благодаря тебе

      

            майк застывает у самого входа и опускает взгляд на их соединённые руки — уилл любит переплетать пальцы; напевать старые песни; от него веет теплом и удивительной уверенностью. байерс всегда берёт его за ладонь и улыбается так, как должны улыбаться добродушные дедушки, а не обычный мальчик со второго курса исторического факультета. этот раз не исключение — только ради него уилер обещает себе пережить этот вечер.             — ты не отпустишь мою ладонь, да? — он бормочет себе под нос, так и не убирая взгляда от их рук; уилл же лишь сильнее сжимает пальцы и тихо смеётся под тяжелый вздох друга.             — так мы никогда не победим твой страх, майк-и.             хлопает прозрачная дверь кофейни; звук колокольчика разносится по помещению. уилер оглядывает зал и застывает на месте — они даже и двух шагов не проходят, как неловкость появляется чесоткой по коже. хочется убежать обратно — майк чувствует на себе несколько любопытных пар глаз, от чего ноги сами делают предательский шаг назад.             рука уилла дёргает его обратно — мягко, но поразительно сильно; он шепчет ему, что всё будет хорошо и людям вокруг без разницы на них. и, пожалуй, он — единственный мужчина на свете, которому можно довериться слепо. уилер кивает и позволяет увести себя за единственный свободный столик на двоих; всего пару метров от кассы кофейни; на виду у всех естественно.             — по пути в общежитие надо будет купить чёрную краску для волос, — майк произносит это, снимая с себя толстовку; оставляет одежду на спинке стула. он заглядывает в лицо уилла, на котором застывает немой вопрос, — у меня уже появилось несколько седых волосков!             — так ты теперь юморист, — байерс качает головой и присаживается напротив; с его губ не сходит приятная улыбка, которая самую малость успокаивает. он подпирает подбородок ладонью, — сколько ещё в тебе раскроется талантов, благодаря нашим отношениям?             — не так громко! — майк резко дёргается вперёд и через стол накрывает рот друга своей широкой ладонью; мягкие губы покрыты гигиенической помадой со вкусом алое — они смотрят друг другу в глаза, неловко застыв на месте, — прости...             он убирает ладонь ото рта уилла — несколько девочек рядом о чём-то тут же начинают шептаться. чёрт. вот что действительно привлекает внимание — тупость майка. краснеют уши — он берёт кусочек бумаги из салфетницы, тут же впиваясь пальцами в белоснежный; отрывает пару полосок. нервно смотрит напротив — почему байерс такой спокойный? это одновременно раздражает и вызывает уважение, то есть.             они встречаются уже целых три месяца; знают друг друга почти два года с начала учёбы в университете. и уилер всё ещё не понимает, как оказывается в этой ловушке для натурала, — уиллу достаточно улыбнуться. он такой хороший и добрый — майк не встречает теплее сердце, чем у этого парня.             и влюбляется до боли незаметно.             — ты обещал угостить, помнишь? — парень напротив подаёт голос. байерс предлагает это свидание в кофейне ещё несколько дней назад, за которые майк успевает наговорить на оплату кофе; сладкого и прогулку до чужого дома, — правда, я не вижу робин... сегодня должна быть её смена.             уилл рассказывает об этой робин много хороших слов; начинают дружить где-то вновь в университете — почти как рим с его бесконечными дорогами. и именно из-за знакомой девушки они выбирают это кафе — по рассказам байерса, по вечерам четверга тут мало людей; а на кассе обычно робин, которая весь июнь вместо бейджика с именем носит флаг гордости. такой же есть на одной из сумок уилла — бесстрашный ведь.             майк не такой — к сожалению. он вырастает на компьютерных играх, долгих посиделках после школы и небольшом количестве буллинга — для других подростков. голова не на месте — оставаться королём параллели тяжело, если не ставить подданых на место; быть наглым и смелым; заслужить честь своих воинов.             и получается так, что они с уиллом — буквально из разных миров.             первая университетская попойка заканчивается их шумной ссорой в длинном коридоре перед аудиторией, наполненной дурными студентами и крепким алкоголем. байерс заявляет в лицо, что майк — гомофоб. из-за парочки невинных шуток, про парней-однокурсников. бывает же! каждый человек имеет право на ошибку, даже он.             наверное, поэтому уилл неожиданно предлагает им дружить — обрабатывает целых два года этими своими гейскими причудами; магией будто; заставляет читать книжки и смотреть арт-хаусные фильмы. майк — король сообразительный, поэтому соглашается учиться у уилла премудрого.             и сегодняшний урок — действительно сложный.             он подходит к кассе несмело. за ней — блондин стройный; прилизанные волосы; взгляд настолько страшный, что хочется отдать ему все свои деньги и уйти домой без кофе. он кивает приветливо, но в эту любезность тяжело, если честно, верить.             — добрый вечер. что будете заказывать?             — капучино с малиновым сиропом и латте с карамельным на безлактозном молоке. средние, — майк выпаливает их предпочтения и надеется, что сказанные сиропы есть в этой кофейне. он не проверяет меню заранее, а стоило бы.             ритмичное стуканье по экрану; блондин пробивает заказ с равнодушным лицом и уточняет — наличными или картой? звук банкнот и монет напоминает уилеру о средневековье и непройденной балдур гейтс в родном доме. неловкий вздох — он остаётся стоять у кассы и оборачивается нервно.             уилл машет ему рукой, мол, ты молодец!             слышит звук от кассы; некомфортный кашель — работник кофейни привлекает его внимание; вопросительно поднимает бровь. смотрит — своим пугающим будто инфракрасным зрением. майк не испытывает такую неловкость с семи лет, когда приносит домой мёртвого опоссума, а старшая сестра кричит подобно банши или сирены. кстати, то животное оказывается вполне здоровым — они два часа его ловят семьёй по всем комнатам.             и вот сейчас он чувствует себя тем самым замершим от испуга опоссумом. майк открывает рот и произносит громко заученную мысль.             — мы с ним просто друзья! — теребит пальцами низ своей футболки; уилер опускает взгляд от лица блондина к его бейджику, читая имя, — генри.             работник ещё сильнее изменяется в лице — появляется улыбка схожая со змеиной или как у того персонажа из марвеловского фильма — локи! те же высокие скулы и манера скорее уж полубога, чем прислуги при дворе. он стучит кончиком ногтя по кусочку металла на груди своей.             — молодой человек, если тут написано имя, то это не значит, что его обязательно произносить в ближайших двух предложениях от вашей панической попытки доказать, что вы, — генри произносит это всё медленно, а затем выпрямленной ладонью показывает на столик, за которым ждёт уилл, — и ваш замечательный друг не связаны романтическими отношениями.             майк готов закричать во весь голос и вырвать новые седые волосы из своей глупой головы; панически бегают глаза по кассе; за спину этому генри; на него самого и его язвительную улыбочку. точно бог хитрости и лжи! таких надо прогонять из его королевства, ну, или просто сбегать прочь.             — извините, — мямлит он себе под нос. горят уши красным — как же тяжело привыкать к мыслям, что парни могут встречаться с такими же парнями; вот девчонкам точно легче в этой жизни! быть может.             — простительно на первый раз. и не стыдитесь своего партнёра — он наш частый посетитель, — генри качает головой и отходит от кассы в сторону служебного помещения; какая же величественная осанка! его голос громкий; зовёт кого-то строго, — эдвард! не дружеское напоминание, что на работе надо работать, а не пинать детородный орган.             помогите.             надо валить — майк забирает чек со столешницы и на цыпочках возвращается к байерсу; тот не сдерживает довольную улыбку. в глазках сверкают настоящие звёзды — кажется, ради такого можно ещё раз поговорить с тем жутким типом. быть причиной радости уилла — вот лучший титул.             он говорит, что генри не такой плохой, как кажется на первый взгляд, хотя и отвечает крайне саркастично. ещё тут работает один парень — эдди. но робин, если честно, его любимица! без ревности, пожалуйста.             — познакомлю тебя с ней в следующий раз, — уилл кладёт руку на стол — вверх ладонью; правый уголок губ вдруг поднимается выше обычного. он хмыкает?             доходит медленно — майк так же медлительно тянется, чтобы накрыть руку байерса сверху. тепло — обхватывает длинными пальцами кисть; косточки да венки. нежное касание от самого уилла. он склоняет задумчиво голову и смотрит прямо в душу, как могут делать только маги и мудрецы заветные.             — я рад, что ты согласился на это свидание, — говорит так искренне. второй рукой поглаживает кожу уилера; вырисовывает узоры загадочные; мысленно целует в тыльную сторону, — знаю, что мы хорошо проводим время дома друг у друга, но в людях тоже... стоит появляться.             меньше неловкости; опускаются напряжённые плечи. майк кивает ему несколько раз. если бы в нём было побольше смелости, то точно бы поцеловал прямо сейчас — обещает это совершить на второй их встрече в кафе. короли ведь не сразу выступают перед народом своим; им надо немного времени поразмыслить и подготовить речи. так и тут — сначала пробный забег на короткую дистанцию.             и кто как не уилл понимает это.             а потом на их столике появляется два стаканчика кофе; кусочек шоколадного торта в пластиковой упаковке; даже две вилки. рядом крепкая фигура ещё одного работника — на груди вместо бейджика с именем значок с красной мордой монстра. главный злодей? вряд ли — забавно смеётся с первой же секунды их встречи.             — решил принести вам сам. о, и тортик... подарок от меня и генри! наверное, — даже слишком мило. этот парень с кудрявыми длинными волосами делает поклон, которым учат послов дальних стран, чем приспешников антагонистов, — эдди мансон, к вашим услугам.             они здороваются с ним, пожимая руки уверенно. приходится разъединить ладони с уиллом — без его тепла, если честно некомфортно. и дело вовсе не в температурных особенностях, а скорее в спокойствии, что дарит ему байерс. это уже не глупая подростковая влюблённость — майку нравится разделять с ним и хорошие, и плохие эмоции. и не только свои.             эдди же замечает их руки — бормочет что-то про разрушение романтической атмосферы своей болтовнёй и вдруг хватает их за кисти. тянет обратно друг к другу — только теперь уилл накрывает ладонь майка; меняются положения. работник кафе забавный — он резко оборачивается и показывает своему коллеге большой палец. всё отлично. купидон на полставки.             — не надо переживать за чужое мнение. тем более в нашей кофейне, — эдди раскрывает широко руки, показывая на людей вокруг. в помещении улыбки да смех, — мне кажется, что, если бы генри умел шутить, он бы сказал, что нам пора переименоваться в лгбт кафе! смотрите, у робин есть девушка, у меня — лучший мальчик на свете, к нам ещё хочет устроиться новенький и мой детектор чувствует, что с ним будут приключения. а сам генри... он, наверное, ну этот панк, ой — пан. нет-нет. слон, чёрт, или секс...             — асексуал, быть может? — подсказывает уилл, смотря на работника кофейни своими добрыми глазами. хватит улыбаться так ярко другим!             — точно! — щёлкает пальцами эдди; упирается затем руками в бока. дурной, конечно, но от его кучи слов становится весело. оказывается, не так страшно говорить о таких вещах вслух.             майк оборачивается на людей. каждый на самом деле занят своим делом — взрослые мужчины обсуждают недавний матч по телевиденью; какие-то совсем школьницы открывают музыкальные диски; несколько парочек, болтающих о своём. о, и две девушки, что сидят вместе — их пальцы переплетены так крепко, что на душе теплее.             возможно, страх в жизни майка — лишний.             звучит колокольчик двери. эдди задирает голову, чтобы поприветствовать ещё одного посетителя, но завидев крепкую фигуру, выбегает на встречу. майку так интересно — он аж откланяется на стуле, чтобы увидеть этот момент.             в кофейню заходит парень — странная футболка из прошлого века; русые волосы; уставшая, но счастливая улыбка. именно к нему несётся эдди, подобно маленькому ребёнку, что аж подпрыгивает; обнимает крепко; прижимает к себе сильно, раскачивая из сторону в сторону. тот и не против — даже когда эдди касается его губ своими. вот так просто — посреди собственной кофейни в конце рабочего дня. удивительно.             майк оборачивается к уиллу — тот ему просто кивает; да, всё верно. они всё ещё держатся за руки. недалеко шумит эдди со своим самым лучшим мальчиком, парнем то есть; им что-то вторит вечно хмурый генри — свои рабочие разборки. не их вовсе дело, хоть и интересно. а уилер просто аккуратно ставит стаканчики с нетронутым кофе в сторону, чтобы не задеть случайно рукой.             — знаешь, вообще-то это ты самый лучший мальчик на свете, — говорит уверенно; майк не врёт сейчас, хоть немного да волнуется; сердце бьётся быстрее только при мыслях, что собирается сделать, — и я благодарен, что ты вытащил меня из дома.             он привстаёт со своего места; упирается другой рукой в столик, всё равно задевая дурацкий кофе. шум — но майк даже не смотрит, аккуратно накрывая губы уилла. поцелуй выходит нежным — сладким, хотя подарочный десерт остаётся нетронутым. даже долгим — целовать байерса одно удовольствие. он проводит напоследок языком по его губам, собирая остатки гигиенической помады со вкусом алое. улыбается глупо.             этот урок от мудрого волшебника ему нравится очень — всё же не так страшно быть поистине свободным. людей вокруг не стоит бояться; а если кто-то им скажет плохие слова — майк без проблем позовёт своих храбрых воинов или же самостоятельно защитит свою пару. хотя уилл сам — кого хочешь убьёт.             но всё же будучи королём ему надо быть честным с народом. он шепчет байерсу с уже довольной улыбкой влюблённого:             — я люблю тебя.             только вот рядом появляется работник кофейни, разбивая на мелкие осколки всё их волшебное королевство. этот блондин, жуткий генри, приходит со шваброй в руках, которую тут же протягивает стоящему майку. вручает — не особо нежно; кивает на пол, где свежая лужа бежеватого цвета. тот кофе, что случайно проливает майк.             — раз вы такой кавалер, то и уберите за собой заодно. швабру потом отдайте эдварду.             он разворачивается и всё с той же осанкой, с которой стоит брать пример, уходит прочь. нет, всё же генри точно — главный злодей в его вселенной.             уилл смеётся трепетно.