Что-то незнакомое мне и голуби.

— А голуби умеют влюбляться? Неожиданный голос прямо возле уха за спиной вынудил сделать резкий шаг вперёд с разворотом — привычка после сотни перестрелок. Голуби, так излюбленно облепившие меня, резко взлетели, снося всё на своём пути, включая мою беретку. Сквозь десятки хлопающих крыльев она с мягким стуком упала на землю. — Ах! К-Канна, прости! — новичок поклонилась, осматривая голубей, и поспешно добавила: — Вы все извините! — Не переживай так, Кохару. Я тянусь к беретке на земле, но она опережает меня и поднимает её первой. Быстрыми движениями стряхивает с неё грязь ладонями, а после скручивает свои розоватые губы в трубочку и пару раз дует. Она так боится доставить проблем, но… разве со мной нужно так переживать? Какая это наша общая миссия? Пятнадцатая или… уже двадцатая?.. Честно — подсчёт я не веду. Но уверена, что Кохару точно считает. На моей практике купидоны работают в парах довольно редко. То есть… шанс того, что Кохару расслабится рядом со мной, довольно велик. Остаётся только подождать. Я не успеваю закончить мысль в своей голове, как беретка бережно ложится мне на голову. Новичок натягивает шапочку, аккуратно поправляя мои волосы. Я не шевелюсь, давая ей закончить. Замечаю, как в очередной раз она мило высовывает кончик языка, когда слишком сосредоточена. Будь то выбор миссии, прицел в человеческое сердце или… забота обо мне. — Готово! — Спасибо. Я не могу сдержать улыбки и позволяю эмоциям выйти наружу. Кохару, заметив мою мягкую улыбку, заметно успокаивается и перестаёт бесполезно накручивать себя. — Так… новая миссия, да? Кохару разворачивается и наклоняется, чтобы поближе рассмотреть объявления на доске. Голуби снова возвращаются на свои привычные места, облюбовав стойку с заданиями и, конечно же, меня. Выставляю вперёд открытые ладони, приглашая одного из них сесть в удобное местечко. Долго оно не пустовало, и, казалось, за него ведётся небольшое соревнование. Пушистый белый голубь по-хозяйски уместился в моих руках. За столько времени в их компании я уже научилась тому, как удобно им, и тому, как ставить ладонь так, чтобы пальцами чувствовать биение их сердец. Это меня успокаивает. Биение сердец… вопрос Кохару… — Ох… эта звучит слишком сложно, может, другую?.. — новичок ловко перекатилась с одной ноги на другую, заострив своё внимание на следующем объявлении. — А вот это вообще наша территория? «Умеют ли голуби влюбляться?» Интересный вопрос. Почему бы у них и не спросить. Даже у того голубя, что прямо сейчас сидит у меня в руках. Но я медлю. Я никогда не отличалась особой завистью при жизни, да и при второй, крылатой, тоже, но… если всё-таки умеют, то это как-то несправедливо. Боги даровали миллиардам голубей чувствовать любовь, а мне… нет? Я мотаю головой. В последнее время меня всё чаще посещают эти мысли. Заполняют голову тягучей болью, заставляя шрам — напоминание о моей прежней жизни — неистово ныть. Наверное, это влияние Кохару. Нет-нет, вовсе не плохое! Просто даже при своём перерождении я не позволяла загнать себя в клетку из собственных страхов. То же самое я сделала и с Кохару. Наверное, чутьё дало мне знак, что именно я должна стать её наставником хотя бы на время. Другой бы наверняка не повёл её именно к Аки — девушке, что призналась ей в любви и также… наблюдала её смерть. По телу пробегают мурашки, и я чувствую, как встрепенулись мои крылышки. Не представляю, что она чувствовала… Я знаю Кохару месяц и уже не смогла бы вынести вид её умирающего тела, даже с учётом, что купидоны вроде как умереть не могут, а с Аки они дружили с детства. Может, я обошлась слишком жестоко, столкнув Кохару и Аки на миссии?.. Нет. Я думаю, это помогло ей хотя бы успокоиться насчёт подруги и знать, что та будет счастлива, пока её Кохару наблюдает издалека. Умеют ли голуби влюбляться? — Думаю, да! Вырываюсь резко из мыслей и, видимо, совсем неуместно отвечаю на вопрос, который уже был забыт. Я не узнаю собственного резкого и звонкого голоса. Это тоже её влияние? — Эту?.. — она задумчиво тыкнула в миссию напротив неё. — Видимо, это опять любовный треугольник или… Ох! Погоди! Тут даже четырёхугольник?! Кохару задумчиво почесала затылок, размышляя, точно ли стоит браться за это дело. Я поспешно оправдываюсь, добавляя: — Я про голубей. Думаю… — подходя к Кохару, я захожу ей за спину и оттуда наблюдаю за выбранным ей объявлением, — они могут… влюбляться. В отличие от меня, Кохару не дёргается от звука за спиной. Не наученная опытом или всё-таки так доверяет мне так сильно? Тяжело будет ей одной. Но, судя по тому, как я каждый раз выискиваю её хвостатую макушку из толпы — мне тоже. Не думала, что привяжусь к новенькой сильнее, чем к кому-либо прежде. Новенькой? Стоит ли мне до сих пор её так называть? — Посмотри. — Я перекидываю руку через её плечо и тычу пальцем в конец бумаги. — Чем сложнее миссия, тем больше кармы получаешь за неё. — Правда?! Кохару удивлённо выпрямляется и вчитывается в текст. Её волосы оказываются совсем близко ко мне, и я чувствую клубничный запах. Это у всех так или она такая особенная? Кохару продолжает удивляться пометке о дополнительной карме за сложность. Всё-таки ещё совсем новенькая. Не знает и большей части работы. Придётся мне и дальше её стажировать. Естественно, ради её же блага. Убеждаю себя вновь, что даже если она захочет работать одна, то я буду совсем не против, хоть и первое время мне будет непривычно. — Если хочешь поскорее переродиться, то выбирай сложные. А я помогу. По-родному кладу руку на её плечо и наблюдаю, как она озадаченно поворачивается. В её глазах читается прямой вопрос, но даже так она решает его озвучить. — Тогда ты тоже быстрее переродишься? — Скорее всего, дополнительную карму я потрачу на пули, — отвечаю честно. — Ну или на взрывчатку и гранаты. Они дороже, но иногда эффективнее. Подмигиваю ей в надежде, что она вспомнит, как я использовала гранаты в самые интересные моменты перестрелок между купидонами. Я не задумываюсь о перерождении так часто, как Кохару. В этом мы с ней очень разнимся. — Но…! Случайно перебиваю её, не давая договорить. Напоминаю о нашем прежнем разговоре, который вспоминаю каждый раз, смотря на неё. И каждый раз ощущаю фантомные прикосновения её руки и сплетение наших мизинцев во время клятвы. — Да и тем более, я ведь обещала помочь тебе с любовью, когда ты переродишься! Это мой долг семпая. Мне льстит, когда Кохару меня так называет. Хоть я и не самая опытная, но Кохару видит во мне наставника и опору. Буду таковой столько, сколько она сама захочет. Кохару неожиданно замолкает и опускает взгляд в пол, ковыряя носком туфельки землю. — Но если мы переродимся одновременно, то сможем встретиться в обычной жизни. А? О чём это она? Немного теряюсь и спускаю руку с её плеча. Необдуманные мысли сами лезут в голову, и они явно неправильные. Встретиться после перерождения… когда уже сможем любить? Это намёк или… Нет. Просто Кохару ещё совсем наивна и нуждается в поддержке. Наверное, ей будет легче знать, что кто-то в моменте переживает то же самое, что и она, только и всего. Богиня любви слишком жестока. Даёшь возможность управлять любовью чужих — так дай хотя бы раз понять, что это такое! Молоденькая голубка неожиданно подлетела и села Кохару на плечо. Я не сдерживаюсь и легонько глажу голубя по голове и не замечаю, как перехожу к макушке Кохару. Её мягкие волосы нежно переплетаются с моими пальцами. Глажу её по голове добрые пару минут, прежде чем отойти. С моих губ срывается почти отчаянное: — Если я смогу любить, то… я согласна переродиться и в голубя.