Малыш Чарли | Pit Babe 1,2,3,4,5

POV Чарли Прошло довольно много времени, прежде чем мы оба остались довольны. Бэйб выглядел очень уставшим, но ни разу не пожаловался, сколько бы я ни капризничал. Его голос, когда он говорил «Как скажешь, папочка», был хриплым и жалобным. Глаза то открывались, то закрывались, но тем не менее он продолжал отчаянно стараться. И более того, он не просто лежал и ждал удовольствия от меня – Бэйб с умом сам руководил процессом. Много раз мы чередовались в роли ведущего и ведомого, хотя я, пожалуй, вёл чаще из-за своего чрезмерного возбуждения. Всё это сделало нашу встречу после нескольких недель разлуки весьма запоминающейся. – Достаточно? - прошептал я Бэйбу, который, казалось, вот-вот заснёт после моего последнего приступа своеволия. Взглянув на часы, я заметил, что было больше трёх утра. Это было время, когда мы оба, имея свои дела, должны были спать, а не предаваться таким страстям. Но что поделаешь? Взрослые тоже испытывают потребности. К тому же я считаю себя подростком, в отличие от Пит Бэйба, который, если быть точным, уже немного перерос это состояние. – Твои глаза вот-вот закроются. – А ты, папочка, как? - спросил Бэйб, не открывая глаз, его голос был глухим. – Сначала ответь ты. – Значит, ты ещё не удовлетворён, да? - продолжал поддразнивать меня Бэйб. Он поднял свою тяжёлую руку и шлёпнул меня по ягодице, прикрытой лишь тонким одеялом. Он делал такие смущающие вещи совершенно естественно. Это одна из особенностей Бэйба, которой я завидую. Сколько бы я ни провёл с ним времени, я так и не смог перенять эту его привычку – просто взять и вторгнуться в личное пространство другого человека. Я знаю, что Бэйб ничего не имеет против, если я сделаю то же самое, но всё равно чувствую себя неловко, когда мы не занимаемся сексом. Просто взять и потрогать, вот так, беззаботно? Серьёзно? – Это значит, что если захотеть, можно ещё, но ты уже не можешь. Что мне делать? Кажется, у меня не только слова стали откровеннее. Мне кажется, я стал немного меньше смущаться, выражая эти желания. – Когда ты скажешь, что не можешь больше? – Может, сначала посмотришь на своё состояние? – Что не так с моим состоянием? - открыл глаза Бэйб и посмотрел на меня, его силы, казалось, немного восстановились, возможно, из-за моих оскорблений. – Ты думаешь, это может меня сломить? – Я думаю, это не “просто так”… Я не хотел унижать его в этом, но состояние Бэйба трудно назвать нормальным, потому что возбуждение, начавшееся несколько часов назад, захватило нас обоих. Мы позволили себе немного безумия и оглядываясь назад, я до сих пор удивляюсь, как мог позволить себе потерять голову. – Даже пошевелиться не могу – так устал, давай спать. А ты не устал? – Устал, - ответил я, и правда, это была, пожалуй, максимальная физическая усталость за последние несколько месяцев. – Я так долго тебя носил. – Ну иди сюда, малыш, обниму тебя, - сделал вид Бэйб, будто хотел ударить меня по голове, но я знал, что он этого не сделает, поэтому улыбнулся ему в ответ. – Делаешь вид, что сердишься, а сам любишь это, я знаю. Бэйб не стал спорить, но что-то невнятно пробормотал шёпотом, явно тихо ругая меня. – Опять ругаешься, - сжал я губы болтуна руками. Бэйб посмотрел на меня с недовольством, но не стал ничего больше делать. Конечно, поднять кулак, чтобы ударить меня, как он обычно делал, для него сейчас было слишком сложно. – Что тебе не нравится? Почему ты постоянно ругаешься? – Не ругаюсь я, ты просто бесишь, - голос Бэйба был приглушённым, но различимым. – Что тебя так бесит? – Твоя энергичность, - ответил он, после того как я отпустил его губы. – Я не говорю, что у меня совсем нет сил, но люди иногда устают, почему ты всё ещё выглядишь нормально? – Не знаю, - слегка, я покачал головой. – Потому что я ещё молодой, наверное. – Я тоже не старый. – А... понятно... – Четырёхглазый, - когда я задевал больную тему, Бэйб сразу получал заряд энергии. Он хлопнул меня по ноге (к счастью, не там, где я держал руку) и посмотрел на меня с угрозой, хотя я вообще не сказал ему ничего плохого. – Ты всё ещё называешь меня четырёхглазым? - спросил я, наклонившись к нему, с намерением, чтобы он хорошо рассмотрел моё лицо и, возможно, вспомнил, что я уже не тот четырёхглазый, каким был раньше. – У меня больше нет очков. – Почему ты их снял? – Как думаешь, почему? – Чтобы выглядеть круто, конечно, - ответил Бэйб, скорчив гримасу, как будто был полон отвращения ко мне. – В очках трудно флиртовать. – Флиртовать? Я? - поднял я бровь и посмотрел в глаза Бейбу с чувством ностальгии. Только сейчас я понял, насколько настоящий человек отличался от фотографий. Как я мог думать, что они могут заменить друг друга? – Да, именно ты. – Когда я успел флиртовать? – Вот, вот! Да! Да! - широко раскрыл глаза Бэйб и указал пальцем на меня, словно показывая крупную улику, которая случайно выпала вовремя. – Смотри, когда ты говоришь, то играешь глазами и голосом! – Это всё твои домыслы, - рассмеялся я. Клянусь, я не делал ничего такого намеренно, во всяком случае, не чувствовал, что мой голос звучит так привлекательно. – Ты сам придумал, что я красивый, как ты можешь обвинять меня в том, что я изображаю из себя красавца? – Нет, это не то, что раньше. – Люди меняются каждый день. – Почему ты решил начать флиртовать? – Если я флиртую, то как назвать то, кто недавно целовал кого-то другого? Бэйб мгновенно закрыл рот. Конечно, он не мог спорить по этому поводу. Наше веселье, возможно, заставило красавчика забыть о том, что у него есть свои скелеты в шкафу. Хотя я не винил его (и, честно говоря, не имел права), но если речь заходила о флирте, то я использовал этот аргумент в свою защиту. – Разве ты не говорил, что не злишься? - когда я надавил на правильную точку, великий Пит Бэйб сразу же смягчился. – Я и не злюсь, - ответил я. – Тогда зачем снова ворошить это? – Ворошить? Да это только что произошло! - загнанный в угол, он всё больше опускал голову. Внутри он, наверное, отчаянно хотел спорить, но понимал, что какой бы спор он ни затеял, победа останется за мной. Поэтому Бэйб решил использовать кокетство, чтобы одержать надо мной верх. – Папочка... - заполз Бэйб ко мне на колени, жалобно шепча, глядя на меня умоляющим взглядом. Моё сердце давно растаяло и без этого взгляда. Особенно сейчас, он был мягким как воск на огне. – Да? – Я ничего такого не думаю... насчёт Вилли. – Да знаю я, понял уже. – Забудь об этом поцелуе, - зарылся лицом мне в колени соблазняшка, начав капризничать. – Сотри эти воспоминания прямо сейчас. – И как же мне стереть? Может, ударить себя по голове? – Можно? – Ты серьёзно, Бэйб? У меня не осталось слов от его дерзкого поведения. Он хочет стукнуть меня по голове, чтобы я потерял память?! С одной стороны, это было мило, что он не хотел, чтобы я помнил ту ошибку. Но с другой стороны, нельзя отрицать, что способ Бэйба "стирать воспоминания" немного пугал. – Всё в порядке, - медленно, я погладил Бэйба по голове, пытаясь успокоить его и заверить, что для меня это совсем не важно. Как только он пришёл сюда и объяснил всё, у меня не осталось никаких вопросов. Тем более после нашей долгой и страстной ночи любви. Не то что вопросы – я забыл свои первые чувства, когда впервые увидел ту фотографию. – Я ни о чём не думаю. Как только ты пришёл ко мне, я всё забыл. – Правда? - переспросил Бэйб, поднимая на меня полный невинности взгляд, как у глупого котёнка. Он часто делал это, когда чувствовал себя неуверенно. Конечно, я никогда не говорил ему, что называю этот невинный взгляд про себя "глупым котёнком", потому что Бйэбу, вероятно, не понравилось бы слово "глупый". – Ты точно не думаешь, что у меня были какие-то чувства к Вилли? – Нет, конечно, - ответил я с улыбкой. – Я знаю, кто нравится Бэйбу. – То есть тебе нравится такой, как я? – Бэйб может сказать, что нет, если хочет. – Ох… Чарли… Образ Бэйба, который постоянно боялся, что я могу рассердиться, был довольно странным. Дело не в том, что раньше он игнорировал мои чувства или что-то в этом роде. Напротив, Бэйб заботился обо мне больше, чем многие могли подумать, особенно в вопросах, касающихся меня. Обычно он предпочитал скрывать свой страх, а не показывать его так открыто. И это давало мне понять, насколько наш разрыв повлиял на его внутренний хрупкий мир. – Я ничего не имею против, - сказал я. – Так не делай вид, будто собираешься рассердиться. – Я вообще ничего такого не сделал, - положил я ладонь на щеку Бэйба, большим пальцем поглаживая его мягкие губы. Бэйб не возражал, ему нравилось. Он игриво слегка прикусил мой палец, как котёнок, который ловит палку. – Не думай обо мне так много. – Я не люблю, когда ты злишься. – А Бэйб думает, что мне нравится, когда он злится? – Это не одно и то же, - твёрдо возразил Бэйб. – Я всегда злюсь. А вот ты редко. Когда ты злишься, это всегда что-то серьёзное. – Ты хотя бы осознаёшь, что всегда злишься. – Ты постоянно твердишь об этом. Если бы я этого не понимал, я был бы полным идиотом. Я засмеялся. Забавно, как легко Бэйб признаёт свои недостатки... Если сравнить с первым годом нашего знакомства, он бы точно не позволил мне так говорить. Он бы спорил до последнего, хотя и понимал бы, что я прав. – Но, серьёзно, я не хочу, чтобы ты злился на меня. Мы можем продолжать наши обычные перепалки, но я не хочу, чтобы ты злился настолько, что перестанешь со мной разговаривать. – Ты пытаешься помириться? – А если я скажу, что это да… что ты скажешь? Это была ситуация, которую трудно описать. Если бы меня спросили, насколько сильно я был удивлён этим заявлением, я бы честно ответил: настолько, что задержал дыхание. Но, если бы меня спросили, ожидал ли я чего-то подобного, я бы сказал: нет. После нашего расставания каждую ночь перед сном я думал, что завтра мы, возможно, помиримся. Логически я понимал, что это не самый лучший вариант, но где-то в глубине души верил, что это возможно. Самое удивительное, что я всегда думал, что именно мне придётся первым попросить о примирении. Не потому что Бэйб такой уж гордый, я думал, что не выдержу и сдамся первым. – Ты шутишь, да? - не мог избавиться я от подозрений. – Если это шутка, то она не смешная. Я тогда точно разозлюсь. – Такими вещами можно шутить? - спросил Бэйб, с серьёзным выражением лица, медленно приподнимаясь. Сев, он повернулся и посмотрел мне прямо в глаза. Сейчас мы оба были совершенно обнажены на кровати, прикрытые лишь одним одеялом, которое едва прикрывало нижнюю часть тела. Такая обстановка совершенно не подходила для серьёзного разговора. – Я думал, ты уже понял, когда я пришёл к тебе домой сегодня. – Я думал, что Бэйб не хочет, чтобы я неправильно его понял. – Это тоже, - произнёс Бэйб, сделав глубокий вдох. – … Похоже, он сам не ожидал, что будет первым, кто заговорит об этом. Возможно, частично это моя вина: я слишком часто пытался загладить ситуацию, и он привык к этому. – Но я также хотел знать, где ты эмоционально сейчас. Ты ещё чувствуешь что-то ко мне? Или уже забыл? Вначале, когда ты делал вид, будто совсем не обращаешь внимания на мою историю с Вилли, мне стало очень больно. Я думал, что тебе уже всё равно. – Ты правда так думал? – Что ты имеешь в виду? – Когда ты сказал, что мне всё равно, - задал я вопрос, искренне желая узнать, привели ли наши разрыв и дистанция к тому, что Бэйб начал думать, будто человек вроде меня мог быть таким. – Бэйб, ты думаешь, что я могу игнорировать то, что с тобой происходит? Бэйб замолчал. Мой вопрос, видимо, задел какую-то маленькую дверцу в его сердце и теперь его глаза отражали полное смятение. Я прекрасно понимал это чувство. Эти мимолётные моменты понимания стали возникать всё чаще с тех пор, как мы расстались. Без Бэйба рядом я чувствовал, как день за днём становлюсь глупее. То, что раньше казалось мне простым, теперь превратилось в нечто невероятно трудное, почти невыносимое для моего разума, не говоря уже о более сложных вещах. Да, возможно, мы могли существовать без друг друга, но ничто не гарантировало, что мы сможем жить так же хорошо, как раньше. – Не знаю, - тихо ответил Бэйб. – Ты вёл себя так, будто тебе и правда всё равно. – Значит, я так хорошо притворяюсь. – Если это называется притворством, то да, ты очень хорош. Я злюсь на тебя по несколько раз в день. – Это самое сложное представление в моей жизни. Если бы кто-то сказал, что я более стойкий, чем Бэйб – это было бы правдой. Хотя внешне может показаться иначе, но со временем наше проведённое время вместе всё явственнее подтверждало этот факт. Бэйб был вспыльчивым и импульсивным человеком. Эти черты делали его кажущимся грубым и иногда не задумывающимся о чувствах других. Но в глубине души он был намного более ранимым, чем кто-либо другой. В его голове словно хранились бесчисленные записки, исписанные старыми историями, спрятанными в запертый на многочисленные замки ящик. Очень немногие допускались к чтению этих записей и я гордился тем, что был одним из тех, кому он доверял. Я был уверен, что видел больше слабых и уязвимых сторон Бэйба, чем кто-либо другой. Именно поэтому я мог сказать, что я сильнее. Наш разрыв служил тому подтверждением: тот, кто казался более «жёстким», часто оказывался самым жестоким, чем я. Бэйб слишком добр. Он не смог бы совершить те плохие поступки, которые совершаю я. – Если это так сложно, прекрати притворяться, - передвинул Бэйб свою ладонь поверх моей руки. Его тепло и тоска передавались мягко, но в то же время с подавляющей силой. Его взгляд одновременно умолял и уговаривал, хотя в этом не было необходимости. Мне не нравилось, когда Бэйбу приходилось умолять меня (кроме некоторых случаев, которые легко можно было предположить). Потому что, чем больше он просил, тем больше это значило, что я до сих пор недостаточно давал ему. А это и есть то, что называют неудачей. – Делай то, что чувствуешь. Не нужно насиловать себя. Я тоже хотел сделать именно так, но совершенно не был уверен, имею ли право действовать так, как мне хочется. – Но если я перестану сдерживаться, тебе придётся столкнуться с ещё большими трудностями. – Какая разница? - быстро ответил Бэйб, словно теряя терпение. – Я уже сталкивался со всем этим в своей жизни. Ничто из того, что я пережил, не сравнится с болью, которую я испытал без тебя. – Бэйб… – Есть одна вещь, которую я никогда не говорил. Возможно, я говорил об этом, но не помню. Если так, значит, я недостаточно акцентировал на этом внимание. Если будет трудно, давай будем трудиться вместе, Чарли. В этом мире... Бэйб – единственный человек, который может растопить моё сердце. Больше, чем кто-либо другой, кого я встречал. – Без тебя... смогу ли я вообще жить? Знаю, сейчас, возможно, не самый подходящий момент, но Бэйб, склонив голову и используя такое милое местоимение вместо обычного, заставил меня рассмеяться. Он такой милый. Я хочу отдать ему всё. – Что смешного? - конечно, моё поведение не понравилось ему. – Я серьёзно. - сощурился Бэйб, его ранее мягкий голос стал жёстким и готовым к конфронтации. – Бэйб такой милый, - продолжал смеяться я. – Но разве человек, который пытается вернуть отношения, не должен говорить что-то вроде "Без тебя мне не прожить"? – Это одно и то же. – Как это одно и то же? Полная противоположность! – В конце концов, всё сводится к тому, чтобы быть вместе, разве нет? Я перестал смеяться после этой фразы. Его взгляд и тон были настолько серьёзными, что я мгновенно забыл его очаровательное выражение лица и трогательное местоимение. Сейчас было только одно решение, которое я должен был принять и если честно, ответ был очевиден. – Этот дом красивый, но тебе нравится жить в нём одному? - с серьёзным видом спросил Бэйб. – Да, здесь может быть тише, чем когда мы жили вместе, но разве это не слишком одиноко? Я начал поддаваться его простым словам. Моё сердце снова возвращалось в его руки и я не мог противостоять этому, даже если бы захотел. – Можем ли мы снова начать ссориться, как раньше? Я полностью капитулировал. Больше никаких слов для ответа не осталось. Только поцелуй... Который, вероятно, мог бы объяснить всё лучше всего: мой ответ, причины и чувства. Я верил, что через этот поцелуй мои эмоции достигли Бэйба, потому что иначе он не ответил бы таким глубоким, страстным поцелуем. – Молодец, Чарли, - прошептал Бэйб после того, как мы оторвались друг от друга. – Отличный выбор. – Выбор, который понравился Бэйбу? – А мне должно было не понравится? – Я не это имел в виду, - улыбнулся я и притянул Бэйба ближе, положив подбородок на его плечо. Наши обнажённые тела соприкасались и это чувство близости стало ещё сильнее. Ощущение того, что Бэйб рядом, заставило меня снова дышать полной грудью. Я повторял себе, как же мне повезло, что я не разрушил всё, о чём жалел всё это время. – Я тоже хочу вернуться. Я так сильно скучал по тебе, Бэйб. – Я тоже скучал по тебе, - ответил Бэйб, крепче обнимая меня, когда сказал эти слова. – Теперь мы снова будем вместе. Будем делать всё вместе: просыпаться вместе, ложиться спать вместе, жить дальше и тебе больше не придётся думать о всякой ерунде. – О какой ерунде? – Ну... о твоих исследованиях или чём-то подобном. Не нужно больше об этом беспокоиться. Просто вернись ко мне. Что бы ни случилось, мы справимся. Как иначе мы смогли продержаться до сих пор? Верно? Чувство лёгкости и свободы вдруг исчезло, словно торнадо, уничтоживший дома за доли секунды. Я ослабил объятия и отстранился, чтобы посмотреть Бэйбу в лицо, пытаясь осознать то, что он только что сказал. Если я правильно понял, то именно слова Бэйба были ошибочными. – Что ты сказал, Бэйб? - переспросил я. – Когда ты говоришь о том, чтобы вернуться и жить вместе, ты имеешь в виду, что мне нужно быть только с тобой и ничего больше не делать? – Конечно же, да! - уверенно ответил Бэйб, делая вид, будто мой вопрос был глупым. – Ведь всё это время ты был занят всякой ерундой и совсем не уделял мне времени по-настоящему. Если ты возвращаешься сейчас, это значит, что ты должен забыть обо всём этом. Выбирай меня! Похоже, я сильно ошибался... Очень сильно. Я думал, что возвращение Бэйба – это знак того, что он понял меня. Я полагал, что наше временное расставание позволило ему лучше осознать, чем я занимаюсь. Я надеялся, что он поймёт, насколько важны для меня те “глупости”, о которых он говорил. Это не то, что я хочу делать, это то, что я должен делать. Мне казалось, что это очевидно, но судя по его словам, я явно переоценил его понимание. – Что? - спросил Бэйб, заметив моё молчание. На его лице появилась обеспокоенность, и это неудивительно. Сейчас как раз подходящий момент для него начать волноваться. – Ты так не думаешь? – Я думал, что ты понял. – Понял что? Бэйб не понимал. Он вообще ничего не понимал. – Если ты с самого начала не собирался понимать мои причины, зачем тогда возвращаться? - это было словно другой мир. Моя радость и тепло в сердце исчезли быстрее, чем детские воспоминания, которые не стоили того, чтобы их помнить. От полного надежд сердца осталась безжизненная пустыня, бесконечная и безрадостная, которую я ненавидел. Оазис, который только что казался таким реальным, оказался миражем. – Если ты думаешь так же, то моё возвращение закончится тем же самым. Мы будем чувствовать то же самое, ссориться из-за тех же проблем. Ты правда думаешь, что мы сможем выдержать это? Я почти поверил, что у нас могло получиться. Нет... точнее, я уже поверил. – Кто знает? Может, попробуем. В этот раз, возможно, ты изменишь своё мнение. – А ты собираешься меняться? Бэйб замолчал… Ответ был очевиден, и слова были уже не нужны. – Возможно, раньше я недостаточно чётко объяснил... - невозможно отрицать, что это был момент разбитого сердца, похожий на ту ночь, когда мы расстались. Не успев снова сойтись, я чувствовал, как снова теряю его. – ...но я тоже не изменюсь. Дважды уже достаточно. Я больше не смогу с ним расстаться. – Для тебя так легко отказаться от меня ради чего-то другого? - руки, которые только что касались друг друга, теперь разъединились. Когда Бэйб осознал, что не может изменить моё решение, я хотел удержать его руку ещё немного, но это было уже за пределами возможного. – Ты говоришь, что заботишься обо мне, но когда приходится выбирать между мной и твоими безумными идеями, ты не колеблешься, отталкивая меня. – Я не знал, что сказать, чтобы Бэйб не чувствовал себя плохо. – Так любишь ты меня или нет, Чарли? Это прозвучало как вопрос, но Бэйб уже не ждал от меня ответа. Он поднялся с кровати и стал быстро собирать разбросанную одежду с пола, надевая её с лихорадочной поспешностью, будто каждый вдох воздуха рядом со мной вызывал у него тошноту. На этот раз Бэйб не был так агрессивен, как в нашу первую размолвку, но я чувствовал его гнев намного сильнее. Это была холодная, скрытая ярость, которая могла в любой момент перерасти во что-то большее. – Задаёшь этот вопрос, будто не знаешь ответа, - тоже начал я одеваться. Останься мы лежать и говорить, это не помогло бы. – Разве этого недостаточно? – Если бы я спрашивал сейчас, я бы уже знал, - ответил Бэйб, натягивая свою старую футболку и взъерошив волосы. Его раздражённые движения передались и мне. Вместо того чтобы опечалиться из-за неудавшихся отношений, мы теперь просто злились друг на друга. – Я знаю, что ты меня не любишь. – Хочешь, чтобы я соврал? Ладно, я тебя не люблю. Теперь ты доволен? – Очень. Спасибо, что наконец сказал правду, - Я ненавидел наши язвительные диалоги, но не мог остановиться. Он продолжил. – Я долго ждал этого момента. – Ждал, пока я скажу, что не люблю тебя? – Ждал, пока ты прекратишь лгать. Как тебе не было противно врать о любви всё это время? Мы стояли по разные стороны кровати, небрежно натягивая одежду, сосредоточившись на нашей невольной словесной битве. Кто бы мог подумать, что эти двое людей, сверлящих друг друга взглядами, несколько часов назад обнимались и звали друг друга с отчаянием, а всего полчаса назад готовы были снова помириться. – Совсем нет, - спокойно ответил я. – Сказать «люблю» не так уж сложно. – Не удивительно. Иначе ты бы не смог лгать столько лет. – Значит, я хороший лжец, раз ты никогда не сомневался. – Конечно, ты всегда был хорош в этом, - усмехнулся он с презрением. Я давно не видел такого выражения лица у него. Назвать это ностальгией было бы неправильно, но это чувство напомнило день нашей первой встречи, когда он ещё не любил меня и видел во мне лишь временное развлечение, как и всех своих партнёров. – Я всегда считал, что самый лучший актёр в мире – это Тони, но... Я встретил кого-то с похожими навыками. Это не должно было быть так больно… Вернуться к тому, что было до любви, – это ведь не так уж и сложно. – …И знаешь, это не удивительно. Вы же похожи – отец и сын. Ваши характеры не так уж сильно отличаются. – Бэйб! - ещё раз я не сдержался и повысил голос на него. Но на этот раз Бэйб не дрогнул. Он смотрел мне прямо в глаза, совершенно без страха, и был очень доволен тем, что заставил меня потерять контроль. Конечно, он знал, куда целиться. Он знал, что я ненавидел Тони всем сердцем. Я не хотел иметь с ним ничего общего, даже имя его мне противно. И больше всего я ненавидел, когда меня сравнивали с этим человеком. Я не похож на него! Сколько бы жизней ни прошло, я никогда не буду похож на него. И я не сын Тони. Никогда им не был и никогда им не буду. – Мне нравится, когда ты кричишь на меня, - сказал Бэйб, сохраняя безразличное выражение лица, в то время как я запрокинул голову и глубоко вдохнул, чтобы сдержаться и не позволить себе снова выйти из себя. – Это выглядит искренне. – Нет... Бэйб, тебе это не нравится, - медленно покачал я головой, не решаясь встретиться с ним взглядом. – Прости меня. – За что извиняешься? Кричи ещё. – Хватит, Бэйб. – Уже близко. Ещё немного громче. – Уходи! - резко произнёс я. Я не думал, что придётся так прогонять его. Но, если бы я позволил Бэйбу продолжать издеваться надо мной, я бы точно сделал что-то безумное. – Если собираешься вести себя так, то просто уходи. Я больше не хочу ссориться. – Думаешь, что я хочу остаться? - скорчил гримасу Бэйб, затем направился к двери спальни и резко распахнул её. Однако вместо того чтобы выйти, он замер на месте, словно хотел сказать что-то напоследок. – Всё, что ты говорил, правда. Его голос звучал холодно, и он не обернулся, чтобы взглянуть на меня. – … – Я знаю, что ты любишь меня. Я испытал облегчение, услышав эти слова, хотя ситуация была далека от того, чтобы радоваться. – … – Но ты любишь меня меньше, чем я тебя... Вот и всё. Двери закрылись. Бэйб исчез, покинув не только спальню, но и мою жизнь. У меня подкосились ноги от его последних слов. Я опустился на кровать, на то же место, где ещё сохранилось его тепло. Но это было лишь тепло и ничего больше – только это он и оставил мне. Сначала я был рад, что хотя бы Бэйб не думает, будто я его не люблю. Теперь же чувство стало тяжелее, чем раньше. Я повторял себе вопрос: почему, почему, почему? Почему я такой никчёмный? У меня было столько лет, чтобы сделать Бэйба счастливым, и я всегда был уверен, что хорошо выполняю эту задачу до сегодняшнего дня. Правда раскрылась, Бэйб показал результат оценки, о которой я никогда не знал и результат был совсем не впечатляющим. Я люблю его меньше, чем он любит меня. Как такое возможно? POV Алан За последние несколько дней моя главная работа заключалась в помощи Чарли с переездом в новый дом. Помимо того, что я нашёл для него дом и вёл переговоры о покупке, я также выполнял роль инженера, архитектора и дизайнера интерьеров. Соник заметил, что я заботливо отношусь к старшему брату своего парня, как если бы он был моим родным братом. Что странно, ведь он, кажется, забыл, что брат Джеффа – это Чарли, а Чарли – один из моих младших братьев. Мне кажется, это несправедливо, что все видят Чарли либо как брата Джеффа, либо как парня Бэйба. Из-за этого предполагалось, что он получал хорошую заботу благодаря своей связи с важными для меня людьми. Но это не так. Я заботился о Чарли потому, что он важен для меня лично. Мне кажется, что Чарли часто недооценивают, особенно когда ему нужна была помощь. Он не любил просить о помощи, предпочитая размышлять в одиночку и тихо решать проблемы самостоятельно. Если не спросить его, он не скажет ни слова. Поэтому я постоянно задавал ему вопросы: что он делал, есть ли у него проблемы, чем я могу помочь. Только если он доверял человеку, он рассказывал. И мне, кажется, он доверял лишь частично… Одна из причин в том, что он был очень осторожен, а другая причина, которую я предполагал, в том, что Чарли не хотел, чтобы другие волновались из-за него. Если бы не наши отношения с Джеффом, Чарли, вероятно, не позволил бы мне помогать ему так активно. Мы с Джеффом заходили к Чарли каждый день, чтобы помочь собирать столы, шкафы и стеллажи, а также расставлять вещи по местам. Это заняло гораздо больше времени, чем ожидалось, поскольку у Чарли много вещей, которые он хотел сохранить, в основном книги и коллекция игрушек. Полшкафа было заполнено моделями машин, половина из которых – подарки от Бэйба. Я сразу понял это, когда Чарли сказал, чтобы мы аккуратно обращались с ними. По его тону было ясно: если бы я уронил одну из них, мне пришлось бы брить голову в знак извинения. Мы потратили два полных дня на расстановку вещей и украшение дома. Чарли помогал, когда мог, но большая часть работы легла на нас с Джеффом, поскольку у Чарли много обязанностей и он был занят каждый день, иначе он бы не попросил нас помочь с самого начала. После того как внутреннее пространство дома было полностью готово на 100%, мы начали работать над внешним видом. Дом Чарли был куплен целиком и во многих местах остались старые конструкции в хорошем состоянии, например, садик рядом с домом. Хотя деревьев не осталось, там были прочные полки для горшков, прикреплённые к внешней стене. Я починил некоторые из них, где крепления ослабли, покрыл их новым слоем краски и подготовил маленькие деревянные подставки для горшков. Это должно было сделать дом более уютным, несмотря на то, что хозяин дома распространял мрачную ауру повсюду, куда бы он ни пошёл. – Ты разговаривал с Бэйбом? Похоже, я выбрал неудачную тему для разговора во время работы в саду, потому что сразу после моего вопроса Чарли тяжело вздохнул. Он заменял землю в горшке с пеперомией, прежде чем ответить ровным голосом: – О чём мне с ним говорить? – Ну, может быть, хотя бы связаться. Я давно его не видел. – Не видел и не спрашивай меня. – Вы снова поссорились? - возможно, это был удар ниже пояса, но я не мог сдержаться. Особенно если учесть, что я тоже давно не видел Бэйба. Это тревожный знак. – Он не приходил к тебе на днях? – Да… приходил. – И снова ссорились? – Я не хотел ссориться, - протянул Чарли. – Мы не понимаем друг друга. Чем больше стараемся, тем больше ссоримся. Я верил, что он не хотел конфликта с Бэйбом. Я видел, как сильно он пытался примириться. Но справиться с Бэйбом – непросто и лучше всех с этим справлялся только Чарли. Но и ему не удалось с ним совладать. Я уж и не знаю, кто сможет. – Зачем он приходил? – Чтобы объяснить ситуацию с Вилли. – И ты сильно разозлился на него? – Нет, я не злился. Я понимаю это, - ответил он, продолжая пересаживать растение. Но я знал, что в голове Чарли не было мыслей о растении. Возможно, его мысли вообще не были связаны с ним с самого начала. – Бэйб всё объяснил. Я в порядке. Я рад за него. Мы почти помирились. – Серьёзно? - возможно, Чарли, не осознавал, насколько я обрадовался слову «почти». – Почему только почти? Давайте уже окончательно помиритесь! – Если бы всё было так просто, это было бы здорово. – Так почему ты делаешь это таким сложным? Чарли рассмеялся, но смех его был тихим, больше похожим на горький вздох самосожаления, чем на радостный смех. – Я стараюсь сделать это проще, - ответил Чарли. Улыбка оставалась на его лице, но, глядя на неё, я чувствовал пустоту. – Продолжать отношения – вот что действительно сложно. Не раз я ловил себя на мысли, что мне очень повезло. В начале наших отношений с Джеффом мне пришлось приложить усилия, которых я никогда раньше не прилагал, чтобы пробить его высокие стены, если сравнить это с ситуацией между Чарли и Бэйбом, то мои проблемы казались мелочью. Мои усилия были лишь обычными попытками начать отношения с кем-то. А эти двое... Они словно играли на качелях, установленных на острых осколках стекла. Весело, захватывающе, но никогда не было ни минуты настоящего покоя. Они по очереди наступали на осколки, поднимая друг друга над землёй. Каждый получал немного счастья, но обе ноги истекали кровью, а раны становились всё глубже с каждым днём. Когда один из них решил выйти из игры, тот, кто остался, оказался сильно ранен. Но не забывайте, что тот, кто ушёл, тоже страдал, ведь ему пришлось ступать обеими ногами на осколки, чтобы покинуть эту бесконечную игру. Я хотел бы, чтобы они оба были счастливы, но совершенно не знаю, как этого добиться. – Бэйб никогда не изменит своего мнения. Он до сих пор хочет, чтобы я бросил всё и остался с ним. – И ты не можешь этого сделать? - спросил я прямо. В этот момент сложные размышления казались неуместными, потому что отношения между этими парнями уже достаточно запутаны. – Я думал, что для тебя Бэйб важнее всего. – Да, он важен. Чарли повернулся ко мне, слабо улыбнувшись, а затем снова сосредоточился на растении перед собой. После этого нас окружала только тишина и я не осмеливался задавать больше вопросов, поскольку находился где-то между пониманием и непониманием. На мгновение мне показалось, что я понял, о чём говорил Чарли, но когда я попытался вникнуть глубже, то осознал, что не понимал всего. Возможно, я понимал лишь малую часть. – Эти два растения некуда поставить, - сказал Джефф, выходя из боковой двери дома с двумя маленькими горшками фиалок в руках. Он отвечал за распределение мест для всех домашних растений, и, кажется, места уже не осталось для этих двух малышей. – Куда их поставить? – Поставь их с остальными, - ответил я, а Джефф кивнул и встал между мной и Чарли. – Столько растений, хозяин дома будет занят надолго. – Это хорошо. Ему не придётся думать о всяких глупостях, - безразлично произнёс Джефф, а Чарли повернулся к нему, открыв рот, чтобы возразить, но в итоге промолчал, будто вспомнив, что слишком устал, чтобы спорить с младшим братом. – Будет заниматься растениями, и его душа обретёт покой. – Она уже спокойна, - пробормотал Чарли, как будто говоря сам с собой, но в то же время явно давая понять брату, что его услышали. – Тот, кто никогда не имел бывших партнёров, учит других, да? – Надо сначала заболеть раком, чтобы потом лечить его? – Если бы можно было лечить, это было бы здорово. Обычно только треплются. Я беспомощно наблюдал, как два брата обменивались колкими фразами, не зная, что делать. Иногда они настолько были похожи, что это вызывало мурашки. Особенно когда никто из них не хотел уступать, каждый использовал своё хладнокровие как оружие. Оба такие умные, что я боялся встревать, опасаясь оказаться третьим участником этой битвы. Конечно, мне никогда не победить этих двоих. Зная, что не смогу их остановить, я решил молча заняться растениями. Я взял два горшка из рук Джеффа и начал искать подходящее место для них. Подняв голову, я заметил, что выше на полках ещё было немного свободного пространства. Пришлось сдвинуть уже стоящие горшки чуть ближе друг к другу, но это не сильно испортило общую картину. Композиция скорее выглядела слишком редкой. Приняв это решение, я начал аккуратно двигать горшки, начиная с самого дальнего. Перемещал их по одному, пока не дошёл до того, что находился над головой Джеффа. Я медленно двигал этот горшок, как делал с предыдущими, но внезапно Чарли резко повернулся и поднял руку над головой Джеффа. В следующий момент секатор упал с полки прямо в его ладонь, вместо того чтобы ударить Джеффа по голове. Я застыл, глядя на секатор в руке Чарли, не в силах перевести дух. Этот секатор был маленьким, но тяжёлым, с острым концом. Не хотелось думать, сколько швов потребовалось бы наложить ему, если бы он упал с такой высоты. Если бы не невероятно быстрая реакция Чарли, Джефф уже истекал бы кровью. И тот, кто едва не причинил вред Джеффу, был я. Я передвинул горшок, не заметив, что секатор лежал сверху. – Было совсем близко, - моргнул Джефф, осознав, что чуть не пострадал. Ему казалось более удивительным, что Чарли успел поймать секатор, чем сам факт опасности. – Как быстро ты среагировал, Чарли. – Угу, - равнодушно ответил Чарли, положив секатор на стол. Его спокойствие не поколебалось, вероятно потому, что он заранее знал, что может случиться, и поэтому не выглядел удивлённым, как другие. Такое поведение напоминало прежнего Бэйба. – Прости, Джефф, - провёл я рукой по его голове, испытывая чувство вины. До сих пор не мог оправиться от шока, и, кажется, только я один чувствовал, как сердце ушло в пятки. Эти двое вели себя абсолютно спокойно. – Я не видел. – Ничего страшного, - ответил Джефф с доброжелательной улыбкой. – Ты правда не видел. Джефф не держал на меня зла, но я злился на себя так сильно, что хотел ударить себя по голове тем самым тяжёлым секатором, возможно, это помогло бы мне немного прийти в себя. Для Джеффа это, возможно, не было большой проблемой и через несколько минут он забудет об этом. Но я знал, что это событие оставит след в моём сердце на много дней. Так происходит уже некоторое время… Мой разум полон царапин, которые Джефф не видит, но каждый раз, когда я о них думаю – они болят. Я знаю, что Джеффу было бы больно, узнай он об этих мыслях, но трудно запретить себе думать. С каждым днём я всё больше чувствовал себя никчёмным. Когда я смотрел на себя в зеркало, то видел только старика, который готовил еду для Нонгов, останавливал их, когда они затевали шалости, и примирял их, когда они дрались. Особенно рядом с Джеффом я чувствовал себя совершенно бесполезным. Он умел всё: отлично заботился о себе, а если что-то не мог сделать сам, то у него был старший брат, который сильный, надёжный и который всегда заботился о нём. Чарли может разговаривать с Джеффом о сложных научных темах, которых я не понимаю. Чарли помогает решать математические задачи и судоку, которые являются хобби Джеффа. Чарли создаёт иллюзии, чтобы помочь Джеффу понять восприятие гонщика, сидя в машине, вместо того чтобы сидеть на пассажирском сиденье, как это делал я. И это, кстати, помогало лучше понять перспективу водителя, хоть и вызывало у него тошноту. Чарли помог Джеффу поймать бывшего механика из гаража, который тайком крал инструменты и запчасти для продажи, хотя я целую неделю безуспешно пытался найти доказательства. Чарли снова и снова использует свою интуицию, чтобы помогать Джеффу. Например, несколько минут назад, когда я стал причиной происшествия, Чарли опять вмешался и защитил его. Я не ревновал Джеффа и Чарли в смысле романтических отношений – это было бы абсурдно. Я прекрасно знал, что они братья с более крепкими связями, чем многие родные братья и сёстры. Но я должен честно признаться: я завидую Чарли. Он хорош во всём. Он взрослый, решительный и надёжный, тогда как я... Если бы у меня был хоть какой-нибудь особый талант, это было бы здорово. Хотя бы для того, чтобы я мог лучше понять Джеффа, когда он страдал из-за своего дара. Я мог бы утешить его как человек, который находился в том же мире, а не просто обнимать его, как человек из мира обычных людей, повторяя снова и снова, что всё будет хорошо. Как можно говорить такие пустые слова? Почему я постоянно произношу подобные фразы? Я хочу делать больше. Хочу быть ближе к Джеффу. Хочу стать тем, кто его понимает, кто может защищать и заботиться о нём. Я хочу быть первым человеком, на которого он сможет положиться, случись что угодно. Я хочу быть особенным. Я ненавижу... то, что я такой обычный. POV Крис – Эээ... сегодня о чём бы вы хотели послушать? Картинка Чарли, сидящего за столом с телефоном и штативом, стала привычным зрелищем для всех в лаборатории. Многие говорили: "Не могу поверить, что вижу Чарли, делающего что-то подобное". Это вполне понятная реакция. Хотя я знал его недолго, чувствовал себя так, будто наблюдал за обезьяной, медитирующей. И дело не в том, что Чарли делал что-то плохо – напротив, он делал это великолепно. Он привлекал внимание людей своим обаянием и харизмой, говорил расслабленно, но при этом искусно вплетал важные сообщения, не навязывая их. Его еженедельные прямые эфиры уже стали событием, которого все ждали. Честно говоря, я тоже жду. Иначе бы я не сидел здесь за камерой. Мне интересно, что он скажет взрослым, которые трясутся от его слов (что, кстати, составляет лишь малую часть информации, которой мы владели). Мы получали столько звонков и предупреждений, что если бы Чарли не был таким безумным, он бы давно сбежал из страны. – В общем, сегодня я ничего особенного не подготовил, просто захотел провести прямой эфир. Боялся, что все забудут моё лицо, - спокойно ответил Чарли, опершись подбородком на руку, просматривая комментарии, которые мелькали так быстро, будто система глючила. Это нормальная ситуация во время каждого стрима Чарли. – Скучали по мне? Я тоже соскучился. Чарли раздавал своё очарование настолько естественно, что я невольно подумал: возможно, он мог бы стать интернет-знаменитостью. Если бы не его любовь к спокойствию и нелюбовь к людям, он бы точно добился успеха. Но, опять же, если бы я сказал ему об этом, он бы скорее всего скривился и ответил: "О чём ты вообще говоришь? Чтобы быть врачом, нужно быть умным, разве нет?" Конечно… – Всё вижу, не обращайте внимания, - вдруг сказал Чарли. Его лицо оставалось спокойным, но я догадался, что кто-то начал писать плохие комментарии. Я знал, что Чарли не обращал внимания на глупые слова, но меня это волновало. Поэтому я решил проверить, что они там писали. "Был бы некрасивым – никто бы не смотрел." "Бывший Бэйба ищет популярности." "Хорошо, что расстался с Бэйбом." "Кто не знает, что такое 'красота – привилегия', смотрите сюда." "Даже с мозгами всё равно торгует своей внешностью." …. Ааа... вот оно что. И Будда имел своих ненавистников. Неудивительно, что Чарли, кажущийся безупречным, тоже стал объектом ненависти. Я уверен, что Чарли осознавал и понимал это. Эти слова слишком сильно резали глаза. Я, который не сталкивался с прямой ненавистью, немного злился. А что насчёт Чарли? То, что он не показывает свои чувства, означает ли это, что ему совсем не больно? – Если вы пришли посмотреть на меня из-за моей внешности, это нормально. Я не вижу в этом ничего плохого, - сказал Чарли, слегка рассмеявшись. Его поведение оставалось таким же расслабленным, как всегда. Если бы я был тем, кто писал эти комментарии, сейчас я бы чувствовал себя крайне некомфортно. – Все любят смотреть на то, что считают красивым или приятным. Если для кого-то я кто-то, на кого приятно смотреть – то у меня нет проблем с этим. Невозможно было угадать, что Чарли чувствовал внутри, но его внешнее проявление впечатляло. Я и так уже любил его, но видя это, ещё больше влюбился. Очень редко встречаются люди, которые делают что-то, что мне действительно нравится. Это так приятно. – Если спросите, является ли это привилегией, то да. Если я красивый, люди хотят на меня посмотреть, верно? - говорил Чарли и улыбался, будто рассказывал сказку детям. Но если бы это была сказка, она, наверное, не прошла бы цензуру. – Тогда позвольте задать встречный вопрос: если бы у вас было моё лицо, вы бы использовали его во благо или просто сидели дома? Но если бы я был ребёнком, это была бы именно та сказка, которую я хотел бы слышать каждую ночь перед сном. – Я родился с этим лицом. Мне всё равно, если кто-то любит или не любит его. Возможно, моё лицо соответствует стандартам и нравится большинству. Это не в моей власти изменить. Единственное, что я могу, – это решить, что делать с этим лицом. Комментарии, которые и так летели быстро, начали мелькать ещё быстрее. Трансляция Чарли распространялась на другие платформы, число зрителей росло, а Чарли улыбался, смотрел в камеру и говорил всё, что хотел. Без сценария, без помощи команды. Я валялся за камерой, не собираясь помогать ему. Чарли не нуждается в моей помощи. Поверьте. – Я могу использовать это лицо, чтобы зарабатывать деньги, это моё право. Но пока я этого не хочу. Я понимаю, что моё лицо может раздражать кого-то или вызывать зависть и ненависть. Я уважаю ваше право на эти чувства. Главное – не мешайте мне и делайте что хотите. Возможно, это единственная радость в вашей жизни. Я понимаю. С верхнего этажа донеслись одобрительные возгласы. И так понятно, что исследователи тоже пришли посмотреть на стрим Чарли, игнорируя свою работу. Ну конечно, такой интересный контент сегодня! Кто бы не захотел принять участие? – То, что меня называют охотником за вниманием, правда. То, что я делаю сейчас, невозможно без популярности. Поэтому я здесь, хотя предпочитаю быть на… На гоночной трассе. Глаза Чарли потускнели, когда он заговорил о гонках. После расставания с Бэйбом он никогда не упоминал гонки, но я знал, что он скучал по ним. Он скучал по тому, чтобы сидеть за рулём как гонщик, по изгибам трассы, по гоночному костюму, по зрителям и их горячим крикам поддержки, по пит-стопам и паддокам, по Х-Hanter. И я уверен, что больше всего он скучает… По своему партнёру и единственному тренеру. Чарли скучает по Пит Бэйбу... … – Так что... если красивое лицо привлечёт людей ко мне, я буду продолжать говорить, пока все не поймут то, о чём я говорю. Но, наверное, было бы лучше, если бы Пит Бэйб знал, как сильно Чарли скучал по нему. Увядшее сердце Чарли могло бы ожить, если бы знаменитый гонщик понял, почему Чарли здесь. Конечно, если бы это произошло, мне стало бы скучно. Но для Чарли сомнений нет – он был бы намного счастливее, чем сейчас. – Единственное, о чём я хочу сегодня сказать, это то, что в следующую пятницу у нас будет первое мероприятие вне стен лаборатории. Мы поедем вместе всей командой и есть много вещей, о которых я хочу рассказать, и ещё больше того, что хочу показать вам. Я не буду раскрывать много деталей, потому что боюсь испортить впечатление, но я обещаю: если вы придёте, никто не останется разочарованным. Чарли всё равно делает хорошо, несмотря на то, что страдал... Если бы рядом с ним был любимый человек, Чарли, мог бы без труда завоевать мир. – Приходите все, пожалуйста. Я очень хочу увидеть каждого из вас, - улыбнулся красавчик сладкой улыбкой, издавая мелодичный, ласковый голос, от которого юные девушки и взрослые мужчины начали бы таять сердцами. Честно говоря, я на секунду поддался его очарованию. Чарли опаснее, чем кажется. – Раньше вы могли видеть меня только на гоночной трассе, а теперь сможете встретиться за её пределами. Неужели вы не придёте? Невольно задумался: а был ли таким же нежным Чарли, когда был с Бэйбом? Если да, то мне совершенно не удивительно, почему человек вроде Пит Бэйба... …был так безумно влюблён, что не хотел, чтобы Чарли занимался чем-либо, кроме того, чтобы быть рядом с ним. – Я приглашаю всех, кто любит меня и тех, кто ненавидит меня. Приходите все! Я хочу, чтобы мы весело провели время вместе. Я невольно рассмеялся и покачал головой, не находя слов для описания дерзости Чарли. Он может и не был буйным типом, как Бэйб, но поверьте, он не из тех, кто позволил бы другим давить на него, как им хотелось. Тем, кто постоянно создавал проблемы, повезло, что Чарли их игнорировал. Если бы он хоть раз разозлился всерьёз, они бы увидели ад своими глазами впервые. И как человек, который уже видел это несколько раз, я никому не пожелаю испытать такого опыта. Прямой эфир Чарли продолжался недолго. Он общался со зрителями и приглашал всех присоединиться к нашему первому внешнему мероприятию. И пока Чарли раздавал миллионную сладкую улыбку, мой взгляд случайно зацепился за один комментарий, который прокрутился вверх. Значок галочки рядом с именем аккаунта сделал этот комментарий заметнее остальных. "Увидимся, папочка." Этот комментарий был оставлен аккаунтом с именем Pitbabe.