Та, которая видит

Пролог. Два подарка судьбы 27 марта 1960 года, поместье Поттеров, Годрикова Впадина Юфимия Поттер знала, что роды будут тяжелыми. Целители говорили, что мальчик крупный, но никто не сказал ей, что мальчик будет не один. — Миссис Поттер, еще одна потуга! — голос целительницы звучал взволнованно. — Там... еще один! Флимонт Поттер, который клялся, что будет сохранять спокойствие, метался по комнате, как тигр в клетке, и ежесекундно протирал лысину платком. — КАК ЭТО — ЕЩЕ ОДИН?! — взревел он, когда из комнаты донесся второй, тоненький, но удивительно звонкий крик. Через несколько минут дверь открылась. Целительница держала на руках два свертка. — Поздравляю, мистер Поттер. У вас сын... и дочь. Флимонт замер. Он ожидал наследника. А получил... Он осторожно заглянул в первый сверток. Красное сморщенное личико, смешно приплюснутый нос и едва заметный пушок на макушке. — Джеймс, — прошептал он. — Наследник рода Поттер. Потом он перевел взгляд на второй. И забыл, как дышать. Девочка. Маленькая, с кулачок размером, но на ее голове уже сейчас отчетливо виднелись темные завитки. Она не кричала, как брат, а хмурилась, словно оценивала этого странного лысого мужчину, который навис над ней. — Виктория, — выдохнул Флимонт, чувствуя, как по щеке катится слеза. — Ты наша победа, девочка. Юфимия, обессиленная, но счастливая, прикрыла глаза и улыбнулась. — Теперь у нас двое, Флимонт. Целая команда. — Команда, — эхом отозвался он. — О Мерлин, помоги Хогвартсу.

***

Весна 1962 года, Годрикова Впадина — Не трогай! — Джим выхватил у Вики погремушку. Вика посмотрела на брата. Моргнула. Потом, без единого звука, размахнулась и заехала ему погремушкой по лбу. Джим замер. Погремушка жалобно звякнула и развалилась на две половинки. Из соседней комнаты прибежала Юфимия: — Что случилось?! — Вика... — Джим всхлипнул, трогая краснеющую шишку. — Вика меня... стукнула. Юфимия перевела взгляд на дочь. Та сидела на полу, разглядывая останки погремушки с видом профессора, оценивающего неудачный эксперимент. Потом подняла голову и выдала: — Бац. — О господи, — выдохнула Юфимия. — Флимонт! Иди посмотри на свою дочь! Из кабинета выглянул Флимонт. Оценил обстановку: сын ревет, дочь сияет, погремушка уничтожена. — Ну, — сказал он задумчиво, — зато характер есть. — ФЛИМОНТ! — А Джим сам первый начал, — добавила Вика и улыбнулась той самой улыбкой, от которой у Флимонта почему-то захотелось спрятать все ценные вещи подальше.

***

Лето 1967 года, сад Поттеров — Давай, Вики, выше! — Флимонт стоял внизу, задрав голову. Вика взлетела на старенькой отцовской метле, вцепившись в древко так, что побелели костяшки. Джим сидел на траве и завидовал — ему отец пока доверял только зависать в метре от земли. — Хорошо! Теперь разворот! Плавно, дочка, плавно! Она слушалась плохо. Метла виляла, Вика болталась на ней, но почему-то не падала. Поттеровское упрямство, помноженное на полное отсутствие страха. — Ты прирожденный ловец! — крикнул Флимонт, когда она сделала круг над садом. — Из тебя выйдет толк, Вики! Лучше, чем из этого лодыря! — он кивнул на Джима, который тут же возмутился: — Па-а-ап! И в этот момент мир перед глазами Вики погас. Яркая вспышка — и она уже не в саду. Трибуны ревут. Красно-золотые шарфы мелькают перед глазами. Ветер свистит в ушах. Она летит. Не как сейчас — коряво и неуверенно, а быстро, хищно, пригнувшись к метле. Впереди, у самой земли, мелькает золотая искра. Снитч. Она бросает метлу вниз. Земля несется навстречу. Пальцы смыкаются на холодных крылышках. Трибуны взрываются. — ГРИФФИНДОР ПОБЕЖДАЕТ! ПОТТЕР ЛОВИТ СНИТЧ! Она поднимает руку с зажатым снитчем. На ней красно-золотая форма. Подлетает Джим, рядом с ним темноволосый мальчик с безумной улыбкой и серыми глазами. — ВИКИ! Вспышка. — ...ки! Вики! Она моргнула. Солнце. Сад. Отец внизу смотрит встревоженно. Джим уже вскочил с травы и подбежал к метле: — Ты чего зависла?! Я зову, зову! Упасть могла! Вика медленно спустилась. Ноги дрожали. — Вики, — Флимонт подхватил её, когда она спрыгнула. — Что случилось? Ты побелела вся. Сердце? Голова? — Просто... — она сглотнула. — Потемнело в глазах. На секунду. Всё нормально, пап. Она посмотрела на свои пустые ладони. Снитча не было. Но ощущение холодных крылышек в пальцах — осталось. — Точно нормально? — Джим заглянул в лицо. — Может, пудинга хочешь? — От пудинга не откажусь никогда, — улыбнулась она. Про видение она не сказала никому. Вечером, лёжа в кровати, она снова и снова прокручивала в голове картинку. Красно-золотая форма. Рев трибун. И серые глаза мальчика. Серые глаза снились ей потом ещё неделю.

***

Лето 1971 года, за несколько дней до отъезда — Джим! Джим, вставай! Там... ТАМ! Джим открыл один глаз и узрел сестру, которая прыгала на его кровати с таким видом, будто выиграла чемпионат мира по квиддилю. — Вики, ты чего... — ПИСЬМА! Он сел мгновенно. В комнату уже влетела сова — чужая, незнакомая — и шлепнула конверт прямо ему на голову. Вторая, следом, сбросила такой же Вике на колени. Плотный пергамент. Красная сургучная печать. Герб с львом, змеей, барсуком и вороном. — Открывай! — заорал Джим, разрывая конверт. — Письмо из Хогвартса, — прочитала Вика вслух, водив пальцем по строчкам. — Уважаемая мисс Поттер... Дорогой Джим, мы рады сообщить... список учебников... котел оловянный стандартный... набор стеклянных флаконов... — Мы едем! — Джим уже носился по комнате, размахивая письмом. — Мы реально едем, Вики! В Хогвартс! Вика держала своё письмо в руках и не могла пошевелиться. Потому что в ту секунду, когда пальцы коснулись пергамента, перед глазами снова вспыхнуло. Большой зал. Тысячи свечей парят в воздухе. Шляпа на голове — старая, страшная, шепчущая что-то прямо в мозг. «Гриффиндор, Поттер? Или может... Слизерин?» Сердце ухнуло вниз. Слизерин? Она? Поттер? Она зажмурилась, пытаясь разглядеть дальше. Тёмный угол. Мальчик. Тот самый, с трибуны из прошлого видения. Серые глаза, темные волосы падают на лицо, улыбка до ушей. Он смотрит на неё в упор. Подмигивает. Потом переводит взгляд куда-то за её спину. Там стоит Джим. Рядом с Джимом — девочка с рыжими волосами. Рыжая смотрит на Джима так, будто он... — Вики! Вспышка. — ...Вики! Ты чего? — Джим тряс её за плечо. — Зеленеть начала. Письмо прочла? Там написано, что мы едем первого сентября! Это через три дня! — Ага, — выдохнула она. — Едем. — Ты чего такая странная? — Джим нахмурился. — Второй раз уже. Может, к целителю сходим перед отъездом? — Всё нормально, Джим, — она смяла письмо в руке, пряча видение глубоко внутрь. — Просто показалось. Внизу уже орал Флимонт, требуя, чтобы близнецы спускались завтракать, а Юфимия гремела посудой и, кажется, плакала. Вечером того же дня, когда все уснули, Вика достала пергамент и долго смотрела на него при свете луны. Гриффиндор или Слизерин? Шляпа предлагала ей выбор. И серые глаза, которые снова появились в видении. — Кто ты такой? — прошептала она в темноту. Совы ухнули за окном, но ответа не дали.