Жизнь, которую я не знала

Последние звуки будильника растворились в утренней тишине. Меё лежала с открытыми глазами, прислушиваясь к непривычному безмолвию квартиры. Мама недавно пришла с работы и сразу же легла спать, а из комнаты сестры доносилось лишь ровное дыхание. Коё, судя по всему, допоздна засиделась за учебниками. Сегодняшний день витал в воздухе – густой, насыщенный смесью тревоги и предвкушения. Он пах утренним воздухом, крахмалом отглаженной формы и неизвестностью. — Так, пора просыпаться, — прошептала она себе, вставая с кровати. — Просто учёба, книжный клуб, Кума и Флай. Больше ничего не нужно. Она надела форму, тщательно проверила, нет ли заломов на белой блузке, и внимательно осмотрела себя в зеркале. Рыжее каре лежало идеально, а веснушки на переносице, казалось, стали темнее от волнения. Поймав собственный серьёзный взгляд, она попыталась расслабить сжатые губы. «Всё будет хорошо». На углу, у знакомого магазинчика с моти, девушку уже поджидало её личное солнце и радуга. Кума, не в силах стоять на месте, переминалась с ноги на ногу, а Флай, сияя своей очаровательной улыбкой, что-то оживлённо рассказывала, жестикулируя руками. — Меё-чааан! Ты только посмотри на нас! Мы теперь почти как настоящие сэмпаи! — крикнула Кума, завидев подругу, и помахала своим новым розовым рюкзаком. — Мы и есть настоящие сэмпаи, по крайней мере, для первоклассников, — с лёгкой, почти невидимой улыбкой сказала Меё. Привычная болтовня подруг понемногу развеивала её внутреннюю тревогу, согревая изнутри, словно первыми лучами утреннего солнца. Дорога до школы была наполнена смехом и шутками. Но когда они, наконец, подошли к высоким, внушающим уважение воротам старшей школы, троица на мгновение замерла. Воздух здесь казался другим – более строгим, взрослым. — Ну что, — выдохнула Флай, сжимая ремешок своей сумки. — Пошли? — Вперёд! — уверенно заявила Кума и первой шагнула за порог. Вестибюль гудел, как растревоженный улей, заполненный толпой новоиспечённых учеников. Они, как и все, с волнением искали свои фамилии на огромных стендах со списками классов. — Эй, смотрите! — первой нашла их Флай, просунув палец между головами других студентов. — Кейдзё Меё, Кодо Флай, Набари Кума... Мы все! Все в классе 1-В! Облегчённый вздох вырвался у Меё одновременно со счастливым визгом Кумы, которая тут же устроила обеим подругам энергичные объятия. — Ура! Мы не разлучаемся! — радостно прокричала Кума и начала танцевать какой-то дурацкий танец. Это был первый и самый важный знак – их маленький мир не рухнул, он просто переехал в новый, более просторный зал. Их класс оказался светлым и просторным, с большими окнами, выходящими на школьный двор, залитый утренним солнцем. Девочки, как и договорились, заняли три соседние парты посередине. Пока они раскладывали принадлежности, дверь в класс открылась, и на пороге появился мужчина. Шум постепенно стих. Мужчина был молодым, лет двадцати пяти. Его тёмные волосы вились и небрежно спадали на глаза, не закрывая его чётких черт лица. Его глаза, цвета тёмного шоколада, медленно и внимательно обошли комнату, не выражая никаких эмоций. В его сдержанности была какая-то незыблемая твердыня. — Меня зовут Хигасидо-сенсей, — произнёс он тихим, но удивительно чётким и слышимым во всех уголках кабинета голосом. — Я буду вашим классным руководителем и преподаю классическую японскую литературу. Он не пытался шутить или располагать к себе. Он просто, без лишних слов, начал объяснять правила внутреннего распорядка, расписание и ожидания от учеников. Меё слушала, не отрываясь. В этой его безэмоциональной серьёзности было что-то невероятно надёжное. Ей показалось, что такому учителю можно доверять, как скале, о которую разбиваются волны суеты. Когда организационные вопросы были исчерпаны, Хигасидо-сенсей сложил руки на столе. — Теперь нам нужно выбрать старост. Юношу и девушку. Прошу предложить кандидатуры. В классе на секунду воцарилась тишина, которую тут же нарушили несколько голосов, выкрикивающих имена. — Как насчёт Кодо-сан? — предложил чей-то мужской голос с задней парты. — Она вроде была спортсменкой в средней школе, ответственная! Флай, покраснев, тут же поднялась с места и, изящно поклонившись, сказала: — Благодарю за доверие, но, к сожалению, мои тренировки занимают очень много времени. Я боюсь, что не смогу выполнять обязанности должным образом. Прошу понять. – А ты как всегда популярна, Флай-чааан. Откуда он вообще знает твоё имя? – язвя, прошептала Кума и хихикнула. Флай лишь опустила взгляд вниз и села на место. Но Кума, сидевшая рядом с Меё, вновь подала голос, но уже не шёпотом. Она резко вскочила, её чёрные пряди взметнулись в воздух. — А я знаю, кто справится! — звонко объявила она, обводя класс взглядом. — Моя подруга, Меё Кейдзё! Она самая умная, самая собранная и всё всегда делает идеально! Она никого не подведёт! Все взгляды, включая спокойный взор Хигасидо-сенсея, устремились на Меё. Та почувствовала, как ей стало некомфортно от резкого внимания. Она мысленно прокляла Куму за эту внезапную инициативу. Её план «оставаться в тени» трещал по швам в первый же день. Она хотела отказаться, найти причину, но, встретившись взглядом с учителем, который смотрел на неё с безмолвным, но весомым ожиданием, поняла – не сможет. В её природе было делать то, что должна, особенно если на неё возлагают надежды. — Хорошо, я не против, — тихо, но чётко сказала она, чувствуя, как десятки глаз впиваются в неё. Среди мальчиков всё решилось быстрее и единогласнее. Кандидатура Кейсуке Сатори была принята практически без обсуждения. Он сидел несколькими партами впереди Меё. Его коричневые волосы были аккуратно уложены, а на щеке, прямо под левым глазом, была заметна маленькая, но выразительная родинка, придававшая его доброму лицу особую, запоминающуюся черту. Когда его избрали, он обернулся, чтобы поклониться классу, и его мягкий, спокойный взгляд на секунду встретился с взглядом Меё. Уголки его губ чуть приподнялись в лёгкой, ободряющей улыбке. После объявления об окончании урока он подошёл к её парте, пока она собирала вещи. — Кейдзё-сан, — обратился он, и его голос оказался таким же тёплым, как и взгляд. — Поздравляю. Думаю, нам предстоит тесно сотрудничать. Надеюсь, мы сможем стать хорошей командой. Он не говорил банальностей, его слова звучали искренне. Меё почувствовала, как внутреннее напряжение понемногу отпускает. — Да, — кивнула она, поднимая на него глаза. — Я тоже на это надеюсь. Постараюсь не подвести. Он показался ей надёжным. С ним было... комфортно? Его голос был нежным и успокаивающим, а улыбка располагала к себе. «Возможно, – мелькнула у неё мысль, – работа в паре с ним будет не такой уж и обременительной». Попрощавшись с подругами, которые умчались на «разведку» новых клубов, Меё с замиранием сердца направилась в кабинет, указанный в списке. Дверь в библиотеке была приоткрыта. Из щели тянуло прохладой и запахом старой бумаги, кожи переплётов и безмолвия. Она тихо вошла внутрь. За столом у самого большого окна, залитая потоками послеобеденного солнца, сидела девушка. Свет окутывал её силуэт золотистым ореолом, играя на невероятно длинных вьющихся волосах дымчато-серого цвета, уложенных в сложную, но элегантную причёску. Её осанка была безупречно прямой, а плечи отведены назад. В её позе читалась врождённая грация. Она была погружена в чтение толстого тома в тёмном переплёте. Меё на секунду застыла, не решаясь нарушить идиллическую картину. Сделав глубокий вдох, она тихо кашлянула. — Здравствуйте, — произнесла она, и её голос прозвучал громче, чем она ожидала. — Я хотела бы... записаться в книжный клуб. Девушка подняла голову. Меё увидела её лицо – бледное, с утончёнными, почти скульптурными чертами. Её глаза, цвета тёплого каштана, на свету отливали лёгким алым румянцем, что выглядело загадочно и поразительно красиво. А под её полной нижней губой, на идеально гладкой коже, красовалась маленькая, изящная родинка, будто поставленная точёным пером художника. На лице незнакомки расцвела улыбка – тёплая, искренняя и такая же аристократичная, как и вся её внешность. — Привет, я тоже только пришла, — сказала она, и её голос был нежным, мелодичным и невероятно спокойным. — Меня зовут Банко Вада. Я тоже первокурсница. Честно говоря, я очень рада встретить кого-то, кто разделяет любовь к литературе, уже с самого начала. — Меня зовут Меё Кейдзё, — представилась Меё, чувствуя, как первоначальная робость сменяется лёгкой, тёплой радостью. Рядом с этой девушкой было удивительно легко. — Меё... «Яркость», — мягко проговорила Банко, задумчиво склонив голову набок. — Прекрасное имя. Оно вам очень подходит. Они несколько минут проговорили о любимых авторах, и Меё с удивлением обнаружила, что их вкусы во многом совпадают. Банко оказалась на удивление мягкой и лишённой какого бы то ни было высокомерия. Она говорила вдумчиво, взвешивая каждое слово, и слушала с неподдельным вниманием. — Первый день выдался довольно насыщенным, не правда ли? — заметила Банко, откладывая книгу в сторону. — Я, кстати, подала заявление в студенческий совет. Подумала, что это хороший способ проявить себя и быть полезной школе. — Звучит здорово, хотя немного обременительно, — сказала Меё. — Удачи вам. — Спасибо, — Банко слегка опустила глаза, и на её бледные щёки лёг лёгкий, едва заметный румянец. — Я сегодня мельком видела президента совета, Кейсуке Сатори-сенпая. Он... — она запнулась, подбирая слова, — производит впечатление очень приятного и доброго человека. Я бы очень хотела хорошо выполнять свою работу и... оправдать такое доверие. Меё кивнула, это имя показалось ей знакомым, но она не могла вспомнить, где его слышала. Вдруг её взгляд упал на часы на стене, и она с тихим вскриком всплеснула руками. — Ой! Прошу прощения, Вада-сан, мне нужно срочно бежать! Я полностью забыла, что договорилась встретиться с подругами! — Конечно, не задерживайтесь! — улыбнулась Банко, её алые глаза подмигнули. — Очень рада была познакомиться, Кейдзё-сан. Меё почти бегом бросилась к главному выходу, её сердце стучало не только от спешки, но и от нахлынувших впечатлений. У ворот её уже поджидали Кума, что-то с жаром рассказывающая, и Флай, слушавшая её с улыбкой. — Наконец-то! — Кума тут же уцепилась за её руку. — Мы уж думали, ты решила поселиться в библиотеке и стать её вечным хранителем! — Не угадала, но близко, — с лёгким, почти счастливым смешком призналась Меё, позволяя подругам завлечь себя в сторону от школы. — Я познакомилась с одной девушкой из книжного клуба. Банко Вада. — О, звучит аристократично! — подняла бровь Флай. — И как она? — Очень спокойная и... милая, — ответила Меё, и сама удивилась тому, насколько легко это прозвучало. Они направились в магазин канцтоваров, чтобы завершить этот насыщенный день традиционным ритуалом – выбором самых красивых тетрадей и ручек. Идя по улицам, освещённым заходящим солнцем, Меё слушала весёлые рассказы Кумы об их новых одноклассниках и более сдержанные, но не менее забавные комментарии Флай о тренере и новых товарищах по клубу. Пока подруги спорили о том, какие блокноты брать, Меё поймала себя на мысли, что её первоначальный план «оставаться в тени» потерпел полное и безоговорочное поражение в первый же день. Она стала старостой класса, познакомилась с приятным и надёжным Кейсуке-куном и нашла единомышленницу в книжном клубе – утончённую и загадочную Банко Вада. И, к своему величайшему удивлению, она не чувствовала ни раздражения, ни досады. Лишь лёгкое, трепетное и даже немного радостное ожидание того, что же принесёт им завтра.