Незавершенная глава

Пять лет. Пять гребанных лет в отчаянии. Казалось бы, все было прекрасно: любимый муж, взрослая дочь. И вот, в одночасье, все рухнуло. Теперь Кошкина презирает своего бывшего, а ныне командира. Презирает, но все еще любит. А он… На зло ей завел аляповатый роман с юной девицей, едва ли не ровесницей дочери. Как он собирается смотреть ей в глаза? Дочь позвонила. Приедет завтра. Окончила училище и рвется в элитную группу. Как скрыть от нее, что семья распалась? Неясно. Впрочем, все равно придется идти и говорить с Иваном. Маргарита неспешно подошла к кабинету Булатова и вошла без стука. Картина маслом: рабочий день в самом разгаре, а контр-адмирал разложился на своем столе с этой девицей… Сил нет, чтобы не назвать ее шлюхой. Маргарита быстро выпроводила юную особу из кабинета и плюхнулась на удобный диванчик, на котором когда-то была зачата их дочь. — Что делать будем? — спросила кап-три. Командир взглянул на нее с недоумением. — Женя завтра приезжает. Она не знает о нашем разводе. — А чего ты от меня хочешь? — поинтересовался он. — Наша дочь не маленькая, все поймет. Скажи ей правду. — Ну ты молодец, Булатов! Напомню, это ты мне изменил, а не я тебе! Это из-за тебя мы развелись, так будь добр встретить Женю завтра на автовокзале в шесть вечера и, как мужик, объяснить ей, что за время ее отсутствия родители развелись! И не забудь добавить, что отец — изменщик, променявший жену на лохудру, едва ли не ровесницу дочери! Рита уже собралась встать и уйти, но Иван оказался проворнее. Он резко вскочил, схватил Маргариту за предплечье, заставляя ее встретиться взглядом с бывшим мужем. — Ты невыносима, Рита! — выдохнул Иван, не разжимая пальцев. — Ты себя слышишь? Хочешь, чтобы наш ребенок меня ненавидел? Хочешь, чтобы она приехала и сразу же окунулась в эту грязь? — А что, по-твоему, я должна сказать? — голос Маргариты задрожал. — Что папочка нашел себе игрушку помоложе? Что папочка, который еще недавно меня обнимал, теперь развлекается на работе с кем попало? Ты хоть подумал, как это будет смотреться? — Это моя вина, я знаю, — Иван стиснул зубы. — Но Женя — это наша дочь. Она любит нас обоих. Ей не нужно знать всей правды, не нужно вываливать на нее все это. — Не нужно? — горько рассмеялась Маргарита. — Не нужно, чтобы она видела, как ее родители ненавидят друг друга? Не нужно, чтобы она знала, что ее отец — предатель? Иван, да она увидит это по нашим лицам! Думаешь, мы сможем играть этот спектакль перед ней? Не забывай, что дар разоблачать фальшь мы ей передали по генам, да и училась она не где-нибудь! Все! Я ничего не хочу слышать! Ты обязан ей все рассказать! — заявила Рита и, вырвавшись из захвата все еще любимого мужчины, ушла к себе на рабочее место. О проблемах Булатовых в КТЦ знали все и всё. Старались не заострять на этом внимания, но сегодняшний скандал, завершившийся ничем, насторожил всех сотрудников. Кроме Бизона. Возвращение крестницы смягчило его. Он рассказал Женьке о разводе родителей еще пять лет назад. Девушка делала вид, что ничего не знает, спокойно общалась с обоими и вынашивала план примирения. Почему так долго? Потому что пять лет казались достаточным сроком, чтобы ненависть и обида угасли, но не у их спецназовцев. Казалось, чем чаще они виделись после развода, тем сильнее разгоралась вражда, и тем яростнее становились скандалы с обвинениями в адрес Ивана. Как только Кошкина не называла его новую пассию: и шлюхой, и шалавой, и "Этой", и девкой. При этом словарный запас рыжей женщины, казалось, был безграничен.