Юные сердца на Пандоре

      Трой продолжал работать в шахтёрском посёлке, помогая шахтёрам добывать редкий эридий и другие металлы на Пандоре. Работа была сложная и порой непосильная для его по-прежнему хрупкого тела, но он знал, что только так может искупить свою вину перед этими людьми Пандоры, хотя они продолжали смотреть на него косо и осуждающе, то ли дело дети. Пару раз он вытаскивал местных детей из разных передряг, иногда одним рывком спасал их из лап бандитов, навлекая на себя их гнев и презрение. Ещё бы, бывший главарь «Детей Хранилища» хорошим заделался, но Трой их не боялся и не трогал. Они сами друг друга загрызут за кусок эридия. Так вот, дети за спасение благодарили и дарили разные самодельные подарки, иногда даже называли его дядя Трой, что начинало трогать его сердце. Трой понял, что эти дети ещё не вкусили запретных плодов с Пандоры, поэтому они не видят в нём бандита и злодея, может быть, для них он станет героем, а не для взрослых?       Спал Трой под открытым солнцем, обернувшись простой циновкой. Тело поначалу ныло с непривычки, а потом привыкло, вот только рёбра начали побаливать, а жаловаться Трой не привык, поэтому и не просил обезболивающее, и этим он беспокоил многих шахтёров, когда на середине замедлял добычу полезных ископаемых. — Эй, Калипсо, чего затих, продолжай, если хочешь закончить до конца дня, — окликнул его один из шахтёров. — Да, да, — откликнулся Трой и снова взялся за работу.       Снова и снова добыча эридия, от этого уже начало тошнить, но Трой продолжал работать киркой, пока не наткнулся на рудный слой. Остальные рабочие добывали руду с помощью лазеров, а ему дали простую допотопную кирку. На единственной живой руке уже появились мозоли и занозы. Пару раз Трою приходилось вытаскивать эти занозы своим ртом. Слой за слоем, небольшие кусочки эридия. Тут кирка ударилась о что-то металлическое. Трой отложил кирку и начал раскапывать руду своими руками, пока не нашёл часть какого-то странного механизма, вызывающую небольшую вибрационную волну. — Это что ещё за хрень! — удивился Трой, осторожно беря кусок металла в руки.       Как только он коснулся его, тут же раздалась приятная музыка, а затем сознание как будто бы совершило гиперскок в космос. Перед глазами пролетели целые галактики и планеты, вселенные открывались снова и снова. — Вау, — проговорил Трой.       Он мог взять этот кусок металла себе просто так, но раз он решил исправиться, то он решил рассказать о нём местным шахтёрам, на что те позволили Трою оставить металл себе, так как он им не нужен. Так что Трой припрятал его в отведённом ему углу, где спал и обедал. Когда работа в шахтёрском городке закончилась, Трой решил поискать своё искупление в других местах, но оно было слишком мало, за обычную розыскную работу давали лишь копейки, а когда напрямую обращаешься к людям, то они и слышать от него ничего не хотели.       «Может быть, в собор вернуться?» — подумал Трой, но вспомнил, что с этим местом связано много плохих воспоминаний, так что он решил вернуться обратно в шахтёрский городок и продолжать жить там, пока не выгонят. — Послушай, Калипсо, мы, конечно, рады такой преданности, но работы пока нет, а раз нет работы, нет и хлеба и крова, так что прости, — сказал главный из шахтёров. — Понимаю, — процедил Трой.       Он начал собирать свои вещи, чтобы найти новое место для ночлега, как вдруг услышал знакомый голос.       «Ну вот уже и ракки надо мной издеваются. Хотят мою плоть отведать», — подумал Трой.       Но голос Миры, а это был именно её голос, был слишком явным и близким, и Трой в надежде поднял глаза. Не показалось, знакомая фигура в сером комбинезоне промелькнула возле одного из шахтёрских домиков. — Есть какие-нибудь детали? — спросила девушка. — Была одна, да вот, отдали местному бродяге, — кивнул главный шахтёр.       Девушка оглянулась и увидела Троя… словно призрак прошлого постучался в её душу, чтобы попросить кров и еду. Трой стоял возле скалы и стыдливо отвёл свой взгляд от девушки, стараясь не привлекать к себе внимание. — Боже, Трой, неужели это ты! — воскликнула Мира и побежала к парню. — Ты знаешь его? — спросил один из шахтёров. — Он как-то захаживал в моё убежище, а потом пропал, — сказала Мира. — Ты рисковая девочка, любишь привлекать к себе всяких психов, — усмехнулся шахтёр. — Не суди, да не судим будешь, сам-то наверняка не без греха, — бросила Мира.       Не обращая внимания на взгляды местных жителей, девушка подбежала к Трою и протянула ему бутылку с водой, видя, что ему нужно попить. — Пей целиком, — сказала она. — Ты смелая девочка, — прошептал он. — Я. я переживала за тебя, после того, как ты ушёл из моего дома, — сказала Мира. — Зачем, зачем тебе нужен этот никчёмный паразит, — процедил Трой. — Что… кто тебе это сказал? Если это кто-то из твоих, то в таком случае они ими и являются, как я говорю всем, кто меня обзывает: «Кто обзывается, тот сам так и называется».       Трой еле улыбнулся. Его внезапная спасительница оказалась девушка с характером амазонки. Он не спрашивал её тогда, как она оказалась на Пандоре, но по характеру и выдержке она явно не беженка, а местная. — Ты в моём доме желанный гость, ты же знаешь, почему ко мне не пришёл? — спросила Мира.       Трой ничего не сказал, но Мира поняла, что ему стыдно за свои проделки, и он просто не хочет светить этим перед ней. Какой он самоотверженный, а этот взгляд его голубых глаз — взгляд воина, а не мальчишки. Даже если его победили, он всё равно победитель, раз не сдаётся. — Я должен искупить все свои грехи, — протянул Трой. — Искупить грехи среди кого? Среди других грешников? Если мы на Пандоре, значит, мы все грешники, — сказала Мира.       Трой посмотрел на девушку. — Знаешь, я родилась на этой планете, но вот моя душа считает по-другому, как будто бы моя душа тяготеет к чему-то другому, — проговорила девушка, смотря на небо. — Ты правда во всё это веришь? — спросил Трой. — Да, а ты, чего хочет твоя душа? — улыбаясь, спросила девушка. — Не знаю, я даже не знаю, есть ли она у меня, но я бы хотел найти своё место в мире, — улыбнулся Трой. — Смотри, ты улыбаешься, ладно, поедем со мной, как раз со вчерашнего дня у меня остались и скаги и ракки, места и на троих хватит, — махнула рукой девушка. — Троих? — Да, со мной живёт ещё девочка Ава, представляешь, её бросили на этой планете, а ведь обещали взять в «Алые налётчики», — ответила девушка. — Ава, я ей чуть вреда не причинил, — протянул Трой. — Она уже этого не помнит, даже забыла предательство рейдеров, так что, думаю, вы подружитесь, — улыбнулась Мира.       Мира и Трой сели в машину и поехали к её убежищу. Мира сказала, что она усовершенствовала своё убежище, так что теперь её дом не кажется кораблём, пережившим кораблекрушение, и там можно жить. Трой слушал внимательно, он был благодарен девушке за очередное спасение и не ожидал, что кто-то из местных будет так добр к нему. А когда он попросил её рассказать о себе, то она не отказала и сказала всё как есть, даже о том, откуда прилетели её предки. — У меня две стороны, предки со стороны матери русские, как видишь, у меня русское имя, а со стороны отца американцы, думаю, они смешались на Пандоре. Мой дедушка был искателем, — улыбнулась девушка. — Что, тоже хотел найти Великое Хранилище? — улыбнулся Трой. — Не, он отличался оригинальностью, и его многие считали сумасшедшим, он искал некое Единство, — хихикнула Мира. — Единство, кажется, я его уже видел, — протянул Трой. — Ты о чём? — не поняла Мира. — Дома поговорим, я сам не поверил в это, но кажется, соприкоснулся, знаешь, как будто бы резонанс, — ответил Трой. — Ладно, — протянула девушка.       Они без проблем доехали до убежища Мирославы, она и правда обустроила свой дом, теперь это не просто кусок корабля, а целый оазис посередине Пандоры, и если бы на планете была вода, то Мира бы без проблем и небольшой бы пруд обустроила. — Ава, достань ногу скага из заморозки, у нас пополнение, — крикнула Мирослава Аве. Девочка, увидев идущего в дом Троя Калипсо, слегка опешила, но потом быстро взяла себя в руки и достала сочную ногу скага из морозилки, а Мира показала Трою его новую комнату, где он будет жить. — Ава, я должен извиниться перед тобой и перед тем, что я убил Майю, — прошептал Трой, входя в дом.       Повисла тишина. Трой думал, что Ава будет его обвинять в этом преступлении, но она лишь ответила, что и не помнит, что было, и не держит зла, но то, что Трой начал исправляться, это похвально. — Видишь, она не держит на тебя зла, дети ещё не вкусили запретных плодов, поэтому они безгрешны, — улыбнулась Мира. — Да, я буддистка, нас учат не злиться и не искать врагов, — ответила Ава.       Мирослава отпустила Аву погулять рядом с убежищем, а сама стала разогревать ногу скага. Она была рада, что Трой жив, и теперь ему нужно восстановить силы, и пусть он останется в этом убежище. — Ну что, ты там говорил про Единство, показывай, — сказала Мира Трою. — Вот, когда собирал эридий в шахте, нашёл кусок какого-то древнего артефакта, — сказал Трой, показывая девушке небольшую дугу.       Мира взяла артефакт в руки и внимательно его осмотрела. Было похоже на часть древнего компаса, только вот обозначения были стёрты, а некоторые были непонятны. Один орнамент напоминал знаменитую розу ветров. — Знаешь, как только я взял его в руки, почувствовал вибрацию, а потом словно видения нахлынули, — проговорил Трой, смотря на девушку. — Какие? — поинтересовалась Мира. — Космос, звёзды, вселенные, — ответил Трой. — Ну, ты же сирена, а вы видите то, что не видят другие, — улыбнулась девушка. — Тут-то и дело, что больше нет, я выжил, но… — Трой запнулся.       Было видно, что это слишком много для него, и он просто не знает, как всё это переварить. Слишком долго был один и не осознавал, к чему нужно стремиться — не к силе, а к Единству. Жаль, что Тайрин этого не понимала. Мира села рядом с Троем на старый потрёпанный диван и положила руку ему на плечо. Трой слегка дёрнулся, но отсаживаться от девушки не стал. Что-то в ней привлекало его ещё с их первой встречи. Она не побоялась могущественную сирену и так называемого бога-короля, коим он даже не являлся, а просто говорила с ним как с человеком, пыталась понять. Перед ней был раненый человек, а не всеми ненавидимый фанатик. Тут вернулась Ава, в тот самый момент, когда Трой показывал Мире артефакт. Увидев его, лицо девочки оживилось, как будто бы она знала про этот артефакт. — Это же… — процедила Ава. — Ты знаешь, что это? — спросил Трой у девочки. — Я нет, но вот Майя, монахи на Афине однажды раскопали кусок такого же артефакта, и Майя вела записи в своём дневнике. Сейчас принесу, — сказала девочка и побежала за дневником. Вскоре она вернулась с ним и протянула его Мире. — Вот, я думаю, она не была бы против, раз дала мне его, — сказала Ава.       Мира и Трой начали читать дневник Майи. Там в основном были записаны мысли Майи, когда она жила на Афине, но часть записей была посвящена древним артефактам и… Единству. Это слово вновь промелькнуло, теперь уже у жительницы Афины. Значит, Единство — это не миф, а тогда что это? Мысль? Реальность? Цель? — Знаете что, — начала Ава, — я думаю, «Маливан» искали вовсе не ключ от Хранилища, а этот артефакт. А что было бы, если бы они нашли? — Они бы исколесили всю галактику ради других частей артефакта, но теперь корпорация пала, и ничего… — начал Трой. — Расслабляться не надо, есть ещё другие корпораты, и они тоже будут искать артефакты. Вот бы попасть на Афину, — протянула Мира. — Да уж, — протянул Трой.       И так Мира поняла, что не только её дедушка задумался о Единстве, оказывается, сирена Майя тоже задумывалась о единстве. Ещё Трой смог его увидеть, когда соприкоснулся с древним артефактом. Майя в своём дневнике описывала те же самые видения, что и Трой: звёзды, вселенные, музыка, как будто бы не отсюда. Значит, эти артефакты — ключ к Единству. Осталось найти тех, кто знал дедушку Мирославы — Джона Хоука, может быть, они знают, где тот спрятал свои дневники, чтобы разгадать эту загадку.