляд механизме, она настроила подачу воды через душевую лейку, и закрыв дверь на небольшую щеколду, быстро стянула с себя грязную одежду, заприметив пушистый белый халат на двери, и заскочила в ванну, желая помыться быстрее, чем кто-то успеет ее потревожить. Девушка принялась мыться, но даже поспешное мытье было не лишено природной элегантности и женственности. Она не знала для чего нужны многочисленные пластиковые емкости с ароматными жидкостями, и не стала лишний раз лить их себе на тело, поэтому для мытья использовала лишь душистое мыло с ароматом лаванды. Смыв с себя по ощущениям тонну грязи, девушка быстро вытерлась, и завернулась в белый халат, не став надевать свою грязную одежду. Она аккуратно выглянула из-за двери, и не увидев никого, заскочила обратно в комнату, быстро надев на себя простые черные трусики, черные тренировочные штаны, и черную обтягивающую футболку, почему-то решив не надевать лифчик. Будучи тренированной с пеленок куноичи, она привыкла носить все черное и практичное. Страсть к красивой одежде была похоронена глубоко внутри ее души, и девушка была не готова эту страсть оттуда доставать, уж точно не в плену у непонятного, но дружелюбного на первый взгляд незнакомца. Она до сих пор не понимала причину своего пленения, и того, кем был этот таинственный юноша, живущий в совершенно сказочном месте. На секунду она задумалась о том, что попала в другой мир, но была не готова поверить в такую чушь. Пока Касуми приводила себя в порядок, жизнь в доме семьи Накаяма вовсю кипела. Кеншин уже успел принять душ, а две девушки готовили завтрак. Сыновья были немного напряжены, ибо Ичиро не до конца доверял новоприбывшей девушке, и сказал младшим братьям быть наготове. На часах было девять утра, и настало время семейного завтрака. Кеншин решил, что Касуми уже должна была проснуться, поэтому направился в ее комнату, и легонько постучал. — Касуми, открывай, это я. — Сказал он как можно более дружелюбным тоном. Спустя несколько секунд дверь открылась, и Касуми отошла к своей кровати, готовая ко всему. Как только Кеншин вошел в комнату, и закрыл за собой дверь, он не смог сдержать вздох удивления от красоты стоящей перед ним девушки. Ее длинные волосы еще не совсем высохли, и длинной гривой ниспадали до самой поясницы. Ее красивые, черные, как ночь глаза, пленили взгляд, а выпирающая из обтягивающей черной майки грудь, заставила Кеншина пораженно уставиться прямо на нее, и не реагировать ни на что другое. Спустя несколько секунд Кеншин прочистил горло, и сказал: — Ты прекрасно выглядишь. Буквально пять минут назад Касуми готовилась быть жесткой с этим наглым парнем, и не вестись на его льстивые речи, но в этот момент весь ее настрой был полностью разрушен, и черноволосая куноичи лишь покраснела, и сказала: — Спасибо… «Дура! Он похитил и запер тебя у себя дома! Как ты можешь быть с ним такой учтивой?!» — Ругала она сама себя, ущипнув за руку. Но увы, девушка не могла ничего с собой поделать, и в миг забыла все те решительные претензии, которые хотела предъявить этому наглецу. Глава 63 — Я смотрю, ты освоилась с ванной комнатой. Что и следовало ожидать от девушки из клана Нара… Ты голодна? Пойдем, время завтракать. — Сказал Кеншин, и схватив девушку за руку, потянул за собой. «Вырвись, и дай ему пощечину!» — Мысленно ругала себя Касуми, однако так ничего и не сделала, и покорно пошла в след за этим властным парнем. В этот момент она была зла на саму себя, и чувствовала противоречия в душе. Она не понимала, с чего вдруг считает этого парня близким другом, и чувствует к нему такую теплоту, ведь он буквально вчера наглым образом похитил ее, и держит взаперти. Но ее противоречивые мысли были прерваны огромным любопытством по отношению к месту, в котором она оказалась. Касуми во все глаза смотрела на красивый коридор, несколько дверей, и идеально настеленный паркетный пол. — Представляю тебе мое скромное жилище. Здесь моя спальня, а дальше по коридору столовая. Туда мы как раз и идем. — Сказал Кеншин, не отпуская миниатюрную ручку девушки. Касуми было весьма любопытно, куда она попала, и где находится такой невероятный дом со своим водоснабжением, и такой чудесной отделкой. Она пыталась вспомнить все ближайшие места, где теоретически мог находиться такой дом, но ее размышления были прерваны прибытием в столовую. Как только она вошла внутрь, то сразу же увидела перед собой шикарный длинный стол за которым сидели крепкие на вид парни, с большинством из которых она пересеклась вчера. Они лишь удостоили ее безразличным взглядом, и кивнули Кеншину. Касуми не заостряла внимание на этих парнях, а мгновенно перевела взгляд на двух девушек сидящих по бокам, прямо рядом с пустующим местом в торце. Две девушки уставились на нее в ответ, и несколько секунд сверлили новоприбывшую настороженным и неприветливым взглядом. Неловкую ситуацию развеял Кеншин, который улыбнулся, и сказал: — Вот, Касуми, ты моя гостья, поэтому садись рядом со мной. Как только черноволосая куноичи была практически силой посажена на соседний от Кеншина стул, он внезапно сказал: — Позволь тебя познакомить со своими женами. Это Айя, а это Нацуми. Девочки, поздоровайтесь. — Привет, Касуми. Мы рады с тобой познакомиться. — С фальшивой улыбкой прощебетали обе девушки, не желая расстраивать мужа, но и не желая дружить с новоприбывшей девушкой. — Эмм, привет… — Пробормотала Касуми, будучи полностью шокированной этим известием. «Жены?! У него уже есть две жены?!» — Воскликнула она мысленно, и сразу же почувствовала неизвестно откуда взявшуюся горечь. После того, как Кеншин откусил кусочек отлично пропеченного мяса кабана, все остальные тоже приступили к завтраку. Касуми была очень голодна, поэтому тоже принялась есть, на время забыв о своих переживаниях. После того, как сыновья Кеншина закончили есть, они молча встали, поблагодарили матерей за еду, помня об указе отца, и не называя их «мамами», затем встали, и дружно вышли из столовой, направившись в спортзал. — Касуми, давай поможем Айе и Нацуми убрать со стола? — С улыбкой сказал Кеншин, намереваясь тем самым хоть немного разрядить напряженную атмосферу возникшую между его женами и этой красивой куноичи. Касуми хотела возразить, что находится в плену, но почему-то вопреки своим мыслям, молча встала, и наравне со всеми принялась убирать со стола, и относить грязные тарелки на кухню. Она то и дело удивлялась футуристичностью всех комнат в этом необыкновенном жилище. А когда увидела невероятные технологичные приборы, то совсем забыла о своем плохом настроении, и принялась расспрашивать Кеншина о том, как устроена эта чудо-машина, именуемая «холодильником» или та громоздкая штуковина, которая сама мыла тарелки. Кеншин с радостью объяснил, как все устроено, умолчав только о формациях, являющихся основой этих приборов. Девушка поняла, что это является секретной информацией, и не настаивала. Будучи профессиональной куноичи, она, как никто другой знала о ценности информации, и умела хранить тайны. Все это время она то и дело бросала взгляд на большие животы двух девушек, но стеснялась спросить, и только когда Кеншин усадил всех за маленький столик на кухне, и налил им странный светло-коричневый напиток, она осмелилась задать интересующий ее вопрос. — Эмм, а вы что, беременны? — Угу, мы обе носим детей от Кеншина. И скоро родим ему прекрасных малышей, да, Айя? — С хитрой, лисьей улыбкой сказала Нацуми, показав свои маленькие аккуратные клыки. Айя лишь хихикнула, и мило прикрыла рот ладошкой, соглашаясь с подругой. Касуми была в шоке, и уставилась на Кеншина, который лишь пожал плечами, и пояснил: — Я люблю своих девочек, и хочу чтобы они родили мне детей. Он встал над обеими девушками, и погладил их по головам, а затем поцеловал в любезно подставленные щечки. Касуми внезапно для себя почувствовала легкий укол ревности, и захотела дать Кеншину сильную затрещину, чтобы перестал целовать других девушек. Она сразу же одернула себя, и поняла, что не может запретить Кеншину целовать своих беременных жен. Касуми была полна противоречивых чувств, и даже не сразу обратила внимание на чудесный вкус этого напитка. — Ммм… Как вы говорите называется этот напиток? — Смакуя сладкий, молочный вкус, сказала черноволосая куноичи. Глубоко в душе она была ранимой маленькой девочкой, и очень любила все красивое, а так же все сладкое, но с самого детства эта часть характера была сильно подавлена самодисциплиной и обучением военизированной направленности. — Это кофе. А что, понравилось? Если останешься со мной, сможешь его пить, хоть каждый день. — С улыбкой сказал Кеншин, специально используя слово «со мной». Касуми немного покраснела, и перевела взгляд на двух девушек, желая посмотреть на их реакцию. И когда ничего не заметила, то спросила: — А разве твои жены не против, что ты похитил, и просишь остаться у себя другую девушку? — Если честно, будь моя воля, ноги твоей не было бы в этом доме… — Начала было говорить Нацуми, но была прервана недовольным окриком Кеншина: — Нацуми! Перестань! — Я не договорила. — Сказала Нацуми, и посмотрев мужу в глаза, вновь перевела взгляд на Касуми, продолжила свою речь. — Но я уважаю любое решение своего мужа, и подчинюсь ему, что бы он не решил. Я даже стану твоей лучшей подругой, если он захочет. Касуми была шокирована. Едва сдерживая свое изумление, тем не менее она выдержала суровый взгляд Нацуми, и лишь вздохнула, а затем перевела взор своих черных, как ночь глаз на Кеншина, и спросила: — Может быть объяснишь мне наконец, зачем ты меня похитил? Что тебе нужно? Знания клана Нара? Если да, то можешь меня убить, ты их никогда не получишь. — На одном дыхании выпалила девушка. Раз уж все ведут себя так откровенно, то и она решила не сдерживаться. — Хм, спрашиваешь зачем я тебя похитил? Ну, во первых не похитил, а спас. А во вторых — конечно же для того, чтобы ты стала моей третьей женой, и родила мне детей. — Без смущения ответил Кеншин. — ЧТО?! — Воскликнула Касуми. — Никогда! Я никогда не стану твоей женой, и уж тем более не рожу тебе детей! Черноволосая куноичи была в абсолютном шоке и гневе. Даже ее благожелательное отношение к этому парню не могло потушить весь гнев, который вспыхнул в ее невероятно волевых глазах. Глава 64 Если бы любой другой парень заявил такое одной из принцесс клана Нара, все посчитали бы его живым трупом. Эта агрессивная куноичи не допускала в свою сторону ни одного похотливого взгляда, а уж тем более слова. И хотя глава клана отказывал всем желающим заключить брак с этой красавицей, по неподтвержденным слухам, этой «бестии» предстояло стать женой будущего главы клана, дабы не выпускать таланты из семьи, а так же, с целью не позволять ему расслабляться. Все члены клана Нара были умнее большинства людей, и поэтому половина управленческих должностей Конохи была закреплена за ними. Но у мужской части клана с давних времен была склонность к невероятной лени, которая компенсировалась жесткостью их жен. Если в клане не было достаточно талантливой, красивой, и волевой девушки, которую можно было сосватать сыну главы клана, великий старейшина, и нынешний глава клана лично искали как можно более родовитых, талантливых, и волевых девушек со стороны. Кеншину сильно повезло, что Касуми очень хорошо к нему относилась, иначе она бы предприняла попытку его задушить или загрызть, не выдержав такого оскорбления. По своей натуре она была очень неуступчива и своенравна. Нара Шикаку с радостью поддерживал эту черту характера своей племянницы, и давал ей расти, как можно более агрессивной и самоуверенной, тихонько посмеиваясь над своим маленьким сыном, которого в будущем ждет такой невероятный подарок. ***** Шикаку был в неописуемом гневе, когда узнал, что его племянница пропала без вести, и возможно была убита. Он сразу же мобилизовал элитный отряд, состоящий из Джонинов клана, и самолично отправился на поиски, прибыв к пещере, в которой была заперта Касуми, на утро 188-го дня. — Господин, мои люди обыскали всю местность, и мобилизовали все группы из окресностей. Нам удалось поймать всех троих. Команда Касуми подтвердила, что это именно те нукенины, которых она отвлекла на себя. Шикаку всю прошлую ночь был в абсолютном бешенстве, когда мчался в это богом забытое место на всех парах, и обшаривал лес, как какой-то Генин. Услышав о том, что предполагаемые убийцы его любимой племянницы все-таки нашлись, он хмыкнул, и велел привести их к нему. — Аааа! Не убивайте, пожалуйста! Шикаку-сама, пощадите, мы не знали! — Бросившись на колени закричал один из подручных командира отряда нукенинов. Узнав, кому они перешли дорогу, он был в ужасе, и сразу же решил умолять сохранить ему жизнь. Шикаку ничего не ответил, но волочащий нукенина Джонин, схватил его за шиворот, и оттащил от своего господина, не сильно ударив по ребрам. Но то, что для Джонина было «не сильно» — для Чунина обернулось переломом трех ребер, и выплевыванием огромного количества крови. — Инояма-сан, они ваши. — Сказал Шикаку, не утруждая себя разговорами с этим никчемным мусором, решив довериться брату главы клана Яманака. Красивый, обаятельный блондин улыбнулся, и вежливо кивнул главе клана Нара, а затем сурово посмотрел на троих, и сложил несколько печатей, прошептав: — Сайко Дэнщин! В воздухе сразу же сформировались три невидимые линии, и впились в головы всех троих нукенинов, соединившись с Яманака Иноямой, а от него вошли в голову Шикаку, который добровольно позволил этой линии войти в свой мозг, и мог развеять технику одним волевым усилием, поэтому без особой опаски принялся смотреть отфильтрованные воспоминания троих нукенинов. За пять минут Шикаку увидел все. От засады на команду Касуми, до ее преследования, и обвала свода пещеры. Он так же прекрасно видел, как «лидер» нукенинов несколько раз чуть ли не убил его любимую племянницу, а так же множество раз называл ее оскорбительными словами. После окончания сеанса, гнев Шикаку был ощущаем, и двое его подчиненных попятились назад, увидев, что тень их господина расслоилась на множество нитей, и зазмеилась в разные стороны, хаотично петляя. Бросив взгляд на все время молчавшего командира нукенинов, Шикаку сделал шаг в его сторону, и пять метров были преодолены в мгновение. Глава Нукенинов задрожал, и зажмурился, смирившись со своей участью. Он не был глупцом, и знал, что выжить после встречи с главой великого клана не получится. Тени Шикаку наводили ужас на весь мир шиноби, и никто не хотел лишний раз встречаться с ним на поле боя. Но командиру нукенинов не повезло, и сейчас этот невероятно опасный шиноби был прямо перед ним. С момента окончания техники клана Яманака не прошло и секунды, а Шикаку уже находился напротив командира нукенинов, и мгновенно нанес удар ногой. Глаза всех подручных Шикаку, и Иноямы сузились, и они мгновенно отскочили на тридцать метров в сторону, едва успев. Командир нукенинов так и не успел заметить этот удар, и все его тело буквально разорвало на мельчайшие ошметки. Удар Элитного Джонина был настолько быстрым и сильным, что в несколько раз преодолел скорость звука, и его последствия разорвали сидящих в трех метрах от своего босса двоих нукенинов. Когда все было «давно» кончено, раздался громкий взрыв, символизирующий о преодолении звукового барьера. Шикаку уже успел убраться в сторону, когда последствия его вспышки гнева проявились. Тот самый не до конца очищенный завал был полностью очищен. Все камни выбило внутрь, или раскидало по сторонам. Огромные валуны потрескались или сломались, а в некоторых местах виднелись красные пятна, от ошметков тел трех нукенинов. Ударной волны от удара Элитного Джонина было достаточно, чтобы дробить огромные валуны, и делать углубления в горе. Даже стоящие рядом Джонины утирали пот со лба, будучи не до конца уверенными о возможности пережить такой сильный удар, если не дай бог разгневают главу клана. Тени позади Шикаку перестали плясать в разные стороны, символизируя о том, что часть гнева он погасил о тела трех уничтоженных врагов. Но его сердце до сих пор болело за любимую племянницу, которую он взял под опеку после смерти ее родителей. Он пообещал себе, что позаботится о ней, и сейчас ему было особенно больно осознавать, что возможно не сдержал свое обещание. Глава 65 — Инояма-сан, что это могло быть, почему внезапно сенсорные техники клана Яманака не работали в этой пещере? — Спросил Шикаку, вновь начиная закипать от такой «удачной» случайности. Как только они прибыли на место, Инояма принялся сканировать все с помощью техник клана Яманака, но спустя несколько минут удивленно заметил, что это невозможно. — Не знаю, Шикаку-сан. Каким-то невероятным образом мои сканирующие техники не работают в этом месте. Точнее они работают, но только вплоть до вчерашнего вечера. А более ранняя информация будто бы стерта… Такое я встречал только на месте битвы биджу, а точнее нападения девятихвостого на Коноху. После его ядовитой чакры тоже было невозможно что-либо сканировать… — Понятно… Хорошо, из того, что у нас есть — это аккуратно разгребенный завал. На некоторых валунах остался след весьма толстой веревки, трущейся о камни. Значит Касуми спасли… Но кто это мог быть? У кого есть такие способности по сокрытию всех следов? И кому из них понадобилась ничем не примечательная куноичи клана Нара? — Размышлял Шикаку. Он был довольно умен, поэтому приметил множество неочевидных деталей, которые даже Кеншин не додумался уничтожить. Кеншин знал, что такую важную фигуру определенно будут искать, поэтому тщательно позаботился о сокрытии следов. На всю ближайшую область он установил формацию помех. И даже их ботинки не оставляли следов. Все отпечатки и разнообразные ниточки от одежды, были тщательно удалены. Но даже при всем при этом, он не подумал о небольших протертых и шероховатых следах веревок на больших валунах, которые тут же заприметил глава клана Нара. Шикаку перевел взгляд на одного из своих подчиненных, и распорядился: — Привлеки людей, и пусть они обыщут всю территорию в радиусе десяти километров на наличие следов. Все новости сообщать лично мне. — Есть! — Сказал Джонин, и сразу же отправился исполнять приказ. — Инояма-сан, спасибо за вашу помощь. Я этого не забуду. — Сказал Шикаку, не в силах натянуть на себя даже подобие улыбки. — Пустяки, Шикаку-сан, наши братские кланы должны помогать друг другу, дабы выстоять в круговороте интриг, и даже окрепнуть. — С улыбкой сказал Инояма. После того, как Шикаку обменялся любезностями с Иноямой, они оба уже находились возле леса. Шикаку сложил несколько печатей, и на глазах у изумленного Иноямы исчез, слившись с тенью. Инояма впервые видел применение этой техники, но был о ней наслышан. Одна из самых сильных техник из арсенала клана Нара. Так называемая «техника прогулки в тенях», которая имела чудовищную вариативность. Пользователь без проблем мог слиться с любой тенью, и путешествовать в тенях, незаметно для всех окружающих. Большинство атакующих, защитных и сенсорных техник никак не влияли на тень, поэтому теоритически, таким образом можно было даже пережить наводящую на всех ужас «бомбу хвостатого». Эта техника по большей части гарантировала, что даже Каге будет сложно уничтожить лучших из лучших шиноби клана Нара. По информации, доступной Инояме, в данный момент в клане Нара было всего два шиноби, которые могли использовать эту технику. Один из них нынешний глава клана Нара, а другой — великий старейшина. Отец Шикаку, так же известный, как «Теневой Дракон», эти двое были столпами клана, обеспечивающими ему прочный фундамент, и защищающие его от любых невзгод. Вздохнув про себя, Инояма запрыгнул на дерево, и помчался в сторону Конохи, мысленно ругая хитрого Шикаку, который наверняка уже преодолел 150-200 километров, и спустя десять минут будет сидеть в своем кабинете. А менее удачливому члену клана Яманака придется еще минимум час бежать до родной деревни. Если бы не множество ограничений, то Инояма мог бы добраться до места за 15-20 минут, но сильным шиноби запрещалось двигаться на таких больших скоростях. Как минимум из-за соображений собственной безопасности. Относительно «небольшая» скорость в 300-350 километров в час могла быть адаптирована под почву и деревья. Опытный шиноби без проблем рассеивал импульс от такой скорости, и не позволял деревьям лопаться, а земле под ногами проваливаться и трескаться. Но вот скорость в 500 километров час, доступная всем более-менее сильным Джонинам, требовала огромного контроля, и большинство шиноби даже уровня Элитных Джонинов, не могли без последствий двигаться так быстро. Разорванные в щепки деревья норовили попасть в весьма хрупкие глаза, и немного их повредить, а ноги норовили увязнуть по колено в рыхлой земле, поэтому в целях собственной безопасности, никто не путешествовал на таких огромных скоростях. **** После того, как Касуми допила свой кофе, Кеншин решил не давить на нее, и постарался немного развеселить девушку, первым делом проведя экскурсию по своему дому. Поникшая и расстроенная девушка заметно приободрилась, ведь она обожала узнавать что-то новое, особенно, когда это «новое» будто бы прибыло из другого мира. Как раз в тот момент, когда он показывал любопытной девушке бассейн с подогревом, Кеншин внезапно почувствовал сигнал тревоги, и улыбка мгновенно пропала с его губ. — Касуми, побудь пока здесь. Можешь надеть купальник вон в той комнате, и немного поплавать. Конечно только если хочешь. — Любезно сказал Кеншин, и быстрым шагом направился в относительно секретную комнатку, вход в которую был из спортзала. Касуми мысленно отругала этого подлеца за бесстыдство, и пообещала себе, никогда не позволить ему увидеть ее в купальнике. Но тем не менее подошла к краю бассейна, и наклонившись, потрогала воду, удивившись тому, что она действительно теплая. Даже клан Нара не мог позволить себе такое сооружение. В этом мире существовали прочные металлы, и методы выплавки труб, но постоянный подогрев воды в бассейне отнимал бы огромное количество дров или угля, а и без того дорогие Фуин, были непозволительной роскошью, чтобы подогревать с их помощью такие огромные резервуары с водой. Пока девушка была погружена в свои мысли, Кеншин быстро «соединился» с основными узлами формации, и стал осматривать полученные сведения. «Хм, поиски добрались даже до сюда… Хорошо, что я додумался основательно скрыть следы нашей жизнедеятельности. Но даже так, если сюда явятся Джонины, они непременно что-нибудь найдут. Не думал, что Касуми настолько важна для Шикаку…» — Размышлял Кеншин, наблюдая за небрежно гуляющими вокруг да около Генинами. По всей видимости этим Генинам было глубоко наплевать на задание, да и это место не вызывало никаких подозрений, поэтому весьма быстро было проигнорировано. Глава 66 Еще вчера Кеншин в спешке приказал сыновьям собрать весь недозревший картофель, и как раз вовремя созревший синий шалфей. А затем до поздней ночи занимался нанесением дополнительных формаций, для лучшего сокрытия. Он прекрасно знал о тесной дружбе клана Нара с кланом Яманака, поэтому подошел к вопросу максимально серьезно, и все еще опасался, что пришедший на место член клана Яманака, сможет разгадать его дешевые трюки. Проследив за двумя Генинами пятнадцать минут, Кеншин вздохнул с облегчением. Двое подростков ушли, так ничего и не заметив. Никто из их начальства и подумать не мог, что в этих горах живет кто-то, кроме возможных дикарей старообрядцев. Вернувшись в дом, Кеншин не обнаружил Касуми у бассейна, зато нашел ее в гостинной. Девушка с интересом полистывала книги, и удивлялась их таинственной необычности. В этом доме необычным было абсолютно все, и девушка всерьез начала задумываться о том, что попала в другой мир. Как только она увидела вошедшего в комнату Кеншина, то встала, уперла руки по бокам, и недовольно заявила: — Может быть, наконец расскажешь, что это за место, и кто ты такой?! Она и до этого несколько раз пыталась поднять этот вопрос, но каждый раз события стремительно менялись, и Касуми так и не успевала обсудить эту серьезную тему. Кеншин с горящими глазами уставился на эту неописуемую красавицу. В данный момент, в его глазах, Касуми была настолько чудесной и милой, что он не мог отвести взгляд от ее тонкой талии, надутых губ, и изящно выпяченной груди. Оправившись от своего наваждения, он глубоко вздохнул, и сел на кресло. — Я не могу сказать тебе все, но у меня нет цели навредить тебе, или кому бы то ни было из твоих близких. Ты действительно невероятная девушка, Нара Касуми, и я всем сердцем хочу, чтобы ты стала моей женой. — Как только он произнес эти слова, весь серьезный настрой Касуми рассеялся, и покраснев, девушка села на противоположное кресло. — Если через неделю ты все еще захочешь уйти — я отпущу тебя, и не скажу ни слова. А пока побудь моей почетной гостьей. — Как можно более ласково сказал Кеншин, смотря девушке прямо в глаза. — Как будто у меня есть выбор… — Пробормотала Касуми, на редкость быстро согласившись с условиями Кеншина. Она доверяла его словам, и не чувствовала никакой опасности, хотя с самого детства обладала сверхъестественной интуицией. — Это чудесно, Касуми! — Радостно сказал Кеншин, и протянул руку, положив ее поверх аккуратной ручки черноволосой куноичи. Девушка не оказывала никакого сопротивления против такого фривольного обращения, хотя буквально несколько часов назад была на грани того, чтобы влепить этому нахалу пощечину. — Раз уж ты так интересовалась бассейном, как насчет того, чтобы составить нам с Нацуми и Айей компанию? — С улыбкой сказал Кеншин, и не дав девушке ответить, слегка потянул ее за руку. — Куда ты меня тащишь?! Я не собираюсь купаться в вашем бассейне, отпусти! — Недовольно бурчала Касуми, сопротивляясь в пол силы. Внезапно Кеншин остановился посреди коридора, и прежде чем девушка успела что-либо сказать, посмотрел в ее прекрасные черные глаза, а затем быстро чмокнул красавицу в губы, и пустился в бега. — СВОЛОЧЬ! — Взвизгнула Касуми, и сразу же бросилась в догонку, готовая разорвать этого наглеца на десять тысяч частей. Но как только она влетела в помещение с бассейном, как Кеншин буквально за секунду снял футболку и шорты с помощью телекинеза, и прыгнул в воду. Спустя несколько секунд он вынырнул, и нахально улыбнулся покрасневшей девушке. — Ты настоящая скотина, Кеншин! — В гневе прорычала Касуми, а затем резко рванула в сторону раздевалки, желая поскорее переодеться в купальник, и добраться до самого бесстыдного человека на земле. Как только она оказалась внутри маленькой раздевалки, то сразу же поразилась тому, насколько много там было купальников. От закрытых, до совсем откровенных, состоящих из нескольких маленьких шнурков, которые едва прикрывают киску, попку, и соски. Она впервые видела такие развратные вещи, и сразу же покраснела. Желание прибить Кеншина усилилось в разы. Выбрав миленький на ее взгляд купальник, она заперлась, и быстренько переоделась. Как только она вышла из-за двери, у Кеншина буквально отпала челюсть. Касуми обладала невероятной природной грацией, и двигалась словно элегантная пантера, с длинными черными волосами, черными, как ночь глазами, и аккуратным открытым черным купальником. — Боже, Касуми, девочка, ты великолепна! — Не стесняясь в выражениях сказал Кеншин. — Какая я тебе девочка?! Ты самый большой подлец, которого я когда-либо видела! — Раздраженно сказала Касуми, и сделав несколько шагов, изящно прыгнула в воду. Увидев ее хищническое нападение, Кеншин мигом развернулся, и бросился подальше от этой разъяренной хищницы. Как только она вынырнула из воды, то мгновенно определила местоположение своего «врага» и ринулась вдогонку. И спустя несколько минут неуклонных догонялок, весь ее гнев полностью улетучился. Касуми впервые за много лет чувствовала себя так весело. Вопреки здравому смыслу, в большом бассейне у похитителя ей было совсем не страшно или грустно, а невероятно весело. Она вновь почувствовала себя маленькой девочкой, только теперь над ней не было кучи учителей, которые с суровым выражением лица пресекали любые игривые инициативы маленькой девочки. В конце концов Касуми настигла Кеншина, и напрыгнула на него всем телом, игриво затолкав его под воду. Она и сама не заметила, как обвила его спину своими длинными ногами. Вынырнув, Кеншин все-таки пересилил молодую куноичи, и оказавшись с ней лицом к лицу, приобнял ее, притянув к себе. Глубина была не большой, и они могли свободно стоять, поэтому Кеншин в полной мере насладился ощущением мягкости ее нежной талии. Оказавшись в его объятиях, Касуми не могла поверить в такую наглость с его стороны, и начала вырываться. — Ты, сволочь, отпусти меня! — Зарычала недовольная девушка, но ее попытки были тщетны. Физическая сила Кеншина была намного выше силы молодой девушки с заблокированной чакрой. Поняв, что ее силы не хватает, Касуми хотела было потерпеть, но тут почувствовала его бесстыдные руки на своей попке, и впала в ярость. Она начала вырываться, но когда это не помогло, девушка не придумала ничего лучше, как использовать ногти, и зубы. Она вцепилась в его спину своими острыми ногтями, но Кеншин лишь еще более нежно сжал ее упругие булочки, и тогда Касуми укусила его в плечо, решив, что это должно прервать так далеко зашедшую ситуацию. Кеншину было очень больно, но он лишь поморщился, не желая отпускать девушку из своих объятий. Он решил, что это достаточная цена за возможность приласкать такую невероятную красавицу. В ответ на ее укус, он лишь нежно поцеловал ее в шею. Глава 67 Касуми не переставала сжимать зубы, а Кеншин не переставал с лаской и любовью гладить ее гладкие, упругие бедра, и сжимать мягкую попку, целуя девушку в шею. Как только она почувствовала вкус крови на языке, то мгновенно открыла глаза, и прекратила кусаться. Вся ее злость сразу же улетучилась, и она, сама не понимая почему, воскликнула: — Ах, Кеншин, извини… — Ничего страшного, девочка. — Сказал он в перерывах между ласковыми поцелуями в ее гладкую шею. — Ах, перестань! — Сказала Касуми, но Кеншин не обращал внимание на ее протесты, и лишь сильнее продолжал целовать девушку, сжимая ее упругую попку. Касуми чувствовала вину за этот сильный укус, и не хотела кусать или царапать его снова, поэтому около тридцати секунд просто стояла, и позволяла целовать себя этому нахальному парню. К концу ласк Кеншина, она уже тяжело дышала, и во всю стонала, не в силах найти в себе хоть капельку самоконтроля, и сдержать эти постыдные звуки. Как только он перестал целовать ее шею, Касуми внутренне вздохнула с облегчением, но в следующий миг Кеншин неожиданно повернул ее лицом к себе, и прильнул к ее сладким вишневым губам. Касуми была в шоке. От удивления, она не могла пошевелиться. Ее первый поцелуй забрал хитрый, нахальный парень, который ко всему прочему еще и гладил ее попку! Если бы это посмел сделать другой парень, то даже не в силах пошевелиться, она бы откусила ему язык. Но Кеншин был другим, Касуми, сама не понимая почему, даже будучи в гневе, не решалась на такие радикальные меры. Зато чувство вины за сильный укус в миг рассеялось, и черноволосая красавица вцепилась в его спину своими острыми ногтями, и оставила на ней восемь длинных полос. Вопреки ее гневному поведению, Касуми было безумно приятно. Раньше она много раз задумывалась над тем, почему многие молодые парни и девушки все время целуются, ходят за руки, или даже занимаются сексом. Ей были неведомы эти чувства, но сейчас она поняла. Она поняла, насколько это приятно, но внезапно разозлилась на саму себя за то, что получает удовольствие от того, что по всем нормам морали считается неправильным. К тому же ей с самого детства объясняли, что она должна беречь свое целомудрие для мужа, которого выберет клан. Она догадывалась, что Шикаку хочет выдать ее за своего маленького сына, когда он подростет. Касуми не испытывала особых чувств к Шикамару, как и он к ней. Будущий глава клана Нара был даже ленивее остальных мужчин в клане, и благодаря своему прекрасному интеллекту, всегда норовил сбежать от любой ответственности. Это очень бесило Касуми, и в корне расходилось с ее представлении о будущем муже. Кеншин понимал, что зашел слишком далеко, поэтому после десяти секунд жгучего поцелуя, в тот самый момент, когда Касуми невольно начала отвечать ему взаимностью, он остановился, и посмотрел в ее чудесные, черные глаза. — Прости, Касуми. Ты невероятная девушка, я не сдержался… — Со вздохом сказал Кеншин, и полностью убрал свои руки с ее упругой попки. Касуми покраснела, и отвела взгляд. Она с удивлением обнаружила, что не может долго злиться на этого наглеца, и после неловкой паузы, сказала: — Ты тоже… Эм, прости за укус… После этого они вылезли из воды, вытерлись, и переоделись. На этот раз девушка надела все те же черные штаны, но ее черная футболка упала на пол и немного запачкалась, поэтому девушка надела другую футболку. Кеншин предусмотрительно разместил в раздевалке несколько разных футболок и шорт, дабы девушки всегда могли переодеться, если намокнут или запачкаются. К глубокому сожалению Касуми, ей пришлось снять черный лифчик, ибо он просвечивал сквозь белую ткань. Кеншину нужно было посмотреть на успехи ставших совершеннолетними Одинадцатого и Двенадцатого. Вчера у него было мало времени для того, чтобы как следует ими заняться, а этим утром он поручил Ичиро разобраться с тренировкой младших братьев. Ичиро перепоручил это кому-то еще, но Кеншина это не волновало. По пути в спортзал, Касуми наконец спросила, кем являются эти «вечные Генины». Она прекрасно видела их достижения, и справедливо считала, что если шиноби так и остался Генином к двадцати годам, то шансы на дальнейшее развитие крайне малы. Девушка так же прекрасно видела, что Кеншин является обычным человеком, и совсем не может использовать чакру. Ей было безумно любопытно, что это за место, кем является Кеншин, и почему у него в полном подчинении находится приличная группа Генинов. Кеншин грамотно сменил тему, вскользь обмолвившись о том, что это его люди, а остальное она узнает только в том случае, если согласится стать его женой. Касуми вновь разгневалась, и сказала: — Я дочь клана Нара, и никогда не стану женой такого бесстыдного наглеца, как ты! — Рявкнула она, уперев руки в бока, и надув губы. Кеншину безумно нравился бунтарский характер черноволосой красавицы, и неудержавшись, он притянул ее к себе, и легонько прижал спиной к стене. Его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от ее, и Касуми не знала что делать. Ее первой мыслью было оттолкнуть его, но она этого не сделала, найдя оправдание для самой себя, что это бесполезно. Кеншин аккуратно заправил ее сбившуюся прядь волос за ухо, а затем вновь легонько поцеловал ее в губы, проведя левой рукой по ее невероятно нежному бедру. Касуми не смогла сдержать ласковый стон, и вопреки всем своим установкам, ее губы двигались сами по себе, и начали легонько отвечать ему взаимностью. — Почему нет? Посмотри, как нам обоим хорошо друг с другом. Разве ты не хотела бы сбежать от всех клановых запретов, и вдохнуть полной грудью? — Спросил Кеншин, легонько взяв ее за подбородок, смотря в ее чудесные глаза. С получением способности «Разум Патриарха» он научился улавливать отголоски самых ярких эмоций человека, и за пол дня близкого контакта с Касуми, понял, что ее гложет. В ответ на слова Кеншина, Касуми могла лишь тяжело дыша хлопать глазами. Его слова попали в самую точку. Последний час она разрывалась между мыслями о долге, и о своих личных чувствах. С каждой проведенной рядом с этим парнем минутой, мысль о становлении его, как минимум девушкой, становилась не такой ужасной. Ледяное сердце черноволосой куноичи впервые за многие годы, дрогнуло, и решило проснуться от затяжного сна, и оказаться в ласковых руках любимого мужчины. Глава 68 Кеншин решил не давить на запутавшуюся девушку, и развернувшись, зашагал в сторону спортзала, потянув за собой черноволосую красавицу. После прибытия в спортзал, Кеншин мысленно скомандовал сыновьям не называть его отцом, и вести себя так, будто он их наниматель. А так же напомнил им не показывать свои шаринганы, и вообще лишний раз помалкивать, ибо Касуми с легкостью могла догадаться обо всем по обрывкам и крупицам информации. Не то, чтобы Кеншин сильно боялся утечки информации, и переживал о том, что воздействие способности «Обаяние Патриарха» вкупе с его навыками по соблазнению девушек не сработают, но перестраховаться все же стоило. Он был уверен на 99%, что за неделю сумеет переубедить юную красавицу, и сделает ее своей. За пол дня ему уже удалось добраться до ее сладких губ, и потрогать ее упругую попку, что, среди знающих Касуми парней — считалось невозможным даже за месяц. Она еще будучи девочкой подростком заслужила репутацию ледяной королевы, и отпугивала всех парней одним лишь своим взглядом. Парни из клана Нара были ленивы и хитры. И хотя девушка обладала шикарной внешностью, сложность ее соблазнения отталкивала всех, кто имел хоть какие-то зачатки интеллекта. К тому же, в клане все были уверены в том, что она станет женой будущего главы клана, и в итоге, парни перестали даже бросать взгляды на ее прекрасную фигурку, не желая лишний раз нарываться на неприятности. Взгляды парней вне клана даже не обсуждались. Любой, у кого не было надлежащего статуса, не смел пялиться на женщин благородных кланов под страхом выколотых глаз. Прецедентов было не так много, но один из громких произошел шесть лет назад, когда один из простолюдинов принятый в элитную академию шиноби по социальной программе в рамках проводимой политики «Сила Огня» от третьего Хокаге, посмел приставать к понравившейся ему девочке из клана Хьюга, и насильно обнял ее. Спустя пол дня, несколько членов клана Хьюга наведались к нему домой, но встретили жесткое сопротивление от его отца, по совместительству являвшегося Токубецу-Джонином. Он прогнал двух пришедших Чунинов, и быстро послал страшего сына за помощью в полицию Конохи. К тому моменту, когда прибыли более серьезные силы, весь квартал стоял на ушах, и новость дошла до самого Хокаге. Но к сожалению, по прибытии Хирузена, отец провинившегося мальчика был на последнем издыхании. Половина его внутренних органов была играюче разорвана мягким кулаком Джонина клана Хьюга, и мужчина умер спустя несколько минут. Разгорелся огромный скандал, и Хирузен уперевшись рогом, потребовал от клана Хьюга компенсацию, а так же взял мальчика под свою личную протекцию. Клан Хьюга не принес никаких извинений, только лишь открестился от самоуправства отдельно взятого Джонина, и пообещал наказать его в соответствиями с правилами клана. После этого случая, все простолюдины боялись даже взглянуть на гордых дочерей великих кланов, поэтому подрастающая Касуми так и не познала прелестей ухаживания от множества парней, но ей это было и не нужно, по крайней мере так думала она сама. Кеншин конечно же не знал о всех тонкостях отношений простолюдинов и клановых шиноби, но примерно нечто подобное он себе и представлял. Однако он был уверен, что достаточная сила стирает любые рамки в статусе. Он прекрасно помнил сироту, который в последствии стал Хокаге. Правда он не знал, как проходил путь этого талантливого парня, и был практически уверен, что все было не так радужно и просто, как это было показано на экране. Прервав свои раздумья, Кеншин познакомил Касуми и Ичиро, которые весьма нейтрально поздоровались, и не стали продолжать разговор. Касуми была не в лучшем настроении, к тому же, она не обращала внимание ни на кого из этих вечных Генинов. С Ичиро она проявила любезность лишь потому, что он был самым перспективным, и возможо уже вошел в ранг Чунина, но она не была уверена. Остальные в ее глазах были не более, чем простой пехотой. Самой Касуми пророчили ранг Джонина к двадцати пяти годам, и она старалась сделать все, что в ее силах, чтобы оправдать возложенные на нее надежды. Сейчас ей было всего девятнадцать лет, и она уже твердо стояла в ранге Чунина, поэтому Шикаку не мог нарадоваться тем, насколько хорошую партию вырастил для своего единственного сына. Пока Касуми предавалась раздумьям, сидя на удобном стуле, в пол глаза наблюдая за тренировками этих Генинов, Кеншин решил размяться с двумя самыми младшими сыновьями в соседней комнате на ринге. Одиннадцатый и Двенадцатый были очень рады, что отец решил учить их самолично, поэтому каждый с полной самоотверженностью внимал его словам. И хотя Пятый достаточно доходчиво объяснял им основы рукопашного боя, но навыки Кеншина были намного выше, поэтому он был вынужден корректировать стойки и удары сыновей, дабы заложить правильный фундамент. На коррекцию стоек и правильного замаха ушло буквально десять минут, и Кеншин приступил к легкому спаррингу, прекрасно понимая, что знания на практике усваиваются гораздо быстрее. Особенно если знания приходят с болевой стимуляцией. Он не использовал полную силу, к тому же он был в перчатках, и бил в шлем или корпус, но даже так приятного было мало. Он заметил, что стал немного сильнее, чем был в прошлой жизни, и видимо не в последнюю очередь благодаря этому мог без проблем подавлять силу тренированной девушки, пусть и без чакры. В разгар спарринга с Двенадцатым, в комнату вошла Касуми, и немного удивилась внешнему виду бойцов, а так же необычному боевому стилю. Присев на тренерское кресло, она принялась внимательно наблюдать за этим необычным спаррингом. После того, как Двенадцатый пропустил несколько ударов по корпусу, и один удар по лицу, а затем повалился на землю, Кеншин прекратил этот спарринг, и задыхаясь принялся пить. Бой сначала с Одиннадцатым, а затем с Двенадцатым выдался на редкость сложным и выматывающим. Двое младших сыновей под 30% базовым усилением от 6 очков навыков в способности «Талантливое Потомство» были невероятно сильными, быстрыми, и непробиваемыми. Кеншин выиграл лишь потому, что все их движения были для него невероятно медленными, и он с трудом, но успевал увернуться. Глава 69 Как только они закончили, Касуми подошла к Кеншину и с интересом спросила: — А что это за боевой стиль? — Бокс. Он не сильно подходит для шиноби, но дает неплохую практическую основу для тайдзюцу. — Переводя дыхание, сказал Кеншин. — Хм, весьма странный вид боевого искусства. Удары очень сильны, но маневренность минимальна. Напоминает прямолинейные стили из Кумогакуре. Они тоже любят переть на пролом. Это полная противоположность нашему клановому стилю. — Сказала Касуми, внимательно осматривая боксерские перчатки и шлем. Материал, а так же яркая расцветка буквально кричали о «неправильности» этих предметов. Она не знала таких воздушных материалов, и таких невероятно ярких красителей, но все же промолчала, памятуя о том, что узнает все только в случае замужества с Кеншином. — К сожалению, я не знаком со стилем твоего клана Нара… Но я наслышан о вашем интеллекте, не хочешь сыграть со мной в шахматы? — Лукаво улыбнувшись сказал Кеншин. Одиннадцатый и Двенадцатый, решили не мешать отцу, и тихонько покинули комнату. — В шахматы? Хм… Я бы с радостью, а на что? — Сказала Касуми, в хитром разуме которой созрел определенный план. — А на просто так в вашем клане не играют? — Притворно стушевавшись спросил Кеншин, показав неуверенность. Касуми сразу же заглотила наживку, и продолжила: — Хм, ну просто так не интересно… Как насчет того, что если я тебя выиграю, то ты меня сразу же отпустишь? — Выдвинула предложение черноволосая красавица. — Сразу отпущу?.. Очень весомое условие. А что будет, если выиграю я? — Вскинув бровь, спросил Кеншин. — Ну… Ты получишь признание твоего интеллекта от члена клана Нара! — Гордо ответила Касуми. — И правда, члены клана Нара до невозможности хитрые! — Со смехом сказал Кеншин, и сразу же добавил: — Чтобы было честно, на ход дается пять секунд. Если я проиграю — то ты станешь свободна в следующую секунду. Но если проиграешь ты, то сразу же станешь моей женой. Согласна? — Что?! Конечно нет! Что за наглые условия, так не честно! Я и так стану свободна через неделю, мне нужно лишь потерпеть, и нет нужды играть в эту лотерею. — Возмутилась Касуми. — Мне тоже нет нужды играть с тобой за спасибо. Хорошо, давай так. Если ты выиграешь, то время твоего пребывания здесь сокращается на три дня, и уже через три дня ты будешь дома. — Сказал Кеншин, и Касуми не сдержавшись, на секунду улыбнулась, но тут же вернула себе серьезный вид, и продолжила слушать. — Если выиграю я, то ты позволишь мне целовать тебя в любое время. — ТЫ! Ты подлец и так целуешь меня всегда, когда тебе вздумается! Самый бесстыдный человек в мире! — Вспылила Касуми, не ожидая от этого негодяя таких гнусных условий. — Вот видишь, значит сделка для тебя практически ничего не стоит. — С улыбкой сказал Кеншин. — Как это не стоит?! На кону честь всего клана Нара! А ты, самый настоящий бесстыдный негодяй! — Выпалила Касуми, надув от негодования свои милые щечки. — Значит ты не согласна? Ну хорошо, тогда забудем об этом споре. — Ты… Ты хитрее даже нашего великого старейшины! Настолько изворотливый, а еще что-то говорил о клане Нара! Прежде чем я соглашусь, огласи все условия игры. Кеншин улыбнулся, и сходил за шахматами, по непонятной случайности созданными в спортзале. Возможно «система» случайно отсканировала его подсознание, и добавила в спортзал все то, что было в школьном спортзале в его прошлой жизни. В кладовой действительно были мячи, скакалки, и всякое подобное. А так же шашки и шахматы. Захватив шахматы и небольшой буклетик с правилами, он пригласил девушку в более удобное место, в свой «кабинет», который по совместительству был наблюдательным центром всей его базы. Внешне он ничем не отличался от престижного кабинета из его прошлого мира, и Кеншин не переживал о том, что Касуми что-либо поймет, ведь все узлы формаций были скрыты от чужих глаз. Девушка без задней мысли пошла в самую дальнюю комнату с этим нахальным парнем, и вновь была удивлена богатством и роскошеством помещения. Пока она читала основные правила чужеродных шахмат, Кеншин сделал две чашечки кофе, и сел по другую сторону стола, наслаждаясь красотой юной куноичи. Закончив знакомиться со спецификой новых для себя шахмат, девушка оторвала взгляд от буклета, и увидела, что Кеншин с глупой улыбкой смотрит на ее лицо. Она покраснела, и немного прочистив горло, сказала: — Я согласна. — Хорошо, значит если я проигрываю, то ты свободна через три дня. Если выигрываю, то?.. — То можешь целовать меня когда захочешь… — Пробормотала девушка. Ей было невероятно стыдно произносить это в слух, но в кабинете не было никого кроме них, поэтому она справилась. Кеншин не мог сдержать улыбку от того, что такая невероятная красавица согласилась позволить ему целовать себя в любое время. Он с особым энтузиазмом принялся расставлять шахматы по местам, а так же поставил рядом небольшие часы, решив отмерять пять секунд, и останавливать их телекинезом. Спустя минуту партия началась. Первое время Кеншин не показывал особых чудес, и уверенно проигрывал. Интеллект девушки из клана Нара действительно был на высоте, к тому же, она с самого детства играла в шоги, и другие подобные игры, поэтому для нее не было проблемой сразу же загнать его в невыгодное положение. Но в самом конце партии, когда девушка уже чуть ли не взвизгивала от радости, Кеншин переломил ход игры, и поставил «мат» буквально за несколько ходов. Касуми была в полнейшем шоке, и не могла поверить в то, что сразу не додумалась до такой комбинации. — ТЫ! Как тебе это удалось?! Это совершенно случайная комбинация, ее было невозможно спланировать! Давай сыграем снова! — Воскликнула Касуми, не привыкшая проигрывать в подобные игры. — Хорошо, но сначала дай мне попробовать вкус моей награды. — Сказал Кеншин, и игриво послал ей воздушный поцелуй. Касуми в этот момент была похожа на загнанную в угол мышь. Она понимала, что она проиграла, и у нее нет выбора, кроме как позволить ему целовать себя в любое время, но она решила отыграться. — Подожди! Мы еще не закончили играть. Как только закончим окончательно, тогда и получишь свой «выигрыш» — Сказала Касуми, поморщившись, представляя, как Кеншин будет все время целовать ее, особенно прилюдно. — Хорошо. Каковы новые ставки? — С улыбкой спросил Кеншин, тоже представляя, как замечательно будет целовать эту красавицу в любое время. — Ставки точно такие же. Если я выиграю, то ухожу через три дня. Если проиграю… Можешь целовать меня. — Я уже выиграл право целовать тебя в любое время. Зачем мне играть с тобой в пустую? — Улыбнулся Кеншин. — Хорошо! Что ты предлагаешь?! — Недовольным тоном сказала Касуми. Что бы он не предложил, оно ей заранее не нравилось. Глава 70 — Если я выиграю во второй раз, то ты позволишь мне трогать тебя в любое время и в любом месте. — С хитрой улыбкой заявил Кеншин. — ЧТО?! Никогда! Нет, нет, и еще раз нет! Ты хоть понимаешь, что предлагаешь дочери клана Нара?! Этого не будет! — На отрез отказалась Касуми. — Хорошо, я повышу ставку. Если ты выиграешь — то уже завтра с утра можешь быть свободна. — Предложил Кеншин, подстегивая азарт молодой куноичи. Услышав про такое щедрое предложение, Касуми несколько секунд молча раздумывала, а затем сказала: — Нет, не пойдет. Никто не должен трогать меня «там». Даже если ты предложишь отпустить меня сразу же, я на такое не соглашусь. Просто не могу. — Вздохнула Касуми, и покачала головой. — Хорошо. Я смогу трогать тебя везде, кроме твоих интимных дырочек. Хорошо? — С улыбкой сказал Кеншин. Ему нравилось смущать гордую дочь клана Нара, и он прекрасно проводил время. Услышав про «интимные дырочки» Касуми залилась краской, и назвала Кеншина «дураком». Затем погрузилась в раздумья. Она вспомнила первую игру, и при тщательном осмысливании, все больше и больше убеждалась в том, что Кеншину просто повезло. Либо так, либо он запомнил каждый ход с самого начала, и за пять секунд успевал перебрать сотни комбинаций, и обернуть все в свою пользу. Даже великий старейшина не обладал таким интеллектом, поэтому она решила, что Кеншину определенно повезло. — Ууууф… Хорошо, но помимо того, что ты не сможешь трогать меня «там», тебе запрещается как либо снимать или залазить мне под одежду. Если нарушишь это правило, я сразу же откушу себе язык, и умру, понял?! — Серьезным голосом сказала Касуми. — Хорошо-хорошо, не нужно ничего с собой делать, милая. Я больше всего не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. — Сказал Кеншин, и погладил девушку по руке. Касуми немного успокоилась, и почему-то, от слов Кеншина у нее на душе стало так тепло и мягко, что перспектива позволить ему целовать и трогать свое тело, казалась ей не такой уж ужасной, но пока далеко не приятной. Вторая партия прошла практически так же, как и первая. За исключением того, что Кеншину пришлось приложить немного больше усилий и концентрации. Касуми на все сто процентов оправдывала престиж своего клана. На этот раз Кеншин начал переигрывать Касуми не в конце, а в середине. С каждым ходом загоняя ее в тупик. Ему было очень не просто поддерживать концентрацию х100, дабы обдумать каждый следующий ход, но в конце концов он снова поставил «мат», и Касуми чуть было не заплакала от обиды. Она была весьма самолюбивой девушкой, и безумно не любила проигрывать, тем более такому нахалу и подлецу, который только и ждал, как в очередной раз прижать ее к стене, и безнаказанно облапать все ее юное тело. — Как ты это сделал?! Не могло ведь тебе повезти во второй раз! — Выпалила Касуми. — У каждого свои секреты. Будем считать, что мой разум сильнее хваленного разума клана Нара. — С улыбкой ответил Кеншин, планируя поддеть ее самолюбие, и устроить еще один раунд. — Ты негодяй! Если бы здесь был хотя бы мой дядя Шикаку, ты бы проиграл за двадцать ходов! — Воскликнула Касуми. Все, что касалось клана, особенно интеллекта, которым все так гордились — было абсолютным табу. Каждый клан невероятно сильно гордился своими особенностями, и не терпел, когда их высмеивали. — Эх… Если бы здесь оказался твой дядя Шикаку, то показателем его великого интеллекта было бы то, что при проигрыше такому «ничтожеству» в вашем понимании, как я — он бы убил меня с одного удара, и о его проигрыше никто и никогда бы не узнал. Касуми было нечего ответить. Она была уже не маленькой, и прекрасно понимала, как устроено все, что связано с достижением своих целей. Еще в клане ее учили манипуляциям, хитрости, и обману, объясняя, что иной раз гораздо легче убить противника ядом, чем сражаться с ним в лоб, или взять в заложники того, кто ему дорог. Такое практиковалось всегда и везде, а благородные праведники заканчивали в канаве. Шикаку несколько раз приводил маленькой Касуми в пример великого человека, и не менее великого шиноби — Минато Намиказе, который был одной из решающих фигур закончивших третью мировую войну шиноби, а так же он был великим благодетелем Конохи, спасшим ее от самого сильного биджу, девятихвостого демона лиса. Однако, в тот самый момент, когда он отбивал ужаснейшее нападение девятихвостого, Шимура Данзо, шиноби уровня Каге, у которого была масса тузов в рукаве, так и не сделал свой ход. А после того, как Минато с женой ценой своих жизней отбили нападение девятихвостого, Коноха отплатила своему благодетелю тем, что все личные активы Минато были оформлены, как активы Хокаге, и списаны в казну, а новорожденный сын этого героя остался сиротой в дешевом приюте. Шикаку и самому не нравилась подобная ситуация, но все это было вне его полномочий. Он не сообщал своей маленькой племяннице многих секретных подробностей, но после рождения маленького Наруто, учитель его отца, Великий Жабий Отшельник — Джирайя, чуть не устроил в Конохе настоящую кровавую баню, будучи в ярости на Данзо и высший совет. На место возможной битвы прибыли главы всех кланов, и все члены совета, которые имели силу Элитного Джонина. Джирайя не хотел сражаться с товарищами, с многими из которых он воевал плечом к плечу в двух предыдущих войнах, поэтому точку в этом конфликте поставил Хирузен, пообещавший своему ученику, позаботиться о маленьком сыне четвертого Хокаге по мере сил, и не позволить сделать из него оружие, или объект для экспериментов. После этого случая Джирайя был вынужден уйти из Конохи практически навсегда, годами выполняя сложнейшие разведывательные миссии на благо деревни, изредка возвращаясь обратно, и проверяя, как поживает маленький Наруто. Он отчетливо пригрозил Данзо, что если тот посмеет втянуть малыша в свои гнусные планы, то он положит свою жизнь на то, чтобы устроить «второе нападение девятихвостого» на Коноху, и им предстоит решить, кто из Каге хочет отдать жизнь ради устранения угрозы. Шикаку, как и многие лидеры остальных кланов, не имел достаточной квалификации, чтобы решать вопросы подобного уровня. Если бы все кланы уперлись рогом, то могли бы отменить любое решение совета деревни, но большинству кланов было откровенно плевать на судьбу какого-то там джинчурики девятихвостого. Они уважали подвиг его отца, и были не против взять его на воспитание, но только если это не подразумевало под собой ссору с Данзо, и доброй половиной совета деревни. Для Касуми же, случай с Минато был более, чем наглядным примером того, что умирать стоит только за близких людей, или родной клан, но никак не за целую деревню. Она могла себе представить последствия смерти «Великого Дедушки» и нынешнего главы клана. После этого клан Нара не ждало бы ничего хорошего, как и клан Учиха, после того, как в нем долгое время не рождались гении с потенциалом стать Каге. Она конечно не могла знать, что это была планомерная политика сначала Сенджу Тобирамы, а затем и Шимуры Данзо, которые всеми силами пытались уничтожить гениев клана Учиха в зародыше. В итоге последний глава клана — Учиха Фугаку, едва ли мог считаться Элитным Джонином, и был даже слабее Хатаке Какаши, после чего их клан «совершенно случайно» оказался полностью уничтожен. Касуми была уверена лишь в одном, что нет ничего ценнее нужд клана, и если для процветания клана нужно будет отдать саму себя, то нужно сделать это без промедления. После знакомства с этим загадочным парнем, это убеждение начало трещать по швам. Кеншин сказал ей то, чего не смел говорить никто до него. Что она не обязана жить ради клана, и может делать все, что захочет, и может наконец побыть той маленькой девочкой любящей сладости, и красивые наряды. Но пока эта мысль была лишь в уголке сознания юной куноичи, а принципы, внедренные в ее разум с самого детства — все еще были сильны.