Крыло безнадёжных

Когда Смоллетт следующим утром шёл на работу, у него не переставая вибрировал телефон. Причиной тому было то, что Александр рассказал своим друзьям и знакомым обо всех этих людях. Все они, конечно, сочувствовали больным и надеялись на их выздоровление. Это подогревало его веру в человечество. Но вместе с тем ему также написали и множество вопросов, не только к нему самому, но и к пациентам. Ответы на многие из них интересовали и его самого. Так что, войдя в больницу, он решил ответить на них все, прежде спросив у пациентов, готовы ли они отвечать на большую аудиторию. Первый вопрос был к Джиму: «Повлиял ли твой отец на выбор профессии».  -Да, сэр, именно благодаря своему папе я решил, что буду врачом и буду спасать жизни.-  Смоллетт тихо гордился сыном. Следующий вопрос был к нему самому: «Ваш топ-5 пациентов из «безнадёжных»» -Сложно оценивать.-писал Смоллетт-я люблю всех. Но, раз уж требуется их как-то расположить, то вот мой личный список. Никого не хотел обидеть, только моё мнение по уровню моей привязанности к ним. 5) Ричард Блэк. Уж простите, да, он очарователен, но не было такой его истории, которая тронула меня до слёз. 4) Слепой Пью. Он уже душевнее, но очень часто я боюсь как-то обидеть его, сказать что-то не то, так что в основном общаюсь только по работе. 3)Джонатан Флинт. Из-за него я даже плакал. 2)Уильям Бонс. Его история с племянницей так очаровательна и трогательна. Я чувствовал всю его печаль. Очень надеюсь на его выздоровление. 1)Джон Сильвер. Мне жалко всех, но его особенно. В его состоянии он остался брошен, так же, как Флинт, но у Флинта наверняка есть будущее, а вот Сильвер… не готов утверждать, но я чувствую, что смерть витает рядом с ним. Он даже чем-то напоминает мне Джима, что кажется мне странным, но в то же время милым.- Второй вопрос был о возрасте всех пациентов.  -Пью 25, Уильяму Бонсу 43, Джонатану Флинту 37, Ричарду Блэку 28, Джону Сильверу 39. Такой молодой, а жизнь уже ползёт на кладбище. - Последний вопрос лично Смоллетту был: «А кто самый буйный и больше всех доставляет проблем?» -Да нет у нас буйных, все смиренные. Не психиатрическая же больница. Разве только Билли Бонс порой хлопот доставляет. Я уверен, он не со зла, просто жизнь была тяжелая. - Ответив как можно скорее, Александр пошёл выполнять работу. Осмотрев Пью и дав ему необходимые препараты, он спросил:  -Готовы ли Вы ответить на несколько вопросов от людей, которым я рассказал о том, с какими замечательными людьми я работаю?-спросил он прежде всех расспросов  -Да, сэр. Мне не сложно. Пусть только о политике не спрашивают. Не люблю этого.  -Жалеете ли Вы о том, что потеряли зрение, или уже как-то смирились и приспособились?  -Нет, не смирился. Жить как-то я научился, но всё ещё надеюсь, что для меня найдутся новые глаза. -Пью был полон надежды.  -Не теряйте настроя. Придёт время, и мы найдём новые глаза.  Дальше вопросы, заданные всем. Как Вы относитесь к другим врачам?  -Положительно. Джером Трелони однажды сказал мне очень утешающую вещь, его я уважаю особенно. Но Вы всё равно мой любимый врач. -Не знаю, как Вас об этом спрашивать,-Александр замялся, однако всё же продолжил-но какая у Вас любимая игра или увлечение? -Люблю слушать радио. Знаю, штука исчезающая, в машинах только актуальна, но всё таки я это очень люблю. Аудиокниги мне тоже нравятся, особенно, если голос приятный.- Пью что-то покрутил наощупь на радиоприёмнике, и включилось радио с историческими событиями- Вот эта—моя самая любимая волна.  -Верите ли Вы в своё выздоровление?-задал Александр последний вопрос -Верю и не теряю надежды.  -Спасибо, что уделили время- ответил Смоллетт, направляясь к двери.  -Спасибо, что не бросаете меня- Пью был рад, что к нему проявляют внимание.  Александр стеснялся войти в комнату Билли. Не то что стеснялся, его тревожило, какая могла быть реакция. Но все таки он вошёл в его палату. Билли лежал в кровати с натянутым чуть не до носа одеялом и делал вид, что спит. -Доброе утро, сэр.-осторожно позвал его Александр-Мне нужно поставить Вам утреннюю капельницу и дать таблетки. А ещё…- но тут Билли высунулся из-под одеяла. У него на глазах виднелись капли не высохших вчерашних слёз расставания.  -Не очень-то утро и доброе-Билли вытер глаза рукавом-Вы не должны знать о том, что я как маленький слёзы лью. Мне очень плохо.  -Я могу Вас выслушать.-Александру вдруг стало так его жалко, что он сел рядом с ним на кровати, но не забывая также и про препараты.  -Я все думал над словами моей сестры-стервы о том, что я не должен общаться с племянницей. Да, я не самый лучший человек. Я алкоголик, я это не скрываю. Но знаете, почему я здесь? А я скажу—по своей воле. Я пошёл лечиться только ради Тиффани, только ради моей девочки. А ведь далеко не каждый признает свою проблему и пойдёт её решать. В этом смысле я как раз подаю хороший пример. Да и вообще, не стала же она стервой от примера своей мамки!-Билли ударил по подушке, да с такой силой, что из неё чуть не полетели внутренности. -Не дёргайтесь пожалуйста-попросил Александр- иначе капельница хуже подействует.- Билли хотел уже начать ворчать, но не стал. Кажется, он всё таки зауважал Смоллетта. -Могу я задать Вам вопрос?-начал Александр издалека.  -Можете-разрешил Билли -А рассказать об ответе тем, кто тоже за Вас волнуется, можно?  -А кто эти люди? Моя семья? Нет уж. Они не волнуются, только наследство заполучить хотят. А завещание я оформил на Тиффани. Ничего они не получат, уроды.  -Нет. У меня есть знакомые, которые знают Вас по моим рассказам. Ни чьих имён я не раскрыл, не бойтесь. Я хотел бы рассказать им. Они меньше будут за Вас волноваться.  -Да мне как-то всё равно-ответил Билли равнодушно- всё равно скоро в морг.  -Из-за чего у Вас ссора с сестрой?-Александра действительно волновал этот вопрос.  -Тут всё просто. Она младшая, её все любят, я старший, я всегда виноват. Ещё в раннем возрасте она прознала, что может мне делать гадости и ничего за это не получать. Сначала это было по мелочи: она вытаскивала батарейки из моей железной дороги, прятала мою школьную форму, ну так, ничего серьёзного. Но вот чего я ей не простил, так это моей кассеты. На день рождения мне подарили кассету с моим любимым фильмом. Не важно даже, что это был за фильм, важно то, что она у этой кассеты ленту перерезала. Гадина! Когда родители вернулись, я им тут же рассказал, и меня обругали, что я не ценю подарки и что сваливаю всё на сестру. С тех пор я ненавижу её. Она с самого начала меня ненавидела. Я имею право отвечать ей тем же.  -Это всё очень печально. Младшие порой бывают невыносимы.- Смоллетт начал доставать таблетки из упаковки. В этом перерыве между вопросами он дал из Билли.-Неловко спрашивать, но обвиняли ли Вас в нездоровой любви к Вашей племяннице? -Конечно! Сестра моя только об этом и говорит. Естественно, они в корне неправы. Я люблю её как часть семьи и никак иначе.  -А как Вы относитесь к другим врачам?-резко перевёл тему Александр.  -Да как, недолюбливаю я всех врачей мира, но здесь лучшие из всех этих крыс. Ну, то есть Вас я крысой назвать не могу, Ливси, братьев Трелони, Джима, хотя он только медбрат, а остальные все крысы. Меня избегают все, кроме Вас, боюсь, я не в состоянии нормально к ним относиться.-Билли снова начинал горячиться.  -Извините, если задел за больное. А чем Вы любите заниматься?  -Стучать по батареям, чтобы донимать соседей-усмехнулся Билли- но это только если совсем настроение плохое. А так люблю чай пить с Флинтом и Сильвером. Пью скучный, а Пса я ненавижу. Сам не знаю за что. Вот просто ненавижу. - Билли зло смотрел будто сквозь стену в палату Ричарда.  -Успокойтесь, ненависть Вас ни к чему хорошему не приведёт.-Смоллетт взял Билли за руку, отвлекая внимание на себя.- А теперь вопрос, на который я очень надеюсь получить светлый ответ: верите ли Вы в своё выздоровление?  -Нет.-ответил Билли, и словно по всей палате раздался звон стекла.-Не верю. Я лечусь здесь уже пару месяцев. Всё также сильно я хочу напиться и забыться. Всё также живу только ради Тиффани. Я не чувствую улучшений. Наверно,они есть,просто мне так не кажется. -Хорошо, сэр, я больше Вас не трогаю-сказал Александр и вышел из палаты.- Войдя к Флинту, он повторил вопрос о разглашении и не получил отказа. Осмотрев Флинта и дав ему лекарства, он начал опрос: -Знакомы ли Вы с другими «безнадёжными»?  -Да. Я иногда пью чай с Сильвером, Псом и Билли.  Только Билли до ужаса неприятный человек. Ругается на нас на всех, ведёт себя бессовестно, иногда просто днями нас игнорирует, а если сильно обидится, то по батареям стучит. Пёс совсем другое дело. Я бы даже хотел, чтобы он был моим лучшим другом. У него такие шутки! Просто неописуемые. Чего стоили яства, когда я смотрел на облезшую штукатурку одной из стен. Сильвер тоже ничего, но он не так много шутит. Он меланхоличен часто, грустный какой-то. Но я понимаю почему так. Нелегко смеяться, когда у тебя вторая стадия саркомы лёгкого. А ещё он за всех нас молится по вечерам, представляете? Очаровашка Джонни.-Флинт с упоением рассказывал о друзьях.  -Были ли у нас совместные плаванья? -Никогда не было. Билли бы я не взял, с ним бы я сладить не смог. Сильвера бы взял наверно, но у него нет ноги, трудно ему наверно было бы. А если бы не инвалидность, взял бы обязательно.  -Как Вы относитесь к врачам помимо меня?-тут Смоллетт был сам очень заинтересован  -Да я ко всем хорошо отношусь. Даже когда меня не понимают, я всё равно ценю труд всех врачей.  -Сейчас я задам вопрос, ответ на который важен для меня. Храните ли Вы надежду на выздоровление? -Конечно! Как я знаю, я наименее безнадёжен из всех. Как только донор найдётся, я отсюда уйду и снова буду моряком. Хотя нет, наверно, буду в навигационной школе преподавать, не могу бросить Пса и Сильвера.  -Чем Вы любите заниматься в свободное время? -Я люблю пить чай с Сильвером и Псиной, «Ютуб» листать, музыку слушать. Одна из моих любимых песен про злого-злого вурдалака. Он похож на Билли.  -Он ведёт себя как ребёнок- с улыбкой подумал Смоллетт.-И в его случае это хорошо.  -Ну всё, больше не гружу Вас вопросами. До встречи, сэр. -Смоллетт нажал на ручку двери -До встречи, сэр.-Флинт помахал ему рукой- Следующим он вошёл в палату Ричарда. Он во что-то играл на ноутбуке. Александр осмотрел его, сделал ему инъекцию и снова начал опрос.  -Как Вы стали программистом?  -Когда я жил…-Пёс замялся- ну, там где жил до того, как уехал к тёте, у нас не было никакого компьютера. Все развлекались как могли. Я придумывал для младших детей игры с составлениями разных слов, инструкциями и прочим в виде блок-схем. Мне это очень нравилось. Потом, когда я уехал к тёте, у неё был компьютер. Очень объёмный монитор, системник старенький и пыльный, но я очень любил в него играть. На многие праздники тётя дарила мне игры. Я мечтал сам делать игры. Однажды я нарисовал в тетрадке коротенькую игру про отца, который пошёл купить хлеба, а наткнулся на чертей, которые придумали ловушки, из которых приходилось как-то выбираться. Вот я и решил выучиться на программиста. А главное, можно работать откуда угодно. Это полезно, учитывая, что заболел я рано—в 23 года. Я напоролся на старую ржавую железку, мне вовремя не оказали помощь и всё, иммунитет совершенно ослаб. Вот и циркулирую теперь по больницам. Ну ничего, когда-нибудь, когда дядя оставит наследство, я буду на дому лечиться и буду с любимой тетей Люси жить. -Я буду искренне рад за Вас. А чем Вы любите заниматься?  -Чай пить с местными моряками, в игры играть, мемы в Фотошопе делать.-Пёс улыбнулся.  -А как Вы относитесь к другим врачам? К Ливси, братьям Трелони… -Милейшие люди. Очень их всех люблю. Я люблю всех, кто обо мне заботится.- Смоллетт не стал спрашивать о выздоровлении. ВИЧ неизлечим, это было бы издевательством. -Спасибо за Ваши ответы, сэр- сказал Александр, попрощался и пошёл к Сильверу. Он застал его за кружкой чая у окна в коридоре.  -Доброе утро, сэр- поздоровался Сильвер первым.  -Доброе- ответил Александр. Они удалились в палату, Смоллетт прослушал его, дал ему проингалироваться и начал опрос, о котором его просили.  -Что Вы читаете кроме «Мастера и Маргариты»? -Начал «Собачье сердце». Знаю, Вы говорили не читать Булгакова, но не могу. Очень уж интересные у него сюжеты.  -Как к другим врачам относитесь?  -Особенно мне приятно, помимо Вас, с Джеромом Трелони. Всякий раз, как у меня ночной приступ, и я звоню в «тревожную кнопку» он не только давал мне препараты, но и успокаивает меня, говорит, что сейчас всё пройдёт, а ещё немного сидит со мной. Доктора Ливси я вижу очень редко, так что сложно сказать.  -Чем заниматься любите?  -Читать, чай пить с кем угодно и где угодно, но главным образом с Флинтом, Ричардом и Билли. Билли добр только со мной, мне кажется, я могу считать его своим другом, но он всё время ссорится с Ричардом. Я устаю от его поведения . В окно смотреть люблю. С нетерпением жду прогулки, чтобы побыть на улице.  -Всё это очаровывает. Понимаю, за что Джона все любят-прошептал Александр, не забывая и про опрос- Верите ли Вы в своё выздоровление?  -Так уж сложилось, сэр, что не верю. Саркома—очень тяжёлое заболевание. Трудно поверить, что после такого я снова встану и буду здоров. К тому же, астма навсегда останется моим спутником. Я уже никогда не буду совершенно здоров. Но я смирился. Я счастлив доживать последние тёплые деньки здесь среди самых добрых людей, которых я встречал. И эту замечательную концовку Вы делаете самой лучшей. Без всякого злого умысла, спасибо Вам большое. Если бы не Вы, я бы и правда боялся умирать, но рядом с Вами я перестаю бояться.  -Сэр…- но дальше речь у Александра не клеилась. Всё его мужество тратилось на то, чтобы не прослезиться в этот момент. Очень уж задели его за живое слова Сильвера. Джон был прав, он скорее всего умрёт, но он так очаровательно бесстрашно это воспринимал, что Смоллетт не мог иначе, он всплакнул, но быстро вспомнил о профессиональном долге.-Сэр, Вам нужно на КТ  -Точно, идёмте-Сильвер поставил кружку и поспешил на своей деревяшке за Александром.- Смоллетт не без страха за его жизнь отвёл Сильвера в кабинет с томографом и лично помог ему лечь в аппарат. Некоторое время он постоял рядом, затем ушёл отчитываться Ливси.  -Я произвёл осмотр каждого-говорил Александр дрожащим голосом- и боюсь, что саркома Сильвера прогрессирует. Я отвёл его на компьютерную томографию, надеюсь, я ошибся.   -Я говорил Вам, что не стоит к ним привязываться.-тяжело ответил Ливси -Скажите, прошу, есть ли хоть кто-то, на чьё выздоровление Вы надеетесь? -Вы хотите знать правду?-спросил Ливси, сменив серьёзность на траур -Да, сэр, хочу.-решительно ответил Смоллетт -Проще сказать, кого я считаю совсем безнадёжным. У всех есть какие-то шансы, а у него почти нет. Это Сильвер. Если Вы правы, эти жалкие дроби процента ещё снижаются. Это ужасно печально, но никуда не деться. Однако, и у него есть шанс на жизнь. Не грустите, чудо раз в год случается.-  Дальше Александр не смог ничего ответить. Он только поднял на Ливси глаза, говорившие красноречивей некуда.  До обеда он с трудом сдерживал волнение по поводу состояния Сильвера.