Шаманские страсти

      Токийская столичная техническая школа магии. Рëмен Сукуна преподавал здесь год, а уже заработал репутацию «самого строгого сенсея».       Сегодня он заменял его молодую красавицу-жену, Сатору Годзë, которая ещë месяц назад уехала в отпуск. В классе сидели лишь первокурсники, которые на своëм горьком опыте познали всю требовательность их многоуважаемого сенсея. Несколько студентов, не выдерживая и одной его тренировки, уже давно с позором отчислились.       Подойдя к доске, Сукуна громогласно спросил, чтобы все услышали, при этом указывая пальцем на написанный мелом иероглиф:       — Кто-нибудь из вас знает, что этот иероглиф означает?       В классе, как всегда, тишина, и Сукуна, не получив нужного ответа, указал на дрожащего с последней парты студента.       — Отвечаешь тогда ты.       В этот момент прозвенел звонок, и в класс зашла уже отдохнувшая Годзë. Спасëнные студенты облегчëнно выдохнули и спешно покинули класс, оставляя Сукуну и его беззаботную жену одних.       — Сукуна! Ты скучал по мне, котëнок? Потому что по тебе я очень, — с озорной улыбкой сказала Годзë, обнимая мужа.       Сукуна, раздражаясь, положил ей руку на талию.       — Ты же говорила, что вернëшься через два месяца. К чему такая некомпетентность?       Годзë отстранилась, невинно надувая еë пухлые губы.       — Котëнок, ты что, злишься на меня?       Сукуна, не выдерживая, прижал Годзë к груди, обнимая уже двумя руками. Своим острым носом он зарылся в еë роскошные белые волосы, вдыхая так знакомый ему аромат.       — Ты даже не представляешь как.       Годзë, довольная собой, лишь усмехнулась, нежась в объятиях Сукуны.