A Good Alpha | Хороший Альфа

Два года несли с собой боль и осознание своей слабости, не оставляя иного выбора, кроме как стать сильнее. Зоро, конечно же, знал это. После Триллер Барка ничто так не бросалось в глаза, как его слабость. Счастье от того, что он наконец-то с Луффи, лишь на какое-то время затмило реальность, и даже тогда это счастье оказалось недолгим. Оно резко оборвалось, когда Зоро рухнул на остров, полный мрака и кровожадных, разъярённых бабуинов.  Так что да, Соломенные Шляпы были слабы. Новый Свет разорвал бы их на части, если бы представилась такая возможность. Чёрт возьми, Сабаоди разбил их так, что трудно забыть.  Несмотря на это, Зоро уставился на газету в своих руках, потратив (мучительно) много времени на то, чтобы разгадать скрытое в ней послание.  Два года, и как бы Зоро ни ненавидел мысль о столь долгой разлуке с командой, это был приказ капитана. Поэтому он был обязан его выполнить.  Эйс, возможно, и выжил в Маринфорде, но кровавые последствия войны всё ещё были бесконечными. Белоус был мёртв, физическое состояние Эйса неизвестно. Луффи, возможно, вернулся в Маринфорд живым после всего случившегося, но Зоро заметил повязки на его груди.  В конце концов, именно вице-адмирал Гарп позволил пиратам сбежать. Его называли неудачником — никчемным человеком в старости, но на фотографии Гарпа в газете он не выглядел ни неудачником, ни раскаивающимся в чём-либо. Дозорные, конечно же, простили его. Несмотря на его мимолетное помутнение рассудка (так они это называли, но Зоро знал лучше), он всё равно был героем флота. Сильнейшим дозорным из всех когда-либо существовавших. В крайнем случае, они могли бы отстранить Гарпа от внимания, но он всё ещё был им нужен, учитывая растущее беспокойство после смерти Белоуса.  Перона была настоящей занозой, как и Михоук. Девушка-призрак была примерно такой же суетливой, как Нами, но более драматичной, чем Усопп. Разговаривать с Михоуком было всё равно что говорить с каменной стеной, которая с презрением смотрела на тебя (не то чтобы Зоро хотел с ним разговаривать, но он мог выдержать лишь ограниченное количество разговоров с Пероной, прежде чем сходил с ума).  Хотя альфа считал, что два года — долгий срок, чтобы привыкнуть друг к другу. Несмотря на молчаливые взгляды Михоука, он был не так уж плох. Более терпим, чем ожидал Зоро. Более того, по мере того, как недели превращались в месяцы, а месяцы в год, Зоро осознал, что, несмотря на свою молчаливость, Михоук по-своему выражал свои мысли и чувства.  В основном действиями. Другой альфа никогда не был открыто враждебен к Зоро, и Зоро порой даже казалось, что старший, возможно, даже немного забавлялся младшим мечником. Он был дотошным наставником, одарённым не только фехтованием, но и умением лучше всего вбить уроки в толстую голову Зоро. Помогало и то, что молодой альфа был жадным учеником, готовым пожертвовать своей гордостью, чтобы учиться у лучших.  Перона часто говорила, что эти два альфы поразительно похожи (Зоро не мог понять, откуда она взяла такой вывод). Михоук на это замечание прищуривал глаза, а Зоро, очевидно, закатывал свои. Он не хотел, чтобы его сравнивали с этим задумчивым, молчаливым мечником, который, казалось, думал только о вине и сне.  Ладно, возможно, между ними и было некоторое сходство, но Зоро унесет это знание с собой в могилу.  Со временем, вопреки здравому смыслу, Зоро привязался к Пероне. Девушка-омега была противной, но милой и достаточно живой, чтобы компенсировать более тонкие взгляды Михоука и Зоро. Но это не значит, что он не тратил половину времени, мечтая свернуть ей шею. Она была для него как сестра, которую он никогда не хотел, с неохотой привязывался к ней, но в то же время (вроде как) любил.  «Когда ты неизбежно заблудишься, постарайся больше не заблудиться на моём острове», – сказал Михоук, стоя у подножия корабля, на который садились Зоро и Перона (очевидно, Зоро нельзя было доверить выходить в море одному). «Я буду наслаждаться тишиной и покоем». «Что значит "тишиной"? Я вернусь, ты же знаешь!» – надулась Перона, скрестив руки и злобно взглянув на величайшего в мире мечника.  «Только ради этого я специально вернусь и приведу с собой капитана», – Зоро затащил на корабль последние припасы, необходимые для путешествия. Михоук явно перестарался. В этих ящиках, наверное, было столько еды, что хватило бы на полгода, не меньше. Михоук деликатно фыркнул. Он был невероятно сдержан и воспитан, управляя феромонами в своём запахе, поэтому было практически невозможно понять, о чём думает мужчина.  Несмотря на это, Зоро овладел искусством чтения микровыражений своего наставника.  Хоть Михоук обычно и вел себя бесстрастно, он не был совершенно бесчувственным роботом.  «Если ты сделаешь это, я убью тебя», – предупредил Михоук.  «Как скажешь», – усмехнулся Зоро, понимая, что угроза была лишь отчасти правдивой.  Когда не осталось ничего другого, кроме как отправиться в плавание, Зоро сошел с корабля.   «Что ты делаешь?» – спросил старший альфа, искренне потрясённый, когда Зоро опустился на колени и в последний раз преклонил колено перед другим мечником. Он больше никогда так не сделает, но решил, что, обучая его два года — включая кормление и одежду — Зоро мог оказать Михоуку последнюю унцию уважения.  «Я благодарен», – он опустил голову вниз, искренне говоря это. «Но в следующий раз мы встретимся как соперники».  Губы Михоука дрогнули. Обычно это означало, что он одобряет поступок Зоро.  «За все годы работы мечником я ни разу не брал учеников. Ты — первый и последний, Ророноа Зоро», – Михоук признал. «Несмотря на то, сколько проблем ты мне доставил, мне интересно посмотреть, как ты будешь расти дальше. Если ты действительно планируешь однажды победить меня, стань сильнейшим».  Михоук отвернулся, и в воздухе послышалась рябь. Запах. Это был запах Михоука.   Зоро мог поклясться, что глаза у него не жжёт. Просто в них попала грязь.  Перона же, напротив, рыдала, как ребёнок, «Михоук будет скучать по тебе!» – причитала она, закрывая глаза рукой. Она лучше всех распознавала запахи. Даже мимолетное ослабление контроля Михоука не осталась незамеченной принцессой-призраком, «Какая доброта!»  Доброта. Да, Зоро полагал, что именно доброта позволила ему остаться и тренироваться целых два года. За эту доброту он отплатит, став лучшим.  «Глупая девчонка», – проворчал старший альфа, всё ещё стоя к ним спиной. «Убирайтесь уже отсюда».  Зоро не нужно было повторять дважды. Его команда ждала его. Скоро он воссоединится с Луффи. Спустя два года, после слишком долгой разлуки, Зоро вернётся сильнее, чем когда-либо. Сердце его горело при одной мысли об этом, нервы и волнение накатывали волнами.  Вернувшись на корабль, Перона старательно затыкала нос, «Фу, от тебя воняет надеждой. Это отвратительно».  «Просто заткнись и отплывай. Я и так уже потерял достаточно времени».  Перона надулась, крутя зонтиком над головой, «Это ты хотел затянуть наше прощание. Зачем тебе так подлизываться к Михоуку? Я фаворитка, а не ты!»  Зоро возмутился, «Я не пытаюсь быть фаворитом! Зачем мне это?!»  Перона взвизгнула и, надув губки, замолчала.  Тишина длилась всего час, пока они покачивались на волнах океана. Сколько бы Перона ни жаловалась, ни стонала и ни стенала, она всё ещё была привязана к нему. Зоро был одним из двух её спутников за последние два года. Очевидно, со временем дружба стала гораздо крепче, чем некоторые могли бы подумать.  «Мне немного грустно, что ты уезжаешь», – прошептала Перона. Её фирменный чёрный зонтик безжизненно лежал рядом. «Ты, может, и идиот с мускулами, но за всё это время ты ни разу не обошелся со мной плохо, хотя у тебя были на то все причины».  Губы Зоро дернулись, а затем он без предупреждения протянул руку и игриво толкнул её.  «Эй!»  «Не будь такой сентиментальной. Мы же не никогда больше не увидимся», – сказал альфа, скрестив руки на груди и решительно глядя куда угодно, только не на Перону. «…Как будто я смогу так легко от тебя избавиться».   Он сразу понял, когда начнётся водопад слёз, и, конечно же, Перона бросилась к нему, плача в своей излишне драматичной, но искренней манере.  «Агх! Слезь с меня!»  «Не могу! Твоя доброта! Ты так жалок, что привязался ко мне!»  «Это ты ко мне привязалась, чёрт возьми!», – Зоро сопротивлялся, но это было лишь показной попыткой. В конце концов, он позволил младшей омеге повиснуть на нём. Она и так была ему как сестра, к тому же, она достаточно раз шантажировала его, чтобы он съёжился при мысли о том, что может её расстроить.  «Ты тоже была не так уж плоха все эти годы. Ты и Михоук», – признался Зоро, опуская голову на голову Пероны в редком жесте привязанности. В конце концов, Перона ему нравилась. Несмотря на её странности, а может, и благодаря им. Она напоминала ему о команде, о доме. Он будет скучать по ней, когда придёт время им расстаться.  Перона вздохнул, «По крайней мере, вы с папой не плохие альфы».  «…Если Михоук когда-нибудь услышит, как ты его так называешь, пожалуйста, сфотографируй его для меня».  «Поняла».  Сабаоди остался прежним, но всё же другим, чем когда он ушёл. Конечно, Зоро не успел толком рассмотреть Сабаоди с тех пор, как чуть не умер и не перелетел через полмира. Внешне город, конечно, не сильно изменился, но этого нельзя было сказать о людях, заполонивших улицы. Преступники заполонили все переулки и дороги, скапливаясь толпами. После смерти Белоуса пиратство возродилось. Теперь флот пытался выжить, пытаясь контролировать хаос.  Зоро игнорировал отбросы общества, предпочитая бар Шакки. Даже снаружи он чувствовал ауру Рэйли, как и ауру Михоука. Воистину опасный человек. Бета, бросивший вызов обыденности, чтобы стать одним из самых могущественных людей в истории.  Когда Пираты Соломенной Шляпы впервые прибыли на Сабаоди, Рэйли смотрел на Зоро с ожиданием. Тогда Зоро не понимал, чего именно он ждал, но теперь, став старше и мудрее, он, кажется, догадывался. До двухлетней разлуки роль Зоро в Пиратах Соломенной Шляпы никогда не была официально признана. Хотя он часто брал на себя командование в отсутствие капитана, это происходило не потому, что от него этого требовали.  В то время это их устраивало. Во многом они были ещё незрелыми, скорее друзьями, чем командой, но, хотя дружба и помогла сплотить стаю и укрепить доверие, в Новом Свете они не могли быть просто друзьями. Нужна была иерархия, и Зоро был готов принять мантию своего положения в этой команде.  «Значит, первый появившийся — это тот, кого мы меньше всего ожидали», – признал Рэйли, не глядя на него. «Так ты наконец готов всерьёз отнестись к своей роли Вице-капитана?»  Это был провокационный вопрос, заданный величайшим Вице-капитаном, которого когда-либо знал мир.  Зоро хмыкнул. Два года пошли ему на пользу. Сделали его сильнее. Он сбросил с себя остатки юности, и голос его стал ниже, а аура — совершенно иной.  «Что ты думаешь, старик?»  Рэйли усмехнулся, «Вижу, Михоук тоже не смог вбить в тебя манеры. В этом вы с капитаном очень похожи». Наконец, Сильверс Рэйли повернулся к Зоро и, казалось, был искренне рад его появлению. «Рад тебя видеть, парень. Луффи без умолку говорил о том, какой ты замечательный. Тебе повезло, Альфа», – Рэйли многозначительно отпил из своего бокала. «Иметь такого сильного и преданного Омегу».  Почувствовав себя желанным гостем, Зоро прошел вглубь бара, сел рядом со старым бетой и принял напиток, предложенный ему Шакки.  «Я скучал по нему», – честно признался Зоро, ведь два года разлуки не смогли приглушить его чувства. Скорее, они стали сильнее, чем когда-либо прежде. Михоук часто говорил, что от него пахнет как от одурманенного глупца. Зоро лишь со временем осознал, насколько это было правдой.  «Хорошо», – пробормотал Рэйли. «Я боялся, что у тебя всё ещё может быть эмоциональный запор».  «Когда мы встретились, я был совсем не таким».  «О, я уже наслушался историй. Поверь мне», – Рэйли рассмеялся в свой стакан. «Мне не нужно было знать тебя так хорошо, когда ты был мальчишкой, чтобы понять, что ты упрямый. Кстати, отличный глаз. Мы почти одинаковые, только мой всё ещё на месте».  Зоро закатил свой единственный здоровый глаз, и на его губах появилась улыбка. Рэйли был неплохим стариком, и он помогал Луффи все эти годы. Значит, в глазах Зоро он был неплохим.  «Знаешь, где можно порыбачить?» – спросил он.  Рэй удивлённо моргнул, «Рыбалка? Ты рыбачишь?»  «Привычка, которую я перенял, живя с Михоуком», – небрежно объяснил он. Он не хотел вдаваться в подробности того, как Михоук заставлял его часами тренироваться под водой, пока тот не научился задерживать дыхание так же хорошо, как рыбак. «Кажется, он любит рыбачить. Кто бы мог подумать?»  «Мм, да. По виду не скажешь, что ему что-то нравится. Он был таким сорванцом ещё до смерти Роджера».  Зоро попытался представить себе молодого Михоука, но не смог отделаться от образа золотистых глаз, пристально глядящих на него с изножья кровати и предупреждающих об грядущем аде, если Зоро проспит больше минуты.  Он содрогнулся, «Да, Михоук — сорванец. Не могу себе этого представить».  «Ну, я не могу представить его рыбачащим, так что это справедливо. Я могу показать тебе одно знакомое место. Твоя команда может расстроиться, если я отпущу тебя одного и ты заблудишься».  Зоро вспомнил, что Михоук говорил ему нечто подобное, хотя его слова звучали гораздо более подло и он не сильно хотел помогать Зоро в чем-либо.  «Теперь я лучше ориентируюсь», – сказал он, слегка нахмурившись. «Я не виноват, что все остальные просто не умеют давать указания». Рэйли запрокинул голову и рассмеялся, хлопнув молодого альфу по плечу, «Черт, по крайней мере, это никогда не изменится».  Десять дней прошли в скуке. Зоро большую часть времени рыбачил, а на десятый день случайно сел не на ту лодку. Конечно же, ему пришлось разрубить судно пополам за то, что он осмелился попытаться утопить его. Когда он вынырнул из океана, мокрый насквозь и раздраженный, Санджи уже ждал его, и его глаза дергались от недоумения, как Зоро мог оставаться идиотом после стольких лет. «Держу пари, тебе потребовалась целая вечность, чтобы разгадать секретный код Луффи», – подтрунивал Санджи, выпуская сигаретный дым в лицо мечника. «Тебе кто-то помогал?»  Ну, по крайней мере, Санджи все еще был гением в плане выведения его из себя.  «Я сам разобрался, спасибо. И не моя вина, что это заняло целую вечность, я был полумертв первый месяц! Попробуй драться с бабуинами, когда твои кишки пытаются из тебя вывалиться!»  Санджи закатил глаза, «Думаешь, это плохо? Я не видел настоящей женщины целых два года! Я мучился каждый день без отдыха!»  Губы Зоро скривились в усмешке, «Ты заслужил это, извращенец».  Они злобно переглянулись, но через минуту Зоро и Санджи одновременно ухмыльнулись. Запах альфы был знаком. Он был родным, и напряжение, которое Зоро нёс в себе два года, отчасти ослабло.  «Кажется, теперь ты чувствуешь себя более комфортно в своей шкуре», – признал Санджи. «Думаю, капитан будет доволен».  «Да?» – Зоро толкнул Альфу плечом, немного обрадовавшись возвращению этого дермового повара. «Не терпится его увидеть. И всех остальных».  «Уверен, тебе было тяжело вдали от своего Омеги, особенно», – сказал Санджи. Он засунул руки в карманы, пока они бродили по ближайшему рынку. «Вы только официально начали встречаться, как нас застал Кума».  Зоро пожал плечами. Первые несколько месяцев жизни с Михоуком он сокрушался о несправедливости всего этого. Он плакал, когда был уверен, что остался один, его глаза наполнялись слезами от разочарования при мысли о том, что команда разлучена, а Луффи предстоит пережить войну в одиночку. Он думал о том, как несправедливо, что им дали всего несколько коротких недель вместе, прежде чем их разлучили, заставив остаться на разных концах света на два года. Зоро полагал, что отчасти это была карма за то, что он так долго не мог вытащить голову из собственной задницы, а отчасти — необходимость. Им нужно было повзрослеть. Им нужно было стать сильнее, и, осознав это, он перестал жалеть себя и двинулся дальше.  «Сначала мне это не понравилось, но приказ капитана и всё такое», – Зоро остановился на этом, небрежно положив руку на мечи. Было странно смотреть на мир Сабаоди с его нынешней точки зрения. Он был совсем ребёнком, когда впервые попал сюда. Мальчиком, едва способным назвать себя мужчиной. Альфой, который только сейчас осознал, насколько велик мир на самом деле.  Он всегда был немного взрослее остальных членов команды — за исключением Робин, конечно, — но теперь это стало ещё более очевидным. Теперь в нём чувствовалась некая уравновешенность. Уверенность, которую можно было почерпнуть только пережив трагедию и выйдя из неё победителем.  Санджи, казалось, тоже это заметил. Зоро пару раз ловил на себе его пристальный взгляд, словно невольно заставляя его восхищаться тем, насколько вырос Зоро.  «Тупой ублюдок», – в конце концов пробормотал Санджи. «Мне почти хотелось бы, чтобы ты и дальше оставался таким же идиотом. Когда ты так эмоционально стабилен, это чертовски странно».  «Ты все ещё бесишь меня, если это вообще имеет значение».  Санджи ухмыльнулся, обнажив острые клыки, «Точно так же, как и ты, Моховая Голова».   Они бродили по городу, наверное, минут двадцать, прежде чем Зоро это надоело, «Хочешь выпить? Рэйли всё ещё не знает, когда появится Луффи, но это должно быть скоро».   Санджи пожал плечами, «Думаю, я мог бы выпить пива. Ты платишь?»  «Ещё чего», – закатил глаза мечник, – «плати за свое дерьмо сам».   Их препирательства начались как-то непринуждённо. Зоро пару раз сбивался с курса. К счастью, Санджи был рядом и ругал его, пока он не возвращался на путь истинный. Наконец, они нашли бар в центре города, полный жалких ничтожеств, которые возомнили себя важнее, чем были на самом деле.  Зайдя в бар, оба альфы занялись своими делами, уверенно расхаживая и занимая столик. Зоро начал пить со всем своим обычным бесстыдством, осушая бутылку так, что Михоук скривил губы от отвращения.  «Ты — полное безобразие. Следи за манерами». Зоро хорошо следил за своими манерами. Примерно так же, как Михоук, когда перебрал один бокал вина, начинал сам прихлёбывать из горлышка бутылки (хотя ему всё равно удавалось выдавать это действие за элегантное).  «О чем задумался?» – спросил Санджи.  «А? О. Михоук, вообще-то».  Санджи выглядел растерянным, «Должен сказать. Я не ожидал такого ответа». «Точно, ты же не знаешь», – Зоро поставил бутылку. «Я в итоге оказался на острове Михоука. Провёл с ним два года».   «Михоук?!» – воскликнул Санджи, хлопнув руками по столу. «И ты не умер?»  «Вообще-то нет», – спокойно ответил Зоро. «Он меня тренировал».  Санджи чуть не вспыхнул от такого откровения, «Тогда это объясняет потерю глаза, но, ух ты. Не думал, что он способен на что-то столь… милое».  Зоро нахмурился. Когда он впервые попросил Михоука тренировать его, он и сам понимал, что шансов у него мало. Честно говоря, чудо, что Михоук согласился, не говоря уже о том, чтобы отнестись к этому серьёзно. В любом случае, причина сотрудничества Михоука оставалась загадкой.  «Он не так уж плох. Немного заносчив, но…», – Зоро взглянул в сторону. «Не знаю».  «Всё ещё хочешь однажды победить его?» – спросил Санджи. Довольно глупо.  Альфа метнул взгляд на блондина, прищурившись от смертельной амбициозности, «Конечно», – прошипел он, подразумевая каждое слово. Что бы ни случилось, он сам заявит о себе как о величайшем мечнике.  Санджи поднял руки, изображая капитуляцию, «Ого, расслабься, чувак. Мне просто интересно. Мне показалось, что ты немного восхищаешься этим парнем. Вот и всё».  «Я им восхищаюсь», – признался Зоро. «Вот почему я собираюсь надрать ему задницу». И Михоук, вероятно, тоже не хотел бы другого.  Санджи оперся на руку, подперев голову, и пристально посмотрел на мечника, «Кажется, я наконец-то понял».  «Хм?» «Что в тебе такого особенного» – сказал блондин и указал на другого альфу. «У тебя волосы длиннее». Зоро был невозмутим. Из всех отличий, которые мог заметить другой альфа, он выбрал именно это? «Если я собираюсь провести остаток дня здесь с тобой, мне нужно выпить еще». Он проворчал, «Идиот».  Всё началось с перешёптываний по городу о человеке по имени Луффи, пирате, который намеревался набрать новых пиратов для своей команды. Зоро узнал об этом в день своего прибытия на Сабаоди, но Рэйли сказал ему, что это просто какой-то придурок, который решил нажиться, используя имя Луффи. Поначалу Зоро был взбешен тем, что кто-то насмехается над репутацией его капитана, но позволил гневу утихнуть, сосредоточившись больше на том, чтобы не нарваться на неприятности, чем на том, чтобы их создать.  К счастью, он никогда не сталкивался с самозванцами напрямую (тогда он мог бы и не удержаться), но он все ещё слышал шёпот о них по всему городу. «Соломенная Шляпа Луффи убил сегодня ещё одного человека», – говорили они голосами, хриплыми от страха, – «Соломенная Шляпа Луффи буйствует». Честно говоря, это была полная чушь. Он не знал, что было нелепее: люди, выдававшие себя за команду Соломенной Шляпы, или те, кто действительно им верил.  В любом случае, Зоро не собирался решать эту проблему, пока не возникнет необходимость, поэтому он с удовольствием провёл остаток дня в баре с Санджи, лениво осушая запасы хозяина бара. Он был доволен и расслаблен, почти наслаждаясь обществом Санджи (хотя тот был настоящим придурком), когда снаружи ввалился какой-то ублюдок.  «Соломенная шляпа Луффи только что заметил Омегу!» Пальцы Зоро застыли на напитке. Слова доходили до него медленно, большую часть размышлений за него делали органы чувств.  Сначала появился запах. Отдалённо знакомый. Словно давно утерянное драгоценное воспоминание, которое он только сейчас возвращает. Потом, появилось новое ощущение, которое он оттачивал два года с Михоуком. Хаки Наблюдения. Он чувствовал приближение жизненной силы кого-то могущественного, чья аура несла в себе бремя судьбы.  Он так напрягся, что разбил горлышко бутылки, которую держал в руке. Санджи, должно быть, заметил перемену в атмосфере, потому что его глаза расширились, а затем он расплылся в восторженной улыбке.  «Луффи!» – сказал он, вставая с выражением волнения и нетерпения. «Это должно быть он!»  Так и было. Никаких сомнений. Даже спустя два года Зоро никогда не забудет этот запах. Сердце колотилось в груди, неверие смешивалось с осознанием происходящего. Наконец-то это случилось— Не успел он опомниться, как выбежал из бара, не заплатив по счёту. Санджи следовал за ним по пятам. Он позволил запаху и своему ощущению Хаки вести его, не нуждаясь в указаниях, чтобы найти его. Он мог найти Луффи где угодно.  И он это сделал. Как ни смешно, это было почти антиклиматично. Зоро ожидал, что весь мир развалится на части и снова соберётся воедино, и, возможно, так оно и было. Не в физическом плане, конечно, но его мир перевернулся с ног на голову, когда его взгляд упал на одинокую маленькую фигуру, бредущую по улицам с невыносимо большим рюкзаком.  Но он был не совсем один.  Зоро моргнул, узнавая человека, и его взгляд упал на мужчину в... инвалидной коляске?   «Слухи всё-таки оказались правдой», – тихо пробормотал Санджи рядом с ним. «Я надеялся, что это не так».  «Эй! Омега! Ты что, не понимаешь, кто с тобой говорит?» – из-за невыносимо большого рюкзака Луффи вынырнул толстый, коренастый мужчина, одетый в пародию на Луффи, и неторопливо зашагал по улице. Он изо всех сил старался выглядеть бандитом, но выглядел лишь идиотом, ухмыляясь замаскированному омеге, который шёл рядом со своим братом, прикованным к инвалидной коляске.  «Почему бы тебе не оставить его в покое, приятель?»  Зоро наблюдал, как лицо Эйса высунулось из-под оранжевой шляпы, его глаза и нос были прикрыты маскировкой.  К счастью, самозванец Луффи был идиотом и не задумался о безвкусных очках и накладных усах, «А? Тебе есть что сказать мне, приятель? Такой калека, как ты, ничего не сделает. Я говорю с этим сладко пахнущим куском задницы. Понял? Слышишь меня, омега? Я с тобой говорю!» Фальшивый Луффи размахивал пистолетом, пытаясь напугать.  Коляска Эйса остановилась, «Предупреждаю тебя, придурок. Будешь и дальше так приставать к моему братом, и я тебя убью».  Самозванец замешкался, очевидно, почувствовав, что Эйс говорит серьезно, но он был слишком сосредоточен на мысли, что Эйс прикован к инвалидной коляске и, следовательно, неспособен что-либо сделать, чтобы придать предупреждению большое значение.  Этот толстый идиот рассмеялся, «Я — Соломенная Шляпа Луффи! Думаешь, сможешь меня напугать?»  Глаза Эйса опасно сверкнули, «О, думаю, я могу попробовать— » «Подождите-ка! Зоро?! Санджи?! Это действительно вы, ребята?!»  Зоро, один из упомянутых мужчин, наблюдал, как Луффи, закутанный в плащ, закрывающий большую часть лица, вытянул тонкую руку и яростно помахал им двоим, «Это правда!» Он продолжал кричать, равнодушно прерывая назревающую драку, «Я чувствую твой запах! От Зоро всегда приятно пахнет!»  Рядом с мечником Санджи со смехом подтолкнул Зоро, «Кажется, это твой сигнал, мохоголовый. Прошло уже много времени, не облажайся».  Зоро не думал, что сможет, даже если постарается.  Он был так взволнован, его переполняло счастье, которое мог вызвать только Луффи.  На лице альфы появилась улыбка, от которой веяло счастьем, и он шагнул вперед, «Луффи!»  По его зову Луффи откинул капюшон плаща, обнажив знакомый пушистый комок черных волос и очаровательное лицо, которое, хотя и слегка повзрослело с годами, осталось таким же, каким было всегда.  Вот и всё. Момент наконец настал.  И как назло, его прервал этот болван-самозванец.   «А? Почему ты меня зовёшь? Я тебя знаю?»  Зоро пообещал себе, что не будет тратить время на общение с этим самозванцем, пока не возникнет такая ситуация.  Что ж, он решил, что лучшего момента, чем сейчас, не найти.  Со скоростью, отточенной двумя годами тренировок под кропотливым и тщательным руководством Михоука, Зоро предстал перед самозванцем, выхватив Сюсуй и нацелив его на толстую шею. Он позволил своему альфа-запаху вспыхнуть предостережением, но глубже скрывалась куда более устрашающая сила воли, которой обладал лишь один из миллиона.  «Если ты знаешь, что для тебя хорошо, – предупредил Зоро, – то позволишь мне мирно воссоединиться с моим омегой».  Самозванец заикался, холодный пот выступил на его лице, и он разинул рот, как рыба, «Т-ты настоящий Р-Ророноа— » Луффи не дал мужчине договорить. Он был слишком занят, внезапно оттаскивая Зоро прочь. Его резиновые руки настойчиво и легкомысленно дернули и затащили ничего не подозревающего мечника в переулок, где было гораздо меньше людей. «Зоро!» – снова сказал Луффи, расплывшись в широкой улыбке, которую альфа прекрасно знал. «Это было так круто! Теперь ты совсем большой».  Одна рука сжала бицепс Зоро, а другая опустилась ему на грудь. Зоро всё ещё пребывал в каком-то оцепенении. Он чувствовал только запах Луффи, и прошло уже два года с тех пор, как он слышал этот смех, видел эту улыбку— Всё это разом обрушилось на него. Он не знал, одни ли они. И ему было всё равно, если нет. От него пахло, как от человека, нуждающегося в помощи, — этот запах резко оборвал следующую фразу Луффи на полуслове. Прошло два года с тех пор, как Зоро в последний раз видел любимого человека.  Он пообещал себе, что больше не будет плакать, но в груди завязался комок эмоций, который быстро подступил к горлу и щипал глаза. Он не мог поверить, что он действительно здесь. Что они действительно здесь. Луффи был на расстоянии вытянутой руки, и Зоро не мог поверить, что он всё ещё не прикоснулся к нему.  «Луффи», – он произнёс это имя, словно молитву, и для человека, не верящего в богов, это говорило о многом. Почти слишком много. Его кулаки остались на боках, но они тряслись там, где были зажаты. Он посмотрел на молодого человека, омегу, столь же прекрасного, как в тот день, когда Зоро покинул его (только на этот раз он не выглядел испуганным, Луффи выглядел уверенным и счастливым).  Шрам на груди в форме буквы X был новым, как и мышцы Луффи, плотные и отражающие силу. Он всё ещё был маленьким. Всё ещё гибким и поджарым, но линия подбородка стала чуть острее, а костяшки пальцев были покрыты шрамами и синяками. Когда Луффи поднял голову, чтобы посмотреть на Зоро, выражение его лица отражало всё, что Зоро сейчас чувствовал.  «Я тоже по тебе скучал», – прошептал Луффи, словно уже зная, что Зоро хочет сказать— может быть, он и знал. В конце концов, они прекрасно понимали друг друга. Лучше, чем большинство.  Капитан взял инициативу в свои руки и шагнул вперёд. Расстояние между ними сократилось, и Зоро понял, что, должно быть, и сам стал выше, он всегда был выше Луффи, но теперь возвышался над ним. Если бы мечник захотел, он мог бы заключить капитана в свои объятия и укрыть его там навсегда.  Должно быть, в этот момент от него исходил запах отчаяния, потому что его дыхание было прерывистым, а пульс — бешено колотящимся от желания. Горячий и лихорадочный. По какой-то причине он всё ещё не мог пошевелиться, но ведь он скоро оправится от шока, верно?  «Зоро», – прошептал Луффи, приподнимаясь на цыпочки до тех пор, пока расстояние между их головами не начало сокращаться, «Альфа». По крайней мере, этого было достаточно, чтобы вывести Зоро из состояния немого шока.   С воем, а не с рычанием, Зоро вышел из оцепенения и рванул вперёд. Сначала он положил руки на талию Луффи, сильную и рельефную, но тонкую под крепкой хваткой альфы. Затем он поднял Луффи в воздух, радостно улыбаясь, когда Луффи вскрикнул от удивления.  «Луффи!!!» – крикнул он, держа младшего над головой. «Посмотри на себя! Ты выглядишь великолепно! И ты здесь!»  Луффи хихикнул, глядя на мечника сверху вниз, «Конечно, я здесь! Я же сказал, что буду, не так ли?» Это заставило Зоро опустить Луффи ровно настолько, чтобы капитан автоматически обхватил его торс своими резиновыми конечностями, прилипнув к нему, словно липучка, пока омега продолжал ему улыбаться. Зоро уткнулся лицом в шею Луффи, пользуясь близостью, чтобы как следует учуять младшего. Его нос скользнул по горлу Луффи, прежде чем он устремился туда, где запах Луффи был наиболее явным. Зоро удовлетворенно замурлыкал, его разум наполнился ароматом Луффи, и только Луффи.  Два года были долгими. Слишком долгими.  Язык Зоро коснулся шеи Луффи, а затем дразняще и ласково прикусил её. После этого он отстранился ровно настолько, чтобы увидеть проблеск счастливых слёз в глазах Луффи, и запечатлел на нём сладкий поцелуй.  Именно этого ждал Зоро. Именно это поддерживало его на протяжении двух долгих лет. Его капитан. Его Луффи.  «Я рад, что ты вернулся, капитан», – промычал Зоро, его улыбка была лёгкой и восторженной, когда он ещё раз жадно захватил губы Луффи. «Я скучал по своему омеге. Очень сильно».  Луффи захихикал, но его смех превратился в тихий, едва слышный крик, требующий ещё одного поцелуя. Только Зоро мог услышать этот звук, эту тихую мольбу. Он ответил поцелуем в лоб Луффи, обещая настоящую встречу, когда у них будет время и возможность снова познакомиться друг с другом.  «…ну, по крайней мере, они не начали срывать друг с друга одежду, как я ожидал», – с юмором прокомментировал голос.  Второй голос добавил, «Честно говоря, это было еще мягко по сравнению с моими ожиданиями».  Несмотря на радость от того, что Луффи наконец-то вернулся туда, где ему место (в объятиях Зоро, достаточно близко, чтобы целовать и прикасаться, когда захочется), Зоро не мог не расстроиться из-за этого вторжения. Он взглянул через плечо Луффи и увидел Санджи, стоящего рядом с Эйсом, прикованным к инвалидной коляске, и оба бесстыдно наблюдали за воссоединением первого помощника и капитана.  «Санджи!» – рассмеялся Луффи, привлеченный голосом другого альфы. «У тебя есть борода! Это так круто!»  Луффи откинулся назад, не отпуская Зоро. Он висел, обхватив ногами талию Зоро, и его резиновое тело изгибалось, пока он не оказался лицом к лицу со светловолосым альфой.  Санджи нежно улыбнулся, а с кончика его сигареты повалил дымок, «Я бы обнял тебя, капитан, но ты, кажется, слишком занят».  Луффи выжидающе посмотрел на Зоро, и, подумав немного, мечник закатил единственный здоровый глаз, «Тебе не нужно мое разрешение, капитан».  «Вот почему Зоро — лучший альфа!» – Луффи снова рассмеялся, поспешно выпутываясь из объятий Зоро и с воплями бросаясь на Санджи.  Когда капитан отвлекся, внимание Зоро переключилось на Эйса. Старший из двух братьев наблюдал, как Луффи душит Санджи своими резиновыми конечностями, и тихонько посмеивался, наблюдая, как блондин с трудом дышит.  Словно почувствовав пристальный взгляд Зоро, Эйс повернулся к нему, всё так же дружелюбно и вежливо, как всегда, «Привет, Ророноа. Рад тебя видеть».  «Ага», – нерешительно ответил Зоро. «Ты тоже?» «О, похоже, ты не слышал», – Эйс указал на свои ноги, которые всё ещё были прикрыты чёрными штанами. «Немного напортачил, когда меня пытались вызволить из Маринфорда».  Брови Зоро в недоумении сошлись на переносице, «Но я думал, что Логия— », – он оборвал себя, понимая, насколько бестактным прозвучит его вопрос. «Э-э, неважно. Просто рад видеть, что с тобой всё в порядке».  Эйс, казалось, был довольно забавлён его неловкостью, небрежно облокотившись на подлокотник коляски, «Магма горячее огня». Он просто объяснил, «И половина моего тела была погружена в неё. Чудо, что мои ноги не разложились полностью, но теперь от них мало толку. Я всё ещё могу ходить, если использую свои силы, но это требует слишком больших усилий». «Да», – отозвался Луффи, держа Санджи мертвой хваткой. «И когда он так делает, слишком много всего загорается».  Эйс согласно кивнул, «Всё хорошо. Моя инвалидная коляска просто супер». Он наклонил её так, чтобы Зоро мог видеть огненные узоры на ней, «И пока я могу сражаться, когда нужно, кому, чёрт возьми, нужны ноги?»  «Верно», – сказал Зоро. «Ты останешься у нас на некоторое время?»  «Мгм. Марко ждёт меня в Новом Свете, так что я поеду с вами, пока мы с ним не встретимся. У меня много работы, чтобы вернуть некоторые потерянные территории». «Значит, ты все ещё пират?» Эйс ухмыльнулся и приподнял шляпу, «До самой смерти».  Зоро вернул ему ухмылку, скрестив руки на груди и ожидая, когда Луффи закончит приставать к светловолосому альфе. Его не так сильно беспокоило, как других, видеть, как его омега цепляется за другого мужчину. В основном потому, что Санджи был членом семьи. Он не был альфой-соперником, и Санджи никогда не притворялся таковым. Однако Зоро также пообещал никогда не пытаться контролировать Луффи. Мысль о том, чтобы держать Луффи вдали от того, что делало его счастливым, была жестокой, и Зоро старался её избегать. Пока ситуация не была опасной, Зоро был доволен тем, что его омега делает всё, что ему вздумается.  Эйс развернулся, и Зоро предстояло привыкнуть к этому зрелищу, «Так ты и мой младший брат, да? Я догадался об этом ещё в Алабасте».  «Правда?» – спросил Зоро, искренне удивлённый. «Тогда я ещё сам во всём не разобрался».  «Конечно», – Эйс рассмеялся, как всегда, непринужденно. «Ты был идиотом».  Обычно Зоро бы бурно протестовал, когда его так называли, но со временем Зоро осознал, что, да, он был довольно глупым. Но, по крайней мере, он уже вырос из этого. В основном.   «Я просто хочу сделать его счастливым», – решил Зоро. «Всеми возможными способами».   Эйс игриво сморщил нос, «Мерзко, но я разрешаю. Искренне благодарю тебя за заботу о нём. Он бы не протянул эти два года, если бы не знал, что на той стороне его ждёт команда».  В данный момент Санджи растягивал резиновые щёки Луффи, прежде чем позволить им вернуться на место. Сердце Зоро согревалось. Его семья вернулась. Его стая. Луффи.  Капитан поймал взгляд Зоро, и лицо Луффи лучилось нежностью. Он сумел увернуться от Санджи, пытавшегося снова его ущипнуть, и подбежал к Зоро, бросившись на мечника, словно нуждающаяся в помощи паукообразная обезьянка. Альфа легко поймал младшего, и заключил Луффи в объятия с нежностью, которую ему было трудно проявить два года назад. Теперь же он не упустит ни одной возможности одарить своего маленького капитана всей необходимой ему любовью и лаской.  «Готов отправиться на поиски остальных?» – спросил Зоро, целуя ладонь Луффи.  Омега энергично кивнул, «Держу пари, теперь все выглядят такими крутыми!»  «У меня такое чувство, что тебе понравится Фрэнки», – сказал Санджи, подходя к нему. Его руки автоматически легли на ручки коляски Эйса, «Ты не против?»  Эйс покачал головой, «Ничуть, мистер Кок. Пожалуйста, ведите».   Санджи разразился смехом. Зоро уловил странный запах, исходивший от блондина. Он принюхался, но запах исчез прежде, чем он успел его определить. Пожав плечами, Зоро, не обращая на это внимания, потянулся за нелепо большим рюкзаком, который Луффи носил с собой.  «Кто тебе всю эту дрянь подсунул?» – спросил Зоро, закидывая сумку на одно плечо, пока Луффи болтался на другом. «Здесь дерьма на три года вперёд».  Когда он поднял сумку, от неё повеяло странным запахом, который он не узнал. Это был не Рэйли. Запах Рэйли был слабым из-за его бета-динамики, но этот запах был сильнее. Цветочный и слишком фруктовый, чтобы Зоро мог его выдержать, не морща нос от отвращения. Он был не просто противным. Он был подавляющим.  Запах альфы. Запоздало сообразил Зоро. Он пропитал всю ткань рюкзака, словно заявляя о себе.  Подбородок Луффи удобно устроился на плече Зоро, «О, Хэммок упаковала его для меня. Она может немного переборщить, но она классная».  «У нее, э-э, довольно сильный запах», – заметил Санджи, встав рядом с Зоро (потому что мечнику нельзя было доверять вести за собой). «Очень парфюмный».  «Расскажи мне об этом», – мрачно проворчал Эйс, сгорбившись в коляске. «Эта чёртова женщина только и делает, что метит свою территорию».  Губы Зоро дрогнули, но он промолчал. Что-то в ворчании Эйса по поводу территории не понравилось Зоро. Впрочем, не ему жаловаться. Если кто-то приложил столько усилий, чтобы позаботиться о Луффи, Зоро мог только поблагодарить его.  Но всё равно запах был ужасно сладким. От одной мысли о нём у него заболели зубы.  «Эм, мне это не так уж и противно», – задумчиво пробормотал Луффи. «Хэммок пахнет сахаром, так что это довольно приятно, потому что напоминает мне о десертах». Его пальцы рассеянно теребили воротник пальто Зоро, тонкая зелёная ткань была мягкой и дышащей.  Губы Зоро снова дрогнули, но он промолчал. Он не стал бы вникать в ситуацию больше, чем ему было дано. Это означало бы, что он не сделает ненужные выводы. Теперь он был выше этого. Он (в основном) перерос свою инфантильность. Раздражаться из-за странной, сладко пахнущей альфы, которая пропитала своими феромонами рюкзак Луффи, а попутно и его самого, было глупо и по-детски.  «Ты можешь думать, что это приятно, но это ужасно», – Эйс специально заткнул нос. «Хэнкок только и делает, что пытается тебя учуять. Это отвратительно».  Зоро с трудом сдержал хмурое выражение лица, скрыв большую часть своего запаха.  Глаза Санджи слегка расширились, «Она пыталась учуять Луффи? Мы говорим о чутье типо: "О, посмотри на этого очаровательного маленького омегу, я хочу о нём позаботиться" или— ну, знаешь, какой-то другой вид».  Такое чутьё было позволено только Зоро. Такое чутьё изначально привело к ссоре Луффи и Зоро в Вотер 7, когда альфа решил, что он зашёл слишком далеко и перешёл черту, от которой уже не сможет оправиться. Такое чутьё заставляло Луффи скулить и хныкать так, что кровь Зоро закипала. Обычно капитан становился таким милым, податливым и уязвимым, что его можно было полностью осквернить. Зоро проделывал это всего три раза. Один раз в Вотер 7 и дважды после Триллер Барка, прежде чем они расстались на Сабаоди. Само собой разумеется, он с нетерпением ждал возможности почуять Луффи таким весёлым способом, как только у них появится время и возможность уединиться.  Пальцы Зоро неосознанно сжали лямку рюкзака, в то время как другой рукой он подтянул Луффи, пока тот полностью не прижался к передней части тела мечника, позволяя Зоро положить свободную руку на задницу омеги под предлогом того, что он поддерживает Луффи на середине своей талии.  Это не было поводом, чтобы тонко подлизываться к своему любимому капитану, к которому он не мог прикоснуться годами.  Услышав вопрос Санджи, Эйс засомневался в ответе, «Эм, не знаю, стоит ли говорить».  Зоро решительно устремил взгляд вперед.  «Мм, всё в порядке, Эйс», – Луффи ухмыльнулся. «Зоро не рассердится или что-то в этом роде».  Было восхитительно, с какой уверенностью Луффи говорил это.  Эйс, похоже, не разделял этой уверенности, «Не думаю, что кто-то, независимо от динамики, одобрит то, как Хэнкок пыталась— ...неважно». Эйс спохватился, прежде чем продолжить, его глаза слегка расширились, когда он посмотрел в сторону, «Хороший день сегодня, правда, Санджи?»  «А… да», – ответил блондин. От него пахло неуверенностью и, возможно, лёгкой нервозностью. Зоро с опозданием понял, что именно он был причиной этой нервозности. Решимость мечника молчать лишь раззадорила остальных. Они, наверное, подумали, что он вот-вот сорвётся или ещё что-нибудь нелепое.  Ну, вопреки распространённому мнению, Зоро не был яростным и властным альфой. Он был спокойным, хладнокровным и собранным— «О!», – Луффи рассмеялся, словно поняв, что Эйс собирался сказать, прежде чем остановился. «Ты говоришь о том, как Хэнкок всё время пыталась пометить меня, верно? Да, это было довольно безумно, когда она вошла в гон. К счастью, Рэйли был рядом и сдерживал её. Она была страшной», – Луффи снова рассмеялся, беспечно и легкомысленно.  Эйс издал придушенный звук, его глаза широко раскрылись, а Санджи громко зарычал, услышав эту новость— не потому, что он считал Луффи своим, а потому, что Луффи был членом семьи. Семья, у которого уже был свой альфа, пусть даже на нём ещё не было метки партнёра.  Зоро же, со своей стороны, сохранял удивительное спокойствие. Как учил его Михоук (ведь давать волю запаху было нецивилизованно, если только он не предназначался для чтения), Зоро контролировал свой запах, и единственным внешним признаком того, что он вообще услышал новость, было лёгкое напряжение челюстей и стискивание зубов, достаточно сильное, чтобы прогрызть кость. «Что она сделала?!» – взревел Санджи. «Кто, чёрт возьми, эта сука? Она пыталась заставить тебя принять её метку?»  Повторив это, Санджи действительно начал продвигать тему разговора. Зоро незаметно ускорил шаг, снова и снова повторяя про себя уроки Михоука.  Искусство владения мечом — это контроль. Контроль над собой, своим окружением. Своим дыханием. Своими чувствами. Эмоции никогда не одержат верх над тобой— Что ж, эти уроки, конечно, хороши, но разве Михоук когда-нибудь сидел и слушал новости о том, как какая-то неизвестная Альфа пытается пометить его пару? Скорее всего, нет. Если бы так было, Михоук, вероятно, пошёл бы на уступки всем своим дзенским идеям о "главенстве разума над телом".  «Правда, она внезапно и довольно жестко впала в гон», – попытался успокоить Эйс. «И потом очень сожалела об этом».  «К чёрту сожаления!» – рявкнул Санджи. «Даже когда у Моховоголового был плохой гон, он не был полным идиотом, который буянит и насилует!»  «Тебе обязательно об этом говорить?» – это было первое, что сказал Зоро с момента начала разговора, и это застало врасплох и Эйса, и Санджи. «Я думал, мы все, как команда, решили забыть об этом».  По крайней мере, Зоро хотел забыть о тех нескольких жалких и мучительных днях.  «Именно на этом ты сосредоточился?» – вскипел Санджи, его сигарета рассыпалась в пепел с каждым тлением кончика. «Луффи только что сказал, что кто-то пытался заставить его— »  «Но она этого не сделала», – решил Зоро, каким-то чудом сохранив самообладание, хотя и чувствовал, что оно понемногу ускользает.  Блондин явно хотел продолжить спор, «Почему меня это волнует больше, чем тебя?! Тебе что, всё равно?»  И это был очень глупый вопрос.  Зоро потребовалась вся его концентрация, чтобы не наброситься на него. Он знал, что Санджи исходит не из злого умысла. Он знал это. Светловолосый альфа был справедливо расстроен, как и следовало Зоро (он был), и приторно-сладкий запах странной альфы, исходивший от этого дурацкого рюкзака, лишь усугублял ситуацию.  Искусство владения мечом — это контроль— Глубокий вдох. Зоро приказал себе. Ты не такой парень. Не будь таким. «Конечно, мне не всё равно», – сказал он, стараясь говорить как можно более нейтрально и ровно. «Но сейчас мы здесь, и это главное. Зачем мне напрягаться из-за того, что я не могу контролировать?» Казалось, он задавал этот вопрос скорее себе, чем кому-либо другому.  Лучше бы они вообще прекратили этот разговор. Он не хотел портить воссоединение с Луффи необоснованной ревностью.  Она пыталась спариться с ним. Этого было более чем достаточно, чтобы разозлиться. Она использовала предлог в виде гона, чтобы попытаться присвоить Луффи себе. Как будто Луффи что-то, чем можно было владеть и хранить. Луффи должен был быть свободным. Он был воплощением амбиций, освобождения и— «Просто брось это», – решил он, вырвавшись из собственных мыслей. «Это неважно».  Важно, но Луффи, похоже, не беспокоило прошлое, так почему же Зоро должно? Вот только его самого.  Очень сильно беспокоило. И независимо от того, насколько хорошо он контролировал свой запах, Луффи, должно быть, почувствовал беспокойство, сжимающееся в желудке Зоро.  Молодой капитан немного откинулся назад, достаточно, чтобы надуться и с легким беспокойством взглянуть на Зоро, «Неужели Зоро действительно злится?»  Зоро хотел сказать "нет". Сказать, что он лучше мелкой ревности, но не смог вымолвить ни слова.  Эйс, в свою очередь, громко фыркнул, «Такое дерьмо кого угодно выведет из себя, Луф».  Луффи надулся еще сильнее, ему стало не по себе, «Я не хотел— »  «Всё в порядке, капитан», – заверил Зоро, больше заботясь о том, чтобы Луффи был счастлив, чем о том, чтобы вызвать у него чувство вины. «Это не проблема. Я в порядке. Видишь?» – он попытался улыбнуться, вспомнив, как Луффи был рад его видеть. В любом случае, это всё, что сейчас имело значение. Луффи был здесь, цеплялся за него и, очевидно, всё ещё считал Зоро своим альфой. Тем, кого Луффи выбрал для себя.  Санджи все еще был раздражен и пыхтел, докуривая третью сигарету, «У него больше самообладания, чем у чертовой статуи Будды».  Луффи заметил улыбку Зоро и улыбнулся сам, «Хорошо! Не хочу тебя злить. Слишком рано! Надо приберечь это хотя бы на третий день».  «Да ну?» – Зоро усмехнулся. «Держу пари, ты не протянешь и 24 часов, маленький негодяй».  «Не-а. Первые 24 часа у нас будут напряжёнными», – Луффи одарил его своей фирменной ухмылкой, предвещавшей неприятности, но такие, которые Зоро наверняка понравятся.   «Правда?» – промычал он, поняв намёк без лишних подсказок. «И что же ты имеешь в виду, капитан?»  Альфа, очевидно, уже знал. Луффи был открытой книгой, и не нужно быть гением, чтобы понять, на что намекает капитан. Два года разлуки — долгий срок, слишком долгий для некоторых, но это лишь заставило капитана и первого помощника скучать друг по другу ещё сильнее. Конечно, дело было не только в их обществе. Были и другие, менее публичные вещи, по которым они скучали.  Глаза Зоро потемнели, когда в груди вспыхнуло желание. Он быстро перевёл взгляд на губы Луффи, и жар разлился по низу живота при мысли о том, что он мог бы сделать с этими губами.  «То, что понравится Зоро», – пообещал Луффи, явно довольный собой. «Очень понравится».  «О, братец», – простонал Санджи рядом с ними. «Можно ли это назвать флиртом? Всё равно что слушать неловких, похотливых подростков— » «Никто тебя не спрашивал, дерьмовый кок!» – огрызнулся Зоро, раздраженный нежелательным вмешательством блондина.  Эйс, в свою очередь, не выглядел обеспокоенным этой парой. Скорее, он даже забавлялся, «Никто не говорил, что Луффи умеет флиртовать, но, похоже, это работает».  Щеки Зоро окрасились легким румянцем, когда Эйс устремил на него смеющийся взгляд, «Он обвел тебя вокруг пальца, не так ли?»  Зоро бессвязно проворчал себе под нос, решив, что лучше просто игнорировать поддразнивания и идти дальше. Скоро они вернутся на Санни и воссоединятся со всей командой. Он с нетерпением ждал этого, и Луффи, должно быть, чувствовал то же самое. Маленький омега был полон энергии, чуть не выпрыгивая из рук Зоро от волнения. Альфа легко держал его, позволяя капитану вертеться, как ему вздумается.  К тому времени, когда Санни показался в поле зрения, Луффи больше не мог сдерживаться, и с криком восторга вырвался из рук Зоро, дико размахивая руками в воздухе и выкрикивая имена своих товарищей по команде.  Остальные, ожидавшие на корабле, заметили его и начали кричать. У Нами на глазах навернулись слёзы, девушка-бета была переполнена эмоциями, когда Луффи, лучезарно смеясь и сохраняя своё обычное обаяние, взбежал на верхнюю палубу. Раздался смех, слёзы, объятия, снова слёзы, а когда всё наконец утихло, команда собралась на верхней палубе Санни, выпивая и рассказывая о времени, проведённом вдали друг от друга.  Зоро расслабился в тёплой атмосфере, его плащ и кушак распахнулись, открывая большую часть груди. Усопп начал сравнивать с ним мускулы, омега был гораздо увереннее в себе, чем раньше. Брук долго рассказывал о своём кругосветном путешествии, а затем побаловал Зоро увлекательными разговорами о мечах и приёмах, которым они научились за эти годы. Фрэнки развлекал Чоппера, Луффи и Усоппа своими киборг-улучшениями, заставляя их сходить с ума от восторга, увидев его новые гаджеты.  Как и Зоро, Робин предпочитала отдыхать, забавляясь заискиваниями Санджи и непринужденно обсуждая с Нами погоду на небе.  Было приятно. Было дружелюбно.  Это был дом.  Полулежа на лужайке Санни, прислонившись к центральной мачте, Зоро ничуть не удивился, когда ему на колени опустилась тяжесть. Он приветственно промычал что-то, нежно улыбаясь омеге, сидящем на нем верхом.  «Зоро!» – хихикнул Луффи, его шляпа сползла на затылок, обнажив взъерошенные пушистые чёрные волосы. Зубы у него были ровные и белые, глаза прищурены от счастья.  Какое милое зрелище он представлял, прижимаясь к Зоро.  Сердце альфы наполнилось теплом. Он наклонился ровно настолько, чтобы прижаться носом к щеке Луффи, и на мгновение прижался губами к тёплой коже, прежде чем отстраниться.  «Привет, капитан».  «Я сейчас так счастлив», – сказал Луффи, полный энтузиазма.  Зоро явно чувствовал этот энтузиазм, небрежно позволяя своим рукам прикасаться к Луффи, где им вздумается. В любом случае, омега не собирался ему отказывать.  Остальные члены команды были чем-то отвлечены. Чоппер и Усопп танцевали под песню Брука. Робин и Фрэнки, прислонившись друг к другу, говорили о чём-то, вызывавшем улыбки на их лицах. Нами подшучивала над Санджи, позволяя альфа-повару вежливо, по-семейному, обнюхивать её. Тем временем Эйс отрубился в коляске, периодически проваливаясь в сон с тех пор, как они прибыли на корабль.  Убедившись, что за ними, по крайней мере, никто не наблюдает, Зоро снова наклонился вперёд и приник к губам Луффи. Это была целомудренная ласка, не более чем лёгкое соприкосновение губ, но Луффи всё равно покраснел, его глаза сверкали в ночи.  «Вот как?» – Зоро прошептал слова почти с мурлыканьем. «Думаю, я тоже счастлив».  «Мы могли бы смыться прямо сейчас», – хмыкнул Луффи, проводя пальцами по расстёгнутому воротнику пальто Зоро. Его намерения были совершенно откровенными. Судя по тому, как он ёрзал на коленях у Зоро, в их побеге была определённая цель — цель, которая, по крайней мере, пришлась бы Зоро по душе.  Его запах выдавал его интерес, но он держался сдержанно. Меньше всего ему хотелось привлекать к ним лишнее внимание.  Опустив одну руку на талию Луффи, Зоро слегка прижал их тела друг к другу, нежное, дразнящее трение заставило его ухмыльнуться, а Луффи покраснеть еще сильнее.  «И что бы ты хотел, чтобы мы сделали, когда останемся одни?» – спросил Зоро, просто чтобы поиздеваться.  На его вопрос Луффи надулся, нижняя губа младшего выпятилась вперед в преувеличенном выражении, «Ты уже знаешь».  Зоро знал, но это не значит, что он не хотел сначала немного подразнить Луффи.  «Не знаю», – притворился Зоро. «Ты должен мне рассказать».  Зелень его глаз сверкнула весельем, когда Луффи издал звук разочарования, «Зоро~ ». Он хныкал, как всегда нетерпеливо, «Я хочу...» «Что ты хочешь сделать?»  Зоро получал от этого слишком много удовольствия. Наблюдать, как Луффи краснеет, как его взгляд робко скользит по открытой груди Зоро, шее альфы и, наконец, по его губам, — всё это было очень забавно. Его милый маленький капитан.  Луффи скрестил руки на груди и раздраженно произнес, «Ты меня дразнишь».  «Да», – честно признался Зоро. «Потому что ты выглядишь мило, и это все еще так просто».  Это лишь заставило Луффи ещё сильнее прищуриться, словно он мог каким-то образом проткнуть кожу Зоро, если бы пристально посмотрел, «Это подло. Я хочу развлечься, а ты, очевидно, нет».  Старший из них усмехнулся, «Я этого не говорил». Луффи намеренно отвернулся от альфы, задрав нос кверху, «Ну, ты точно не ведёшь себя, как обычно. Может, мне стоит пойти и развлечься одному?»  Что ж, Зоро мог бы восхищаться этой картиной. Луффи, развалившийся на кровати, раздосадованный отсутствием внимания со стороны Зоро, пока пытался позаботиться о своих нуждах.  Альфа отложил эту мысль на другой день.  Решив сжалиться над младшим, Зоро снова приблизился, прижавшись языком к шее Луффи в приглашении, которое нельзя было не заметить, «Я собираюсь развлечься с тобой, Луффи». Он выдохнул в кожу младшего, «Не волнуйся, омега».  Резкий всплеск возбуждения в запахе Луффи был весьма ощутим. Возможно, этого было бы достаточно, чтобы насторожить остальных, но если они и уловили его, то сделали вид, что ничего не заметили и их это не волнует.  Луффи настойчиво начал хватать и дергать одежду Зоро, «Ну давай же. Хватит сидеть сложа руки, пойдём».  Зоро рассмеялся, позволяя поднять себя на ноги. Луффи держал его за руку и тянул вперёд, к спальному помещению под палубой. Они не собирались красться, учитывая, что Луффи вёл себя довольно несносно, бегая по палубе вместе с Зоро, но это было неважно. Альфа всё же улыбнулся, его сердце забилось при мысли о том, что теперь, когда они воссоединились, Луффи наконец-то будет таким, каким он хотел.  Эйс вздрогнул, когда они прошли мимо пирата. Он моргнул, глядя на них, и лениво ухмыльнулся, «Повеселитесь вы двое», – после чего снова отключился, сползая без сознания на сиденье и громко храпя.  К тому времени, как они добрались до капитанской каюты (место, которое Фрэнки настоял построить, когда Зоро и Луффи стали официально парой), Луффи по-настоящему дал волю своему желанию и нетерпению. Как только Зоро втащили внутрь, Луффи пинком захлопнул дверь и набросился на него со всем азартом, ожидаемым от омеги. Его зубы и губы сомкнулись с губами Зоро, поначалу торопливо и неуклюже, но как только Зоро удалось защелкнуть замок на двери, он с легкостью заключил цепкого капитана в свои объятия.  «Ммф, как хорошо», – Луффи вздохнул, его щеки уже горели от возбуждения. «Зоро теперь такой большой. Ты можешь сломать меня пополам».  Альфа ухмыльнулся, «Тебя это возбуждает?»  Луффи активно кивнул и прижался к щекам Зоро, довольно мурлыча, «Будет еще лучше, когда Зоро пронзит меня своим членом».  «Луффи!» – фыркнул Зоро, издав изумленный смешок. Смех вскоре перешёл в стон, когда он представил себе предложение Луффи. Луффи насаживается на его член, широко расставив ноги и высоко подняв их в воздух, когда Альфа скользнул в него, словно дар богов.  «Ладно, да. Возможно, ты прав, Луф», – хмыкнул Зоро, крепче прижимая омегу. «Блять, как же хорошо ты пахнешь».  «Не так хорошо, как Зоро», – возразил Луффи, лизнув шею альфы. «Скучал по этому. Скучал по тебе».  У Зоро чуть голова не закружилась от того, как его манил запах Луффи, сладкий соблазн, перед которым невозможно было устоять, «Я тоже скучал по тебе, солнышко».  Альфа слепо повёл их в постель. Он окутывал его поцелуями, глубокими и страстными, и прикосновениями, красноречиво говорившими об их разлуке. Зоро провёл немало времени, заново знакомясь с телом младшего, заново изучая старые и новые шрамы, исследуя накачанные мышцы языком и кончиками пальцев. Он извлекал из Луффи все возможные звуки, пока комната не наполнилась их стонами. Их запахи смешивались, усиливаясь с каждым мгновением, с каждой секундой, пока они наслаждались своим единением. Время не ослабило страсть и влечение Зоро к своему капитану, как, похоже, и Луффи. Младший, в какой-то момент настолько охваченный чувствами, резко впился зубами в плечо мечника, пытаясь сдержать крик, готовый вырваться из груди, когда Зоро впился пальцами в распутного омегу. Боль лишь сильнее разжигала Зоро, представляя, каково это — почувствовать эти зубы чуть ближе к шее, где оставленный след будет означать гораздо больше, чем просто любовный укус.  «Я люблю тебя», – прошептал Зоро, нежно целуя Луффи, пока омега лежал под ним. Когда ноги капитана раздвинулись в приглашении, было трудно замедлиться и насладиться моментом, но Зоро всё же удалось.  Из уголка глаза Луффи скатилась слеза.  Зоро вытер её большим пальцем, ласково улыбнувшись, «Мой прекрасный омега».  Влага между бёдер Луффи практически пропитала кровать под ним, и когда Зоро наконец начал входить в младшего, его встретило влажное и манящее тепло. Смазка омеги была пьянящей, от неё исходил густой запах возбуждения. Глаза альфы потемнели, зубы заныли от желания. Он хотел вонзить клыки в Луффи, хотел завладеть им так, как никто и никогда прежде, но он не собирался делать этого без разрешения.  Поэтому вместо этого он поцеловал Луффи в шею, одаривая младшего вниманием, пока Луффи привыкал к его размерам.  «Т-такой большой», – Луффи склонил голову набок, демонстрируя покорность, пока пальцы омеги крепко сжимали Зоро. «Ты стал даже больше, чем в п-первый раз...»  «Я не буду торопиться», – пообещал Зоро. Он ещё даже не успел полностью войти, но замер, давая телу омеги привыкнуть к проникновению. Альфа окинул взглядом их тела, его глаза расширились от желания, когда он увидел, как его член помещается в капитане. Омега распух от члена Зоро, и его узкая дырочка с трудом вмещала мечника.  Зоро наклонился и обхватил рукой возбужденный член Луффи, немного ослабив напряжение, накопившееся в симпатичном, нуждающемся омеге.  «Ты молодец», – похвалил он, заворожённо наблюдая, как Луффи расслабился ровно настолько, чтобы Зоро смог заполнить его полностью. Луффи запрокинул голову, скуля от острого чувства наполненности. Его веки мило трепетали, а зубы так сильно прикусили губу, что чуть не пошла кровь. «Прекрасен», – продолжил Зоро, его голос был почти рычащим, поскольку он старался держаться неподвижно. «Такой крепкий, Луффи. Ты создан для меня, не так ли, омега?» Постепенно сознание Зоро начала ускользать. Не помогало и то, что тело Луффи лихорадочно пылало желанием, он дергался, пытаясь заставить Зоро двигаться.  «Альфа, пожалуйста... нгх», – прохрипел Луффи, выгибаясь, когда Зоро сместился ровно настолько, чтобы вжаться в податливое тело младшего. Из омеги вытекло ещё больше смазки, и тело Зоро заметно задрожало от вида этой прозрачной жидкости, покрывающей его член соблазнительным блеском.  «О, Луффи», – прорычал он. В груди у него зачесалось под кожей. Ему хотелось вырваться на свободу, сбросить все остатки контроля. «Ты такой мокрый. Посмотри на себя. Всё это ради меня, не так ли?»  Он опустил пальцы вниз, зачерпнув немного соблазнительной влаги, играя с легкой липкостью её текстуры. Луффи прикусил нижнюю губу и кивнул. Он уже выглядел измотанным, а запах от него шел просто сумасшедший. Несомненно, любой в радиусе мили учуял бы омегу.  «В-всякий раз, когда я был о-один...» – задыхаясь, пробормотал Луффи, его грудь тяжело вздымалась от усилий, пока Зоро облизывал собственные пальцы, пробуя на вкус смазку. «Я использовал свой кулак, чтобы представить, что это твой у-узел».  И этого было достаточно, чтобы альфа сорвался. Никакие уроки самоконтроля не могли помешать мужчине полностью потерять себя, услышав нечто подобное, особенно от сильнейшего и прекраснейшего омеги в мире (по скромному мнению Зоро). Зоро в тот момент, возможно, превратился в зверя, рыча и хрипя, впиваясь в своего визжащего омегу со всем желанием, которое он два года держал под строгим замком. Он трахал младшего, разрывал его на части и истощал обычно неистощимого резинового человека. Каждый засос, который он оставлял, он нежно целовал. Kаждый укус, впивающийся в нежную кожу, он сладостно ласкал пальцами. Луффи провалился в беспамятство, превратившись в комок желания и отчаяния, когда он кричал Зоро, чтобы тот никогда не останавливался, и «Пожалуйста, Зоро, а-альфа, я— » Зоро потерял счёт тому, сколько раз он завязывал своего капитана узлом, но каждый раз был более блаженным и драгоценным, чем предыдущий. Набухание его члена в Луффи каждый раз доводило омегу до крайности, младший захлёбывался криками, сжимая в кулаках простыни и давая волю слезам возбуждения. Лишь после того, как Зоро наполнил Луффи достаточным количеством спермы, чтобы компенсировать двухлетнюю разлуку, альфа наконец рухнул рядом со своим измученным капитаном.  Его кожа блестела от пота, феромоны все еще витали в воздухе, и Зоро на мгновение остановился, чтобы перевести дух.  Прикрыв одной рукой глаза, а другой защитно обняв капитана, альфа довольно красноречиво произнес, «Черт».  Луффи, в свою очередь, тихо и устало рассмеялся. Он лежал на кровати, растянувшись, пока не занял большую её часть.  «Это было лучшее воссоединение в моей жизни», – пробормотал Луффи, хихикая от кайфа, полученного от слишком частых оргазмов. «Зоро молодец».  «Я стремлюсь угодить, капитан», – заурчал Зоро, его голос стал баритонее и глубже, ведь он стал на два года старше.  Ему почти хотелось заснуть, но он был весь липкий, а Луффи пришлось ещё хуже. Омега, очевидно, был рад просто пролежать в постели до конца вечности, но Зоро не был бы хорошим альфой или первым помощником своему капитану, если бы позволил им лечь спать, пропитанными остатками секса.  «Ладно, пойдём, капитан», – Зоро вздохнул и потянулся. «Пора принять ванну».  Луффи пронзительно заскулил, «Я не хочу. Я так хочу спать».  Зоро тоже хотелось спать, но не настолько, чтобы игнорировать ощущение пота и спермы на своей коже.  Видя, что капитан не собирается двигаться, Зоро завернул омегу в простыню, словно мешок с картошкой, и понёс его к двери спальни. Луффи вскрикнул, испугавшись, что его мир перевернулся с ног на голову, а Зоро лишь рассмеялся в ответ на жалобы капитана. Натянув шорты, первый помощник бродил по Санни, пока не добрался до ванны. Там он потратил немало времени, пытаясь затащить Луффи в воду и как следует его вымыть.  К концу принятия горячей ванны Луффи мурлыкал, уткнувшись носом в шею Зоро, пытаясь вытянуть запах альфы.  «Продолжай так меня вдыхать, и тебе это надоест».  «Невозможно», – вздохнул Луффи, ещё крепче прижимаясь к груди альфы. «Я слишком сильно люблю Зоро, чтобы это случилось».  Сердце альфы дрогнуло и замерло. Он никогда не сможет устоять перед сентиментальным чувством, которое возникало у него каждый раз, когда Луффи говорил, что любит его. Иногда это всё ещё казалось невероятным. Этот гордый, могущественный Омега, который однажды станет Королём Пиратов, любил такого простого человека, как Зоро. Хотя альфа полагал, что не многие "простые люди" могли бы одним взмахом меча разрубить корабль пополам.  Сменив простыни, они устроились поудобнее. Была уже глубокая ночь, остальные члены команды, вероятно, уже давно спали. Луффи, продолжая мурлыкать, растянулся на альфе, шевеля руками и ногами, как ему вздумается.  «Спокойной ночи», – послышалось сонное бормотание, сопровождаемое усталым зевком.  Зоро сжал бедра Луффи, чувствуя себя самым счастливым в своей жизни, «Спокойной ночи, Луффи».